Пробуждение в новую жизнь

— Брат?.. — Мартин неверяще уставился на Алекса. — Т-ты сейчас не шутишь?.. — Нет. — Но как?.. Я же… Я не… — Ты удивлён? — А не должен быть? Как вообще можно так рассказывать что-то подобное?!.. — как-то истерично воскликнул Мартин. — Ты что, брал уроки у Хагрида?.. То «Гарри, ты волшебник!», то «Гарри, я твой брат!»… — Я думал, ты уже догадался. Я же назвал свою фамилию и фамилию наших родителей… — пробормотал Алекс, опуская взгляд в пол. — Серьезно?! Да всё это время я только и мог, что думать, как опровергнуть твои вчерашние заявления! Думаешь, я был в состоянии анализировать упомянутые вскользь факты вроде фамилий?! — Прости… — Да как ты!.. Ты!.. Внезапная боль, пронзившая, казалось, каждую клеточку тела, не дала ему договорить. Бывший Поттер вскрикнул и повалился на кровать, тут же прогибаясь в спине и вцепляясь пальцами в простыню. — Мартин!.. Ни с чем не сравнимая, всепоглощающая боль. Он даже вздохнуть не мог. Алекс дёрнулся куда-то в сторону, но Мартин не мог проследить за его действиями, ему вообще вдруг стало совершенно плевать на всё вокруг, только боль… Но через пару мгновений он почувствовал прикосновение к подбородку. Мартин протестующе замотал головой. Что ему надо?! Так больно!.. Неужели он не понимает?!.. Нечто неизвестное резко прекратило его сопротивление, зафиксировав голову. Губ коснулось что-то холодное. — Пожалуйста, не сопр… Парень снова попытался дёрнуться, но не тут-то было. А через мгновение в рот потекла какая-то мерзкая на вкус жидкость. Мартин сглотнул её и закашлялся. Он над ним издевается?!.. (Как же больно!) И так вздохнуть получается через раз!.. (Больно!) А он ещё и заставляет его что-то пить!.. (Помогите!) — Потерпи немного… Пожалуйста, хватит! Больно! Пусть это закончится! — Чуть-чуть осталось… Помогите! Кто-нибудь! Пожалуйста, всё что угодно… Больно!.. Наверно, в какой-то момент он потерял сознание, потому что мир вдруг померк, осталась только боль… *** Первой, что почувствовал Мартин, была всё та же боль. Уже не такая слепящая, но она была. Вторым — собственное тяжело бьющееся сердце. Третьим — холод… Почему так холодно?.. Какое-то шевеление рядом. Мартин с трудом открыл глаза. Ощущение, будто в них песка насыпали!.. — Как ты? Мартин прищурился: тёмная фигура на краю кровати, судя по всему, являлась Алексом. — М-м… Плохо. — Больно? Ответом стало невнятное мычание. — Я не понимаю, почему, — забормотал Алекс. — Самые сильные приступы должны были пройти в первый день, но сейчас уже четвёртый… Он не должен был быть таким!.. Насколько больно? Мартин прислушался к своим ощущениям. Боль словно что-то приглушало, как стены музыку. Но всё же она была достаточно сильной и пульсировала во всём тела. — Меньше… Чем от Круцио… Больнее, чем от Костероста… — Парень поморщился — горло ужасно саднило. — Я схожу за новой порцией обезболивающего, — Алекс поднялся. — Я на пару минут… Ты ведь подождёшь меня? — Думаешь… Убегу?.. — Очень смешно. Я боюсь, что как только отойду, у тебя будет новый приступ! — Не будет… Иди. Алекс внимательно на него посмотрел, затем кивнул и ринулся вон из комнаты. Мартин остался один. Почему так темно? Он не обратил на это внимание сразу, когда очнулся, но теперь… И ещё холодно. Где-то в груди зарождается дрожь и распространяется по всему телу, заставляя зубы стучать друг о друга. А в добавок ещё и эта ужасная ноющая боль! И всё же как неуютно лежать в этой темноте и тишине. Почему здесь нет лампы? Или хотя бы ночника?.. Почему его это вообще волнует? Он ведь никогда не боялся темноты… И тихо… Почему так тихо? За окном не шуршат листья, не дует ветер. В доме ни звука… Тихо и темно… И одиноко. Мартин натянул одеяло повыше. Да что с ним?!.. Почему… Почему всё так?.. *** — Мар… Мартин! — Алекс бросился