Часть 1
4 декабря 2022 г., 13:00
Примечания:
— Я не боюсь волка, — раздался мягкий, глубокий голос, от которого по спине пробежалась приятная дрожь.
Ветер окружил их портным занавесом, принося с собой нежную осеннюю прохладу. Капюшон спал с головы женщины, обнажив её лицо. Высокие скулы, острый взгляд, прекрасные чёрные волосы, спадавшие на её плечи, точно тень. Обрамлённые густыми тесинами золотые глаза. Лицо женщины было идеально, если бы на шрам под её левым глазом. И в её взгляде, направленном на Ши Цинсюань, скрывался странный голод.
Громогласный топот копыт раздавался эхом на всём пути, а плащ взлетал под порывом ветра. Во главе процессии развевались красные знамёна. Это было сигналом для всех собравшихся, что совсем скоро их переживания утихнут. Ши Уду ехал прямо позади флагов, вскинув голову высоко и гордо. По обе стороны от него: Пэй Мин и Линь Вэнь. Ши Цинсюань ехала вместе с ними, расположившись в самом конце процессии. Лошади замедлили ход, когда они приблизились к центру деревни, и она подняла голову, разглядывая толпу жаждущих лиц.
Далеко не каждый день деревни на окраине королевства удостаивались их присутствия. Глаза людей множества возрастов искрились, и Ши Цинсюань чувствовала трепет гордости в груди. Они защитили людей. Они спасли их. В самом центре их процессии находился пойманный зверь, заключённый в железную клетку, от веса которой дребезжали колёса.
Процессия замерла, и Ши Цинсюань наклонилась, погладив свою лошадь по шее. Зверь в клетке зашевелился, когда они остановились, и она заметила, как его пальцы сжались вокруг железных прутьев. Сквозь них выглядывало лицо, похожее на человеческое, и его взгляд изучающе смотрел на собравшуюся толпу. Однако это существо не было человеком, и им удалось схватить его, прежде чем он мог бы устроить бесчинства в деревне.
Деревенская площадь ничем не отличалась от множества других, которые доводилось видеть Ши Цинсюань во время их походов. Она спешилась с коня вместе с остальными и передала поводья одному из тех, кто путешествовал с ними. Устремившись вперёд, она обогнула других культиваторов и остановилась рядом с братом. Тот обернулся к ней, смерив её внимательным взглядом, и прищурился.
— Держи спину ровно, — сказал он. — Помни, что мы единственная надежда этих людей. Веди себя соответствующе.
— Конечно, брат, — она тут же расправила плечи, встав рядом с ним.
Вперёд вышел глава деревни. Пожилой мужчина низко поклонился им. Они вернули ему жест не с меньшим уважением.
— Добро пожаловать, даочжаны. Для нас честь узреть Императорские флаги, развивающиеся над нашей скоромной деревней.
— Это время было самым подходящим, чтобы прийти к вам, — Ши Уду отошёл в сторону, указывая на клетку. — Мы обнаружили это на окраине вашей деревни. Это кровопийца с неизвестной болезнью.
Толпа зашепталась. Существо крепко хваталось за прутья, и один из охотников приблизился к клетке и ударил по ним кулаком, вынуждая его отступить обратно в клетку. Это вызвало ещё бо́льший ропот толпы. Страх. Ши Цинсюань обернулась к старейшине деревни и поклонилась ему в знак уважения и преданности.
— То ли это существо, о котором вы писали Императору?
— Нет. Нет, это не оно, — пожилой мужчина огладил бороду с нескрываемым страхом во взгляде. — То был... Волк.
Охотники замолчали, и Ши Цинсюань бросила на брата взгляд. Глаза того сузились, однако он не позволил этой новости сломить себя. Вместо этого он кивнул.
— Один? Обычно они путешествуют стаей.
— Был замечен только один.
— Когда и где? — спросила Лин Вэнь. Её чёрные одежды натянулись в районе лодыжек, когда она поднялась. — Следует ли этот волк лунному циклу, или он может свободно охотиться по ночам?
— Мы не замечали никакой последовательности в его действиях или причины. Сначала мы думали, что это обычный волк, потому что его жертвами был скот. Три недели назад волк загрыз первого человека. Мы не знаем, что нам делать. Люди не могут покинуть свои дома ночью. Таверна закрыта. С наступлением зимы припасы придётся доставлять горными тропами, но в лучшем случае это займёт два дня пути. Если волк начнёт убивать купцов по пути сюда…
— Жители деревни будут голодать, — закончила вместо него Ши Цинсюань.
— Мы прибыли издалека. Откройте таверну и предоставьте нам еду и воду, — Ши Уду обернулся к кровопийце, заключённому в клетку. — И предоставьте подземелье, в котором можно это спрятать.
— У нас есть только камера для пьяниц и воров. В этой деревне никогда не приходилось запирать что-то… Нечеловеческое.
Старейшина деревни с тревогой сжимал руки.
— Мы справимся, — развернувшись, Ши Уду обратился к собравшейся толпе. Они смотрели на него с трепетом, когда он поднял руку, привлекая их внимание. — Не покидайте дома с заходом солнца! Заприте двери и окна. Никому не открывайте. Волки коварны, и они могут говорить голосами ваших близких, которых они отняли у нас. Будьте бдительны!
Ши Уду отдал приказ доставить существо в тюрьму и охранять его.
— Брат! — Ши Цинсюань встала перед ним, заслужив резкий, неодобрительный взгляд. — Позволь мне отвечать за охрану существа.
— Нет.
— Пожалуйста? — она шагнула ближе к нему, когда тот попытался обойти её. — Я готова к такой ответственности.
Ши Уду нахмурился. Пэй Мин подошёл к ним, устроив локоть на плече старшего мужчины.
— Хэй, эм, Цинсюань… Ты уверена, что можешь простоять всю ночь снаружи, пока где-то рядом шастает одинокий волк?
— Я могу позаботиться о себе, — ответила она.
— Знаешь ли ты, почему одинокий волк опаснее стаи? — спросила Лин Вэнь.
— Эм…
— Оборотни обычно путешествуют группой, — сказала она. — Это основа. Ты должна была выучить это ещё тогда, когда училась, — Лин Вэнь скрестила руки на груди, и Пэй Мин тут же рассмеялся. — Одинокие волки встречаются реже, и каждый из них более смертоносный. Есть только одна причина, по который волк путешествует вне стаи.
Ши Цинсюань подглядывала то на одного, то на другого, то на третьего, ожидая от них объяснений.
— Хорошо? По какой же?
— Вся остальная часть стаи была убита. Возможно, культиваторами, которые охотились на тварей. Выбирая целью группу, стоит убить каждого волка в ней. Стоит оставить одного…
— Стаи ищут еду, — объяснил Ши Уду. — Одинокие волки — месть.
Взгляд невольно упал на грудь брата. Она знала, что её пересекало три глубоких шрама, которые ему из мести оставил волк. Ши Уду смотрел в глаза существу и был близок к смерти. Однако в итоге он одержал победу в той битве. Ши Цинсюань сняла с пояса веер.
— В любом случае, я тренировалась и готова к большей ответственности. Брат, это всего лишь присмотр за больным кровопийцей. Клянусь, я могу справиться с этим.
