Часть 2
29 апреля 2023 г., 10:41
Примечания:
— Видела, — она отошла от стены, и каждый её шаг был похож на то, как если бы она плыла, а не ходила. Женщина покрутилась вокруг Ши Цинсюань, а та оборачивалась, стараясь не потерять её из виду. — Высокий, чёрный, глаза, которые горят яростью... Иногда, взглянув на это существо, ты можешь заметить в его взгляде горечь утраты.
Ши Цинсюань вскинула брови.
— Что ты имеешь в виду?
Женщина неожиданно схватила её за плечо и прижала к стене конюшни. Споткнувшись, Ши Цинсюань ударилась о дерево, а её руки сковала крепкая хватка, прежде чем она успела выхватить веер.
— Даочжань, разве ты не знала, что горе имеет физическое воплощение? Разве не можешь ощутить его, как энергию? — она усмехнулась, и Ши Цинсюань заметила, насколько острыми выглядели её клыки. — Долг возникает, когда что-то забирают, верно? Не будет ли справедливо заплатить?
Утреннее солнце, заливающее каменные тропинки деревни, светило ярко и почти ослепляюще. Встав позади брата, Ши Цинсюань обмахивала себя веером и наблюдала, как тот бесновался перед камерой. Скрюченный металл валялся неясной кучей на земле, а охранное заклинание оказалось разрушено.
К этому времени тела погибших культиваторов успели придать огню.
— Брат, — произнесла она.
Мужчина не отреагировал, продолжая натирать камень быстрыми шагами. Торопливый до невозможности шаг не сбавлял оборотов, и тогда девушка вдохнула и обернулась к Лин Вэнь и Пэй Мину.
— Кровопийца был слишком слаб, чтобы вырваться из клетки. Даже если он осушил того парнишку, Болезнь Солнца не позволила бы ему совершить такое, — проговорила Лин Вэнь, скрестив руки на груди.
Стоящий позади неё Пэй Мин схватился за рукоять меча.
— И всё это означает?.. — спрашивает мужчина.
— Это сделал кто-то другой, — отчеканила Лин Вэнь, взмахнув тёмным рукавом одеяния.
И её внимание тут же привлёк разорванный металл, покоящийся на камне.
— Тогда что могло сделать это? — спросила Ши Цинсюань.
Официально к группе охотников она присоединилась недавно, и ничего такого, что могло сотворить такое, не встречалось на её пути прежде. Тяжёлый замок, надёжно защищённый заклинанием, сломали, точно какую-то мокрую глину.
Не позволив Лин Вэнь сказать что-либо, старший брат взял слово на себя:
— Волк.
— Не слишком ли это поспешный вывод? — спросила Лин Вэнь.
Обернувшись, Ши Уду мрачно взглянул на неё. Он опустил на колени и взял навесной замок обеими руками.
— Взгляни. Что ещё могло это сделать? Среди всех в мире культиваторов моё заклинание самое прочное. И мне никогда не доводилось видеть, чтобы его мог кто-то разрушить, — раздражённый, он бросил замок на камни, и тот упал и тяжело звякнул, оказавшись на земле. — Это самое очевидное сообщение из всех возможных.
— Сообщение? — спросила Ши Цинсюань.
Взгляд Ши Уду помрачнел.
— Да. Не важно, — он прошёл мимо собравшихся и направился в сторону таверны. — Нам нужно обдумать следующий шаг. Мы выйдем на охоту сегодня.
— Ты уверен? — Линь Вэнь спрятала руки в своих широких рукавах. — Не стоит ли нам подождать...
— Волки учатся наблюдая. Промедление даст ему больше шансов узнать о нас. Знание, голоса — чем больше информации ему станет доступно... Тем более уязвимыми мы станем. Мне довелось услышать, как волк говорил со мной голосами тех, кто покинул меня.
Раскрыв веер резким движением, он взмахнул им пару раз в направлении лица.
— Согласен, нам нужно действовать, — произнёс Пэй Мин, и его руки скользнули на плечи Лин Вэнь. Та бросила в его сторону острый взгляд, который мужчина то ли не заметил, то ли решил не обращаться внимания. — Мой меч уже позабыл, какова кровь тварей на вкус.
— В таком случае приступим к плану.
С этими словами он повёл их за собой.
Заколебавшись, Ши Цинсюань не торопилась проследовать за всеми и обратила внимание на скрюченный метал, оставшийся от двери, а затем — на статую Повелителя Дождя. Залитый солнечным светом, коричневый камень выглядел куда более величественным, а зерно в её руках и вовсе стало почти золотым. Та женщина... Мысли закрутились в её голове вихрем, и она задумалась, не встретилась ли она прошлой ночью лицом к лицу с самым смертоносным существом в этом лесу. Однако будь это правдой, она бы была уже мертва.
Решив отложить этот вопрос, Ши Цинсюань постаралась сосредоточиться на чём-то позитивном. Старший брат наконец позволил ей участвовать при обсуждении планов, и это было тем, чего она ждала уже долгие месяцы. С давних пор ей хотелось находиться в одной комнате с другими и иметь право голоса в решении их стратегии. Сердце трепетало при мысли об этом, и она поспешила догнать других культиваторов. Однако стоило им достигнуть таверны, где они должны были встретиться на первом этаже, Ши Уду остановил её возле самого входа.
— Цинсюань, — заметно мягко произнёс он, глядя на неё с высоты своего роста. Пусть все вокруг Ши Цинсюань были высокими, лишь один только брат заставлял её чувствовать себя крохотной в сравнении с ним. — Мне нужно, чтобы ты заправляла охраной стен днём. Ночью будешь отдыхать в гостинице и будешь находиться в безопасности.
— Но ты сказал...
— Разве ты не видишь, как всё переменилось? Происходящее больше нельзя назвать «если». Среди нас бродит волк, и ты не должна встретиться с ним, — заговорил он неожиданно властно и твёрдо, а его веер щёлкнул, точно удар молотка, не требующий возражения. Любые аргументы резались на корню, и Ши Цинсюань склонила свою голову. Чужая рука накрыла её собственную, и взгляд Ши Уду сменился с властного на нежный. Она взглянула на него снова из-под спадающей на её глаза чёлки. — Ты не готова к этой битве, Цинсюань. Это ради твоей защиты.
— Как скажешь, гэ. Последую твоей воле, — она поклонилась, выражая уважение, и тот отстранился, а после скрылся за внутри гостиницы.
