Моя любимая буква твоего имени.

- Я скучала… Почему ты мне не сказала, что ты возвращаешься в школу? - Хотела сделать сюрприз, - брюнетка встала со стула. - Разве ты не рада? - медленно наклонившись к уху, произнесла старшая. - Сюрприз удался, Лаура Альбертовна, - юная особа взглянула в голубые глаза. - Кстати, теперь очередь моего сюрприза. Мама просила передать, что мы вновь будем заниматься. - Чем? - немножко флирта не помешает. - Русским. - Отлично. Подготовимся к ЕГЭ. - Не хочешь поговорить? Мы не виделись больше 2 месяцев, - Маша не стала томить с важным для нее разговором. - Сейчас? Давай в другой раз? - Когда? - прошептав, спросила Третьякова. - Только не в школе, - посмотрела, как кот из Шрека. - Хорошо. Приходи в воскресенье в 5 часов вечера ко мне домой. Хорошо? - А муж, дети? - с недопониманием и с ноткой дрожащего голоса звучало в стенах кабинета. - Они уедут к родственникам на ужин. - Хорошо, - Маша втиснулась в теплые объятия. - Я очень скучала. - Солнышко, я тоже. - нежный поцелуй почувствовали белые локоны на макушке.

***

Наступило воскресенье.

Часы летели мимолетно, и вечер настал мгновенно. Звонок в дверь и на пороге она. - Я пришла, - юная особо ее сердца была в приятном до красоты платье. Тишина. - Лаура? Брюнетка все еще пыталась вернуться из своих внутренних мыслей, которые возникли при виде этой красоты. - А? Да. Прости. Проходи. Поужинаем? - отойдя в сторонку, она пропустила гостью внутрь. - Я же пришла поговорить, - Маша сняла с себя куртку и переобулась в те. Еще те самые тапочки. - А еда или кружка чая помешает? - послышался крик с кухни. - Нет. Давай поедим, - просунув ножки в пушистые тапочки, она направилась в сторону кухни. - Здесь все также вкусно пахнет, - с изумлением на лице, облокотившись об дверной косяк, проговорила Маша. - Я приготовила твою любимую пасту, - накладывая на тарелки любимое блюдо. - Вау! У меня уже слюнки, - Маша присела за стол. - Да? - Да. - Уже подаю. Приятного аппетита! - ужин был подан на стол. - Спасибо. Тебе тоже приятного аппетита!

