эта любовь

— Вы что, — Мирослава вздохнула, ей будто резко стала тяжело разговаривать, — собираетесь поехать на машине? Вы же пили! Хотите угробить свою самую лучшую ученицу? Святослав всё еще держал девушку за запястье, приходилось поддерживать Мирославу, а то иной раз она была близка к тому, чтобы поцеловать асфальт. Он злился. Злился сильно. На Кириллова. На неё. На себя, в конце концов. Ему должно быть всё равно, чем занимаются его ученики вне учебное время, он не несёт за них ответственность, тем более они не в пятом классе, уже взрослые люди и должны сами понимать последствия своих поступков. Но он просто не мог пройти мимо, не мог не замечать состояние Мирославы, просто не хотел оставлять её там. Что-то в глубине его души кричало о том, чтобы забрать девушку и увезти в безопасное место. Романов и сам не мог понять, почему так реагирует. Он преподаёт не первый год. Не первый раз он встречает своих учеников в подобных местах, но то, как Святослав ведёт себя сейчас — новое и необычное для него ощущение. — Мы едем на такси, — сухо сказал историк. На самом деле ему хотелось кричать на неё, привести в чувство, дать понять, что в таких местах ей не место. Но он просто молчал, смотрел на неё, такую глупую и беззащитную. — Мама меня просто убьёт, — неожиданно взвыла Мирослава, — мы и так с ней постоянно ругаемся, а если она увидит меня в таком состоянии…боже, — голову девушки сковывала сильная боль, не давая покоя. Буквально через пару минут к бару подъехала машина, украшенная желтыми фишками. Мирослава уже успела продрогнуть от холода, пытаясь согреться своим вязаным чёрным шарфом. Она уткнулась в него носом, но не потому, что так пыталась его согреть. Запах историка до сих пор ощущался в шерсти, и Мира пыталась надышаться им, словно сейчас он исчезнет. Святославу Игоревичу знать об этом не обязательно. — Садись, — парень открыл заднюю дверь, помогая своей ученице благополучно залезть в салон. Когда она наконец оказалась внутри, Святослав тяжко вздохнул, взгляд метался по улице, словно размышляя о чём-то. Захлопнул дверь и сел с другой стороны. — А откуда Вы знаете, где я живу? — Мирослава облокотилась на сидение, откидывая назад голову. Сейчас ей очень хотелось оказаться в своей кровати, но в начале принять душ, смыть с себя всю эту невидимую грязь, которую нахваталась в этом чёртовом баре. Матвей ей будет должен не только одну контрольную, в этом она была уверена. Будто с каждой минутой голова становилась всё более чугунной, наблюдая за улицей через окно такси, она то и дело пытаясь сфокусироваться на предметах или людях — безуспешно. Главное не испортить таксисту салон. Голова кружилась даже с закрытыми глазами. — Я понятия не имею где ты живёшь, мы едем ко мне. — Что? Это шутка такая? — Я похож на шутника? — строгость в его голове и злость в глазах давали ответ на этот вопрос. Мирослава взглянула на него и потерялась. Алкоголь крепко ударил в голову, и видимо это послужило причиной того, что она не могла отвести от историка глаз. Словно заворожённая изучала каждый миллиметр его лица. Девушка старалась не смотреть на его губы, мало ли на какие поступки она была способна в таком состоянии. — Вы красивый. — А ты пьяная. — Я перестану быть пьяной, а Вы всё равно будете красивым. Может она и была в не очень адекватном состоянии, но точно была уверена, что он улыбнулся. А она улыбнулась ему в ответ. Сильно хотелось спать, настолько, что девушке пришлось бороться с этим чувством. Пыталась не закрывать глаза, но в конечном итоге сдалась. Машина укачивала её, будто ребёнка в люльке. Быть может это всё не в заправду, просто странный сон, сейчас Мирослава проснётся в своей кровати и весело посмеётся над этим. Темно. Тихо. Спокойно. Девушка проснулась. Только не в своей кровати, а в салоне автомобиля. Крепкие мужские руки схватили её расслабленное тело и попытались вытащить наружу. В лицо тут же ударил морозный ветер и Мира поморщилась. Минусовая температура немного привела её в чувство