Вы мне надоели

Акт 3. Откровенный разговор В отличие от столицы, чьи жители только-только начали просыпаться, в Спрингвейле уже во всю кипела жизнь. Сельская местность всегда отличалась более ранним подъемом, поэтому туда-сюда уже снова люди, торопящиеся на полевые работы, некоторые грузили бочки в телеги, ветряная мельница медленно ворочала лопастями, а изнутри доносился гвалт. Однако, дойдя до развилки, Итер свернул не к деревне, а в противоположную сторону, к озеру. Его целью было крайне рыбное место на берегу. После того, как его кошелек изрядно опустел, парень подумал, что неплохо бы запастись провиантом, позволить покупку которого он теперь был не в состоянии. Забравшись на небольшой каменный уступ, путешественник дошел до берега и поежился. Налетевший утренний бриз, бывший особенно холодным вблизи открытых водоемов, пробирал до костей. Подойдя к месту рыбной ловли, он заметил, что был там не первым. Пожилой дедушка с добрым лицом, видимо, один из жителей деревни, уже сидел с закинутой в воду удочкой. Итер поравнялся с ним и коротко спросил — Я присоединюсь. Не возражаете? Старичок улыбнулся и пожал плечами, приглашая того присесть рядом. Расположившись, и достав снасти, Итер закинул удочку, и, дождавшись, пока поплавок замрет на месте, погрузился в размышления. Которые были отнюдь не радостными. Денег нет, информации нет. Никто ничего не знает. Путь в Мондштадт был заказан, в городе все будто с ума посходили, и толку не было. Но больше всего пугало то, что каждый из встреченных им знакомых не то, что был бесполезен, а порой и вредил. Со встречами ему явно следовало быть осторожным. Положиться нельзя было решительно ни на кого. Возможно кто-то из Инадзумы или Лиюэ мог бы содействовать, концентрация полезных людей и порядок там был на порядок выше, но, нельзя было быть уверенным, что пандемия сумасшествия не затронула кого-то еще. Тем более, время шло, а оно было на вес золота, и сама Паймон исчезла не где-то там, а вполне себе в этом зеленом регионе. Мысли прервала дернувшаяся удочка. Наконец-то что-то клюнуло, и Итер вытянул на божий свет здоровенного местного сома. Неплохое начало. Сидящий пососедству дедушка одобрительно покачал головой. — Вам везёт сегодня, молодой человек! — Да уж, спасибо! Вот бы и дальше это продолжилось. Пока что с везением было трудно. Старичок издал легкий смешок и вернулся к процедуре поимки, позволив Итеру снова заняться размышлениями. Нелегкие мысли снова наводнили голову. Самой нелегкой были вчерашние слова Моны. Паймон не существует? Как это понять? Вот же она была, вполне себе осязаемая, видимая и слышимая. Потреблявшая гигантское количество калорий и мерзко пищащая. И если бы он один её видел, но и другие люди подтвердили, что она не мимолетное видение, а вполне себе реальное существо. Что-то важное Итер явно упускал из виду, но умственный труд был не его коньком. Тем временем, удочка снова дернулась, и еще одна рыбина отправилась прямиком в заготовленную корзину. Дедуля снова к нему повернулся. — Вы, молодой человек, видимо, опытный рыбак. Как вам в руки то идет, а? — Да не говорите, обычный любитель, что Вы. Старику, судя по всему, хотелось пообщаться, но тот не знал, с чего этот разговор начать, поэтому путешественник взял инициативу на себя. Оглядев, что у дедушки корзина уже почти наполнилась, он решился на ответный комплимент. — Вы и сами неплохи, уже сколько наловили. Виден опыт. Мне бы у вас поучиться. — Брось, милок! Я обычный фермер, а рыбалка так, хобби. — А что выращиваете? — Как что? Конечно редьку! Лучшая редька в Мондштадте! В этом году выдался