Безмолвие сумасшедшего (рабочее).

      Сон. Когда он в последний раз мог нормально заснуть. Не так, чтобы окунаться в беспокойное состояние периферии сознания, балансируя на грани двух реальностей, внимательно прислушиваясь к каждому издаваемому в реальности звуку, отчаянно стараясь не прогадать с моментом самозащиты от опасностей лечебницы, а так, чтобы провалиться в радостное забытье, оставив позади все заботы реального мира. Хотя бы на время. На час, полчаса — Вэриану много не нужно. В очередной раз с болью прикрыв глаза, юноша медленно перевернулся на бок и попытался заснуть. Но сон как назло, как всегда покинул его, оставляя отчаянно прислушиваться к звукам снаружи, стараясь не упустить ничего, что потенциально могло бы ему навредить.       Резко сев на постели, Вэриан устало прижал ладонь к лицу и медленно провёл ею вниз, словно пытаясь скинуть с глаз пелену бесконечного кошмарного сна, преследующего с тех самых пор, как они с Хьюго нашли те записи. Взгляд метнулся к пожелтевшей от пота и грязи из-за долгого использования подушке. Скривив губы в беззвучной горькой усмешке, Вэриан медленно потянулся к выглядывающему из-под подушки нижними уголками своего чёрного переплёта маленькому дневнику, оставленному ему незнакомкой пару дней назад. Кожаная поверхность переплёта приятно ласкала ладонь своей гладкостью, позволяя хоть и на жалкие крохи времени, но почувствовать, что существуешь, что реален, что жив. Вэриан медленно прикрыл глаза. Внезапно окружавшая его прежде темнота рассеялась, оставив после себя лишь серую пустоту. Щурясь и из-за всех сил напрягая глаза из-за слишком ярко бьющего в лицо света, юноша, сквозь приоткрытые щели между пальцами, смог разглядеть вдалеке женский силуэт. Какого чёрта она тут делает? Снова и снова врывается в его покалеченное сознание, ассоциативным образом света, разрезая давно поселившуюся внутри него тьму? Продолжая закрывать ладонью лицо, неспешным шагом, Вэриан медленно приближался к светящейся фигуре. «Кто же ты?.. Почему тебя так много в моей голове?.. Твоё имя, кажется тебя зовут… Ка… К-кас… Кассандра?» Вэриан не мог точно описать, что чувствует по отношению к непрошеной гостье, столь нежданно ворвавшейся в его серую, покрытую чёрными пятнами, собравшимися из страшных секретов жизнь и столь же крепко угнездившейся в его разуме. Естественно он был зол. Очень зол. Зол до тихого зубного скрежета и немого гневного крика, отныне периодически вырывающегося из его горла, до побеления костяшек во время каждого яростного удара по подушке или стене. Будь его воля он бы выдворил её из палаты в тот злополучный день. А может?.. Да, так определённо было бы лучше. Смерть определённо была бы ей к лицу. Он бы превратил её в произведение искусства, он бы показал миру всю её красоту, превратив её тело в неподвижный белоснежный холст и раскрасив его чёрной кровью. Вэриан резко распахнул глаза. Схватившись за внезапно пронзившее тупой болью сердце, подросток, упав на пол, жадно глотая ртом воздух, в отчаянии протянул руку в сторону тумбочки, из последних сил, держась за тонкую нить сознания. Трёхдневный голод, выработанный по собственной воле юноши, ввиду страха быть отравленным кем-то из медперсонала сильно сказывался, превращая движения и без того тощего, тщедушного тела в вялые и совершенно беспорядочные, как у тряпичной куклы. Дрожащими руками потягивая своё тело по направлению к спасительной мебели, Вэриан, прикрыв глаза, из-за всех сил стиснул зубы, чтобы не закричать от новой порции поли, вибрацией проходящейся по всему телу и отдающей бешеной пульсацией где-то в районе сердца. Задерживать дыхание с целью сохранить хотя бы ещё одну небольшую порцию спасительного кислорода с каждой секундой становилось всё тяжелее. Перед глазами юноши всё плыло и троилось, но он продолжал упрямо ползти к тумбе. «Ещё… чуть-чуть…» — безуспешно мысленно пытался утешать себя Вэриан, прекрасно понимая, что у него не хватит сил, чтобы закончить. Он чувствовал это. И вот, находясь на финише, когда до тумбочки было рукой подать, проползи ты ещё метра два, Вэриан беззвучно закричал и обессиленно рухнул на холодный сырой пол, сворачиваясь в клубочек в попытках утихомирить разрывающие изнутри судороги.