Ши Уду стряхнул руку Пэй Мина с плеча.
— Хорошо, — его губы сжались в тонкую линию, когда она чуть было не взвизгнула. Он подождал, пока она успокоится, и тогда Ши Цинсюань крепко сжала веер в руках. — Проследи, чтобы зверя кто-то охранял, а после отправляйся в таверну и поешь. Как только солнце сядет, ты останешься за главную.
Её глаза загорелись.
— Спасибо, брат!
— И если ты услышишь что-то, — сказал он, понизив голос, — хоть что-то… Знакомое…
— Позову тебя немедленно, — она раскрыла веер и поклонилась. — Благодарю за оказанную возможность.
Наблюдая за тем, как удаляются брат и его помощники, Ши Цинсюань чувствовала возбуждение во всём теле. Развернувшись, она приблизилась к клетке, которая сдерживала зверя. Он расположился в самом центре своей тюрьмы и пусть выглядел вялым, Ши Цинсюань могла ощутить тёмную смертоносную ауру, исходящую от него. Длинные тощие руки были надёжно спрятаны от света, а сам зверь сжался в шар на полу клетки.
Клетка стояла на небольшой телеге, прикреплённой к ней железными цепями.
В неё были впряжены лошади.
— Отведите существо в камеру. Оно останется в своей клетке. Две клетки лучше, чем одна. Двое должны быть со мной, остальные рассредоточитесь по периметру деревни. Предупредите, если увидите что-то странное.
Культиваторы их группы торопливо последовали указаниям, и Ши Цинсюань шла рядом всё то время, в течение которого существо вталкивали в помещение. Клетку отделили от телеги и опустили на пол. Сильные руки втащили её в помещение. К несчастью, в таких маленьких деревнях, как эта, тюрьмы делали наземными. Это усложняло патрулирование, однако она была настроена заставить брата гордиться ею.
Закончив с приготовлениями, Ши Цинсюань направилась в таверну. К моменту её прихода культиваторов уже обслужили, поставив перед каждым тарелку с едой. В другом конце комнаты Пэй Мин расположился в компании нескольких местных молодых девиц, и Ши Цинсюань закатила глаза, заметив это. Присев за один стол с братом и Лин Вэнь, она схватилась за капусту и жареную отбивную, что находились перед ней.
— Они весьма щедры, — заметила девушка.
— Они рады нам, — произнесла Лин Вэнь. Перед ней уже лежал раскрытый свиток, а рядом стояла чаша, полная очищенных и расколотых орехов. Под её глазами залегли извечные чёрные круги, потому что она предпочитала спать дважды в неделю, бодрствуя всё остальное время. Путь совершенствования, который она использовала, позволял воплощать это в реальность, однако Ши Цинсюань нередко задумывалась, не требуется ли ей на самом деле усилий больше, чем она заявляла. — Раз волк выбрал эту деревню своей целью, то вопрос времени, когда эти улицы обагрятся кровью. Они напуганы. С нашим приездом у них появилась надежда.
Ши Цинсюань улыбнулась.
— Надежда на венерическое заболевание.
Взгляд девушки коснулся Пэй Мина и его похотливых рук. Она никогда не понимала, как некоторые девушки могли попадаться на его чары.
— Цинсюань, — прозвучал упрёк со стороны брата, однако он взглянул на Пэй Мина с тем же раздражением. Затем он перевёл взгляд обратно. — Будь бдительна. Я не уверен, что здесь есть волк. Он или был, или всё ещё здесь, и мы не можем исключать вероятность, что мимо деревни проходит целая стая.
— Однако жители говорили об одном.
— Свидетельства очевидцев такого рода могут быть ненадёжны в лучшем случае, — произнесла Лин Вэнь. — Будь волк один, мы бы знали о куда большем количестве жертв за три недели. Обычно они не лакомятся скотом перед убийством. Мы не можем исключить любую вероятность на данный момент, так что будь осторожна.
— Именно, — добавил Ши Уду, — я также об этом думал. Существует этот волк или нет, веди себя так, словно он бродит где-то рядом. Сообщи нам, если заметишь что-либо странное.
— Но только не мне, — Лин Вэнь опустила взгляд на свиток перед ней. — Пока вы будете трапезничать и обсуждать планы, я поищу уютную комнату в местной гостинице и посплю пару часов.
Опустив голову, Ши Цинсюань улыбнулась и вернулась к ужину. Возвращение Пэй Мина почти не привлекло её внимания. Рядом с ним была девушка, удобно расположившаяся в его объятиях. Увещевания мужчины смешили её, и воздух сотрясался от её звонкого смеха. И тогда Ши Цинсюань взглянула на них с отвращением.
— Некоторые из нас пытаются поесть, — сказала она.
— Тц, — Пэй Мин потянулся к ней и похлопал её по голове. — Ты очаровательна.
Она тут же увернулась от его руки и наставила на него свои палочки для еды. Строгий прищур глаз брата вынудил Ши Цинсюань сесть прямо и успокоиться. Так или иначе, непрерывный флирт и смех продолжали действовать ей на нервы. Не то чтобы лёгкий флирт не был временами занятным (её брату этого знать не стоило). Однако то, как Пэй Мин делает это, оставляет за собой мерзкое ощущение, словно по её спине ползут пауки.
— Откуда у культиваторов столько храбрости? — спросила молодая девушка. Двое других появились следом и окружили Пэй Мина с обеих сторон. Лин Вэнь бросила на них краткий взгляд и, видимо, посчитав лучшим не обращать на них внимания, снова опустила глаза на свиток. — Выходить после захода солнца страшно само по себе. Не представляю, как вы делаете это!
Пэй Мин рассмеялся.
Эго мужчины возроптало так же, как взъерошивала птица свои перья.
— Важно быть благородным и готовым пойти против зла, что рыщет в тени, — он понизил голос, заговорив почти шёпотом. — Мне доводилось встречаться с самыми разными свирепыми призраками и монстрами. Кровопийцами, которые бродят по улицам в поисках жертв, чтобы испить их.
— Ты когда-нибудь сражался с волком?
Пэй Мин вдруг нахмурился.
— Нет. Не с одиноким волком.
— Мне доводилось, — Ши Уду опустил палочки на стол. Он положил руки на колени и высоко вскинул голову. Таверна не была переполнена людьми, хотя несколько мужчин заглянули сюда за выпивкой по случаю открытия, а между столами ходило несколько официанток. Однако казалось, что воздух вокруг замёрз, а взгляды каждого здесь сошлись на их столе. Другие культиваторы, пришедшие с ними вместе, тоже тихо обернулись в их сторону. — Я единственный, кто повстречался с одиноким волком лицом к лицу и выжил.
Тихие перешёптывания смолкли тотчас, стоило ему обвести строгим взглядом помещение. Пэй Мин натянул на лицо улыбку и приобнял девушку рядом, однако та замерла и затихла. Упоминание бедствия, с которым они могли потенциально столкнуться, заглушило почти праздничное настроение.
— Не то чтобы это невозможно, — заговорила Лин Вэнь, и её голос отчётливо звенел в тишине. — Это не значит, что волки-одиночки сильнее. Они полны обиды и злобы используют их лучше, чем любое другое существо, с которым когда-либо мы сражались. В любом случае, если здесь и бродит одинокий волк, то мы убьём его.