на редкость богатый урожай. — Редька… редька… Ненавижу, блин, редьку… Заворчал Итер, а дедушка рассмеялся. — Какой ты чувствительный мальчик. Лучше расскажи, отчего печален так? О чем задумался? Я много лет прожил, авось да подскажу чего. Парень с недоверием взглянул на пожилого фермера. Ну чем ему мог помочь маэстро овощей и земли? С другой стороны, а что он, собственно, теряет? Так и изложил. — Спутника своего потерял. Компаньона. Нигде найти не могу, а сама не возвращается. Вот пропала и все. Жили дружно, кров делили и пищу, а тут бац, и нет её. И никто не слышал и не видел ничего. А одна гадалка, вы представляете, вообще сказал, что её не существует? Ну так не бывает же, правда? Старичок покивал и задумался. — Твоя правда, не бывает. В последнее время вообще странные дела творятся. Звери сами не свои последние дни, по кустам прячутся, птицы на юг улетели, хотя еще даже середина лета, рано. Волки воют по ночам, протяжно так. Да поговаривают, хиличурлы стали себя очень странно вести, не смогу описать, сам не видывал. Но одно я тебе точно скажу. Удочка старика дернулась, и он выудил средних размеров окуня. Решив, что на сегодня достаточно, он взял корзинку с уловом, удочку, и поднялся. Приняв вертикальное положение, старик взглянул Итеру в глаза, и добавил. — В этом мире ничего не появляется из ниоткуда, и также не пропадает без следа. Не отчаивайся, найдется твоя подруга. Просто ты пока еще не понял, как её найти. Ну, бывай, паренек! — Будь здоров, отец. Путешественник махнул рукой фермеру на прощание, и вернулся к рыболовству. В одном дед был прав, он в самом деле не понял, как её найти. Впрочем, добрые слова малость взбодрили Итера. Наловив достаточно рыбы, и, не отходя от берега, разделав улов на филе, и упаковав, парень встал и потянулся. Солнце медленно описывало дугу и почти приближалось к зениту. Определенно, надо было предпринять хоть что-то потому, что безделье его убивало. Рассудив, что на рыбной диете могут существовать только граждане островов под покровительством электро архонта, он выдвинулся вдоль берега по направлению к «волчьему королевству», Вольфендому. Густые плотные леса были пристанищем не только мохнатых хищников, но и разного рода дичи, а потенциальная опасность отгоняла простых людей от паломничества по грибы и ягоды. Более того, в голове Итера зрела еще одна мысль, а конкретно, один человек, которого он надеялся там встретить, несмотря на всю опрометчивость подобного решения. Своего рода, последняя надежда. Постепенно, по мере продвижения путешественника, кроны деревьев, да и сами деревья, становились плотнее и объемнее. Воздух здесь был тяжелее и насыщен ароматами земли и перезрелых фруктов. Сквозь чащу проглядывало знакомое очертание телепортационного маяка. — А почему я сразу так не сделал? Быстрее было бы. Задал самому себе вопрос Итер, но ответила ему только тишина. Которую через пару мгновений прорезал волчий вой. Нет, не совсем волчий, скорее что-то похожее на имитацию. — Мне точно сегодня везет. Спасибо, госпожа Фортуна. Путешественник ускорился, перейдя почти на бег, огибая толстые стволы и перескакивая корни. Источник этого воя был как раз тем, кто был нужен. Теперь он звучал всё ближе. Итер бежал всё быстрее, мигом проскочив наспех сооруженную заставу хиличурлов, которые в недоумении почесали маски, но решили не преследовать нарушителя. Затем наверх, вдоль скал с отметинами от когтей. Вой послышался снова, совсем близко. Оглядевшись, Итер нашел свою цель, которая копошилась в кустах. — Рэйзор! Слава яйцам, это ты. Я тебя искал! — Рррраф! В кустах действительно