и она наконец могла полностью почувствовать землю под ногами. Святослав Игоревич натянул повыше её шарф, помогая защититься от холода. Пальцы коснулись пылающих щёк девушки, задержавшись на них буквально пару секунд. Она на мгновение подняла свои уже слезившиеся на морозе глаза, ловя ответный взгляд от учителя. Снова это небольшое помутнение. Рядом просигналила машина, водитель которой нервно уставился на другой автомобиль, создавший ему помеху, именно это помогло девушке хоть немного прийти в себя и оторвать завороженный взгляд. — Идём, замерзнешь, — Святослав так и продолжал придерживать Мирославу, касаясь уже не крепко до боли, как в баре, а нежно и заботливо, словно боялся что она разобьётся в его руках словно хрусталь. — Мне так плохо, — проныла девушка, — тошнит и голова болит, очень сильно… — Придётся прочистить твой желудок от алкоголя, чтобы быстрее полегчало. — Будете держать мне волосы, пока я корчусь над унитазом? — Да. Ты против? — Уже нет. Темно, только свет старых уличных фонарей освещал дорогу к подъезду. Вокруг тишина, лишь шаги этих двоих слабым звуком раздавались в округе. Историк отметил про себя, что на улице ни души, чему он был несказанно счастлив. Не хватало только чтобы какие-то слухи поползли от соседей к соседям, и так проблем выше крыши. Свет горел только в паре окон, в остальных не наблюдалось никаких движений. Подъездная дверь открылась, издав короткую мелодию. Внутрь, вместе со Святославом и Мирославой ворвался зимний промозглый воздух, но тут же был беспощадно уничтожен, стоило им закрыть входную дверь и оказаться в обогреваемом холле. Романов нажал на кнопку лифта и в который раз уставился на уставшую Мирославу. — Святослав Игоревич, — вздохнула она, — я не соображаю что вообще происходит. Почему вы меня забрали оттуда, и почему я стою тут, рядом с вами, и жду лифт чтобы попасть к вам в квартиру? — Для начала я предлагаю тебе отоспаться и прийти в себя, а потом уже задавать мне вопросы. — Обещаете, что не будете приставать ко мне? — Ты меня за кого принимаешь, Мирослава? — Романов нахмурился, нажимая на кнопку лифта ещё раз, нервничая от долгого ожидания, — к тому же, как я уже сказал, тебе нет восемнадцати. Так что переставай задавать мне идиотские вопросы, или я отправлю тебя домой к твоей матери, а там уже сама с ней разбирайся. — А если бы было? — Что было? — Восемнадцать. Мне. Небольшой звонкий сигнал и лифт остановился на первом этаже, отворяя дверь. Святослав не стал отвечать на вопрос девушки, лишь слегка протолкнул её вперед, нажимая внутри на кнопку нужного этажа. — Видели бы как на Вас смотрят мои одноклассницы, а уж тем более, что они говорят, — Мирослава слегка улыбнулась, прокручивая школьные воспоминания. — Тебе больше поговорить не о чем? — Вам больше нравится обсуждать реформы Избранной Рады? — Ты невыносима. — А Вы красивый. Или я уже говорила об этом? — Мирослава насупилась. Язык работал быстрее, чем она могла сообразить что хочет произнести, может ей было лучше заткнуться и действительно побыстрее лечь спать, пока чего ещё лишнего не наговорила. Лифт остановился и открыл двери. Святослав шагнул первый, хватая Мирославу за запястье. Автоматическая лампа при появлении людей в коридоре включила свет, освещая свежий ремонт. В нос ударил ещё не выветрившийся запах побеленных стен. Ещё не подойдя к квартире, можно было услышать скучающий лай собаки. — Я зайду первым, не знаю как моя собака отреагирует на чужого человека. — У Вас есть собака? — удивилась Мирослава, — а вы тоже ей включаете исторические фильмы? Она мне не начнёт рассказывать про жизнь Ивана Грозного? — Тебе бы не помешали эти знания. Девушка лишь тихо хмыкнула, но это не осталось без внимания историка. Он вставил ключи в замочную скважину, сделал два поворота и растворил входную дверь. Первое, что увидела Мирослава, это тёмную мордочку собаки, с интересом выглядывающая из двери, немного ослеплённая от резкого коридорного света. Через пару секунд собака пришла в