— Или умрём, попытавшись это сделать, — вмешался Пэй Мин.
Ши Уду взглянул сначала на него, а после — на Ши Цинсюань. Она посмотрела на него в ответ, а после опустила взгляд на тарелку капусты перед ней.
— Или умрём, попытавшись, — повторила она, и Ши Уду напрягся.
Воздух вокруг них словно сжался.
— Культиваторы избавили мир от чумы котолаков, — поднялся с места один мужчина, вскинув кувшин начатого рисового вина. — Чем волки отличаются от них?
— Котолаки? — Ши Цинсюань вскинула голову. — Какое отношение к делу имеют оборотни? Это было сотни лет назад.
Ши Уду обернулся, взглядываешь в лица жителей деревни.
— Котолаки не исчезли за одну ночь. Это была долгая и кровавая война. Если бы не Император и культиваторы, подчинявшиеся ему, они бы всё ещё терзали наш мир.
Пэй Мин ухмыльнулся.
— Котолаки были более централизованы. Они сбивались в кучу на границе одного королевства и притворялись вежливым обществом. Мы должны воспевать героев, которые пришли до нас и отдали свои жизни, чтобы сломить их стены. Сегодня я буду пить за Лань Ина, — Пэй Мин облокотился о девушку, сидящую на его коленях, и обратился к бармену. — Подай каждому здесь выпивку за мой счёт, и пусть мы все выпьем за него!
За самым дальним столом сидел мужчина, одетый в плотную накидку. Он встал, и плащ соскользнул с его головы, открывая вид на каштановые волосы, и его внимание привлёк их стол. Ши Цинсюань бросила на него краткий взгляд, прежде чем мужчина скрылся за тканью снова. Оставив пару серебряных на столе, он направился к выходу из таверны.
В тот же миг перед Ши Цинсюань оказалось вино, заинтересовавшее её больше, и она взялась за него. Как один, посетители бара вскинули чаши и испили из них. Знакомая горечь алкоголя обожгла горло. Опустив чашу, она взглянула на окно.
— Мне нужно идти, — сказала она.
Ши Уду кивнул.
— Будь осторожна.
— Я не боюсь, брат.
Между его бровей залегли глубокие складки.
— Зато боюсь я.
— Что?
— В прошлый раз, когда я оставил тебя одну без защиты, то почти потерял, — его взгляд упал на дощатый стол. — Я боюсь. Я очень боюсь.
Перед глазами замелькала лесная тропа, скрытая плотной россыпью деревьев и огибающая гору. И тёмная фигура, застывшая перед ней. Шипящий голос, спрашивающий её имя.
Она отогнала воспоминания прочь, а после уверенно улыбнулась брату.
— Я буду в порядке.
— Знаю, что будешь. И всё же…
— Буду осторожна.
С заходом солнца Ши Цинсюань покинула таверну, оставив её позади, и отбросила последние беспокойства, сковавшие её сердце. Никакой голос не может обратиться к ней в ночи. Волнение брата беспочвенны. Она твердила это себе, пока не столкнулась с культиваторами у ворот тюрьмы. Существо внутри молчало, даже когда небо окрасил чёрный, а ночь вонзила свои когтистые лапы в деревню. Опасность приходит с ночью. Всё нечеловеческое, что рождалось под светом луны, поднималось и ступало на землю. Как культиваторы они должны уничтожать зло, порождённое другим злом. Цепи зазвенели, когда существо проснулось. Это движение было настолько неожиданным, что привлекло её внимание, и она приказала открыть ворота.
Приблизившись к клетке, она взглянула на лицо существа внутри. Схватившись за прутья, оно пыталось найти глазами лунный свет. Глаза его широко раскрылись, а губы разомкнулись, выставляя на свет опасно острые клыки. Какой бы недуг не охватил существо, его склеры окрасил алый. Рука что-то исступлённо искала снаружи, и в такой близи можно было отчётливее различить его острые чёрные когти.
Ши Цинсюань наблюдала за существом с тревожным предчувствием.
— Вернись в клетку, — приказала она, выхватывая из-за пояса нож.
В тот же миг существо повернулось к ней, опустив голову вниз. В уголках его глаз застыли одинокие слёзы.
— По деревне бродит волк, и он убьёт всех вас.
Холод пробежался по её спине, но Ши Цинсюань не позволила сомнения захватить разум. Существо способно заговаривать ужасами и манипулировать людьми через их страхи. Ожесточившись, она приблизилась к клетке. Наклонившись, Ши Цинсюань взглянула сквозь прутья в глаза существа. Слово кровь, красные линии расползались на его щеки. Багровый цвет его лица ужасал. Ши Цинсюань невольно задумалась, причиняло ли это боль?
— Тебя не спасёт даже волк, — она выпрямилась, когда существо обратило на неё внимание. Бурый свет коснулся его бледной кожи, и его рука снова потянулась между прутьев, а цепи зазвенели в такт движениям. — В Имперском городе из тебя изгонят всё зло. Это должно стать поводом для праздника.
— Немедленно убей меня.
Глаза девушки широко распахнулись. Замерев, она наблюдала, как существо согнулось пополам, закричав от боли. Кровь стекала по его приоткрытым губам. Схватившись за собственную шею когтями, существо царапало свою кожу и корчилось на полу клетки, а его ноги забились о железные прутья. Ши Цинсюань отступила, нож почти выпал из её рук. Оглянувшись, она нашла других культиваторов взглядом.
— Закройте тюрьму, — проговорила она, поспешив вернуться за ворота.
Металл громко щёлкнул позади неё.
— Отправляйтесь в западную и восточную части деревни, — раздавала она указания. — Помните, если староста деревни прав, и здесь правда бродит волк… Мы должны сохранять бдительность.
— Поняли, молодая госпожа Ши, — ответили ей оба культиватора, и она вскинула голову, ощутив прилив гордости.
Неприятное волнение исчезло, и она отступила от ворот тюрьмы.
Тюремная камера находилась неподалеку от таверны. Это всего лишь деревянное строение с железными воротами, предназначенное для содержания пьяниц и случайных воров, и разумеется, оно не было рассчитано на что-то сильнее человека.
Однако запертому там внутри существу было больно, оно заковано в цепи, и Ши Цинсюань позаботится о том, чтобы оно не сбежало. Другие культиваторы разбрелись на запад и восток деревни и скрылись от её взгляда. Ночной ветер трепал её волосы, и она нервно смотрела на тяжелый полумесяц, возвышающийся в небе.
Деревня создавала собой круг, а таверна и тюрьма находились чуть в стороне от центра. Перед ней стояла статуя Повелительницы Дождя, с привычной ей бамбуковой шляпой и с зерновыми стеблями в руках. Устремив взгляд к небу, она выглядела одновременно гордой и кроткой женщиной, наблюдающей за этой деревней. У основания статуи располагалось святилище, в котором последователи могли оставлять свои подношения.
Ши Цинсюань уловила движения у основания статуи, и она выхватила нож снова. Одинокая фигура двигались, скрываясь в тенях, подол её одежды то и дело мелькал порванными краями, хотя ткань наряда выглядела искусно. Золотые украшения поблёскивали в ярком лунном свете. Ши Цинсюань убрала руку с оружия. Сначала она подала другим культиватором сигнал занять свои позиции, а после приблизилась к фигуре.