к брату. — Что случилось? Боль усилилась?.. — Н-нет! — всхлипнул тот, пытаясь стереть слёзы. — Пожалуйста, включи свет!.. — Свет?.. Сейчас. Мгновение, и мрак комнаты разогнал тёплый огонёк маленькой лампы. Алекс поставил её на тумбочку и присел рядом на постели. — Что случилось? — Ничего, просто… Я просто… Я… — он снова всхлипнул. — Тише. Не торопись. Как… Как тепло… Мартин поражённо замер, оказавшись прижатым к Алексу. Он уже и забыл, как это приятно, когда тебя кто-то обнимает. Бывший Гарри вцепился в чужую кофту, как будто от этого зависела его жизнь, уткнулся в плечо… Руки брата ласково гладят по спине, успокаивая. Ну, почему? Почему он не может вспомнить, чтобы ещё хоть кто-то так его обнимал?.. Когда вообще его обнимали в последний раз? Кажется, Гермиона на платформе год назад… И всё. Но сейчас так хорошо, спокойно, тепло… — Теперь лучше? — прозвучало над самым ухом. — Угу… Не уходи. — Не ухожу. Мартин не знал, сколько они так просидели, может, пять минут, может, десять, а может — час, но ему и не хотелось прерывать первые за такое длительное время объятья. Какое же невероятное наслаждение… Только вот мысль, что Алекс в любую минуту может отстраниться и уйти, не давала расслабиться. Нужно было что-то сделать, как-то его задержать… — Алекс. — М-м? — А как… получилось, что я… Оказался заменой Избранного? — Это довольно долгая история… — Мы же никуда не спешим. — Ты действительно хочешь это сейчас услышать? Не принесёт ли это вред… — Да!.. То есть, нет!.. В смысле… Я хочу узнать, с чего всё началось. — Ты уверен?.. — Да. — Точно? Всё-таки столько нового за раз… Это не будет слишком большой нагрузкой на психику?.. — Ты считаешь меня психически неустойчивым? — Нет! Конечно, нет! Просто… — Тогда рассказывай! — Но… — Тем более, мне сейчас нужна какая-нибудь новая информация, не хочу весь вечер думать о предательстве дру… Рона и Гермионы. В комнате на несколько минут воцарилась тишина. Мартин мысленно скрестил пальцы за то, чтобы Алекс согласился. Ну, ему же правда интересно узнать! К тому же он как непосредственный участник имеет право знать… Хотя, конечно, главной целью оставалось не выпустить брата (как же непривычно-то!) из объятий. — Ну, ладно… — наконец, произнёс Алекс. — Наверное, мне стоит начать… Ой! — Что такое?! — Обезболивающие!.. Вот я!.. Мартин разочаровано вздохнул. Дурацкое зелье! Да, он всё ещё чувствовал боль, но он вполне может её потерпеть. Её прекращение не стоило этих тёплых объятий!.. — Вот, — Алекс протянул ему флакон. Бывший Гарри покорно выпил варево, поморщившись от вкуса. Эх! Все старания насмарку! Он снова один в этой холодной комнате… Или… «О, великий Мерлин! Благодарю тебя, за такого прекрасного, понимающего человека рядом со мной! — подумал Мартин, вновь оказавшись в кольце заботливых рук. — Рон, как ты вообще мог жаловаться на частые объятья?» — Так о чём я?.. — Алекс устроился поудобнее рядом с братом. — Если уж говорить о самом начале, то, наверное, стоит сказать о пророчестве. Я, к сожалению, не знаю, кто и когда его произнёс… — Треллони… — Что?.. Нет, не она. Кто угодно, но не она. Её дара максимум хватит на предсказания вероятных событий одного дня, к тому же она ещё и губит свои способности дурью и алкоголем… В общем, о пророчестве… Поттеры пришли в ужас, когда узнали о нём от Дамблдора. Умоляли его спасти их сына, были согласны на всё… Во всяком случае, именно так директор описывает те события. — Но почему они не уехали из страны, не спрятались где-нибудь, если так боялись? — Возможно, они так бы и поступили, если бы директор не предложил план с подменой Избранного. Сам посуди, зачем просто прятаться от войны, если можно спрятаться с возможность после победы вернуться героями, стать известными? Ну, а Дамблдору нужно было сделать Поттеров