Люби меня, как я тебя

— Олег, ты такой пиздец.       Разумовский сидит в кресле, с восхищением глядя на партнера перед собой. Олег расположился на кровати, совсем рядом, чтобы Сережа мог слышать его тихие стоны и нетерпеливый скулеж, но достаточно далеко, чтобы потрогать. Кстати о потрогать: руки Разумовского привязаны к подлокотникам клейкой лентой, а в ладони заботливо вложен пульт управления от вибратора.       В ответ на замечание Олег лишь жмет плечами. — Раздевайся. — приказывает Серый, закидывает ногу на ногу и качает мыском. Волков повинуется.       Брюнет не спеша стаскивает с себя футболку, оголяя подкачанный пресс, с редкими вкраплениями шрамов-полосочек, ерошит тканью непослушные волосы. Футболка ложится рядом с его бедром. Сережа снисходительно качает головой, разрешая продолжить дальше. Грубые пальцы легко справляются с молнией на шортах, и Олег стаскивает их вместе с бельем. К чему прелюдии? — Не торопись, Волч. — осаждает его Серый.       Олег лишь кидает извиняющийся взгляд из-под ресниц. — Возьми из тумбочки смазку и растяни себя. — Сержа облизывает пересохшие губы, — Давай, Волч, не упрямься. Я же знаю, что ты можешь.       Волков тянется к тумбочке и достает из нее тюбик смазки. Без вкуса, без запаха, скукота. Густой гель с тихим «хлюп» вытекает на пальцы. Олег заводит руку за спину. — Так, чтобы я видел. — строго произносит Серый. Ему не терпится увидеть это зрелище. Консервативный во всех взглядах Олег сейчас делает такое…       Мужчина повинуется. Он разворачивается спиной к креслу, упирается стопами в матрас, разводит колени и садится на пятки. Слегка прогнувшись в спине, Олег достает скользкими пальцами до сжатой дырочки. Обводит ее по кругу, распределяя смазку и немного вставляет палец — примерно по ноготь, не больше. — Умница, Волчик, хороший мальчик. — Разумовский улыбается.       Олег опускает голову. Его тяжелое дыхание слышно во всей комнате. Смуглые пальцы поблескивают от количества смазки на них. Олег сильнее нажимает на вход, проталкивая палец глубже. — Давай второй, — Олег кидает на него хмурый взгляд через плечо, — Я сказал, добавляй второй. — тверже произносит Разумовский, слегка дергая запястьями. Крепко примотал, зараза.       Олег вынимает палец из себя, снова добавляет смазки и приставляет ко входу уже два. Края дырочки еще толком не покраснели, поэтому они не такие чувствительные как обычно, но Волкову это не мешает ввести внутрь два пальца. Становится принимать заметно тяжелее. Внизу живота скручивается узел. Два пальца это не так уж и много, но в сравнении с тонкими пальцами Разумовского это гораздо больше обычной растяжки. Олегу никогда не нравилось растягивать себя самостоятельно. Это неудобно и намного больнее, чем сделает Сережа, но сейчас у него есть шанс показать Разумовскому что он может. Олег вводит их до упора, привыкая к ощущению. Немного погодя, Волч начинает двигаться на пальцах, выгибаясь под разными углами и стараясь попасть по чувствительной точке.       Сережа скользит взглядом по рельефной спине, видит как капелька пота скатывается от шее к ямке на пояснице. Тихий стон отдается эхом в черепной коробке. Олег стонет нечасто, предпочитая лишь томно дышать на ухо, или иногда поскуливать, как настоящий волчок. К стону все сводится в одном единственном случае: Олег попал по простате. — Боже, Волчик, ты не представляешь как ты прекрасно выглядишь отсюда. Убери руку, покрасуйся.       Олег вытирает пальцы о постель, упирается локтями перед собой и подается назад, виляя бедрами. Следы смазки виднеются на внутренней стороне бедер. Разумовский жалеет о том, что не может слизать ее языком.       Звонкий шлепок, и на ягодице алеет отпечаток ладони. Сережа ухмыляется. — Ты не представляешь как сильно я хочу оказаться рядом с тобой. Как сильно я хочу провести языком по твоей сжимающийся дырке. Впиться в твои бедра и оставить синяки, чтобы все знали, что ты мой, волчонок.       Олег краснеет и виляет бедрами еще раз. — Да, вот так, малыш. Ты у меня самый лучший волчок. Порадуй меня, возьми мой подарок. Он лежал рядом со смазкой в тумбе.       Из тумбочки Волков достает фиолетовый дилдо, который еще и вибрирует. Волч щедро поливает его смазкой и приставляет к отверстию. Сережа видит как головка растягивает податливые стеночки, погружаясь внутрь. Олег начинает хрипло дышать, сжимая свое бедро ладонью. Сережа передвигает бегунок скорости на первое деление. Волков замирает. — Нравится, Волчик? — с ухмылкой спрашивает Разумовский и перебрасывает рыжую копну волос на левую сторону.       Олежа же садится на дилдо до упора, вскрикивая от крупной головки, что уперлась прямиком в комочек нервов. — Замри. — командует Разумовский и переключает скорость.       Монотонное гудение вибратора Сережа слышит даже со своего места. Ягодицы Олега напрягаются, а член отзывается ноющей болью. Волков закусывает губу. Хочется на садиться на игрушку еще больше, но он итак вставил вибратор до упора, и Сережа приказал не двигатся. Волков лишь опирается ладонями в бедра и тихо шипит. Вибрация, заставляет сильнее сжиматься на игрушке и тихонечко скулить, чтобы Сережа разрешил кончить. С губ слетает громкий стон: бедра свело сладкой судорогой. — Волчик, ты не представляешь, как великолепно ты выглядишь. Моя личная шлюха. Ты так сладко сжимаешься на игрушке. Не смей прятать лицо, я вижу как сильно ты хочешь кончить. Давай кончи для меня.       Олег начинает двигаться на игрушке, кусая губы и издавая все более развязные звуки. Пальцы плотно обхватывают член, мешая боль с пьянящим удовольствием. Хочется больше. Олег скулит, напрашиваясь на ласку. он уже жалеет, что решил примотать Сережу к креслу. Не хватает его рук на талии и языка у уха. — Блять. — ругается Сережа. Темное пятно в районе паха удивляет. Он как-то подзабыл про свое возбуждение.       Олег громко стонет и замирает. Сережа выключает вибратор, и Волчик падает без сил на бок. Игрушка сама выскальзывает из ослабевшего тела. — Ты так прекрасен, Олеж. — звучит над ухом.       Волков приоткрывает глаза. Сережа сидит рядом, потирает покрасневшие запястья. Заметив взгляд брюнета, Разумовский обхватывает ладонями его лицо и целует. Нежно. Обводит языком кромку зубов, чуть прикусывает губу, ладонью собирая бисеринки пота.       Его Волчик самый лучший.