Дверь захлопнулась перед её лицом, и Ши Цинсюань осталась стоять на прежнем месте с грызущим её изнутри разочарованием. Развернувшись, она вскинула голову к небу, взглянула на оранжевые полосы рассвета и вдохнула прохладный осенний воздух. Пусть она не могла делать то, что ей хотелось, на её плечи, по крайней мере, возложили ответственность.
Проверив каждый пост, Ши Цинсюань отдала каждому культиватору приказ: одним — поменяться, а другим — отдохнуть. Со свежей головой, не затуманенными усталостью глазами и с пристальным вниманием защищать порядок в деревне было куда проще. Атака среди белого дня — редкость. Существа вроде оборотней и кровопийц куда сильнее под лунным светом, а тьма — словно энергия, что питает их тела. Независимо от возможностей, она собиралась проследить за тем, чтобы все оставались начеку. По её приказу стража делала обход по обеим сторонам стены и периметру. Сигнальные ракеты были у каждого, и каждый был обучен бою, и никто не посмеет вторгнуться в деревню, пока она стоит на её страже. Сама же Ши Цинсюань решила расположиться возле задних ворот.
Они представляли собой небольшую и тонкую деревянную арку с воротами в виде железных прутьев, которые могли как открываться, так и закрываться. Не было здесь и замка, что делало конкретно это место уязвимым местом в деревне. Расхаживая перед воротами взад-вперёд, Ши Цинсюань то и дело бросала взгляд на снующих то тут, то там жителей. Возле всё той же арки располагался один из водяных насосов, окружённый булыжниками, с металлическим рычагом, и всякий раз, когда его использовали, тот протяжно скрипел.
— Доброе утро, даочжань.
— Спасибо, что вы приехали, молодая госпожа.
Слова каждого были полны уважения и добра, и Ши Цинсюань улыбалась просто или в ответ на чужую улыбку, обращённую в её сторону, и кланялась, когда это делали другие. То, как люди смотрели на неё, как их глаза блестели от зародившейся в них надежды, было всё равно, что лекарство для её разочарования. Как ливень очищает камень, так и здесь благодарность к самой себе затмила собой горечь.
Девчушка обратилась к ней, неумело поклонилась и протянула яркое красное яблоко, которые было весьма очевидно сорвано из сада за забором. Захлопнув веер, Ши Цинсюань наклонилась, чтобы принять предложенный фрукт.
— Спасибо, — прошептала она, и счастливая девочка поклонилась снова, прежде чем убежала обратно к родителям.
Улыбаясь, Ши Цинсюань наблюдала, как те выкачивают воду из насоса, а после уходят прочь. Девчушка шагала между парой, схватив каждого за руку. Шла и подпрыгивала, скакала то на одной ноге, то на другой. Родители потакали: приподнимали её за руки и раскачивали — и девочка задорно смеялась и по-детски радостно вскрикивала.
Опустив голову, Ши Цинсюань тихо выдохнула. Она выпрямилась и сунула веер за пояс. Избавив яблоко от пыли и грязи, она откусила от него. На вкус оно было хрустящим и спелым, в меру сладким, и на какое-то мгновение это увлекло её настолько, что она почти упустила из виду скрежет металла. Уши заложило, и она подумала, что то — звук вновь работающего насоса. Однако этот звук был пронзительнее и громче. Обернувшись, она не заметила возле насоса кого-либо.
Закружившись, Ши Цинсюань выхватила меч из-за пояса и направила его на ворота. Надкушенное яблоко выпало из её рук и приземлилось на землю возле её ног возле камней; она направила конец острого лезвия на мужчину в плаще, что перешёл за ворота. Отведя руку от ворот, он позволил им захлопнуться с пронзительным звуком.
— Кто ты? Зачем прокрался в деревню? — подцепив концом капюшон мужчины, она стянула его и теперь могла наблюдать его довольно симпатичное лицо. Рука почти дрогнула, и едва не опустила меч, увидев тонкие черты лица и чуть загорелую кожу. — Я... Я видела тебя прежде.
— В таверне прошлой ночью, — мужчина торопливо поклонился, выражая уважения. Плащ глубокого синего цвета заструился по земле, когда он склонил своё тело ниже. — Прошу простить, госпожа даочжань, я ходил на утреннюю прогулку в лес и вовсе не прокрадывался. Я живу здесь. Жил годами.
Лишь только после того, как тот поднялся, она заметила характерные черты его одежды: не дорогая по виду и местами потёртая — а его обувь была увешана каплями росы. Улыбки было достаточно, чтобы отогнать прочь все её сомнения и убедить в правоте его слов, и только тогда Ши Цинсюань убрала свой меч обратно.
— Прошу прощения, — сказала, а после поклонилась. — Мы обязаны проверять каждого и быть бдительными на случай вторжения.
— Конечно... — на мгновение его взгляд стал отрешённым. — Похоже, стоит отложить утренние прогулки до тех пор, пока угроза не исчезнет.
— Неплохая мысль, — она поджала губы и наклонила голову. — Я заметила вокруг вас странные колебания энергии... — понимание отразилось на лице мужчины, однако тот не стал отвечать на вопрос и лишь неопределённо махнул рукой. — Это не имеет значения. Она не негативная, так что можете идти.
— Благодарю, госпожа даочжань.
— Не стоит формальностей, — проговорила она, смахнув чёлку с глаз. — Меня зовут Ши Цинсюань, а ты?..
— Этого скромного лекаря зовут Се Лянь, — он вытащил кожаную сумку из-под плаща и открыл её, показав содержимое: различные небольшие флаконы и прочие ингредиенты. — Я собираю большую часть необходимого до утра, пока солнце не встало высоко.
— Понятно, — она тихо хмыкнула, а после наклонилась и подняла яблоко с земли. Грязь зацепилась за красную кожуру, и она прошлась до насоса, чтобы промыть его. Се Лянь проследовал за ней и помог с рычагом. — Могу ли я спросить кое-что о жителях?
Приветливая улыбка Се Ляня и лёгкий прищур глаз делали его восхитительно милым и красивым, открытым к общению и доброжелательным.
— Конечно, — ответил он.
— Думаю, ты виделся с каждым, чьи тела одолел недуг?
Се Лянь подтвердил её слова кивком головы.
— В этом месте и в ближайших нескольких деревнях на востоке я единственный лекарь, — он вскинул руку и указал в сторону выходящего из-за стен золотого солнечного диска. — Иногда я отправлюсь туда, если болезнь начинает распространяться. Куда лучше, если один здоровый отправится к кучке больных, чем это множество придёт ко мне.