сидел местный маугли, набивая рот волчьими колючкам. Заметив Итера, он завилял гривой волос и повернулся. — Ждавова, бватан! Ягоды, которых он натолкал за обе щеки, явно мешали корректному произношению слов. Дожевав добычу, он всё-таки заглотил её и подошел к неожиданному гостю, протянув перемазанную соком и мякотью руку. Итер её осторожно пожал, после чего вытер свою об траву. — Ты с чем пришел? Точно ко мне, не к Андриусу, ррряф? Смотри, в прошлый раз ты его так отделал, что старик забился в свою стену и неделю не выходил, зализывал раны, да проклятиями сыпал. Вряд ли он выйдет поиграть в ближайшее время. — Нет, хватит мне спаррингов пока что, вопрос другого толка. Мне нужны твои способности. Точнее обоняние. — О, это я с радостью. У меня лучший нос во всем Мондштадте! Тебе надо яд определить в еде? Или оценить, какие трусики лучше пахнут? А может выследить особенно жирного кабанчика, рряф? На последнем предложении Рэйзор снова завилял копной своих серых волос. Голова при этом не двигалась. — Стоп, как ты это сделал? А, не важно, нет… Трусики, говоришь?.. Аааа! Нет! Мне найти нужно человека, справишься? — А то! За десяток километров кого хочешь учую! Нужен только контрольный запах. У тебя есть трусики? — Да прекрати ты, псина блохастая. Никакого исподнего! Надо найти Паймон, а я даже не знаю, носит ли она белье. И с образцами беда. — Это сложнее, рряф! — Рейзор задумался и потянул носом. — Но задача выполнимая! — Не шутишь? — Конечно нет. У вас похожий запах. Как бы так, рряф, выразиться… Не от мира сего. Итер скривился. Уж чего, а от homo canis таких слов он ожидал в последнюю очередь. — Ладно, что тебе нужно? — Для начала, надо обнюхать тебя. — Трусы не дам. — Твои не интересны. Только женские. Стой смирно! — Рэйзор подошел к Итеру и стал сосредоточенно обнюхивать того с ног до головы — Мхм… рррр… О, у тебя самка ночью была? — Целых две, давай по делу. Пару минут спустя, волчонок закончил свой ритуал, и снова потянул носом воздух. — Рррряф. Твое присутствие, конечно, немного мешает, фонишь, но… Да, есть след. За мной. — Прекрасно! — Рэйзор стремглав умчал по поваленному стволу дереву наверх, перескочил с конца на скалу, и забравшись на неё остановился — Рряв, поторопись. Итер последовал за ним. В самом деле, за одичавшим мальцом было крайне сложно угнаться, то на всю катушку использовал все четыре конечности, чтобы мчать по плато на скале, лихо перескакивая камни. Путешественник бежал за ним во весь опор, на ходу удивляясь поразительному факту. Рыцари оказались бессильны, слухи ничего не дали, гадалка вообще бесполезной. А бегущий впереди дикарь, который в качестве туалета использует кусты и деревья, мигом помог. Итеру явно стоило пересмотреть приоритеты и то. Как он выбирает друзей. Тем временем, они проскочили еще одну банду хиличурлов, удобно устроившихся у разведенного костра, и судя по всему, травящих байки друг другу на своем непонятном языке. Резвый забег прекратился почти так же, как и начался, неожиданно. Мальчик-волк резко затормозил, и Итер сделал то же самое, чудом не улетев во внезапно оказавшуюся на пути пропасть. Вдалеке маячили руины логова Ужаса Бури, того, что некогда было величественной столицей Мондштадта. — Ррряф, туда! Рэйзор кивнул по направлению к башне, после чего сел и почесал ногой за ухом. Путешественник, отдышавшись, и удивившись, как его спутник не вспотел от такого интенсивного забега, взглянул вниз. По дну ущелья вела знакомая дорога. Ведомый неизвестным импульсом он сплюнул, проводил взглядом свою бескультурную проделку вниз, и переключил внимание на