себя и набросилась на хозяина, желая получить дневную дозу ласки. На девушку ротвейлер обратил внимание чуть позже, но вместо агрессивного поведения, он лишь обнюхал её, изучающим взглядом осматривая Мирославу. — Он очень милый, — улыбнулась она и получила в ответ добродушный лай. — Ты ему понравилась, — Святослав ухмыльнулся, — обычно он по-другому реагирует на чужих людей. — Как его зовут? — Мирослава расстегнула замок на обуви, стягивая с себя зимний ботинок. Тоже самое сделала и со второй ногой, избавляя своё тело от тяжести. — Оливер. — Оливер? — девушка смутилась, — Это какое-то распространённое имя для животных? Святослав пожал плечами, не особо понимая о чём речь, и включил в квартире свет. Мирослава осмотрела квартиру, правда это действие давалось ей с трудом. Перед глазами всё больше и больше размывались предметы, приходилось напрягаться, чтобы понять что вообще происходит вокруг неё. Оливер побежал к своей миске, ожидая когда хозяин накормит его. — Не стесняйся, — произнёс Романов, поймав смущённый взгляд девушки, — ничего не бойся, пожалуйста. Ты сообщила своей матери что не придёшь домой? Мирослава неуверенна сделала пару шагов вперёд, взяв телефон в руки. — Нет, но сейчас напишу ей, — девушка уселась на край кровати, открыла в мессенджере диалог с мамой. Нужно было придумать что-то правдоподобное, и чтобы у неё не было лишних вопросов к Мирославе. Пришлось сосредоточиться на поиске нужных букв, не хватало только, чтобы мать заподозрила её во вранье и поняла, что девушка уже довольно сильно пьяна. Пару нажатий на клавиши, перепроверила текст несколько раз и отправила сообщение. Мира подняла взгляд на Святослава, тот что-то делал за кухонным столом, больше похоже на какой-то раствор. Чайник во всю кипел, но девушке было не до чая. Она перешла в другой чат и неспеша набрала сообщение своему Оливеру. Девушка не писала ему с того момента, как поехала в бар, однако от него сообщений тоже не было.

*Принцесса* как ты там? чувствую себя не очень хорошо, напомни мне больше не пить алкоголь

— Вот, держи, — Святослав протянул девушке кружку с жидкостью, — должно стать легче, если вдруг почувствуешь, что хочешь блевануть — сделай это, тебе самой будет лучше. — Спасибо, — вздохнула Мира и отложила телефон на прикроватную тумбу. Горячая кружка оказалась в её руках, она немного опустилась над ней, вдыхая аромат. Запах был похож на какой-то лекарственный препарат, отдалённо смахивающий на лимонный напиток. Девушка сделала глоток и прикрыла глаза. Очень сильно хотелось лечь на кровать и уснуть, в надежде что завтра с утра состояние будет намного лучше чем сейчас. Еще глоток. Горячая жидкость приятно обожгла горло, но голова кружиться не перестала, будто наоборот, стало ещё хуже. Мирослава не хотела обнимать унитаз, тем более в квартире у историка, поэтому она решила держаться до тех пор, пока не станет совсем плохо. А лучше всего действительно прилечь и попробовать поспать, несмотря на сильные вертолёты. Святослав в это время сидел за кухонным столом и смотрел в экран своего мобильного телефона, лёгкая улыбка скользнула по его лицу, но он тут же перевёл взгляд на Мирославу. — Могу выключить свет, попробуешь поспать. — Давайте, — кивнула она и отложила уже пустую кружку рядом со своим телефоном. Романов встал из-за стола и отложил свой телефон. Оливер уже мирно сопел рядом с кроватью, на которой калачиком свернулась Мирослава, окутав себя чужим одеялом, запах которого бил ей прямо в нос. Это был приятный запах свежести в перемешку с мужским гелем для душа. Девушка смотрела на своего учителя с немой благодарностью, слабо улыбаясь ему. Святослав на минуту замер, он хотел запомнить эту картину, вся эта ситуация создавала какой-то уют в его квартире и парень не хотел, чтобы это заканчивалось. Ему действительно бывает одиноко, но не сегодня. Щёлкнул выключатель и комната погрузилась во тьму. — Спокойной ночи, Святослав Игоревич, — совсем тихо произнесла Мира. — Спокойной