***

Прекрасно поужинав за теплыми разговорами, выпив чаю с пирожными, настал момент важного разговора. Пока Лаура разговорила по своему телефону, Маша убрала остатки ужина и вымыла посуду. Поговорив по телефону, Лаура вернулась на кухню. Видя Машу облокотившейся о стол. Она была настроено решительно. - Мы не виделись долго. Не уже ли ты не хочешь поговорить о наших чувствах? - начала Маша. - О чем? - Ты же чувствуешь, не так ли? То… что происходит между нами. Маша затаила дыхание, потому что Лаура не чувствовала того же или предпочла бы не признавать этого. Сердце бешено колотилось в груди. Лаура спокойно выдержала её взгляд. «Скажи ей «нет», - кричал её внутренний голос. Скажи ей, что ты ничего не чувствуешь, что не понимаешь, о чем она говорит». Но вместе этого Лаура прошептала: - Да, я чувствую. Казалось, уже целую вечность они не могли оторвать взгляд друг от друга. Их лица были так близко, что они дышали одним воздухом. Маша первая нарушила молчание. - Лаура, - её надтреснутый голос звучал тихо. - Да? - Или поцелуй меня или прекрати делать большим пальцем то, что ты делаешь, потому что это сводит меня с ума. Лаура услышала в голосе Маши нотку мольбы, смешанную с хриплой властностью, и почувствовала острый укол возбуждения. Она приподняла ее на стол, остаточной втиснулась между ног Маши, глядя прям в глаза. Обладая миниатюрной фигурой, Лаура смотрела на Машу сверху вниз, продолжая гладить шелковистую кожу кончиками пальцев. Маша сжала край стола. Костяшки её пальцев побелели, а губы раздвинулись, и дыхание снова участилось. Её карие глаза, потемневшие от желания, притягивали Лауру к себе и не отпускали. Лаура выкинула все из головы, позволяя этой красивой блондинке полностью захватить свое внимание. Положив правую руку на другое колено Маши, она теперь ласкала её с удвоенной силой. Глаза Маши на секунду закрылись и тут же распахнулись, сверкнув твердой решимостью. Высвободив край стола из смертельной хватки своих же пальцев, Маша скользнула проходя руками по груди Лауры вверх к шее и обхватила её голову с обеих сторон, запустив свои пальцы в шелковистые волосы. Три долгих секунды прошли прежде чем они смогли оторвать прописанный эротизмом взгляд друг от друга и, наконец, Маша с силой притянула Лауру к себе, сливаясь с ней жарким, страстным поцелуем. Их губы с жадностью ласкали друг друга, и Маша громко стонала, сжимая коленями бедра Лауры и сводя пальцы в кулаки с торчащими во все стороны темными локонами. В том как Лаура приживалась к Маше, придвигал её к краю стола, в неистовом желании почувствовать её на себе как можно плотнее, и в том как она касалась её бедер, не было ни намёка на предварительные ласки. Платье Маши, задралось гораздо выше линии её бедер, хрипы и стоны наполнили кухню. Язык Лауры проник внутрь Маши, ей лишь чуть-чуть не хватало, чтобы слиться с ней физически в буквальном смысле. Её руки не могли дождаться сигнала, чтобы начать растягивать пуговицы на платье Маши. Это было бы так легко и приятно - она знала наверняка. Она чувствовала напряжение мышц под тонкой тканью, свидетельствовало великолепной физической формы Маши. Она чувствовала женственные формы её бедер и упругость её груди. Боже, как она хотела увидеть грудь, потрогать, попробовать её на вкус. Но почему она не может этого сделать? Что её сдерживает? То как Маша целовала её - страстно и самозабвенно - говорило о том, что она определенно не собиралась останавливаться на полпути. То как Маша её целовала… Лаура вернулась из этого поцелуя, и прислонилась лбом ко лбу Маши. Они обе тяжело дышали. - Что случилось? - спросила Маша, касаясь кончиками пальцев дрожащих от возбуждения губ Лауры. - Что такое? С тобой все в порядке? «Боже не смотри на меня так». Бездонные обращенные к ней глаза, замерли в ожидании. - Маш, нам нельзя этого делать, - слова сорвались с губ прежде, чем она смогла опомниться. - Что? - Маша непонимающе смотрела на Лауру, её грудь все ещё тяжело вздымалась. - Нам нельзя этого делать. - Почему? - Нельзя. Я твоя учительница. Так нельзя. Маша тихо кивнула, осознание настоящего медленно возвращалось к ней. - Да, - выражение боли на её лице нельзя было спутать ни с чем. - Ты, наверное, права. Лаура попыталась поскорее стереть с её лица эту боль. - Поверь, это не потому, что я не хочу тебя. Просто… - Нет-нет, - Маша постепенно приходила в себя, и Лаура с удивлением обнаружила, как быстро между ними выросла стена отчуждения, и как больно ей было это видеть. - Нет, все в порядке. Ты… Вы абсолютно правы. Я… я вела себя глупо. Маша высвободила свою руку из волос Лауры и осторожно оттолкнула её, освобождая себе достаточно пространства, чтобы соскользнуть со стола. Смущаясь, она разговоров руками свое платье. «Глупо? Ой». Лаура закрыла глаза и потерла лоб ладонью, чувствуя себя в данный момент таким дерьмом. - Маш… - Нет, - Маша вскинула руку, прерывая её. - Честно. Все в порядке. Я повела себя не очень и уверена, что мы с вами посмеёмся над этим завтра, так что… позвольте мне убраться от сюда и не выставлять себя ещё больше дурой. Хорошо? - лицо её пылало, и она старалась не встречаться взглядом с Лаурой. - Ты же не… - начала Лаура, не зная, как ей лучше вести себя. Маша суетилась и двигалась быстрой. Лаура не хотела, чтобы она уходила в таком состоянии. Она протянула руку, чтобы коснуться плеча Маши, но та отстранилась. - Маш, ты не дура. - Лаура, прошу тебя, - взмолилась Маша, и Лауре показалось, что она заметила слезы в её глазах, хотя Маша не смотрела прямо на нее. - Прошу тебя. Лаура кивнула и не проронила больше ни звука, пока Маша собирала свои вещи, а затем скрылось в темноте коридора. Она так много хотела сказать, так много объяснить. Боже, в мире было столько вещей, которые она хотела бы объяснить самой себе. Что, черт побери, только что произошло? «Что со мной происходит?» Она рухнула на кровать в спальне. - Какая же я сволочь, - пробормотала она в ночной тишине.