собаку, обратившуюся по какой-то нелепой случайности человеком. — И в чем проблема? Движемся дальше. — Дальше никак. Высоко, рряф. Больно падать, смерть. В обход долго будет. — А такого у тебя разве нет? Итер пошевелил плечами, и на спине материализовались объемные фиолетовые крылья глайдера, сувенир из Инадзумы. — Нет. Не нужно обычно, рряф. Кабаны не летают. Люди не летают. Хиличурлы не летают. Смысла никакого, рряф. Прикинув высоту, путешественник протянул руку. — Все бывает первый раз. Погнали, сократим путь, авось выдержит нас двоих. Рэйзор осторожно подошел, собираясь принять предложение, как внезапно уши дернулись, он развернулся и припал на все четыре конечности. — Иди, гррра. У меня появилось неотложное дело. — Какое дело? Удивленно спросил путешественник, наблюдая за резкими переменами в собеседнике. Волосы того встали дыбом, рот оскалился, закапала слюна, а сам он стал издавать глухое рычание. Момент спустя, Итеру все же удалось идентифицировать причину, и ей оказалась… белка. Рэйзор скалился на мирно пробегавшую мимо белку, которая остановилась, почуяв опасность, и ответно взглянула на них обоих. — …ты серьезно? Но вместо ответа услышал лишь все тоже рычание, которое становилось громче. Белка, тем временем, показала Рэйзору неприличный жест и дала дёру. Оскорбленный двуногий хищник с лаем бросился за ней. — Стой! Сидеть! Плохой Бобик! Куда помчал? Но слова уже не доходили до адресата. Две фигуры, маленькая и большая, стремительно удалялись в сторону горизонта, оставляя Итера в очередной раз в полном одиночестве. Расстроенный, он снова сплюнул, и спиной упал в ущелье. Уже в воздухе он вывернулся и направил глайдер в сторону огромного кратера, в котором он некогда сразил дракона. Судя по всему, в том месте, ему предстоял еще один подвиг. Цель была близка. Запаса высоты хватило как раз, чтобы, минуя скальные своды и свисающие сталагмиты, долететь прямиком к мосту, ведущему к башне. Около моста мирно дремал хиличурл. От звука приземлившегося путешественника, тот вскочил, опасливо озираясь. Итер по привычке сложил крылья глайдера и выхватил меч, направив тот на полуразумное двуногое создание. Чудик в маске попятился, поднимая руки в воздух, давая понять, что угрозы не представляет, равно как и зачем его сон потревожили. — Ты! Хиличурл вопросительно указал пальцем на себя. — Да, ты. Видимо, ты понимаешь, что я тебе говорю. Где Паймон?! Маска, вместе с к прикрепленной к ней головой, наклонилась вбок. Читалось это просто: непонимание. — Паймон! ПАЙМОН! Белая, маленькая, летает! П-А-Й-М-О-Н! Хиличурл пожал плечами и отрицательно замотал уродливой башкой. Видимо, в самом деле не знал, о чем идет речь. — Вот и поговорили. Ладно, у меня нет времени крошить тебя на салат. Вали отсюда. Итер развеял меч и направился по мосту. Хиличурл, в свою очередь, пошел в обратном направлении, и, убедившись, что путешественник на него не смотрит, покрутил пальцем у виска. Башня, тем временем, становилась всё ближе, а привычный ветер — всё сильнее. Наконец он стал настолько сильным, что пришлось прикрывать глаза, от летящей пыли. Итер, укрываясь ладонью осмотрелся, и заметил, как под самым куполом блеснуло что-то белоснежное. Этот цвет он бы не спутал ни с чем. — Паймон! Закричал Итер и бросился к башне, борясь с непогодой. Ветер хлестал его по щекам, терпал косу и всячески старался не подпустить ближе к башне, а остатки барьера витиеватым образом закручивались вокруг, блокируя подступы. Путешественник рванул вдоль барьера, и, обойдя почти половину основания, нашел удобную брешь. Здесь воздушный поток уходил вверх, поэтому, снова