— Конечно, — сказала Ши Цинсюань. — Просто... Прошлой ночью я встретила странную женщину. Вскоре после некто — волк — освободил кровопийцу, которого мы отловили ранее, — Се Лянь расплавил плащ и обернул его вокруг себя, как если бы ощутил внезапный порыв холодного ветра. Ши Цинсюань понимала, что эта тема может быть неприятна для людей, который так долго преследовали разные твари, поэтому она не стала продолжать эту тему дальше. — Я подумала, что ты можешь быть знаком с ней. У неё были золотые глаза и тёмные волосы. И шрам.
Ши Цинсюань провела пальцем вдоль щеки, как тот выглядел у той женщины.
Взгляд мужчины стал мутным, когда тот склонил голову в задумчивости.
— Буду честным, госпожа даочжань. Женщин со шрамом мне видеть не доводилось.
Возникло чувство, словно бы её окатили холодной водой, и девушка торопливо перевела взгляд на яблоко в её руках. Капли воды опадали на уже чистую кожуру фрукта.
— Спасибо за ответ, — произнесла она.
— Думаешь, она — волк? — спросил Се Лянь.
Качнув головой, Ши Цинсюань заявила:
— Не желаю выносить приговор без доказательств. Однако если увидишь её, держись от неё на расстоянии.
Улыбнувшись в этот раз иначе, Се Лянь сжал один край плаща пальцами.
— Вне зависимости от ситуации, мой долг — помогать всякому, кто просит об этом, госпожа даочжань. Я ценю ваше предупреждение. Спасибо, — он отвесил короткий, не совсем чёткий поклон. — Мне нужно вернуться и открыть магазин. Обратитесь ко мне за помощью, если она потребуется вам. Моё здание находится через два других от гостиницы.
— Не стану задерживать, — сказала Ши Цинсюань. Она поклонилась в ответ. — Хорошего дня и берегите себя.
— И вы.
Се Лянь удалился, а Ши Цинсюань погрузилась в свои мысли. Повернувшись лицом к воротам, которые выходили в сторону густого леса, она протёрла яблоко о рукав и откусила ещё раз. Было много того, о чём стоило подумать, а о чём — рассказать брату.
***
Пэй Мин зарычал так, словно был вороной, а не человеком. Стоящий позади него Ши Уду выглядел весьма раздражённым этим нелепым звуком. Карта соскользнула со стола, когда Лин Вэнь потащила её на себя, а после женщина стала сворачивать её в цилиндр и, лишь закончив, она закрепила её тонким кожаным шнуром. — Замолчи, — прорычал Ши Уду. По взгляду, которым тот окинул Пэй Мина, казалось, можно было понять, что их нельзя было назвать друзьями. — Цинсюань. — Да, расскажи нам больше об этой загадочной женщине, — прервал его Пэй Мин. Он упёрся рукой о стол, который был теперь совершенно пуст, и многозначительно вскинул брови. — Это звучит интересно. Сжав руки в кулаки под широкими рукавами одежды, Ши Цинсюань отвернулась, избегая похотливой ухмылки Пэй Мина. — Странно, что она появилась незадолго до того, как кто-то освободил кровопийцу. Лин Вэнь ответила: — В этом есть смысл. Это мог быть не бездумный ход. Ши Уду задумался, а его пальцы ритмично стучали по столу. — Если ты действительно столкнулась лицом к лицу с волком... — Я не знаю, почему она пощадила меня, — продолжила его мысли Ши Цинсюань. — Я тоже думала об этом. Однако мне довелось переговорить с местным лекарем, пока я патрулировала задние ворота, и он не мог вспомнить никого, кто подходил бы под её описание. — Вокруг неё была какая-либо странная энергия? — Смею признать, что нет, — произнесла Ши Цинсюань. Хмыкнув, Лин Вэнь отложила в сторону один свиток и взялась за другой. — Это необычно. Энергия инь переполняет тварей, которые уже убивали кого-то в своей жизни. Ши Уду качнул головой. — Энергию возможно скрыть, если тварь достаточно сильна. Одинокие волки способны на это. — Способны, — начала Лин Вэнь с очевидным сарказмом в голосе. — Уду, ты единственный, кто пережил встречу с одиноким волком, и всё же — это было лишь один раз, — Лин Вэнь нахмурилась. — Одного недостаточно для примера, чтобы подтвердить то, на что они способны. Будем честным, на этой охоте мы слепы. После сказанного помрачнел даже Пэй Мин, и Ши Цинсюань ощутила, как вдавила пальцы в ладонь. Ши Уду сдавил переднюю часть своего одеяния. — Брат? — Да, Цинсюань? Ши Цинсюань решила попытать удачу снова и приблизиться к мечте, к которой раньше стремилась. — Позволь отправиться с вами на ночную охоту. Только я смогу узнать её, поскольку видела, так что... — Нет, — Ши Уду покачал головой. — Этого не будет. Мужчина поднялся из-за стола и выхватил веер из-за пояса. Тот щёлкнул, и Ши Уду махнул им, обдувая спёртым воздухом таверны лицо. Ши Цинсюань проследила за тем, как он прошёлся до окна и выглянул наружу. Луны свет касался его одежды, придавая белой ткани серебристый оттенок. Вскоре она должна была стать полной. — Будем ждать слишком долго, и... — произнёс Ши Уду таким голосом, что Ши Цинсюань пришлось напрячь слух, чтобы уловить слова, — Сила волка возрастёт, если луна войдёт в полную силу. Несмотря на опасность, мы должны пойти сегодня ночью. Это наш долг, как культиваторов, служащих Императору. — Верно, — с этими словами Пэй Мин поднялся. Он ткнул рукой в меч, который всё ещё висел на его поясе. — Да что этот какой-то один волк может против всех нас? — спросил он. Лин Вэнь промолчала. Вместо этого она собрала все вещи обратно в сумку, которую всегда таскала с собой, поднялась с места и направилась по ступеням вверх сначала на второй, а после — на третий этаж. Вслед за ней ушёл и Пэй Мин, который по пути обхватил её плечи с очевидным задором. Отыскав брата взглядом, Ши Цинсюань приблизилась к нему снова. Сквозь окно в помещение пробирался прохладный влажный осенний воздух. Должно быть, им стоило ожидать дождя. Ши Уду глядел в окно, и одна его рука расслабленно сжала плечо Ши Цинсюань. — Останься сегодня внутри. Оставайся в безопасности. — Я больше