своими должниками. Если я правильно понял, за их спасение он получил доступ к библиотеке рода Поттер. — К библиотеке? Но ведь это чуть ли не главное сокровище каждого рода! Никто никогда не пускал к ней чужаков! — Ну, он для них не чужак, а Великий Наставник. — Ага, Великий Светлый Маг… Значит, они решили заменить своего сына чужим ребёнком. Но почему выбрали именно меня? — Множество удачно сложившихся факторов. Наша семья не была известной: отец — чистокровный маг из бедной семьи и простой работник Министерства, а мама — магглорождённая, работавшая в небольшом магазине волшебных аксессуаров. Их гибель — несчастный случай. Просто стычка светлой и тёмной сторон, а они — случайные жертвы. После их смерти о нас заботилась бабушка, и это тоже был плюс для Дамблдора. Много ли надо, чтобы избавиться от одной пожилой женщины… — Они… Убили её? — прошептал Мартин. Нет, директор, конечно, постоянно плёл всевозможные интриги, но неужели он мог самолично… Алекс зажмурился и глубоко вздохнул. — Да. Я до сих пор не могу долго находиться в гостиной, слишком отчётливо помню, как она упала возле дивана. Авада Кедавра и всё… — Он крепко вцепился в край одеяла и замолчал. Мартин сильнее обнял его, стараясь хоть как-то поддержать. Это не сразу, но сработало, Алекс слегка расслабился, затем мотнул головой возвращаясь в реальность. — Я плохо помню события того дня, всё как-то расплывчато и разрозненно. Но зато очень хорошо помню страх. Мерзкий, всепоглощающий… Ещё помню Поттера и Блэка, они занимались инсценировкой нападения на наш дом Пожирателей. Чем-то недовольного Грюма… Меня всё время держали в гостиной, велели сидеть на диване и не мешать. Не помню сколько это длилось, но потом ко мне подошёл Дамблдор. Он указал на бабушку и сказал, что со мной будет то же самое, если я не буду во всём его слушаться. Мне было так страшно… Нет, я себя не оправдываю… Но в тот момент я был согласен на всё, даже на то, что тебя заберут, — Алекс отрешённо глядел в окно. — Значит, вот как… — пробормотал Мартин. Признаться, он уже немного жалел, что начал этот разговор. — Но… Зачем им было твоё разрешение? Разве они не могли просто забрать меня? — Не могли. По нескольким причинам… Но во-первых, они собирались провести над тобой ритуал Замены. А он довольно опасный и вообще условно запрещён. Магия не позволит провести его над ребёнком. Единственный выход — получить его добровольное согласие или, в случае, если он не способен на это, согласие родителей или магического опекуна. Наши родители погибли, опекуном стала бабушка, но её убили, в такой ситуации права опекунства частично перешли на меня, как на единственного оставшегося родственника. Вот поэтому им и требовалось моё разрешение, — глухо закончил Алекс. Мартин слегка нахмурился и прикусил губу. Теперь Алекс выглядел совсем подавлено… Ну, а как он ещё мог выглядеть, когда его заставили рассказывать о таком?!.. Зря он всё это начал… — В общем, тебя забрали, — неожиданно продолжил Алекс, Мартин даже вздрогнул. — Я, кстати, до сих пор не знаю, где проводился ритуал, возможно, в Хогвартсе… А меня отправили к дяде Сириуса Блэка — Альфарду Блэку. Говорят, все Блэки ненормальные, но этот был просто сумасшедшим. Нормально общался он только с Сириусом, а всех остальных за людей не считал. Я повёл у него целых три ужасных дня, а потом появился директор и сказал, что он может забрать меня оттуда, если я соглашусь принести клятвы. Фактически он загонял меня в рабство, а я ничего не мог сделать. Но меня спас мой возраст. Мне было пять с половиной, а это значило, что какие бы клятвы я не дал, в день семилетия, оно же Малое Совершеннолетие, все они слетят. Дамблдор это, конечно, знал, поэтому планировал взять с меня новые после семилетия. Потом меня оставили на попечение