воспользовавшись глайдером, он взмыл почти до самого нижнего уровня открытой части. Оказавшись на уже знакомой площадке, Итер бросился к обломкам, ведущим наверх, и стал стремительно по ним карабкаться. — Паймон! Я уже рядом! Острые камни царапали ладони и крошились, то и дело угрожая отправить путешественника обратно вниз. Пару раз он едва не сорвался, но в последний момент находил более-менее устойчивый выступ. Наконец, тяжело дыша, он забросил руку на верхнюю платформу. Затем вторую. Подтянувшись, он перевалился на платформу и выдохнул. Времени на отдых не было, и он, сделав еще пару шумных вдохов, встал на ноги. С противоположной стороны, на самом краю, болтая ногами, спиной к нему сидела беловолосая фигура в бело-черных одеяниях. Только она была куда выше и стройнее парящего недоразумения. Тем не менее, эту фигуру он прекрасно знал. — ГРААААРРГХ-! Моментально выхватив меч, Итер с яростным ревом бросился на фигуру, замахиваясь для удара. Реакция последовала незамедлительно. Женщина, а это была определенно она, вскинула руку и щелкнула пальцами. Меч путешественника моментально рассыпался золотой пылью, а сам он потерял равновесие, и чудом не упал, всего-лишь припав на одно колено. — Остынь, я не драться с тобой сюда явилась. Вообще, ты заставил меня изрядно подождать. Кто бы мог подумать, что путь сюда займет у тебя настолько много времени. Нельзя же заставлять девушку так скучать. Фигура оперлась на пол, и, поднявшись, развернулась. Он отлично помнил эти золотые странные глаза, этот властный голос, этот плащ, с отливающей багряным подкладкой. Всеми злоключениями до сего момента он обязан был именно этому существу, именующей себя хранителем баланса. Правда, гордый облик несколько нарушала торчащая изо рта, задумчиво пожевываемая, куриная нога и чуть более округлившийся живот. В стороне, у колонны, лежала внушительная груда куриных костей. Золотые глаза с секунду его оглядывали сверху вниз, а потом хранитель сплюнула кость вниз, с башни, и зычно рыгнула. От звука будто зашаталось само мироздание. — Упс, простите… В этом мире ужасно вкусная курица. Определенно, мне не стоило уничтожать всех тех людей, некоторые достижения их науки, в частности кулинарии, произвели на меня впечатление. Впрочем, все равно ведь расплодились. Как тараканы, сколько не дави… — Стерва! Выдохнул Итер и снова попытался приблизиться к женщине, но не смог пошевелиться. — Даже не пытайся, пока не остынешь. Наделаешь еще дел, о которых будешь жалеть. Сказала же. поговорить пришла, не усложняй мне задачу. И так в твоей черепушке мозгов немного, не хочу вышибать оттуда остатки. Хранитель сделала несколько шагов по направлению к Итеру, задумчиво ковыряя в зубах ногтем. Тот, тем временем, испепелял своего ненавистного врага налившимися кровью глазами. Впрочем, это все, что он мог. — Тварь! Куда ты дела Паймон? — А ты все еще не понял? — фигура в белом прошагала к нему и наклонилась к уху. Прозвучал до боли знакомый писклявый голос — Я и есть твоя милая Паймон! Путешественник ошарашенно уставился на неё, не в силах поверить услышанному. Хранитель же выпрямилась и радостно засмеялась. — Здорово, правда? Серьезно, я ведь крутая актриса? Ты даже и подумать не мог, что твой первый и вернейший компаньон на самом деле та, кто разлучил тебя с сестрой? Даже не догадывался, да? Колись! Хранитель явно веселилась, выплевывая откровение за откровением. Самому Итеру же было невесело, он буравил её взглядом, полным черной ненависти. — Да ладно, не дуйся. Это было веселое приключение! Даже не думала, что в мире смертных можно так хорошо