не ребёнок, — возразила она. — Когда ты позволишь мне?.. — Не в этой ситуации, Цинсюань, — тёплая рука сжала плечо сильнее, а после он прижал её к своему крепкому телу, и Ши Цинсюань вскинула на брата взгляд. Тень задумчивости залегла на его лице множеством линий, а под его глазами образовались тёмные круги, которые стали темнее в момент, когда он встал спиной к луне. — Нет ничего хуже одинокого волка. И я не желаю потерять тебя из-за подобного. Ши Цинсюань нахмурилась. Затем, осторожно отпрянув от Ши Уду, она развернулась обратно к ступеням. — И я же должна смириться с тем, что могу потерять тебя, — мрачно заключила она. — Цинсюань... — Спокойной ночи, гэ. Будь осторожен сегодня на охоте. Полы одежды взметнулись за ней, когда она ступила к лестнице. Ши Цинсюань перешагивала две ступени за раз и с тихим грохотом приземлялась на каждую последующую. Здание было старым, и некоторые доски стоило заменить на новые. Сменяющие друг друга времена года оставили на этом шрамы. И всё же свою функцию они выполняли, и она успешно поднялась на свой третий этаж, где располагалась подготовленная для неё комната. Оставшись наедине с собой, она вытащила шпильки из волос и бросила их на низкий стол, расположенный в самом центре помещения. После она зажгла свечи в помещении и закрыла шторы, не позволяя лунному свету проникнуть в помещение. На эту охоту её брат возьмёт только самых сильных, а ей останется только отсиживаться в этом месте, волноваться и беспокоиться. Словно дворцовая жена, похожая на увядающую лилию, в которой нет и капли уверенности, она должна была тихо сидеть и ждать, пока те, кто способнее её, победят монстров, скрывающихся во тьме. Для чего вообще были все тренировки? Духовный инструмент, который брат изготовил специально для неё, легко ложился в ладонь Ши Цинсюань, и она, заворожённая, проводила пальцами по бамбуку. В охране ворот или заключённого не было славы, как и в разговоре с загадочной женщиной в ночи, когда луна висит высоко в небе. Особенно, когда её слова остались без внимания. Волнение не отпускало её до тех пор, пока свечи не сгорели наполовину, а снаружи не раздался цокот копыт. А после раздался голос брата. — В лес. Сохраняйте бдительность! Подобравшись к окну, она раздвинула шторы и стала наблюдать, как табун бодрых коней мчалось в сторону главного входа. Отсюда открывался вид и на статую Повелителя Дождя, и на изувеченные ворота тюрьмы, однако если их она могла наблюдать вечность, то коней — нет; те необратимо быстро ускакали прочь и скрылись из поля её зрения. Ночная охота началась, а сама она осталась позади. Устроившись у окна, Ши Цинсюань наблюдала за покрывалом из звёзд и прислушивалась к затихающим звукам. Затем взгляд невольно упал на внутренний двор. Точно в тот момент, когда она собиралась вернуться в комнату, Ши Цинсюань заметила тень. Присмотревшись, она проследила очертания колыхающегося плаща, прежде чем увидела фигуру, выглянувшую из-за статуи Повелителя Дождя. Потребовалась всего секунда, чтобы узнать человека. Резко отпрянув от окна, она ринулась прочь из комнаты. Ши Цинсюань спустилась по лестнице и промчалась мимо нескольких работников, которые в этот час всё ещё не спали. Те убирались в таверне и протирали столы, и она не обратила внимание даже на крик одного из слуг, когда тот спросил, не нужна ли ей вода. Вместо этого она торопливо шла в направлении внутреннего двора, надеясь перехватить тень. Эта мысль не покидала её всю дорогу до статуи Повелителя Дождя, и лишь достигнув нужного места, она осознала, что женщины не было здесь. Собственное дыхание стало сбивчивым и неровным. Температура в этом году падала стремительнее, чем обычно, и хотя цвет осени всё ещё укрывал деревья, острые когти зимы уже вонзились в землю. Ши Цинсюань оглянулась несколько раз, пытаясь угадать, в какую сторону ушла женщина. — Кого-то ищешь? Низкий, глубокий голос раздался прямо за её спиной. Оглянувшись, она заметила край плаща, сокрытый в темноте конюшни, который развивал ветер, огибающий это место. Устремившись туда, Ши Цинсюань вгляделась в знакомые очертания лица женщины. — Да, — ответила она, коротко выдохнув. — Тебя. — Меня? — даже если незнакомка и пыталась изобразить удивление, у неё это очевидно не получилось. Её голос был столь же пустым, каким бывают старые корни дерева. Золотые глаза смотрели на неё из-под капюшона, и казалось, будто её зрачки пылают под светом луны. — Чем могла я заинтересовать одного из лучших Императорских культиваторов? — Прошлой ночью, — ответила Ши Цинсюань. Сохранять голос твёрдым и ровным оказалось куда более сложной задачей, чем она представляла. — Ты была рядом, когда кто-то освободил кровопийцу из тюрьмы. Женщина вскинула бровь. — Ты видела что-нибудь? — спросила Ши Цинсюань. Настороженность исчезла, и она немного расслабилась секунду спустя. — Нет. Я последовала твоему совету и отправилась домой. — И где он? — Снаружи деревни. Я не появляюсь тут часто, но... — она пожала плечами так, словно это и было, и не было пустяком. — Волк и всё такое. В окружении стен безопасней. — Мне казалось, что ты не боишься волка. Ши Цинсюань была неуверенна в этом всём, но спрятала веер за пояс, намекая, что верит. Последнее, что было ей нужно — показывать свою готовность к атаке, если эта женщина в самом деле опасна. Успокоив себя, Ши Цинсюань сложила руки перед собой, спрятав их в рукавах одежды. Волосы струились по плечам женщины, точно чернила. — Не боюсь. — Но веришь, что здесь бродит один такой? — Я знаю это. — Вот как? — Ши Цинсюань склонила голову вбок. — Откуда? — Видела, — она отошла от стены, и каждый её шаг был похож на то, как если бы она плыла, а не ходила. Женщина покрутилась