Заметив это, фигура тут же метнулась за статую, взметнув плащом.
— Тебе нужно вернуться домой, — произнесла она, подойдя ближе. Обогнув статую, она в конце концов столкнулась с застенчивым человеком. Лицо неизвестного было прикрыто капюшоном, но даже в его тени она могла заметить очертания мягких губ на бледном лице. — Луна ещё не полная, но это не значит, что волк не охотится где-то рядом.
— Я не боюсь волка, — раздался мягкий, глубокий голос, от которого по спине пробежалась приятная дрожь.
Ветер окружил их портным занавесом, принося с собой нежную осеннюю прохладу. Капюшон спал с головы женщины, обнажив её лицо. Высокие скулы, острый взгляд, прекрасные чёрные волосы, спадавшие на её плечи, точно тень. Обрамлённые густыми тесинами золотые глаза. Лицо женщины было идеально, если бы не шрам под её левым глазом. И в её взгляде, направленном на Ши Цинсюань, скрывался странный голод.
— Ты… — слова встали комом в горле. Ши Цинсюань замерла в замешательстве. Вместо этого она опустила взгляд на тень женщины, отраженной на каменных поступях, и пыталась отбросить мысли о красоте незнакомки. — Так и должно быть, — она улыбнулась, вновь взглянув на неё. — Я провожу тебя обратно ради твоей же безопасности.
Нахмурившись, женщина прислонилась к основанию статуи. Мысли Ши Цинсюань пришли в беспорядок тотчас. Какое неуважение! Кощунство! Однако в итоге с её губ не сорвалось ни слова.
— Нет нужды меня защищать.
— Я, — она издала нервный смешок, — ценю твою храбрость. Могу узнать твоё имя? Я Ши Цинсюань.
— Я скорее позволю отрезать мне язык, чем назову тебе своё имя.
Взгляд женщины метнулся выше. К луне. Она наблюдала за её светом, нахмурив брови. Ши Цинсюань не сразу осознала, что снова застыла на месте.
Размышляя об ответе, она неожиданно услышала звуки в стороне. Обогнув статую, она успела заметить, как охранявшего западную часть культиватора ударили по голове.
— Госпожа, мне нужна...
Оглянувшись, она заметила, что неизвестная женщина исчезла так, словно была порывом ветра. Задумываться об этом не было времени. С такого расстояния было сложно разглядеть нападавшего, но Ши Цинсюань заметила, как неизвестный уже приближался к другому культиватору.
Они сошлись в битве, и Ши Цинсюань поспешила присоединиться к ней. Выхватив меч, культиватор замахнулся на противника, но тот пригнулся и нанёс удар вверх. Мужчина отшатнулся, когда у нападавшего получилось попасть по подбородку. В этот момент Ши Цинсюань вытащила талисман из рукава одежды и бросила его вперёд. Прилипнув к руке неизвестного, бумага ярко засияла. Жёлтые цепи расползлись по его телу и плотно сковали его руки. Лицо неизвестного исказила ярость, когда он ощутил силу талисмана, и сделал пару шагов назад, пытаясь избавиться от него. Ши Цинсюань сложила два пальца вместе, управляя талисманом, точно канатом. Потянув на себя, она вынудила нападавшего упасть на колени.
Нахмурившись, он потряс головой.
— Отпусти меня!
Юноша оскалился. Под ярким светом плетей талисмана тьма сбежала с его молодого лица. Неизвестный боролся, пытаясь освободить руки. Сосредоточившись, Ши Цинсюань сжала цепи крепче. Волнистые волосы юноши обрамили его лицо, и дёрнув головой, он взметнул прядями, собранным в хвост на его затылке. Сжав руки кулаки, он выпрямил спину и сделал шаг вперёд.
— Шисюн! Шисюн! Я здесь! Я пришёл за тобой!
— Ты человек, — в удивлении произнесла Ши Цинсюань, — так почему ты нападаешь на культиваторов? Мы тебе не враги.
— Если вы охотитесь на моего шисюна, то мы враги.
Юноша бросился спиной на землю, и Ши Цинсюань пришлось выбирать: упасть следом или ослабить влияние талисмана. Высвободив руки, он сорвал с себя бумагу и всклочил на ноги, а после ринулся к клетке, торопливо пытаясь взломать замок и открыть ворота.
Выхватив другой талисман из рукава, Ши Цинсюань прищурилась и сосредоточилась. В этот раз она бросила бумагу так, чтобы она прицепилась к его спине. Тело юноши застыло, словно окаменевшее, и он безвольно упал на камни рядом. Пока сбитые с ног культиваторы поднимались на ноги, она сняла веер с пояса и раскрыла его.
— Возьмите верёвку и свяжите его. И предупредите моего брата, что у нас интересный незваный гость. Он наверняка захочет узнать.
Не прошло много времени, прежде чем Ши Уду и Пэй Мин явились, и Ши Цинсюань гордо показала им человека, которого схватила.
— Он пытался освободить существо из клетки, — сказала она.
Руки куцехвостого юноши были связаны на запястьях, а на его лице играла недобрая ухмылка. Ши Уду обвёл его внимательным взглядом.
— Человек пытался освободить кровопийцу? — его озадаченность отражалась на лице Пэй Мина. — Возможно, он под каким-то заклятием?
— Не чувствую от него ни тёмного колдовства, ни хитроумных уловок, — сказала Ши Цинсюань. — Возможно, Лин Вэнь сможет найти то, что не смогли найти мы.
Изучившая самые различные способы самосовершенствования, Лин Вэнь была лучшей в этом вопросе.
Однако Ши Уду качнул головой.
— Она уже ушла отдыхать.
— И я бы не хотел быть тем, кто решит её разбудить, — добавил Пэй Мин. Он обошёл молодого нарушителя спокойствия. — Поглядите, — сказал он, присев на корточки перед ним. Протянув руку, мужчина коснулся золотой серьги в его левом ухе. — Такая вещь не может принадлежать крестьянскому ребенку. Ты из клана культиваторов, мальчик?
Юноша со злостью плюнул ему в лицо.
Ши Уду схватил Пэй Мина за плечо, призывая встать.
— Сейчас это не важно. Мы допросим его ут… Агх-х-х!
Юноша поддался вперёд и вцепился в запястье Ши Уду зубами. Пэй Мин занёс руку в воздух и ударил мальчишку по затылку. Тот отпустил запястье и зарычал, показывая ряд окровавленных зубов.
— Вы уверены, что он обычный человек? — спросил Ши Уду, отпустив.
— Я человек! Такой же, как и вы! — наклонив голову, он сплюнул кровь на землю. — Почему бы вам не развязать мне руки и не сразиться со мной?! Поглядим, кто сильнее! Вы и ваша магия, или я и мои кулаки!
При повторной попытке вырваться Пэй Мин снова ударил его. Это нисколько не помогло успокоить буйный нрав юноши.
Ступив вперёд, Ши Цинсюань взялась за руку брата и приподняла рукав, взглянув на след от укуса.