развлечься. Ты и не представляешь, какая скучища творится между мирами. Вся эта вечность, и бесконечность… Наведи порядок здесь, прибери там. Совсем загоняли меня обязанности. Да и вы с сестричкой, два сапога пара, кость в моем горле и заноза в заднице. Думаешь, это наша первая… вторая встреча? Конечно нет. Каждый раз попадая в какой-то мир, вы наводите там беспорядок и шорох. Каждый. Божий. Раз. Хранитель начала медленно описывать круги вокруг Итера, заложив руки за спину. — Что я только не пыталась. Выбрасывать вас в миры с экстремальными условиями. Соблазнять богатствами и простой жизнью. Лишать памяти каждый первый раз, вместе с умениями и н навыками. Разлучаю, кстати, кажется, в девятнадцатый. Все одно, каждый раз вы объединяетесь и устраиваете бедлам, который мне… — она остановилась и наклонилась к лицу путешественника — Мне! Мне потом прибирать. Не вам! И ладно бы гражданские войны, перевороты, катаклизмы. Знаешь, сколько после ваших приключений миров оказалось разрушенными? Хоть представляешь? Или десяток раскуроченных планет для вас какая-то шутка? Но вы ведь не унимаетесь. Накошмарились в одном, отправились в другой. И так мир за миром. А я потом должна сшивать планеты, восстанавливать экосистемы и мирить нации. Вот честно, задолбали, вы оба. Две кровососущие пиявки. Ты и твоя женская копия. Вы мне надоели просто до колик в печенке. Вот и сейчас, ты ведь знаешь, чем сестрёнка твоя занимается? Итер издал нечленораздельный звук, похожий на отрицание. — Вот, не знаешь. А она задумала и этот мир разворошить, вместе с, как они сейчас сами называют, Орденом Бездны. Пафосные придурки, ну и названьице себе подобрали. Я один раз уже преподала им урок об опасности захвата власти и создания оружия массового уничтожения, но, видимо, недостаточно было их поубивать, а выживших проклясть. Теперь эта дурная амазонка собирается завершить начатое. Понимаешь, да? Вы опасные и больные на голову. Вас надо бы по хорошему стереть из мироздания, но по какой-то причине, это не под силу даже мне. Кто-то очень могущественный вас охраняет, как по мне, совершенно незаслуженно. Долго я думала, каким образом могу помешать вашему близнецовскому беспределу, и тут меня осенило. Если один помешает другому добиться цели, то, возможно, вы сами решите эту проблему, насадив друг друга на клинки. Всего-то надо было быть рядом с кем-то из вас и направлять. Показывать результаты бесчинств родственника. Сеять недоверие. Сестрёнка твоя сориентировалась быстрее, видимо она в вашей паре мозги, поэтому к тому моменту, как я придумала сей гениальный план, её уже обхаживали герольды, а она сама обзавелась огромным влиянием, и не стала бы слушать никого случайного. И вот тут ты мне и пригодился. Близнец мужского пола потерянно молчал. Это была правда, что он не помнил многое до того, как они с сестрой встретили хранителя, но даже и помыслить не мог, что всё настолько плохо. Да, он не мог согласиться с методами Люмин, но по крайней мере надеялся, что однажды сможет найти её и поговорить, они сядут за чашкой чая, расскажут друг другу истории о своих приключениях по отдельности, крепко обнимутся и забудут разногласия. Его мир снова будет полон. Но, путешествуя по Тейвату, и становясь все более частым свидетелем разрушений и бед, учиненных Бездной, он уже не был так уверен. Мечты о счастливом воссоединении сменило только одно желание: вернуть Люмин на светлую сторону. Он поднял голову и взглянул в глаза хранительнице. Гнев ушел, осталась одна растерянность. — О, вижу, что до тебя дошло наконец. Ну и как ощущения? Женщина развеяла удерживающую