вокруг Ши Цинсюань, а та оборачивалась, стараясь не потерять её из виду. — Высокий, чёрный, глаза, которые горят яростью... Иногда, взглянув на это существо, ты можешь заметить в его взгляде горечь утраты. Ши Цинсюань вскинула брови. — Что ты имеешь в виду? Женщина неожиданно схватила её за плечо и прижала к стене конюшни. Споткнувшись, Ши Цинсюань ударилась о дерево, а её руки сковала крепкая хватка, прежде чем она успела выхватить веер. — Даочжань, разве ты не знала, что горе имеет физическое воплощение? Разве не можешь ощутить его, как энергию? — она усмехнулась, и Ши Цинсюань заметила, насколько острыми выглядели её клыки. — Долг возникает, когда что-то забирают, верно? Не будет ли справедливо заплатить? — Хэ Сюань! Чёрного окраса лошадь приблизилась к ним, а высокий мужчина, седлавший её, привлёк их внимание к себе. Золотые глаза сузились, а женское тело напряглось на прозвучавшее «Хэ Сюань». Мужчина приблизился к ним, и с такого расстояния было легко заметить и беспорядок в его длинных волосах, и вызывающе красную тунику, цвет который бледнел перед светом луны. — Оставь леди в покое, — проговорил он, словно бы происходящее было чем-то обыденным. Эта женщина — Хэ Сюань? — отпрянула от Ши Цинсюань и прикрыла глаза. — Не лезь не в своё дело, — процедила она. — Моё, если ты собираешься докучать одному из культиваторов, которые пришли помочь деревне, — один глаз мужчина прикрывала повязка, а улыбка его была похожа на оскал. На сарказм. — Пошли. Нам нужно добраться до дома, прежде чем волк выйдет на охоту. Согласна? Хэ Сюань открыла глаза, а после взглянула на мужчину. — Да. Так будет безопаснее. — Подожди, — почти выдохнула Ши Цинсюань, ощутив, как воздух резко покинул её лёгкие. — Подожди минуту. Ты не можешь уйти так просто. Разве ты не волк?! Вслед за этим мужчина разразился хохотом. — Мэй-Мэй, госпожа даочжань считает, что ты волк, — он протянул ей руку, и женщина схватилась за неё. Помогая Хэ Сюань взобраться на лошадь, мужчина ответил ей, — мы не чудовища, и это то, что я могу пообещать вам. Моя дорогая сестра сопереживает этому волку, вы и сами видели это. Ши Цинсюань качнула головой. — Что ты имеешь в виду? — Одинокий волк потерял свою стаю, верно? — спросил он. — Это то, что может понять каждый, не думаешь? — Поехали, — ответила Хэ Сюань, уперевшись ладонью в его спину. Цокнув, мужчина пустил лошадь рысью. — Удачной ночной охоты, госпожа даочжань, — бросил он через плечо, прежде чем удалиться от неё. Ши Цинсюань осознала, что задержала дыхание, лишь когда выдохнула облако клубящегося пара. Странное чувство поселилось в ней и сковывало, однако Ши Цинсюань до сих пор не могла сказать наверняка, встретилась ли она с волком на самом деле. Будь эта женщина на самом деле тварью, она бы не была знакома с кем-либо. У одиноких волков нет спутников, если верить словам брата. Иначе это стало бы их самой главной слабостью. Среди всего этого клубка неясным мыслей Ши Цинсюань уловила нечто странное и новое. Темнота дрогнула перед её глазами, а голос, у которого отсутствовала какая-либо физическая оболочка, зашептал ей на ухо чётко и ясно, как если бы находился рядом. — Твой брат умрёт этой ночью, а я — отобедаю им. Ринувшись вперёд, Ши Цинсюань выхватила веер из-за пояса и развернулась. Удерживая оружие крепко, она пыталась найти источник голоса. Нигде. Ничего. Внутренний двор пересекал лишь лунный свет и тень, исходящая от статуи Повелителя Дождя. Призрачный голос Преподобного пустых слов был лишь дымкой, и всё же страх проник в Ши Цинсаюнь так глубоко, как никогда и ничто не могло. Оседлав лошадь, она направила прочь из деревни на поиски своего брата, надеясь скрыться от угрожающего шёпота.***
Копыта стучали о землю, лошади рысью пробирались через лес, а ветер свистел в ветвях деревьев. Белая одежда культиваторов развивалась позади них. Ведущий их группу мужчина высоко вскинул голову и указал на запад. Казалось, что впереди был вовсе не один, а несколько человек, которые, держась вместе, погнали своих лошадей во мрак леса. Скрывшись в тенях и затаив дыхание, существо с золотистыми глазами наблюдало за культиваторами. Следило. Шаги его, когда он ступал на лесную дорогу, были бесшумными. Взгляд был прикован к надменному, гордому мужчине, восседающем на лошади. Веер стучал по его бедру в такт движений животного. — Остановимся, — произнёс Ши Уду, потянув на себя вожжи и медленно остановив лошадь. Спутники сделали то же самое, а взгляд блуждал по лесу. — Рядом что-то есть. Я чувствую это. — Волк? — спросил Пэй Мин. Ши Уду нахмурился. — Не уверен. Кажется, кто-то здесь жаждет убийства. Оскалившись, Хэ Сюань наблюдала, как культиваторы спускались с лошадей один за другим, а после натягивали вожжи на низкие ветви. Совершенствующиеся пошли дальше через лес, и Хэ Сюань последовала за ними, точно тень, в которых она скрывалась, тихо и бесшумно. Лин Вэнь шла позади их маленькой процессии, вглядываясь в тени, словно бы её слабые человеческие глаза могли разглядеть что-то большее. Пэй Мин выхватил меч из ножен. Лезвие было сделано из серебра, и Хэ Сюань почти прорычала, только увидев это. Ринувшись вперед, она пересекла местность и скрылась в кустах, и теперь она наблюдала за культиваторами сквозь редкие листья. Растения теряли свой цвет и сияние в преддверии зимы, и вся земля в лесу была укрыта мёртвыми грязными листьями. Так или иначе, шаги Хэ Сюань всё равно оставались бесшумными. То же самое нельзя сказать о культиваторах. Как бы они ни пытались, их шаги всё равно издавали звуки. Благодаря этому следить за ними было куда легче. Однако Хэ Сюань оставалась позади и наблюдала, как лунный свет отбрасывает тень на меч Пэй Мина. — Ищите