— Это выглядит не так ужасно, — сказала она. — С лекарствами рана заживёт быстрее. Я могу достать немного.
— Не волнуйся, Цинсюань. Я в порядке, — он притянул руку обратно к себе. Лицо его, однако, было искажено злобой. Ши Уду опустил взгляд на юношу, пытавшегося бросить им вызов одним своим громким голосом. — Хочешь защитить монстра? Отлично, — Ши Уду указал на него. — Бросьте его в темницу.
— Брат?
Двое культиваторов схватили его за руки и подняли на ноги. Однако мальчишка не рычал, пока его тащили в клетку, и все собрались, чтобы посмотреть, как его бросят туда. Ши Уду выставил два пальца вперёд, а после махнул ими вниз, открывая клетку. Ши Цинсюань задержала дыхание, пребывая в ужасе, и наблюдала, как створка медленно распахнулась. Юношу бросили на пол, и тот сел. Волосы растрепались, некоторые пряди цеплялись за его украшения, а глаза расширились, когда существо подползало ближе.
— Брат, ты не можешь позволить существу убить его!
— Помолчи, Цинсюань. Он хотел выпустить зло на волю, чтобы оно растерзало всю деревню. Будет справедливо, если он сначала окажется лицом к лицу с тем, кого хотел освободить.
Непоколебимость Ши Уду была твёрдой, и он раскрыл веер, взглянув поверх него на происходящее.
Открывшаяся перед ними картина была уродлива. Налитые кровью глаза сфокусировались на юноше, и существо двинулось в его сторону. Слишком слабое, чтобы твёрдо стоять на ногах, оно почти ползло по полу камеры. Искало его. Лицо молодого человека исказилось ужасом, и Ши Цинсюань хотела отвернуться. Она не хотела видеть или слышать этого, но её глаза всё равно были прикованы к происходящему.
— Шисюн!
Повозившись, юноша смог распутать верёвку. Однако вместо того, чтобы бы умолять или бежать, он направился прямо к существу. Опустившись на пол, он схватил его за подмышки и притянул к себе, уложив на колени. Руки обхватили тело зверя, словно защищая, а глаза его запылали гневом. Вскинув голову, он одновременно рассерженно и обиженно посмотрел на них.
— Что вы сделали с моим шисюном?!
— Ичжэнь, — прозвучал удивительно нежный голос существа, и молодой человек взглянул на него. Ши Цинсюань подошла ближе к прутьям клетки. — Ичжэнь. Что ты делаешь здесь, глупый? Какой ты глупый, — он протянул пальцы выше и провёл длинными ногтями по шее юноши.
Свет луны падал на них, придавая их коже какой-то серебристый оттенок. Однако красные линии украшали лицо существа и выглядели ужасающими и яркими.
Они все ждали неизбежного. Ждали, что острые клыки пронзят нежную кожу на шее юноши, руки скрутят его тело, сорвут кожу с его костей. Ничего подобного не произошло, и Щи Цинсюань с содроганием наблюдала за тем, как юноша прижался ко лбу существа своим и плакал за него. Слёзы непрерывно скатывались по его щекам.
— Должно быть, они знали друг друга, когда он был ещё человеком, — сказала она, сжав веер крепче.
Ши Уду не согласился.
— Должно быть, оно слишком слабо, чтобы убить его. Это не имеет значения, он может провести в клетке всю ночь. Если выживет к утру, жители деревни сами решат, что с ним делать, — он закрыл веер и ударил им по раскрытой ладони. — Вы двое, оставайтесь и сторожите темницу. Не сводите глаз с нарушителя и существа. И, Цинсюань.
Она подняла на него взгляд, крепче ухватившись за свой веер.
— Ты молодец. Можешь завтра принять участие в планировании ночных охот. Возвращайся в трактир и отдохни с нами.
Пэй Мин ухмыльнулся.
— Удачливая.
Несмотря на комментарий, Ши Цинсюань чувствовала прилив гордости.
— Спасибо, брат. Я не подведу.
Тяжёлый замок, дужка которого была толщиной с её руку, вернулся на прежнее место, плотно закрывая створки. Он был тяжёлым настолько, что никакой слабый человек не смог бы сломать его. Затем Ши Уду запер механизм мощным талисманом. Заклинание окутало собой всю клетку, словно тонкая нить, сквозь которую не смог бы прорваться ни один зверь.
Ши Цинсюань поспешила за братом. Затем она бросила бесстрастный и торопливый взгляд назад. Однако какой-то секунды было достаточно, чтобы заметить, что юноша и существо не двигались. Они были заперты вместе, и отчего-то вся гордость истлела, как последние угли в костре.
***
Цюань Ичжэнь держался так, как мог. Шисюн слабо выдохнул, и боль скользнула по его лицу. Настолько нежно, насколько это было возможно, юноша проследил линии вен на щеках мужчины пальцами. Инь Юй вздрогнул под его прикосновениями, и чувство вины зажглось в его груди. — Я должен был прийти раньше, — произнёс он, однако его слова пересекли движением головы. — Ты не должен был приходить вовсе. Раньше глаза Инь Юя были карими. Теперь их цвет был другим, а белок окрасился в красный из-за крови, бурлящей под ним. Инь Юй выглядит настолько слабым и болезненно плохим, что сердце Цюань Ичжэня сжималось в его груди, но он почти не замечал этого. — Я вытащу нас отсюда, — прошептал он, аккуратно опустив Инь Юя на пол. Поднявшись, он прошёл до двери. Культиваторы стояли снаружи и тихо переговаривались между собой. Бросившись вперёд, он ударил о прутья плечом. Защитная магия охватила его тело, и Цюань Ичжэнь с криком упал на пол. Рука задрожала, когда энергия подействовала на мышцы. Широко раскрытые глаза уставились в потолок, пока боль проносилась по всему его телу. Подняв ногу, он ударил ею о дверь клетки, и ещё одна волна боли прошлась по его телу. С губ сорвался вой, утонувший в ночной тишине, а голову откинулась назад. Слёзы скопились в уголках его глаз. Снаружи послышался смех, и Цюань Ичжэнь поднялся, тяжело дыша. Культиваторы наблюдали за ним, рукава одежд скрывали их руки. На бедре каждого висел серебряный кинжал. Женщина справа наклонила голову в его сторону. — Продолжай. За этим увлекательно наблюдать. Поднявшись, он снова налетел на дверь. В этот раз удар был точнее, и затем заклинание отразилось на нём, словно ударом молнии. Вместо того, чтобы отпрянуть, он прижался к двери и навалился на неё всем весом. Заклинание было сродни непрерывным коротким ударам, пронизывающих его тело. Перед глазами поплыло и потемнело. Челюсть задрожала, в то время как энергия проходила по его телу и мозгу. Плечо упиралось в железную дверь, ноги — в землю, и он пытался открыть створку лишь одной силой. — Ичжэнь! Упав на колени, Цюань Ичжэнь чувствовал, как силы покидали его. Тело непрерывно содрогалось, а с уголка губ стекала кровь. Обернувшись, он увидел, что Инь Юй сидел. С очевидным трудом. Он покачивался так, словно