Римусу Люпину. Ну, как на попечение, — он практически всегда был где-то на заданиях Ордена Феникса, а я сидел в доме. Ещё через пару дней Дамблдор принёс к Люпину тебя, так что следующие два месяца мы жили вдвоем. Кстати, именно тогда я впервые попробовал готовить. — Они те… Нас не кормили? — Римус готовить не умел и питался в штабе Ордена. Еду нам по просьбе Дамблдора должна была готовить Молли Уизли, но ей было некогда, поэтому чаще всего Римус от неё передавал только хлеб, бульон и бутылку молока. Так что мне пришлось осваивать профессию повара. Вот… А за неделю до Хэллоуина тебя забрали к Поттерам. Я… Очень боялся, что с тобой что-нибудь случится, что что-то пойдёт не по плану. Но ничего не мог сделать, — Алекс на мгновение замолчал. — В Хэллоуин… всю ночь просидел у камина, ожидая, что кто-нибудь появится с новостями, но в итоге Дамблдор пришёл лишь через неделю и сообщил, что всё прошло гладко, а я теперь буду жить у Арабеллы Фигг… — У миссис Фигг?! — Ага. Ему нужен был кто-то, кто будет присматривать за тобой. Так что меня снабдили артефактом Сокрытия, взяли клятву, что я всегда буду его надевать, когда выхожу из дома, и отправили в Литтл Уингинг. — И ты жил у миссис Фигг всё это время? — Ну, пока ты был там. Когда ты отправился в Хогвартс, я тоже туда поехал. Когда жил у Уизли, я жил у них. — Не может быть… Все эти годы… Но ведь я никогда ничего такого не замечал, как же?.. — Артефакт. — И ты всё время за мной следил? — Когда ты так говоришь, звучит не очень. Ну, я не то что бы был совсем рядом, Дамблдор бы не позволил, просто находился поблизости. Собственно, моей задачей было следить, чтобы ты не попал в какую-нибудь опасную ситуацию, а в случае настоящей угрозы я должен был вызвать Дамблдора… И я всего пару раз был в доме Дурслей, если тебя это утешит. — Да уж… — Мартин слегка поджал губы. — Получается, ты видел, как Дурсли меня… Как они ко мне относились?.. Алекс как-то странно посмотрел на него, но через пару мгновений кивнул, и чуть сильнее прижал к себе. — Я каждый раз проклинал Дамблдора за запрет вмешиваться и мечтал однажды хорошенько впечатать каждого из этих уродов в стену. Мартин удивлённо вздохнул, это было… Неожиданно. Гарри всегда боялся, что кто-нибудь узнает о том, что он, Победитель Тёмного Лорда, не мог справиться с какими-то магглами. И даже с лёгкостью мог представить как бы на это отреагировали: Рон посмеялся бы и начал рассказывать, как бы он поступил на его месте, Гермиона была бы недовольна и прочитала бы целую лекцию, как нужно поступать в таких ситуациях. Остальные же… Нет, он не хотел даже думать об этом, слишком неприятно… И вдруг Мартин встретил человека, который не считал его самого в этом виноватым. Алекс был… На его стороне? — И что же дальше? — через некоторое время спросил Мартин. — Директор всё же взял с тебя клятвы?.. — О!..— на лице Алекса вдруг появилась ухмылка. — Да, взял в итоге, но всё пошло не по его плану!.. — В смысле? — Ну, дело в том, что в сам день моего семилетия он был чем-то невероятно занят и не мог прийти ко мне за клятвами, поэтому, боясь, что освободившись от обетов я сразу же сбегу, он отправил Римуса взять с меня предварительную клятву. А когда я её давал, то что-то напутал, и получилось, что не я обязан дать повторные клятвы в течении следующий трёх дней, а их должны у меня принять… Как бы попонятнее сказать?.. В общем, если Дамблдор не успеет принять мою клятву, то я буду свободен… Римус далеко не такой умный, как директор, он не обратил внимание на неправильность обета и ушёл… — Вряд ли директор был доволен… — Это точно! — выражение лица Алекса явно говорило, что для него нет большей радости, чем испорченные планы Дамблдора. — Жаль только, что в тот момент я ещё не осознал, какой это шанс, и не смог им в