его на месте магию. Итер тяжело опустился на холодный камень. — Я все еще хочу свернуть тебе шею. Но не могу. Ты, как бы не было противно и гадко признавать, в чем-то права. — Славненько. Теперь я вижу, что ты готов к диалогу. Курочку? Итер помотал головой, отрицая то ли угощения, то ли в принципе услышанное, будучи едва в силах справиться с новой информацией и остаться в здравом уме. Хранитель пожала плечами, и, пошуровав рукой в пространстве где-то под накидкой, достала еще одну куриную ногу, которую стала с аппетитом употреблять. — Как хочешь. Впрочем, это было необдуманно с моей стороны. Удивительно, что ты вообще можешь хоть что-то в желудке сейчас удерживать. В любом случае, пока ситуация движется к тому же самому исходу, что и раньше. Не вмешайся я сейчас, ты бы снова её встретил, и вы бы поделили этот мир на ноль. Ты в самом деле этого хочешь? Ведь последствия всегда ужасные, реки крови, горы трупов. А ты уже и друзьями-приятелями успел обзавестись, повидал немало. Разве тебе не жалко жителей этого мира? Путешественник молчал. Слова хранительницы баланса раскаленными ножами впивались ему в душу. Хотелось провалиться сквозь землю, выпить все запасы «Рассвета», сделать себе лоботомию, только не думать о происходящем с этого нового угла. Беловолосая женщина присела перед ним на корточки. — Вот, ты стал меня понимать. Ответственность за бесчисленные жизни. Масштабы, устроенного вами беспредела. Но не переживай, у тебя еще есть надежда. — она бодро толкнула Итера кулаком в плечо, тот поднял глаза — За время наших с тобой похождений, я получше тебя узнала. Ты, хоть и туговат немного, в целом, неплохой парень. Доверчивый и наивный, но неплохой. Вот сестрица твоя, другое дело. Да, ты на меня обидишься и будешь ненавидеть за это, но, прошу, выслушай. Она вредная и злопамятная, крайне эгоистичная особа. Её не интересует ничего, кроме силы и положения. Помнишь ведь, как уже успел с ней встретиться? Как она на тебя посмотрела? Ты для неё лишь инструмент, ничего не значишь. Перестань цепляться за родственные узы, пока не угодил в могилу. Подумай об окружающих. В этом мире полно людей, которые оценят и примут тебя таким, какой ты есть, и не нужно будет громить целый мир ради этого. Черт возьми, даже мне ты стал немного нравиться. Так что взбодрись и соберись. Сейчас твоя кровь от крови собирается в очередной раз устроить геноцид всем жителям этой планеты. Геноцид — штука крайне плохая. Ты ведь и сам это понимаешь? И силы ей не занимать. Рано или поздно, но задуманное она свершит. Не потому, что хочет убить всех и вся, а потому, что жажда власти напрочь затуманивает ей разум, и она не остановится ни перед чем. — Почему это обязательно должен быть я? В Тейвате полно людей, не менее сильных. Те же предвестники Фатуи. Я хоть и одолел пару поодиночке, но сразу со всей дюжиной бы не справился. Они бы меня поделили на семь дней недели. Или архонты. До той же Эй мне пока страшно далеко. Итер мало по малу отходил от шока и теперь был способен формулировать целые предложения. — Потому, что кроме тебя, на это вряд ли вообще кто-то способен. Видишь ли, тут такая штука. Каждый мир подчиняется своим определенным законам. И каждые существа в мире. У них есть своего рода предел, что-то вроде встроенного предохранителя. Да, отдельные существа могут сильно набедокурить, но набраться мощи для глобальных катастроф ни одно не сможет. Все миры сбалансированы так, чтобы не самовыпилиться по воле случая. Но не вы с сестрой. По какой-то непонятной причине, у вас отсутствует этот самый ограничитель, вы ломаете баланс всего, до