любой даже слабый порыв ветерка мог повалить его навзничь. — Шисюн. Сплюнув кровь, он утёр уголок губ и пополз к нему. — Нет, стой! — протянутая в его сторону рука задрожала. Цюань Ичжэнь уставился на ладонь шисюна. Потемневшие глаза смотрели на оставшуюся на пальцах кровь. — Стой там. Прошу, стой там, Ичжэнь... — он издал болезненный звук, шедший из самого горла, и он укутал себя плащом плотнее. — Перестань причинять себе боль, Ичжэнь. Это бесполезно. Озадаченный, Цюань Ичжэнь застыл. Он не попытался подобраться поближе, но нахмурился. — Нет, шисюн. Я должен вывести нас отсюда. Инь Юй медленно поднял голову. — Что-то грядёт. — Что-то? Что? В тот же момент Цюань Ичжэнь попытался подползти поближе, но Инь Юй задрожал и отвернулся от него. Вскинув руку, он вдруг понял, что кровь всё ещё стекала с его губ. Боль ничего не значила для него, в конце концов. Цюань Ичжэнь прошёл бы через это множество раз, если бы это помогло им освободиться. В случае, если им придётся остаться до утра, потребуется сразиться с десятью культиваторами и теми из них, кто был главными. И если придётся, он сделает это. Однако из этой тюрьмы должен был быть выход. Послышался смех: культиваторы находили боль шисюна весёлой. Развернувшись, он заставил себя подняться, а после приблизился к прутьям и взглянул сквозь них. — Раз вы находите это смешным, тогда отоприте дверь и позвольте посмеяться и мне тоже! Он поднял вверх кулаки и обнажил окровавленные зубы. Культиваторы обернулись к клетке. — Сиди со своим монстром, — сказал один из них. — Он хочет убить тебя. Или ты думаешь, что он идиот? — Очевидно, что он дурак. — Шисюн никогда не убьёт меня! Культиваторы зашлись смехом снова, найдя нечто в словах Цюань Ичжэня смешным. Разочарование скрутило его, сделав эмоциональней. Попытавшись ударить прутья снова, он ощутил новую волну боли, прошившую всё его тело. Он упал на колени, склонив голову. Руки тряслись, и Цюань Ичжэнь уставился в пол, пытаясь придумать план получше. Тьма сместилась, и тени начали расползаться под ним; вскинув голову, юноша заметил, как облака закрыли собой полумесяц. Опустив взгляд, он заметил передвигающуюся между статуй Повелителя Дождя и тюрьмой фигуру. Одетый в сплошной чёрный плащ, этот человек сливался с тенями так, словно был их неотъемлемой частью. Внезапная тишина, похоже, насторожила культиваторов, потому что они тут же обернулись. — Тебе не следует выходить, — сказала женщина, ступив вперёд. Бледная рука показалась из теней и схватила культиватора за шею. Дыхание женщины прервалось с задушенным звуком, а после послышался хруст костей. Цюань Ичжэнь снова встал, взглянув на плывущие по небу облака, и лунный свет наконец скользнул по лицу напавшего. Золотые глаза незнакомки проследили за устремившимся прочь вторым культиватором, и она тут же нагнала его. Вытянув руку, она провела пальцами по его спине и оставила три продолговатые линии. Белые одежды культиватора были безвозвратно испорчены. И затем, когда он упал, женщина ударила его. Рык сорвался с её с уст, когда она опустилась на землю. Когтистые руки разорвали горло культиватора. Кровь окропила собой камни на земле, и только тогда женщина поднялась. Ночной ветер сорвал с неё капюшон, и длинные чёрные волосы взметнулись, открыв вид на забрызганное кровью лицо. Она повернулась к камере. Цюань Ичжэнь отпустил и повернулся проверить шисюна. Инь Юй сидел прямо, широко раскрыв глаза. — Волк, — выдохнул он, и Цюань Ичжэнь оглянулся снова. Женщина обвела талисман на замке взглядом, и Цюань Ичжэнь прижался к прутьям так близко, как только мог, чтобы магия не ударила в него снова. — Ты можешь вытащить нас отсюда? Их взгляды встретились. Пальцы схватили дужку замка, и затем раздался скрежет железа. Цюань Ичжэнь стоял в стороне и наблюдал, как молодая женщина со шрамом на лице срывала навесной замок с двери клетки. Она бросила его на землю, и тот с грохотом упал на камни. Схватившись за прутья, она резко сорвала решётку с петель. Обернувшись, Цюань Ичжэнь подбежал к Инь Юю. Подхватив его, он попытался не обращать внимания на болезненный вздох, сорвавшийся с его уст. — Прости, шисюн. Инь Юй взглянул на женщину, пока та отбрасывала дверь клетки прочь. Взгляд незнакомки едва задержался на них, а потом она развернулась и пошла прочь. Не зная, что ему ещё делать, Цюань Ичжэнь последовал за ней. Они шли через освещённый серебристым светом луны центр деревни и мимо домов, полных дрожащих от страха людей. Пока все боялись волка, именно он выводил их из деревни в окружавший это место лес. Хотелось красться, однако волчица шла прямо без страха или волнений. Её шаги были твёрдыми. Цюань Ичжэнь прижал шисюна ближе к себе и поспешил догнать её. Деревню окружала стена высотой в восемь футов, и женщина без лишнего труда преодолела её. Перекинув Инь Юя через плечо, он вскарабкался на неё, хватаясь за выступающие булыжники, и спрыгнул с самой вершины, когда оказался там. Ноги погрузились во влажную землю, и он быстро опустил Инь Юя на неё, чтобы оглядеть его. Красные линии на его лице расползались всё больше, опускались вниз по челюсти и постепенно переходили на шею. — Шисюн? Инь Юй взглянул на него, и Цюань Ичжэнь ощутил прикосновение длинных когтей к его щеке. Затем его глаза закрылись, и его рука безвольно упала на его грудь. Беспокойство пронзило его, и Цюань Ичжэнь потряс мужчину за плечи. — Шисюн! Шисюн, очнись! — Тихо. Вскинув голову, он заметил пристальный взгляд волчицы, направленный на них. Деревья скрывали их от ветра, и теперь её длинные волосы спадали с её плеч. Поднеся испачканные руки к губам, она слизала с них кровь в пару движений языком. — Ты спасла нас. — Не думай, что это было по доброй воле. Я хотела оставить сообщение. — Помоги мне снова, — сказал он, прежде чем она успела уйти. Взгляд, которым смотрела на него женщина, мог бы заморозить сердце любого человека. Цюань Ичжэнь пылал, и он встретил её взгляд с тем же огнём. — Мой шисюн болен, и я не знаю, что мне делать. Мне нужно отвести его в безопасное место и п-помочь ему поправиться. — Это Болезнь Солнца. Ему уже ничего не поможет. Он умрёт через три дня. Сердце юноши перестало биться. — Нет. — Найди место, где не будет света. Пещеру или что-то подобное. Любое место, где он сможет прожить остатки своей жизни в комфорте. — Нет! — Цюань Ичжэнь развернулся и ударил кулаком об стену. — Нет, я не приму этого! Должно быть