полной мере воспользоваться… Зато это подтолкнуло меня к мысли о том, какое преимущество дают простые, но правильно подобранные слова в клятвах… — Погоди, это значит, что ты всё же умеешь обходить клятвы? А вчера говорил мне, что… — Ту клятву я бы не смог обойти, даже если бы хотел. Слишком она короткая и чёткая. Так что не переживай… — А потом? — спросил Мартин через несколько минут молчания. — Потом?.. — Алекс непонимающе заморгал, кажется, он успел о чём-то задуматься. — А, ну… Я остался наблюдать за тобой. Кстати, что-то наколдовать я впервые попытался через пару месяцев после дня рождения, но я вроде уже говорил… Потом тебе исполнилось одиннадцать, и Дамблдор устроил это шоу с письмами… — Шоу? Так это… — Да, это было сделано специально, чтобы напугать твоих родственников. А как ещё письма могли попасть в яичную скорлупу? Не совы же этим занимались. — Но я думал… Как же?.. Ну, точно, — сам себя перебил бывший Гарри. — Гермиона рассказывала, что ей письмо принесла МакГонаглл. — И тебе тоже его должна была передать она, — кивнул Алекс. — Сов отправляют только тем, кто уже знает, что он волшебник. Директор, кстати, нарушил Статут о Секретности этой стаей у дома Дурслей. Не знаю, как он потом замял это дело… — Надеюсь, ему пришлось заплатить большой штраф!.. — Лучше бы не пришлось. — Почему? — А ты думаешь, он из своих денег его платил? — Уэст недовольно скривился. — Я, к сожалению, из-за того, что не сразу понял всю власть изменённых клятв, не смог… Так уж получилось… В общем… Всё, что нам оставили родители… Перешло к нему. — Что?.. — Сейф… Мы, конечно, не древний род с горами золота и бесценных артефактов, но денег много не бывает, особенно если ты Великий Светлый. — Но как же?.. Это же нечестно! — Его такие мелочи не волнуют… — А дом, в котором мы сейчас? Он тоже?.. — Нет, его он забрать пока не может, нужно и моё, и твоё согласие. — Согласие? — Ага, согласие на передачу. Но его может дать только совершеннолетний. Так что теперь, когда нам обоим больше семнадцати, он захочет его получить. — Но зачем он Дамблдору? Ему что, жить негде? — Он нужен не ему, а Уизли. Это один из пунктов договора об их участии в истории с подменой Избранного. — Что? Так они… — Мартин прикусил губу. Да, он уже понял, что Уизли только притворялись его семьёй, но всё же… Он никак не мог поверить, что эти люди способны на такое — отобрать последнее. — Значит, договор? — Да. Они, конечно, самые верные сторонники Дамблдора, но что-то делать за просто так… Это не про них. — И что же они получили? — Во-первых, Дамблдор обещал передать им дом, во-вторых, им оплачивали то, что они иногда берут к себе Избранного, и то, что наставляют его на путь истинный, в-третьих, оплачивали обучение Рона и Джинни… — Обучение? Разве оно платное? — новость о том, что Уизли получали деньги за «заботу» о нём, Мартин решил пока проигнорировать и подумать об этом позже. — Конечно. Платное и далеко не дешёвое. Обучаться в Хогвартсе по карману только представителям богатых семей. Или одарённым и очень сильным волшебникам, обучение которых частично или полностью оплачивает Попечительский Совет. Поэтому аристократы и смотрят на магглорождённых свысока, те бы не смогли учиться в Хогвартсе, если бы не родители… Того же Малфоя. — Я никогда об этом не слышал, — пробормотал бывший Поттер. — Даже не верится… А как же остальные? — Учатся в других школах. Например, наш отец учился в Лондонской Школе Магии. — Есть другие школы? — Конечно! Или ты думал, что в Британии всего триста детей-магов? Мартин расстроено выдохнул и уткнулся лбом Алексу в плечо. Да как так? Он прожил в магическом мире целых семь лет, но практически ничего о нём не знает!.. — Не расстраивайся, — Алекс мягко взъёрошил Мартину волосы. — Я не расстраиваюсь, — буркнул тот.