Одолжение

      Всех развели по отдельным кабинетам. Сакуре повезло меньше остальных: её допрашивал сам Ибики. Девушка его побаивалась, ещё со времён первого экзамена на чуунина тот показал себя монстром. Про него ходили разные слухи, в том числе и касавшиеся того, что Морино вроде то ли подставил, то ли бросил своего собственного брата… Хотя это было не точно. Мужчина, указав девушке на стул, также сел и сразу же сунул ей в руки какие-то бланки.       – Здесь твои права и всё такое. Просто распишись, будем считать, что я их тебе разъяснил. Но можешь прочесть, если не лень.       Харуно, пробежав глазами по сцепленным скрепкой листкам, на автомате поставила подпись. Формальность, ничего больше. Даже если бы она устроила под резиденцией митинг против Хокаге, ей дали бы на подпись тот же самый документ. И несмотря на права, записанные на бумаге, это не спасло бы её от возможных пыток.       – Итак, Сакура, – Морино положил локти на стол. – Расскажи мне, что ты делала с самого утра 19 августа.       Куноичи прочистила горло и постаралась придать себе как можно более решительный вид. Она понимала, что должна защитить подругу, чего бы это ни стоило. Рассказывать о том, что творилось в клане Хьюга, было никак нельзя. «Я просто расскажу, что делала, в тот день, и всё, – подумала Сакура. – Расскажу то же самое, что и все остальные».              ***       Какаши, поборов смятение, всё же решился открыть двери в квартиру Наруто. Увидев двух бывших учеников, лежавших голыми на полу, мужчина поморщился. Но делать было нечего. Подойдя к ним, Хатаке тронул Наруто за плечо:       – Очнись.       Узумаки только промычал что-то в ответ. Шестой, начиная злиться, тряхнул парня сильнее.       – Эээаа, ммм, – попытался что-то сказать Наруто.       Какаши вздохнул. Рядом зашевелился Саске. Открыв глаза и увидев в квартире постороннего, Учиха на секунду напрягся, но, рассмотрев бывшего сенсея, усмехнулся:       – Какая встреча.       – Саске, просто уходи, – отмахнулся от него Шестой.       – С чего бы? Вы больше не мой учитель. Вы мне не указ, – нагло произнёс Учиха, пытаясь найти свои штаны. – Почему я должен уходить?       – Потому что я так сказал.       – Надо же. Такой строгий. Когда вы были нужнее всего, то предпочли трусливо сбежать.       К этому времени Наруто уже очнулся. Беспокойно оглядываясь, он переводил мутный взгляд с расширенными зрачками то на сенсея, то на Саске.       – Наруто, нет времени. Ты идёшь со мной, – нетерпеливо сказал Хатаке.       – А? Я? Чего?       – Того, что родители Хинаты, – Какаши наклонился к Узумаки, – убиты. И ты последний из посторонних, кто приближался к особняку Хьюг.       – Ого, сенсей, – Саске к этому времени уже успел надеть брюки. – Вас вообще ничего не смущает?       – Я смотрю, это тебя ничего не смущает, Саске. Я тебе сказал, убирайся. Из дома Наруто и из Конохи вообще. Не приходи, пока всё не уляжется.       – Не вопрос, – Учиха пожал плечами. – Нет проблем.       Наруто, шатаясь, постарался встать с помощью Хатаке. Тот, бормоча себе под нос, попытался повести Узумаки в уборную:       – Нормально. Хорошо. Нормально. Сейчас примешь душ. Всё нормально.       – Эй, Какаши-сенсей, а я? А как же я? – Саске засмеялся.       – Я тебе сказал, вали, – бросил через плечо Шестой. – Хватает и без тебя проблем.       – Вот всегда вы так, – с наигранной обидой произнёс Учиха. – Как будто я какая-то ошибка. Я вам всегда мешал, правда?       Какаши, ничего не ответив, дотащил Наруто до санузла и уже пытался включить холодную воду, но Саске подошёл сзади, всё продолжая говорить:       – Всякий раз вам было проще от меня избавиться, чем помочь, правда же?       – Да, и именно поэтому я с Наруто и Сакурой бегал за тобой три года, – голос сенсея стал совсем злым.       – Не за мной. Вы именно что бегали с Наруто. Потому что он же лучше, чем я, правда? – Учиха сделал акцент на имени друга. – Его мечты, всё, что он делал… А я так, некое недоразумение. Он же солнце, он Ашура! А я просто жалкая луна, какой-то там Индра. Так же сказал этот Рикудо?       – Саске, что ты несёшь… – начал говорить Наруто, но закончить предложение не смог. Заблевав весь пол в ванной, парень продолжал дёргаться в крепких руках сенсея. Тот, увидев, что брызги рвоты попали и ему на одежду, поморщился, но не отстранился.       – Саске, вы приняли что-то? – Хатаке покосился на черноволосого.       – А вам-то что? Помните, что перед тем, как я покинул Коноху три года назад, вы оставили меня сидеть одного на том дереве? – Учихе явно нравилось дёргать за ниточки совести бывшего учителя. – Я так ждал, что вы меня остановите. Так хотел… А в итоге попыталась одна Сакура. Но я ждал не её. Вам же было привычнее пустить всё на самотёк, а, сенсей?       – Прошу тебя, оставь нас в покое, – уже взмолился Какаши. – С меня и так хватило того, что я увидел.       – А что такого? Мы просто друзья с привилегиями, – пожал плечами Учиха.       – Саске, – медленно произнёс Шестой, открывая воду, – друзья так не поступают.       – Ну да, вам ли не знать. Убийца друзей.       – Исчезни.       – Хах. Вы должны просить у меня прощения, сенсей. За то, что не сделали. Просите прощения.       Какаши посмотрел через плечо, не зная, как реагировать, однако бывший ученик уже поспешил скрыться. Тряхнув головой, Хатаке начал помогать Наруто забраться в ванну. Узумаки хватался за запястья сенсея, глядя беспомощно и словно прося защиты. Шестой, придерживая парня, начал тихо говорить:       – Всё хорошо, Наруто. Всё будет хорошо. Нормально. Хорошо. Нормально. Хорошо. Всё будет хорошо…       ***       – Это всё, – вздохнув, устало произнесла Сакура. – Правда, я больше…       – Хорошо, достаточно. Распишись, что с твоих слов записано верно, – Ибики подвинул заполненный протокол к девушке. – Вот тут напиши: «С моих слов записано верно», фамилия, имя и подпись.       Когда всё закончилось, компания собралась недалеко от участка. Сейчас следователи принялись за Хьюг, а молодёжь пока отпустили. Все были удивлены тем, насколько быстро Морино смог возбудить уголовное дело и как быстро этому делу был дан ход. Сразу было видно, что этот человек не зря ест свой хлеб. Парни и девушки шли чуть сзади, отстав от присутствующих родителей на несколько шагов. Все были подавлены. Первым подал голос Сай:       – У вас же тоже спрашивали, что вы с самого утра делали?       Все закивали головами. Шино спросил:       – Но почему нас на допрос позвали первыми, если Хьюг сначала опросить следовало бы?       – Кстати, это странно, – бросил Киба.       – Проблематично всё это… – протянул Шикамару. – Да, что-то тут нечисто.       – А Наруто так никто и не видел? – встрепенулась Ино.       Компания переглянулась. Действительно, никто из них так и не встретил Узумаки возле участка.       Вскоре все попрощались и разошлись. Сакура уже подходила к дому, когда увидела идущего к ней Саске. Окрасившийся в красные оттенки мир напомнил ей запятнанные кровью трупы Хьюг, которые девушка видела накануне в больничном морге. Учиховское гендзюцу было весьма искусным.              ***       Когда Какаши дотащил Наруто до участка, было уже начало пятого утра. Все уже разошлись, остался один Ибики, который и встретил Хатаке и Узумаки. Проводив парня в кабинет, Морино пообещал Шестому, что отчёт и все документы будут доставлены в резиденцию уже утром. Поблагодарив, Какаши ушёл, сочувственно поглядев на бывшего ученика. Чего Шестому стоило сдерживать целую бурю эмоций, знал лишь один он.       – Наруто, мне насрать, что ты там герой войны и всё такое, у меня тут все равны, знаешь ли, – начал Ибики, закуривая. – Но пока мы не начали, я чисто по-человечески спрошу, действительно ли ты ничего не знаешь?       – Про что? Мне толком так и не объяснили ничего, – пробубнил Наруто, которого всё ещё немного мутило.       – Вчера, 19 августа, родители твоей подруги, Хьюги Хинаты, были убиты, – начал Морино, садясь на стул. – Придя домой после встречи с вашей компанией, Хината и Ханаби обнаружили родителей, умерших в результате множественных колотых ран. Также пострадал их родственник, который сейчас находится в больнице. Ты, Наруто, по словам твоих друзей, был последним, кто видел сестёр Хьюга, потому что провожал их до дома в тот вечер. Ты же шёл с ними, не так ли?       