чего дотянетесь. И меня, как хранителя этого баланса, сей факт жутко бесит. Вы мои природные враги. Однако, как сказал тот самый, враг моего врага… Так о чем я? Пока да, тебе недостает сил. Впрочем, на счастье, твоя сестра также довольно далека от того, чтобы представлять угрозу. Но это только пока. Со временем, вы оба наберете сил с избытком. Это случалось уже не единожды. И до этого момента, тебе обязательно нужно что-то с ней сделать. Иначе Тейвату капут. — Так а что я могу сделать? Заявиться к ней со словами «Люмин, я твой отец»? Прочитать лекцию о вреде разрушения миров? Отсечь ей голову, в конце концов? — А почему бы, собственно, и нет? Хранительница провела большим пальцем по линии шеи и карикатурно высунула язык. Итер, однако, шутку не оценил. — Расслабься, ты справишься, я уверена. Однажды к тебе придет понимание, как поступить правильно, и не утопить Тейват в крови. Верю я в тебя. И даже немного с этим помогу. Точнее, уже начала. Ты ведь заметил, что мир вокруг тебя начал потихоньку изменяться? Моих рук дело, пришлось некисло пошаманить с настройками. Понемногу, каждая калибровка отнимает страшно много сил. — Хочешь сказать, что повсеместное сумасшествие — твоих рук дело? — Это очень узкий взгляд на вещи. Я всего-то чуть-чуть убрала ограничитель с мотивации и дала больше свободы мысли местным жителям. Результат, конечно, получается не совсем таким, как я ожидала, но перспективы отличные. Твоей сестре определенно станет куда труднее добиться своих целей, чем раньше. Это даст тебе время. Всё, что я могу, извини. Как хранитель баланса, я тоже скована определёнными правилами, и их нарушение очень дорого мне обходится. Чёрт возьми, да даже просто быть с тобой в форме Паймон отнимает просто прорву энергии. Так что, мне, скорее всего, придется какое-то время отдохнуть. Не знаю, может год. Или два. Или десять. Время — понятие относительное, особенно между мирами. Хранитель поднялась, и отправила обглоданную кость вслед за первой. Итер также нашел в себе силы встать. — Не дрейфь! Пусть меня пока не будет рядом, у тебя все еще остается очень много людей, которые тебя поддержат и помогут, своими глазами видела. Да, будет тяжко. Баланс должен быть соблюдён, поэтому, как твоей сестре станет сложнее в этом мире, так же будет непросто и тебе. Но ты справишься, как справлялся до сих пор. Какой же герой без подвигов? Какие подвиги без опасностей и превозмогания? В этот момент небо начало темнеть, по нему, по скалам, и даже по самой земле начали бежать трещины. Хранительница подняла взгляд в сторону небосвода и заметно погрустнела. — Что же, кажется, нам пора прощаться. Думала, у меня будет побольше времени. Столько еды еще не попробовала, столько не увидела, не испытала, о многом не поговорила с тобой. Жалко-жалко. Но силы уже на исходе, я больше не могу удерживать свое присутствие здесь. Либо принудительно выкинет, либо твой мозг превратится в кисель, чего я допустить не могу. Ты ведь пообещаешь мне, что сделаешь все, чтобы сохранить этот мир? Итер кивнул, как ему показалось, уверенно. — Вот и славненько. Рассчитываю на тебя, партнер! С этими словами, женщина в белом, его первейший и злейший враг до сего момента, приблизилась к нему, обняла и ласково шепнула на ухо. — Спасибо за всё. Мне в самом деле нравилось с тобой путешествовать. А теперь, пора просыпаться. Она с силой оттолкнула путешественника, который вылетел за пределы башни, камнем устремившись вниз. Что она имела ввиду? И почему не раскрывается глайдер? Летя навстречу земле, все что он смог, это крикнуть. — И все равно, ты та еще стервааааааааа….