***

      — Кэсс, вставай быстрее!       Кассандра раздражённо зарычала, из-за всех сил прижимая подушку к голове. Стоило давно признать, что Рапунцель и воскресенье — убийственный дуэт. Кое-как оторвав голову, Кассандра хмуро посмотрев на ухмыляющуюся во все тридцать два зуба подругу и не сдержавшись, швырнула в неё облюбованной ранее, несчастной подушкой. Та, ловко перехватив брошенную «тряпку», весело пропела:       — Поднима-а-айся. Нам сегодня столько всего предстоит сделать, забыла? Так, сначала мы должны сходить в магазин одежды, потом к пекарню дяди Монти, а затем… В мастерскую Ксавье. — радостно пропела блондинка, при этом совершенно не смотря на Кассандру, словно разговаривая сама с собой.       Блэк в ответ, послала в сторону подруги весьма красноречивый взгляд. — Что? — неуверенно спросила Рапунцель, нервно хихикая и украдкой поглядывая на дверь. Кассандра вымученно прикрыла глаза. Голова нещадно гудела в качестве расплаты за вчерашнюю бессонную ночь, заставляя болезненно стонать и отчаянно потирать пульсирующие виски. Приступив к оному занятию, Кассандра, шипя от боли и раздражения, саркастично, ответила: — Ты вытягиваешь меня в мой выходной в шесть утра, чтобы пройтись по магазинам и угробить кучу свободного времени, которое я могла бы потратить, анализируя новое дело или на сон и которое по-твоему должна потратить на абсолютно бесполезные действия, Рапс. Действительно, что? Рапунцель пристыженно отвела взгляд. Обречённо выдохнув, Кассандра поднялась с кровати. — Ладно, подожди пять минут, — хмуро смотря на подругу, обиженно пробормотала Кэсс.