что-то, что я могу сделать! — он обернулся на волчицу снова, в то время как она не сводила своих глаз с него. Эти глаза, чей цвет напомнила расплавленную сталь, бездушно смотрели на неё. — Это болезнь. Значит, должно быть и лекарство. — Только в стране Повелительницы Дождя. — Я могу сделать это! Отвести его туда! Она склонила свою голову. — Ты не справишься. Путь займёт четыре дня, если ты не будешь прерываться на сон. Если твоя лошадь не будет останавливаться на еду или питьё. И в конце концов, твой шисюн всё равно умрёт раньше. Но делай то, что хочешь. Развернувшись, волчица раздвинула ветви на своём пути, намереваясь уйти. — Прошу! — голос Цюань Ичжэня сорвался, нарушив тишину ночи, и это заставило её напрячься. Тем не менее она замерла. — Прошу! Я люблю его. Он всё, что мне нужно. Я сделаю всё что угодно, чтобы спасти его от смерти, даже если ради этого умру я сам. Я проеду через всю страну без сна. Отдам всё, что есть! Только скажите, как мне спасти его! Взгляд волчицы упал на него, и Цюань Ичжэнь невольно уставился на линию шрама, проходящего вдоль её щеки. — Если ты приведёшь его к Юйши Хуан, она сможет спасти его. Ему нужна кровь. — У меня есть кровь! Волчица нахмурилась. Лёгкие шаги почти не было слышно, когда она двинулась к ним, а её чёрные одежды взметнулись, когда она опустилась перед ними на колени. — У тебя есть клинок? Засунув руку в сапог, он вытащил оттуда тонкий кинжал. — Серебряный? — Стальной. Выхватив лезвие из его рук, она сделала осторожный надрез на своей ладони. Цюань Ичжэнь не стал задерживать взгляд на её руке, но подумал, что она, похоже, делала это уже множество раз. Он помог разжать челюсть Инь Юя, позволяя крови стекать в его рот. Цюань Ичжэнь наблюдал за происходящим, чувствуя, как слёзы застыли в его глазах. — Почему ты не использовала мою кровь? — спросил он. — Моя сильнее. Инь Юй дёрнулся, когда ощутил кровь на своих губах. Глаза мужчины задрожали, прежде чем он распахнул их. Покрасневший белок и тёмные радужки болезненно сверкнули, и паника окрасила его лицо, когда он понял, что с ним делают, и для сердца Цюань Ичжэня это было слишком. Инь Юй повернул голову вбок, попытавшись сплюнуть кровь. Волчица сжала пальцы на его щеках, приподнимая его лицо. — Только попробуй сплюнуть, и ты тут же умрёшь. — Я не пью человеческую кровь! — Я не человек. — Но недалеко ушла от него! Нахмурившись, она засунула большой палец в его рот. Волчица надавила на его нижние зубы и крепко держала его рот открытым. Цюань Ичжэнь хотел попросить её остановиться. Инь Юй задыхался и пытался сопротивляться. Однако... Красные линии начали постепенно сходить с его лица, пока она кормила его. Вскоре кровь остановилась и перестала течь в его рот. Волчица отпустила его и встала. — Я дала тебе день. — Только день? — Найди лошадь и скачи так быстро, как только сможешь, и не останавливайся, пока не найдёшь поля Юйши Хуан. Она примет вас, как беженцев. Остановишься — и он умрёт. Волчица едва повернула голову вбок, словно прислушивалась к чему-то, что Цюань Ичжэнь не мог услышать в окружении густо посаженных деревьев. Медленно, шаг за шагом, из тени к ним приближался другой незнакомец. Одетый в красное и с длинными волосами кровопийца шёл прямо к волчице. Та бесстрастно взглянула на него, однако Цюань Ичжэнь прижал шисюна ближе к себе. Защищая. Схватив кинжал, он направил их в сторону мужчины. — Спасаешь? Это так непохоже на тебя. Волчица отвернулась. — Оставила сообщение. — Думаешь, что Ши Уду получит его. — Едва ли он поймёт это. — Ты можешь просто убить его, — кровопийца поднял руку, указывая на волчицу, и она подошла к нему. Куда более низкая ростом, женщина стояла перед ним и пронзала взглядом, словно была на самом деле равной ему. Цюань Ичжэнь сжал Инь Юя крепче, пока тот не издал задушенный стон боли. Взгляд кровопийцы упал на них, и он откинул волосы в сторону. Правый глаз незнакомца скрывала повязка. Похоже, это не оказалось достаточно интересным для него, потому что он тут же обернулся к волчице. — Нам обязательно затягивать с этим? — Да, — прошипела она, а затем развернулась. Отодвигая низкие ветки, она вскоре исчезла в чаще леса. Кровопийца последовал за ней с тихим смехом. Цюань Ичжэнь поднялся, подхватив Инь Юя на руки. — Держу тебя, шисюн. Мы отправимся к Повелительнице дождя, как она и сказала, — он опустил взгляд, и Инь Юй прижался к его груди лицом. Прямо к тому месту, где бешено билось его сердце. — Ты не умрёшь. — Ичжэнь... — Да? Юноша поспешил обогнуть стену, направляясь к передней части деревни, где ранее видел конюшни. — Ты не должен пытаться спасти меня, — он вздрогнул, откинул голову назад, обнажив длинную, изящную шею. Одежда сдвинулась ниже, открывая вид на ужасающий шрам. Другой кровопийца укусил его. Цюань Ичжэнь всё ещё помнит его крики. —Культиваторы правы. Я чудовище, — болезненно прошипел он, и мышцы натянулись, когда он двинулся в руках Цюань Ичжэня. — Я не тот, кем был. Цюань Ичжэнь подошёл к стойлам, расположенным близко ко входу в деревню, и опустился на колени. Уложив шисюна близко к стене, он присел перед ним и убедился, что ему комфортно. — Я не покину тебя. Никогда, — он поджал губы и наблюдал слабую хмурость, мелькнувшую на лице Инь Юя. Даже испив крови волчицы, он всё равно выглядел болезненно. Словно он едва мог держать голову поднятой. — Оставайся тут. Я вернусь с лошадью, хорошо? И не издавай громких звуков. Обещаешь? Глаза Инь Юя были почти стеклянными. Красными, опухшими. Он выглядел так, словно мог упасть и умереть в любую секунду, и Циюань Ичжэнь знал, что чем бы ни была Болезнь Солнца, у него было мало времени. — Об-бещаю. Поднявшись, Цюань Ичжэнь пробежал вдоль стены. Он замер, когда заметил культиваторов, наблюдавших за воротами. Первой мыслью было атаковать их, но если его снова схватят, и Инь Юй останется снаружи у стены всю ночь... Юноша не хотел даже думать об этом. Взгляд снова скользнул на стену. Опустившись за конюшней, он пробирался в тени в поисках удила и вожжи. Отыскав среди прочих сильную чёрную лошадь, он натянул на неё поводья. Выведя лошадь из конюшни, он огляделся. Облака снова закрыли собой луну, и поэтому он взобрался на лошадь и с шипением прижал палец к губам. — Мы должны быть тихими. Цюань Ичжэнь вёл лошадь вперёд, стуча каблуками по её бокам, и смотрел за воротами. Культиваторы смотрели за пределы стен, совсем не подозревая, что опасность