ночи, Мирослава. Романов вернулся за кухонный стол, перед этим налив себе ароматный мятный чай в большую кружку. Спать ему не хотелось, намного важнее было для него проследить за состоянием Миры, на случай если вдруг ей станет плохо. Он сидел за столом, смотрел на мирно лежащую девушку и думал о своей жизни. Никогда бы не подумал, что приведёт свою ученицу к себе домой и уложит спать. Расскажи он такое Паше, тот бы посмеялся над другом, и пустил бы какие-нибудь пошлые колкости в его адрес. Не прошло и десяти минут, как девушка окончательно уснула, Святослав понял это по её слегка слышному сопению. Сейчас она была похожа на маленького котика, которого с улицы привели домой и позаботились о нём. От своих же мыслей Романов улыбнулся и отвёл взгляд к окну, за ним уже во всю была глубокая ночь. Телефон, лежащий всё это время рядом со Святославом, теперь был взят в руки. Ему пришло сообщение от Принцессы, и пора бы уже ей ответить. Он думал написать ей еще в баре, будучи немного под алкоголем, хотел написать, что безумно скучает и может даже хотел бы услышать её голос, увидеть, почувствовать. Но он не осмелился написать, хотя всегда считал себя твёрдым и решительным человеком. *Оливер* Запрещаю тебе пить алкоголь :) Ну, что уж греха таить, я тоже немного выпил, поэтому считай нам обоим немного не хорошо. Романов отправил сообщение и вновь положил телефон на стол. Он слегка вздохнул, взял в руку горячую кружку и сделал ещё один глоток, уставившись в стену. Тишина казалась ему какой-то нарастающей, будто она окутывала его своей силой и сжимала в тиски. Но это чувство было недолгим, через минуту на телефоне Мирославы, который до этого покоился на тумбе около кровати, пришло звуковое оповещение. Но девушка никак не отреагировала, хотя звук был достаточно громкий, видимо она действительно крепко и основательно уснула. Святослав тихо поднялся со стула и подошёл к кровати, волосы девушки беспорядочно лежали на подушке, а само её лицо было невероятно умиротворённым, парень даже словил небольшое помутнение, подумав что захотел её поцеловать, но тут же отогнал от себя это наваждение. На телефон пришло ещё одно сообщение, Романов взял телефон и на боковой панели перевёл телефон в беззвучный режим. Он не хотел смотреть на уведомление всплывающие на экране, правда не хотел, всё-таки это личная информация, но что-то всё равно заставило его взглянуть туда. Верхнее сообщение было от матери, которая ответила Мирославе лишь коротким «Ок». Святослав хмыкнул, ему, как учителю, не в первой видеть такое отношение родителей к своим детям и парень всегда презирал такое. Всё таки хорошо, что он решил привезти её к себе, а не оставить дома, матери наверняка было бы плевать на её состояние. Увидев второе сообщение он оцепенел. В одну минуту катастрофически перестало хватать воздуха, из-за чего в ушах появился звонкий шум. Иногда в жизни бывает такое ощущение, будто что-то резко в тебе щёлкает и ты не осознаешь где ты находишься и что происходит, вот сейчас со Святославом было именно такое. Он уже не маленький мальчик, он взрослый и строгий преподаватель, но в этот самый момент ему было страшно, как маленькому ребёнку. «Запрещаю тебе пить алкоголь :) Ну, что уж греха таить…» — висело на экране телефона, ровно под сообщением матери Мирославы. Он моргнул один раз. Второй. Третий. Будто это галлюцинации, сейчас он придёт в себя и это сообщение исчезнет. Но оно никуда уходить не собиралось. Романов медленно опустил телефон туда, где он лежал и отошёл к кухонному столу. Каждый шаг давался ему тяжело, он сам не мог понять, то ли это действие алкоголя, то ли увиденного сообщения. Святослав решил проверить ещё раз. *Оливер* Ты спишь? Через минуту после отправленного им сообщения, на телефоне Мирославы загорелся экран, оповещая о новом уведомлении. — Чёрт возьми, — выдохнул Романов, закрыв лицо руками. Внутри него собралось столько разных чувств, что это превратилось в адскую смесь. И он совершенно не знал, что ему делать дальше.