следы, — сказал Ши Уду, убирая листву ногой. — Обращайте внимание на всё, от чего исходит тяжёлая энергия инь. Ветка хрустнула под ногами Лин Вэнь, из-за чего Пэй Мин и Ши Уду стремительно обернулись к ней. Отступив, она дёрнула рукавами назад. — Ничего, — сказал она, хотя взгляд её продолжал блуждать по редкой листве. — Я чувствую, что за нами наблюдают. Вытянув руку, Ши Уду создал на ладони пламя и распалил его, осветив местность вокруг них. Затем он попытался отогнать мрак леса. Найди среди крупных стволов деревьев существо, что принадлежало этому месту всем своим естеством, было сложной задачей. Особенно учитывая, что волки умнее прочей нечисти. Спрятавшись подальше от света, Хэ Сюань ощутила, как шерсть на её спине вздыбилась. Ши Уду подобрался ближе к её укрытию, и она вцепилась взглядом в огонёк, танцующий на его руке. Чем ближе подходил мужчина, тем отчётливее становилось рычание, сотрясающее её грудь. Спина выгнулось, а тело напряглось, готовое к рывку. Раскрыв пасть, она была готова напасть, когда новый звук привлёк их внимание. Топот копыт всколыхнул тишину леса, и Ши Уду отмахнулся от тени. Вместо этого он погасил пламя и позволил луне указать ему путь к месту, где они разделились. Там, где осталась вторая часть их группы, стояло на одного человека и серо-белую лошадь больше. — Цинсюань? — спросил Ши Уду. Вернувшись в тень и спрятавшись на достаточном расстоянии от культиваторов, Хэ Сюань навострила уши, надеясь уловить каждое слово. Луна падала на Ши Цинсюсань и совсем не скрывала блестящих слёз, которыми было залито её лицо. Она спрыгнула с лошади, устремилась к брату и нырнула в его объятия, заплакав снова. — Брат! — Что такое?! Что случилось?! — Он вернулся! Хэ Сюань склонила свою голову вбок. Ветви заходили над их головами, и листва опала на землю, на обнимающихся брата и сестру. Ветер всколыхнулся, подхватил распущенные волосы Ши Цинсюань и спутал пряди вместе. Рука Ши Уду накрыла затылок сестры, однако взгляд его блуждал по толпе культиваторов. И если бы Хэ Сюань была глупее, то решила бы, что мужчина наконец-то заметил её пристальный взгляд. Ощутил бы жажду охоты и ознаменовал бы её начало. — Уду... Обернувшись, Ши Уду взглянул на Лин Вэнь и сделал движение рукой в сторону лошадей. — Присоединись к остальным, — приказал он. В образе Лин Вэнь присутствовала своя особенная красота, украшенная тенью усталости. Хоть она и казалась не менее женственной, чем другие, однако бессонные ночи оставили на её лице неизгладимый след, придающий ей шарма. — Что насчёт волка? — Я помогу Цинсюань вернуться в деревню, — Ши Уду торопливо приподнял сестру за талию и помог ей взобраться обратно на лошадь. Пусть хватка его была крепкой, он не собирался причинять ей боль. Глаза Ши Цинсюань сияли в свете луны, полные непролитых слёз, и она не жаловалась на действия брата, какими бы настойчивыми они ни были. — Используй заклинание-приманку вместе с другими культиваторами и избавьтесь от всего, что содержит энергию инь. Мы.. Мы должны... Пэй Мин обогнул Лин Вэнь и вышел вперёд. — Ты единственный из нас, кто смог одолеть такое существо! — Нет, — произнесла Лин Вэнь, сжав руку Пэй Мина. — Ши-ди прав. Раз оно снова охотится на Цинсюань, ему стоит сосредоточиться на ней. В данный момент, — и, махнув тяжёлыми рукавами, она выудила оттуда стопку бумажных талисманов. — Оставь нужные пометки и облепи ими комнату Цинсюань. Это защитит её. Ши Уду принял их, резко кинув. — Будьте осторожны, — бросил он ей напоследок. Затем, оседлав собственную лошадь, он держался возле Ши Цинсюань, цокая языком, чтобы подогнать животных. Молодая кобыла Ши Цинсюань последовала за ним, пригнув голову и скрывшись в тени ночи. Хэ Сюань знала, за кем ей следует идти. Торопливо, но всё также бесшумно, она следовала за ними и не отставала ни на шаг, передвигаясь по густому лесу. Какая-то часть леса оставалась нетронутой осенью, в то время как лошади втаптывали в землю мёртвые листья. — Ты уверена, что слышала его? — тихо спросил Ши Уду. Задумчивость залегла на его лице. — Да! — раздался громкий голос Ши Цинсюань. Выпустив из руки поводья, она приложила её ко лбу. — Я узнаю этот голос где угодно. Ши Уду промолчал, вцепившись взглядом в густой лес, простирающийся перед ними. — Он сказал, что ты умрёшь сегодня, — продолжила Ши Цинсюань. — Всё, что он пророчит... — голос её дрожал, и в такой момент её юный возраст становился более очевидным. Её путь только начался в этом мире. С учётом жизни в тени, которую оставлял её брат, Хэ Сюнь вовсе не удивлена тому, что каждая встреча оставляла на ней неизгладимый след. — Гэ, что-то из его слов оказывалось правдой! Что если.... Что если оно.... — Смерти не забрать меня сегодня, — ответил Ши Уду. Дёрнув за поводья, он призвал лошадь остановиться, и лунный свет, пробившись сквозь мглу, блеснул в его волосах. — Ты действительно думаешь, что какая-то тень призрака вроде Преподобного Пустых Слов может навредить мне? Лошадь Ши Цинсюань издала недовольный возглас, когда её вынудили остановиться посреди тёмного леса. Нежно коснувшись её гривы, она обратилась к брату, и её голос звучал с тем самым страхом, что окутал её собой целиком и полностью. — Нет... Возможно! Я... Я боюсь того, что он шепчет мне. Ши Уду вскинул руку в воздух и, вглядываясь в густую листву, сделал неопределённый жест рукой. — Говорит ли он с тобой сейчас? — Нет... — Значит, его слова не настолько пророческие. Поедем. Вернёмся в гостиницу и создадим защитный барьер, пока не придумаем, что делать с этим. Ши Уду погладил лошадь по шее, а после пнул её в бока. Хэ Сюань шла за ними, а ветер раздувал мёртвые листы вокруг неё и касался её серой шерсти взъерошивая. Низкое