***

Если с утра затея Рапунцель пройтись по магазинам казалась Кассандре максимально бессмысленной и пустотой тратой её и своего свободного времени, то сейчас, прижимаясь спиной к косяку очередной примерочной чёрт знает какого уже по счёту магазина, Блэк едва сдерживала животную ярость, бурлящую в крови, выражающуюся в нестерпимом позыве придушить Санлайт голыми руками за её принципиальную медлительность и придирчивость к своему внешнему виду, что была способна вывести из себя даже самого терпеливого человека на земле, коим Кассандра, чего уж тут — не являлась. Проходящие мимо покупатели, смотрели с разной степенью неприязни: у кого-то в процессе нахмуривания отчётливо пролегала неприятная глазу девушки складка на потном лбу, кто-то презрительно поджимал губы, готовый в любой момент сплюнуть ей под ноги, а кто-то просто косился побитым волком, стараясь максимально незамеченным проскользнуть мимо. Но Кассандра разумеется замечала. Не с её опытом и годами наблюдений отработанным вниманием, пропускать подобные вещи. Поэтому стойко держа своё лицо, Кассандра старалась игнорировать невербальные посылы прохожих и отвечала тем извиняющейся улыбкой, уголки которой грозились порвать кожу щёк, до того сильно она их растягивала. Болотные глаза бесстрастно рассматривали различные прилавки и витрины, стоящие напротив и проходящие вдоль до конца отдела. Чёрт бы побрал Рапс с её детскими идеями, сейчас всё чего хотела Кассандра — прийти домой, накормить Фиделлу и отправиться на встречу с Вэрианом, дабы прояснить некоторые детали и возможно узнать новую информацию, что помогла бы быстрее распутать этот клубок. Девушка задумчиво провела рукой по губам. Она мало что понимала в химии, но та формула определённо могла быть той самой ниточкой — главной ниточкой, ведущей к раскрытию дела. Итак, существует несколько вариантов её участия: первый — Вэриан или кто-то другой, кто мог бы его подставить или заставить убить своего друга — мог отравить того аконитом, ведь сам по себе аконит является сильным нейропаралитиком, достаточно быстро приводящим к различного рода конвульсиям и судорогам, что в дальнейшем вытекает в затруднённое дыхание и далее с ещё парочкой симптомов — смерть. Второй — аконит является одним из компонентов какого-нибудь, приготавливаемого Саинстом и его другом Хьюго элексира. И наконец, третий — Вэриан имел ввиду сам цветок, как какой-то символ или подсказку с точки зрения психологии, что указывал бы на отдельные черты либо его, либо личности убитого, либо того, кто убил. А может быть аконит не следует воспринимать буквально, может быть это название. Нет, нет, будь это просто название, Вэриан вряд ли стал бы приписывать формулу. Чёрт, как же всё сложно. Кассандра устало потёрла переносицу. Ну сколько она там ещё будет? Словно прочитав её мысли, из-за шторы показалось во весь рот радостно улыбающееся лицо Рапунцель. Кассандра закатила глаза. — Ты закончила, Рапс? , — скучающе протянула Блэк, бросая косой взгляд на слишком уж счастливое лицо подруги. — Да! Можем брать! — чуть ли не подпрыгивая от радости, пропищала Рапунцель с искрящимися счастьем изумрудными глазами. Ну наконец-то. Ждать ещё чёрт знает сколько времени у Кассандры не было никакого желания, и так уже спина и копчик болезненно ныли от слишком тесного и неудобного соприкосновения с боковиной примерочной. — Ну, что же, тогда идём, — усмехнулась Кэсс, бросая короткие красноречивые взгляды в сторону кассы.

***

— И так, что же интересного ты можешь рассказать мне на этот раз? , — хихикая, спросила Рапунцель, скосив на Кэсс смешливый взгляд. — Ничего, — тихо ответила Блэк, задумчиво отведя взгляд в окно, попивая при это горячий чёрный кофе, горчинкой ласкающий нёбо, язык и приятно обжигающий горло. — Ну, так неинтересно, — обиженно надула губки Санлайт, после чего скрестив руки на груди, демонстративно отвернулась, гордо вздёрнув подбородок. Кассандра лишь тихо усмехнулась детскому жесту со стороны подруги и в очередной раз отпила кофе из чашки. Она привыкла к подобным выходкам со стороны Рапунцель ещё со студенчества, оттого, её едва ли могли пронять подобные выходки блондинки. Уж кому-кому, а Рапунцель точно не стоит рассказывать какую-либо информацию о текущем деле вообще. Начнёт шутить, переиначивать факты в бредовые теории, а может так и вообще начать сватать с главным подозреваемым. Кассандра знала это не понаслышке. Рапунцель, отойдя от своего образа «обиженной леди», вернула щенячий взгляд на подругу и жалобно протянула: — Ну, Кэ-э-э-э-с-с, ну расскажи! Игнорировать. В таких случаях всегда необходимо «уйти в себя», отрезав себя на какое-то время от реальности и не давая подруге и шанса на то, чтобы вытянуть из неё, Кассандры, хоть слово. — Мне пора. — пробормотала Кассандра и встав из-за стола, оставив на нём нужную сумму за кофе, направилась в сторону выхода, старательно продолжая игнорировать тщетные жалобные восклицания и просьбы подруги за спиной.