может исходить изнутри. Вытащив кинжал, он постучал по бокам лошади и пустил её в галоп. Проскочив мимо, он успел, опустив взгляд, вонзить оружие в плечо культиватора. Первый был ранен, а второй не пожелал следовать за ним, и Цюань Ичжэнь, громыхая, сошёл с тропы в лес. Проехавшись подальше и потратив на этой пятнадцать минут, он развернулся обратно. Никто не следовал за ним, и он убедился в этом достаточно. Рука была испачкана в крови, и на обратно пути он вытер её о дерево. Цюань Ичжэнь замер, когда заметил кого-то стоящего возле шисюна. Инь Юй упал на бок, его глаза были прикрыты, а незнакомец наклонился к нему. Подбежав, Цюань Ичжэнь ударил человека вбок плечо, и они упали на землю. Прижав его к траве, он вдруг почувствовал, как что-то полоснуло его щёку. Когти? Отскочив, он выхватил кинжал. Мужчина поднялся, и каштановые волосы заструились по его плечам. Глаза незнакомца были странные. Вертикальный зрачок пересекал радужку карих глаз. Незнакомец попятился, моргнув, и Цюань Ичжэнь качнул головой. Должно быть, он ошибся, потому что, пригладившись, он увидел совершенно обычные глаза. — Кто ты? — требовательно спросил он. — Ты пытался причинить вред моему шисюну?! — Я... — он качнул головой. — Он очень болен. — Я знаю! Я помогаю ему! — вскинув кидал, он поднялся и встал между незнакомцем и шисюном. — Если ты один из этих культиваторов, я… Я убью тебя прежде, чем ты успеешь прикоснуться к нему! — Я не хочу причинять ему вред, — моргнув, мужчина запустил руку в сумку, перекинутую через его плечо. Вытащив оттуда нечто неизвестное, он бросил это Цюань Ичжэню. Тот поймал, разглядев в вещице склянку с красной жидкостью. Понимание забилось в его груди. — Это моя кровь. Отправься в путешествие сейчас, а это отдай ему на вторую ночь. Держи его подальше от прямых солнечных лучей. Скрывайтесь под деревьями и натяни на него капюшон. Чтобы ты не делал, не мешкай. Иначе он умрёт. Не проронив более ни слова, мужчина скрылся в лесу. Незнакомец двигался быстро и неуловимо, и его ноги едва ли касались земли, когда он бежал. Цюань Ичжэнь хотел было побежать за ними и потребовать объяснений. Однако у него не было времени. Скользнув пальцами по стеклу, он положил флакон в карман. Цюань Ичжэнь не был уверен, стоило ли ему доверять незнакомцу, но ему ничего не осталось, кроме как уйти прямо сейчас. Развернувшись, он схватил Инь Юя за подмышки и поднял его на ноги. Просунув руки под его колени, он понёс его к лошади. Оседлав животное, Цюань Ичжэнь прижал Инь Юя к груди и схватился свободной рукой за поводья. Он направился на восток, в сторону страны Повелительницы Дождя. — Я спасу тебя, шисюн. Обязательно спасу. Обещаю.***
Стены тарного дома скрипели под каждым порывом ветра. Хэ Сюань устроилась на полу и прислушалась. Взгляд следил за мышкой. Она бегала из одного угла дома в другой и забегала в крошечное отверстие, проделанное в стене. Пламя свечи танцевало тенью на стене, и ветер проникал через приоткрытую дверь. Шаги Хуа Чэна тише, чем человеческие. — А-Сюань, — пропел он в своей притворно-ласковой манере. — Ты впервые увидела культиваторов. И что ты думаешь о них? — Где ты был всю ночь? — спросила она, косо взглянув на мужчину. Хуа Чэн поставил свечку и её подставку на столик в паре шагов от него. В этом домике была лишь эта одна комната. Между местом, где они спали, и местом, где они ели, не было никакой преграды. На полу были расстелены две циновки; Хэ Сюань позаботилась об этом, пока ждала Хуа Чэна. — Просто наблюдал за дозорными, — объяснил он. — Изучал их передвижения. Выучим их путь и сможем беспрепятственно проникать в деревню и покидать её. — Перепрыгнуть стену проще, — сказала Хэ Сюань. И отвернулась. Одежда всё ещё была на ней, и широкая часть подола мантии укрывала пол. Лодыжки выглядывали из-под ткани, когда она скрестила ноги, приняв позу лотоса. Хэ Сюань знала, что люди не сидят подобным образом, однако у неё не было большого опыта. — Я не высокого мнения об этих культиваторах, — сказала Хэ Сюань. — Я убила нескольких. Не считала. Засмеявшись, Хуа Чэн сел на циновку и развязал шнурки на своей обуви. — Это было легко? Она свела брови к переносице. — Трудно сказать. — М-м-м, — Хуа Чэн расстелил одеяло, а после улёгся на него. В домике не было окон, поэтому кровопийца мог спать днём, не рискуя попасть под солнечные лучи. Хэ Сюань могла приходить и уходить, когда ей заблагорассудится, и позволяла использовать это место вместо склепа. Это было не очень приятно, но удобно. — Этот милый ребёнок, — сказал Хуа Чэн, махнув рукой перед лицом Хэ Сюань, чтобы привлечь её внимание. — Почему ты помогла ему? Хэ Сюань повела плечом. — Судя по его виду, он уже одной ногой в могиле, — Хуа Чэн стянул с себя верхний слой туники и бросил её на землю рядом с собой. — Если он переживёт хотя бы половину пути до страны Повелительницы Дождя, я буду впечатлён. Более чем вероятно, — размышлял вслух Хуа Чэн, — что он сорвётся и полакомится этим милым ребёнком. — Да, — согласилась она. — Это более чем возможно. — Тогда зачем ты отослала его туда, не сказав об этом? Хэ Сюань открыла рот. Облизнула зубы. Нахмурилась. — У него есть право на попытку, — сказала она. — Разве Ши Уду разрушил недостаточно семей? — после она перебралась на свою циновку и легла спиной к Хуа Чэну. — Скоро рассвет. Спокойной ночи. — Спокойно ночи, Хэ Сюань. Пламя свечи потухло. В наступившей темноте Хэ Сюань не могла уснуть. С пару минут она слушала копошение со стороны Хуа Чэна, пока тот не улёгся и не уснул. А потом остались только она и завывающий ветер. И она была такой… Холодной. Ледяной ветер загнал её в пещеру, и она стряхнула снег с шерсти. Мать была рядом, зазывала её вглубь. Вся семья спала, прижавшись друг к другу, и Хэ Сюань втиснулась в середину тёплой кучи. К ней постоянно кто-то прикасался и давал понять, что рядом, и так будет всегда. Хэ Сюань моргнула. Присев, она бросила взгляд через плечо на притихшего Хуа Чэна. Его сон никогда не был тревожным, и Хэ Сюань всегда старалась не потревожить его. Ночи и дни — это не имело для неё значения. Все они были для неё бессонными. Продвинувшись ближе, Хэ Сюань свернулась калачиком рядом со спиной Хуа Чэна так близко, что её плечо касалось его, и попыталась уснуть снова. Плотно прикрыв глаза и зажав уши руками, она попыталась отгородить себя от воя ветра.
Примечания:
п/п:
мой телеграмм: https://t.me/lanshenyan