рычание поднималось из её груди, сотрясало горло и всё её тело. Лошадь Ши Уду ринулась дальше, вслед за ней — Ши Цинсюань, которая, оставаясь позади, оглядывалась на лес. Взгляд её скользнул точно в ту сторону, где пряталась Хэ Сюань, и волчица заметила страх, затмивший её красоту. Шорох, который принёс ей ветер, заставил Хэ Сюань навострить уши. Вскинув голову, она устремила взгляд в сторону крон деревьев. Слова стекали с листьев, точно дождь, и окружили Ши Цинсюань, что стала камнем, сидящим на лошади. — Жалко. Как жалко, — раздался хриплый смех. — Жалкое начало и такой же жалкий конец. То, что забыто, вернулось. — Гэ! Ши Уду оглянулся, широко раскрыв глаза. — Цинсюань... — Волк охотится этой ночью! Кто станет его жертвой?! Выхватив бумажный талисман из рукава, Ши Уду резко вскинул руку и отправил его в сторону. Тот пролетел мимо плеча сестры. Бумага преодолела расстояние между ними и Хэ Сюань за считанные секунды и на подлете превратилась в огненный шар, который жёг глаза. Обогнув дерево, Хэ Сюань избежала пламени и ринулась к Ши Уду. Конь мужчина поднялся на дыбы в тот же миг, когда увидел её. Для Хэ Сюань больше не было причин скрываться, и она заметила, как оба культиватора вздрогнули от нахлынувшей энергии инь. Ши Уду потянул за вожжи в попытке успокоить коня, а после спрыгнул с него, выхватил веер из-за пояса и вытянул его, точно меч. — Гэ! — Цинсюань, уходи! Испуганный визг лошадей перекрыл волнованный голос Ши Цинсюань. Хвост Хэ Сюань исступленно двигался в разные стороны, когда она уставилась на Ши Уду, пригнувшись к земле. Тот изучал её тем же острым, внимательным взглядом. Рука мужчины двинулась, и он дёрнул запястьем, что означало очевидное намерение ударить её духовным оружием. Прямой удар веера — не то, что Хэ Сюань хотела бы испытать. Только когда волк ринулся в другом направлении, Ши Уду понял, что прочитал её жест ошибочно, и замер. Вместо того чтобы напасть на мужчину, Хэ Сюань бросилась к Ши Цинсюань. Оторвавшись от земли, она легко преодолела высоту и упёрлась в грудь девушки передними лапами. Крик сорвался с уст Ши Цинсюань, когда она болезненно ударилась о землю спиной. — Цинсюань! Оскал отразился в испуганных янтарных глазах и в отблеске лунного сияния. Страх парализовал Ши Цинсюань, не позволяя ей увернуться и давая шанс Хэ Сюань атаковать её так, как она только захочет. Зарычав, волчица упёрлась лапами по обе сторону от плеч девушки. Ши Уду поспешил обогнуть лошадей, умчавшихся в тот же миг прочь, и закрутил веером. Казалось, словно веер был продолжением его пальцев, и он использовал его, вызывая порывы сильной духовной энергии. Капли воды, опадающие с листьев, разбивались то о стволы деревьев, то от его ударов. Роса смешалась, соединилась в подобие ленты, опоясывающей его тело. Развернув веер, он устремил поток воздуха со скоростью, равной реке. Отступив, Хэ Сюань скрылась в тенях. Точно чернильное пятно, она скользила по земле, огибая Ши Уду, пока тот собирал всё новые капли вокруг себя. В этот раз Хэ Сюань не была для него невидимой угрозой. Неважно, куда она бежала, взгляд мужчины преследовал её силуэт, и волчица издала низкое рычание, встревожившее её грудь. Даже если его взгляд был прикован к опасному существу, голос Ши Уду не дрогнул, когда он обратился к сестре: — Ты в порядке? Вздрогнув, Ши Цинсюань ответила: — Да! — она тут же поднялась с земли, и пару листьев зацепилось за её волосы. Выхватив веер из-за пояса, Ши Цинсюань пыталась найти силуэт Хэ Сюань, затерявшийся в тенях. — Он всё ещё тут. — Верно, — ответил Ши Уду. — Встань позади меня и убедись, что... Крик раздался позади них, и Ши Уду на мгновение усомнился в том, где именно Хэ Сюань находилась. Обернувшись, он вглядывался в направление, откуда возник громкий звук. Это случилось где-то далеко, в глубине леса, от одного из культиваторов, которых он отправил на поиск существа. Это то, что было ей нужно. Вынырнув из теней, Хэ Сюань набросилась на Ши Уду. Укусить и ощутить вкус его крови было легко. Достаточно было подать рукой, чтобы сделать это, и она ощущала плотную энергию ян, которой тот обладал, когда порыв ветра ударил в неё. Это было похож на муссон, что превратился в резкий поток. Вслед за этим её подбросило в воздух, как если бы она весила не больше тряпичной куклы, а после отлетела к стволу дерева, ударившись о него. Вскрикнув, она упала о землю и пыталась подняться вновь. Ши Цинсюань приняла оборонительную позицию, завела руку с веером за голову, раскрыв его и показывая аккуратно нарисованный иероглиф «фен» на нём. Опустив его, она направила на Хэ Сюань поток листьев. Страх в её взгляде сменился на что-то иное, более оборонительное и осторожное. Шансы на победу против двух культиваторов значительно снижались. Тени приветствовали её, когда она, отступив от боя, вновь скрылась в них. Развернувшись, она устремилась прочь от города с такой скоростью, что культиваторы не смогли бы её догнать на своих ногах, а лошади — пройти путь, которым она бежала. Лишь когда перед ней возник круг лунного света, она замерла и навострила уши. Лес был полон тишины. В это время года все живые существа в лесу запасались едой, чтобы пережить долгие зимние дни. Днём этим места полнятся звуками, однако ночью нельзя уловить и часть этого. Крики культиваторов, раздавшиеся вдали, затихли. После минут ужаса тишина залегла над деревьями. Слух Хэ Сюань был лучше, чем у кого-либо, и она могла услышать то, что другие не могли. Тихое дыхание раздалось где-то совсем рядом. Оскалившись, она обернулась в направлении, откуда исходил звук неизвестного, наблюдавшего за ней. Бурый мех мелькнул между деревьями, и Хэ Сюань ринулась за ним. Не задумываясь