Принцесса, дракон и рыцарь

Глава 2 В библиотеке десятого отряда в воздухе, пронизанном солнечными лучами, кружилась пыль. Это капитан распорядился распахнуть ставни и проветрить комнату. Он сказал, что воздух там слишком затхлый. А может, ставни открыли, потому что Масаки помогала в библиотеке. Лучи солнца золотистыми искрами вспыхивали в ее волосах. - Эти отчеты куда, Куросаки-тайчо? – девушка принесла охапку старых свитков. - Давай-ка сунем их наверх, все равно они никому нафиг не нужны, - Ишшин независимо подхватил пару свитков и закинул на верхнюю полку. Один прилетел обратно и стукнул его по лбу. Масаки, не удержавшись, хихикнула. - Ах так, да?! – Ишшин зарычал, подхватывая свиток. – Хочешь выставить меня дураком, кусок бумаги? Думаешь, ты умнее, да?.. Масаки, ну-ка стой здесь, я щас притащу табуретку! Мы их победим! Они у нас как миленькие будут лежать! Лежать, я сказал! чтоб тебя менос сожрал!.. Рангику на веранде сидела, обмахивалась веером и умирала от жары, слушая героические вопли капитана из подвала. - Мацумото-фукутайчо, Мацумото-фукутайчо! – один из младших офицеров подбежал, путаясь в тяжелых хакама. - Я еще не «фукутайчо», - лениво протянула Рангику. - Там ребята из Одиннадцатого! – запыхавшись, пожаловался он. – Они на стенах пишут всякую похабщину! Пусть капитан с ними разберется! - Врежьте им. Вы же мужчины… - Но там с ними этот ненормальный, с татуировками! - Абарай? Да ну, вчера был нормальный и сегодня вечером будет, возможно, - философски отозвалась Мацумото. – Ой, жарко. Слушай, принеси ведро воды, хоть двор ополосни, а? Мне аж дышать тяжело... Офицер выразительно глянул на ее грудь – вот от чего дышать тяжело. - Ну, может, капитана позовете, а? – жалостливо протянул он. - Не могу. Он занят. Он за новенькой ухаживает. - И как, получается? - Как обычно – не очень. Он воспринимает все слишком серьезно… А она по секрету сказала мне, что он вообще не в ее вкусе. Беда-а… Из подвала раздался грохот и тихий смех. Рангику вздохнула. Офицер поспешил ретироваться. - Что бы им такое еще подстроить?.. – задумчиво протянула она. Подвыпивший Ишшин как-то ночью возвращался в казарму из онсена. Пару раз споткнувшись на ровном месте и повалявшись в дорожной пыли, он слегка протрезвел, - но не настолько, чтобы не кручиниться и бросить пьяно горевать. Масаки была слишком хороша для него. Умница, красавица, тихая и ласковая. В отряде на нее молились. А она была приветлива со всеми одинаково. Мысли завели его сначала в темный переулок, а потом привели к дому, где жила Шиба Масаки. Там он окончательно пришел в себя. Заодно призадумался, что теперь делать. Развернуться и уйти не хватало духу, а постучаться в ворота – тем более. Он огляделся. Забор был высоковат – ну да и не через такое перепрыгивали. Улица пустовала. В доме чувствовалась ровное рейацу Масаки – девушка спала. Ишшин прогулялся вдоль забора, нашел трещину между досками, заглянул во двор. На веранде горел одинокий фонарь, освещая кусочек белых сёдзи и крыльцо. Дом был обычный, двухэтажный, с верандой по всему периметру и с желтой черепичной крышей. Он отошел. На воротах был нарисован герб клана. Краска облупилась от старости – да и все место выглядело неухоженным, словно его забросили много лет назад. Неужели Масаки жила одна, без слуг? За соседним забором залаяла собака. Ишшин еще раз оглянулся и пошел прочь, независимо сунув пальцы за пояс серого от пыли оби. Завтра. Он вернется завтра. Он возвращался почти каждую ночь. Ненадолго – на час, не больше. Постоять у ворот, попинать пыль на дороге, убедиться, что Масаки дома – одна… Всегда одна. Чувствуя себя при этом старым извращенцем – «Ну посуди, она – незамужняя юная аристократка, а ты кто? Выходец из Руконгая, даром, что из бывшего великого клана, здоровый небритый мужик…» Иногда подсматривал в щель на заборе. Однажды Масаки дома не оказалось. Ишшин забеспокоился. Как так? Где она?.. И тут же мелькнула шальная мысль – можно прокрасться в пустующий дом, посмотреть, где она живет… Через пять минут мучительных отговорок, он перемахнул через забор.