Блондин кивнул. До него начала доходить серьёзность ситуации. Ибики продолжил:       – Ты пока ещё не подозреваемый, конечно же, но, возможно, от твоих показаний будет многое зависеть. Постарайся вспомнить всё, что происходило с тобой в тот день.       – А что с Хинатой? Она в порядке? – испугался Наруто.       – Вроде живая, – следователь усмехнулся. – Ну, разве что блюёт постоянно. Стресс, понимаешь ли.       – Где она?       – Ну, нет, милый, давай-ка я буду задавать вопросики.       ***       Какаши даже не пошёл домой – не было смысла. В резиденции стоял небольшой диванчик, где Шестой и прикорнул на часок. Проснулся он, услышав за дверью движение. Осторожно поднявшись, мужчина открыл дверь и увидел Тензо.       – Эй, – позвал Хатаке. – Ты что, ещё не ложился?       – Семпай! Простите, я просто… Я понимаю, что, наверное, не имею права, но вам ведь уже принесли отчёты? – спросил Ямато.       – Должны были уже, но что-то медлят, – Шестой почесал затылок. – Будешь кофе?       Друзья вышли на крышу, глядя на утреннюю Коноху. Обычное летнее утро, казалось бы, спрятало весь тот ужас, который произошёл вчера. Тензо кашлянул и сказал:       – Семпай, вы знали, что Наруто и Саске…       – Не знал, – перебил его Какаши. – Но догадывался, что однажды такое будет.       – Догадывались? – удивился Ямато.       – Ага. И как же неудачно всё совпало…       – У меня до сих пор не выходит это из головы, – признался Тензо.       – Думаешь, мне лучше? Мне же пришлось потом переться к Наруто домой, чтобы привести его на допрос.       – Ох… – Ямато стало неловко, и он решил перевести тему: – Всё же не понимаю, зачем Ибики позвал на допрос детей.       – Ну, думаю, супруги Хьюга не стали бы друг друга убивать просто так, – задумался Шестой, прихлёбывая кофе. – А ребята друг с другом общаются, может, знают какую подоплёку. Не на ровном месте же это всё…       – Может быть, – кивнул Ямато. – Бедняжка Хината! А с виду такая приличная семья…       – Тензо, в таких самых приличных с виду семьях как раз-таки и творится больше всего жести, – Какаши хлопнул друга по плечу. – Идём обратно. Думаю, из участка уже принесли отчёт.       – А что Саске?       – Просто надеюсь, что он уже свалил из деревни, – вздохнул Шестой.       ***       Летнее утро ощущалось не как обычно, оно было наполнено ощущением нереальности. Хината стояла над раковиной. Только что она напилась воды из-под крана и ей же вытошнила. Больше было нечем, есть она не могла. Сестёр пока разместили в доме родственников из побочной ветви клана, так как их особняк был опечатан. Перед глазами у девушки стояла одна и та же картина: обезумевшая мать с окровавленным животом и перерезанными венами, которая из последних сил всё протыкает и протыкает уже бездыханное тело отца кунаем.       Следователи говорили, что было около тридцати ранений. Сказали, что она начала делать это, пока Хиаши спал, он вроде как пытался защититься и также нанёс ей ранения в живот. Потом женщина перерезала и свои руки, но всё продолжала втыкать в тело мужа кунай, пока сама истекала кровью. Ни Хината, ни Ханаби так и не признались, что мать был ещё жива, когда они пришли. Никто из них не скажет, как упала на колени Хината, содрогаясь в приступе рвоты, и как весело смеялась Ханаби, увидев родителей в луже крови. В голове старшей сестры всё ещё стоял хриплый шёпот матери: «Хина… Не будь… Как я. Ты теперь свободна».       Девушка посмотрела в зеркало. Ей казалось, что её внутренности гниют. Не в силах больше терпеть постоянное чувство тошноты, она решила подышать воздухом, вышла из ванны и на автомате пошла на улицу, даже не обувшись. Ступая босыми ногами по пыльной дороге, она не издала ни звука, когда увидела перегородившего ей дорогу Саске. Куноичи сразу же поняла, что попала в гендзюцу, ведь всё вокруг стало красным. Таким же, каким был пол в комнате её родителей накануне вечером.