о шуме, который они создавали, они мчались по лесу. Этим вечером воздух полнился энергией инь, и Хэ Сюань был уверена, что тот, кого она преследовала, был похож на неё. Существо не было волком, однако... Когда неизвестный запрыгнул на тонкое дерево и стал лезть выше и выше, Хэ Сюань неожиданно осознала, за кем она гналась. Изящно и легко, точно кошка, кто-то взобрался на дерево и стал ходить по одной из веток, словно это — пустяк. Глаза Хэ Сюань блеснули в темноте, пока она, огибая ствол, не могла последовать за ним. Не переставая рычать, Хэ Сюань обошла дерево несколько раз. Бурая пантера свободно разлеглась на ветви и наблюдала за ней. В её жестах и взгляде было спокойствие и ни намёка на страх, потому что она знала: здесь было безопасно. — Хэ Сюань! Спрыгнув с другой ветви, где-то в стороне от неё, Хуа Чэн приземлился так, что его ботинки погрязли в грязи и сухих листьях. Поднявшись, он скинул капюшон с головы и взглянул на неё. Стряхнув с себя мех, Хэ Сюань поднялась на двух ногах. Переход от одной формы к другой был прост для неё, и она запросто выпрямилась, запустив руку в волосы, чтобы откинуть их назад. Меховой плащ, накинутый на её плечи, вздымался на каждом порыве ветра. — Как многих ты убил? — спросила Хэ Сюань. — Никого, — Хуа Чэн замер и посмотрел на неё. — Просто подрался с ним, но не оставил смертельных ран. Кто это? Хэ Сюань вскинула взгляд на кошку, лениво наблюдающую за ними. Хвост существа свисал с ветки и медленно покачивался из стороны в сторону. — Не знаю. В этот момент кошка вытянулась и выгнулась. Передние лапы, потянувшись вперёд, превратились в тонкие руки. Тело кошки стал меняться, превращаясь в человеческое, и вскоре на ветке стояло вовсе не животное, а человек, чьи волосы тревожил ветер. Хэ Сюань оскалилась. — Се Лянь, — представился он им. Ветвь едва прогнулась под весом мужчины. — Скромный лекарь. Приятно познакомиться с вами обоими. — Убирайся! — прорычала Хэ Сюань. — Это моё дело. Несмотря на обыденную самоуверенность, Хуа Чэн отошёл назад, ошеломлённый. — Котолак. Прошу простить за грубость, но мне казалось, что весь ваш род вымер! Присев на ветке, Се Лянь наблюдал за ними с любопытством, от которого волосы на затылке Хэ Сюань зашевелились в неприятном чувстве. Затем он спрыгнул и изящно приземлился на ноги перед ними, плотно удерживая плащ. — Это правда, — ответил Се Лянь, и голос его был полон таинственности и горечи. — Я единственный, кто остался. Тишина залегла между ними тяжестью, и не было сил сказать что-либо. Хэ Сюань отвела взгляд, поджав губы. Ветер шуршал между тисом и соснами, постукивали ветви гикори, уже лишённой листвы. — Я живу дольше, — проговорил Се Лянь. Взгляд его упал на землю, как если бы там располагалась бездонная яма, привлекшая его внимание. Хэ Сюань задумалась, не вспоминал ли этот мужчина о нашумевшей войне, случившейся много лет назад, ещё в то время, когда она сама ещё не родилась. В этом мире осталось всего несколько существ, что помнило об этом. Только Боги и бессмертные. — Буду признателен, если вы, несмотря на все ваши дела, найдёте другое место. Уйдёте как можно дальше от культиваторов. Не хочу умирать в ближайшее время. — Мы не можем — ответила Хэ Сюань. Озадаченный, Се Лянь натянуто улыбнулся ей. — Думаю, я ожидал этого. Такие молодые, вроде тебя... Вы всегда безрассудны, куда больше, чем следовало, — его взгляд метнулся в сторону Хуа Чэна. — Ты. Ты старше, и намного. Тебе ли не знать? Впервые на памяти Хэ Сюаня — и впервые за всё время их знакомства — она поняла, что Хуа Чэн не любит, когда его выделяют. Отодвинувшись назад, он вскинул голову к луне. — Искать справедливость — не безрассудство, — сказал он. — Я здесь только затем, чтобы вернуть дог. — Долг? — Мне не нравится иметь обязательства за спиной, — продолжил Хуа Чэн. Один его взгляд был направлен на Хэ Сюань. — Кроме того... Не похоже, что эти культиваторы стоят жизни или охоты на нас. Вам придётся простить нас за вторжение на вашу территорию, Ваше Высочество. Эти слова заставили и Хэ Сюань, и Се Ляня вздрогнуть. Не успела Хэ Сюань и рта раскрыть, как Се Лянь набросился на Хуа Чэна. Прижав мужчину к дереву, он широко раскрыл свои глаза с узкими зрачками. — Как ты узнал, кто я? — прошипел он. Прежде, чем Хуа Чэн успел ответить, Хэ Сюань отбросила Се Ляня прочь от него. Они сошлись в схватке: когти волчицы впились в руки котолака. В конце концов, тот отпрыгнул назад и оказался в тенях деревьев. — Не трогай его, — прорычала Хэ Сюань. Ядовитые слова жалили её язык, точно по нему пробежался рой пчёл. Моргнув, Се Лянь смотрел на них глазами кошки. И это продолжалось с пару секунд. Не издав ни слова, и звука, мужчина отступил и скрылся в густом лесу, едва шурша листвой под ногами. Хэ Сюань не отводила от него взгляда до тех пор, пока он не скрылся из виду. Лишь ощутив безопасность снова, Хэ Сюань обернулась и вопросительно взглянула на Хуа Чэна. — Кто это был, дагэ? — Это... Сложно объяснить. Лицо его омрачилось, однако волчица не была в силах распознать ни единого отблеска его тёмных мыслей. Хуа Чэн жил куда дольше неё, и она понятия не имела, сколько всего он успел повидать за множество своих долгих лет жизни. — Это может быть проблемой? Хуа Чэн качнул головой. — Думаю... Наследный принц просто желает покоя. Неудовлетворённая этим ответом, Хэ Сюань взглянула на лес, в котором скрылся котолак, и надеялась, что тот не решит вмешаться. — Сегодня нас постигла неудача, — выплюнула Хэ Сюань. — Ши Уду вернулся в деревню. Кажется, пора придумать другой план. С этими словами она бросилась наутёк, точно зная, что Хуа Чэн последует за ней.
Примечания:
Переводчик:
мой телеграмм: https://t.me/lanshenyan