***

Ступив на уже проторенную, ничем за её последнюю поступь по ней не поменявшуюся дорожку, примыкающую к крыльцу высокого здания, Кассандра в волнении прикусив нижнюю губу, медленно направилась в сторону входа. Старые, покрывшиеся порослью паутины двери, неприветливо скрипнули в момент распахивания, словно старая злая бабка, ворчливо кидая находящимся внутри: «эй, к нам тут новенький опять заявился». Кассандра холодно прошлась глазами по удивлённому персоналу. Вот же ублюдки — строят из себя невесть что, хотя помнят, что она уже приходила. Администратор, неохотно заглянула в журнал посещений, после чего переведя «виноватый» взгляд на Кассандру, прокашлявшись, нарочито смущённо, пролепетала: — Извините, мы вас не сразу узнали. Кассандра хмыкнула. Ну конечно. Прав был Вэриан, но в одном ошибся или забыл упомянуть, неважно — здесь никому нельзя доверять. Все они двуличные крысы, а не только Зана Тири. — Ничего страшного, могу я заглянуть к нему? — бросив в лицо девушке ответную вежливую улыбку, тихо спросила Кассандра, в противовес буравя девушку пристальным взглядом. — Да, конечно — нервно облизывая губы, ответила администраторша, увидев пробежавшую сталь в глубине зрачков взгляда напротив. Поблагодарив и наградив напоследок девушку коротким кивком, Блэк заполнила необходимые поля в журнале посещений и лёгкой походкой, беспрепятственно направилась в сторону лифта. На секунду прикрыв при виде знакомой металлической двери глаза, Кассандра тихо выдохнув, осторожно прикоснулась к ручке. В отличии от входной двери, дверь палаты Вэриана не скрипела, а лишь издала тихий лязг, раскрываясь скорее приглашающе чем ворчливо, как в первом случае. — Вэриан?, — тихо позвала Кассандра, стараясь ради искренности звучания, вложить в голос всё беспокойство, что накопилось в ней за сегодняшний день. Но видимо его было недостаточно — парень не откликнулся. Пройдя вглубь, Кассандра, слегка прищурившись, всё же смогла разглядеть в углу тощую фигуру парня, калачиком свернувшуюся лицом к стене. Озадаченно нахмурившись, Блэк, тихой поступью, стараясь ничем не выдать своего присутствия, направилась к юноше. Глаза постепенно привыкли к темноте и девушка смогла разглядеть множественные мелкие разрушения в глубине комнаты. Одеяло и простынь бесформенной кучей валялись на полу, судя по всему, лихорадочно сброшенные хозяином в момент какого-то приступа, а Кассандра не сомневалась в том, что это был именно он. На полу также лежала россыпь мелких осколков, что видимо в прошлом было либо колбой, либо каким-нибудь другим научным инструментом. Присев возле бездвижного тела Вэриана, Кассандра легонько потрясла его за плечо. Реакции не последовало. Тихо ругнувшись, Кассандра медленно перевернула подростка на спину. Представшая картина совершенно не обрадовала девушку. Сдув со лба мешающуюся чёлку, девушка хмуро посмотрела на лицо подростка. Глаза закатаны, да причём так сильно, что сквозь прозрачную белизну глазного яблока, можно было увидеть очерчивающие его сплетением тонких красных нитей капилляры. Кожа на лице побелела настолько, что создавалось впечатление, что юноша уже давно умер - настолько её цвет сливался с молочно-белым, покрывающим кости. Рот Вэриана был приоткрыт и мелко подрагивал, так, что сквозь какофонию звуков, состоящую из посторонних шагов в коридоре, завывающего ветра за окном и шелест в следствие этого подёргивающихся портьеров, можно было различить слабое рваное дыхание, наполненное жаждой и невыпущенными стонами боли. Кассандру передёрнуло. Вот чёрт. И что же теперь со всем этим делать? Кассандра раздражённо провела ладонями по лицу. Так, сейчас главное вызвать врача. Кого угодно, да даже медсестру, пусть сообщат о произошедшем лечащему врачу парня, чтобы тот мог хоть как-то нивелировать приступ, потому что сама Кассандра с этой задачей не справится, так как не имеет ни малейшего понятия, как действовать в подобной ситуации. Медленно выдохнув, девушка ещё раз обдумала план и утвердив его в своей голове, выбежала в коридор