Совместные моменты

Кабинет Скуало странно влияет на людей, Бельфегор каждый раз упускает тот момент, когда оказывается втянут в какую-то работу, о которой раньше и думать не хотел. Вот и сейчас он сидит и сортирует письма, пока Скуало за столом разбирает и планирует миссии, за которой он изначально и приходил, но получил совсем не то, что ожидал. Горка бумажных писем лежит перед Бельфегором на журнальном столике и внушает только уныние. Кто вообще сейчас ими пользуется? Двадцать первый век на дворе! Технический прогресс! Если так хочется отправить письмо, то есть электронная почта. Бельфегор вздыхает и кладет очередное письмо в стопку с другими квитанциями и налогами, а следующее письмо он хочет малодушно спрятать или сжечь, на дорогом фактурном конверте в графе отправителя значится Реборн, а графе получателя — Маммон. Вообще тому довольно часто приходят письма от других Аркобалено и каких-то еще древних лиц, но после их получения он становится раздражительным и недовольным и злится на любые мелочи, Бельфегору такое не нравится. Ему нравится привычный маленький жлоб, спускающий шалости за сто евро, а не разъяренная мелкая фурия, мстящая всем и каждому. Но если Маммон узнает, что с его корреспонденцией что-то случилось, он будет зол еще больше, поэтому Бельфегор кладет конверт в стопку писем для высшего состава, где уже лежат восторженные послания Скуало от впечатленных девиц, билеты на какой-то концерт для Леви и многостраничные опусы для Занзаса от Девятого, которые точно будут вскоре гореть в праведном Пламени Ярости. А вот следующее письмо вызывает недоумение, на конверте нет ни марок, ни штампов, никаких опознавательных знаков, только две коротких строчки, написанных красивым витиеватым почерком: «От кого: Ф», а ниже значится такое же ничего не значащее «Кому: Ф. Прочитай и ответь!». По-французски. Бельфегор вертит конверт в руках, размышляя, как вообще такой безликий кусок макулатуры мог попасть в Варию. Курьером заказали, что ли? Но даже если и так, понять, кому предназначается письмо, сложно. Французские каракули только сбивают с мысли, ведь вроде бы в Варии много кто знает этот язык, а вроде имен на «Ф» здесь и не много. — Ску, тут письмо какое-то странное, — Бельфегор решает скинуть проблему на трудолюбивые плечи капитана. Но тот не поддается и даже головы не поднимает от документов на столе: — Не филонь и выполняй задание. — Я серьезно. Тут конверт без нормальных данных, — Бельфегор машет письмом, и Скуало все-таки отрывается и напряженно щурится. — Дай сюда. Не вижу, — отрывисто командует капитан и устало трет виски. Бельфегор прыскает и отточенным движением кидает конверт, тот приземляется прямиком на стол, сдвигая документы. Скуало недовольно хмурится, сдвигая бумаги обратно, и берет конверт в руки, тут же фыркая: — Это же Франу. Который раз уже приходит. — Лягушке? И от кого? — оживляется Бельфегор, чувствуя странное напряжение. — Кто-то из родни прознал, что он в Варии. Он разве тебе не говорил? — беспечно спрашивает Скуало и потягивается в кресле. А Бельфегор молчит. Он не то что ни о каких письмах не слышал, он и ни о каких жабьих родственниках не знает. Скуало вдруг внимательно смотрит на него, все понимая, и пытается смягчить ситуацию: — Может, он тебе рассказывал, а ты забыл? — Нет. — Такое бы он точно не забыл. Он таким, вообще-то, интересовался, но Лягушатник каждый раз умело соскакивал с темы. Скуало тоже недолго молчит, а потом, словно успокаивая, говорит: — Ну, я не видел, чтобы он что-то отправлял в ответ. Бельфегор согласно мычит, принимая оправдание и совершенно точно не собираясь идти и выяснять отношения с Лягушкой. Хотя нет, собираясь. — Давай сюда письмо, — Бельфегор быстро поднимается со ставшего неудобным диванчика и в пару шагов оказывается перед капитанским столом. Скуало с сомнением смотрит, но конверт протягивает, но и без напутствия не отпускает: — Будь хоть немного разумным и не устраивай сцен. — Да, капитан. Как скажешь, капитан, — Бельфегор салютует и стремительно выходит из кабинета, едва не сминая чертово письмо в пальцах. Он даже до конца и сам не понимает, что именно его так взбесило. То, что Фран ему ничего не рассказывает? То, что ему присылают какие-то странные письма? Или то, что даже Скуало знает о этих письмах, а Бельфегор — нет? Хотя, вообще-то, это не Скуало встречается с Франом! Бельфегор останавливается напротив знакомой двери с собственноручно вырезанной мордочкой лягушки, глубоко вдыхает, стараясь успокоиться, как советовал чертов Скуало, и стучит. Дверь довольно быстро открывают, и Фран показывается в дверном проеме, он сонно моргает и отступает на шаг назад, приглашая войти. Но Бельфегор остается на месте и лишь протягивает конверт, стараясь нервно не засмеяться: — Тебе письмо пришло. Реакция Франа удивляет, тот мгновенно смотрит на конверт, но забирать не спешит, просто сверлит прямым взглядом. — Ну, ладно, — равнодушно отвечает он, но на Бельфегора глядит так, словно ждет от него помощи. Но нет, он заниматься такой благотворительностью не собирается, не без объяснений, на который Фран опять не хочет тратить время. — Тогда забирай, — Бельфегор пихает конверт в руки и ждет. Фран вертит его в руках, едва заметно хмурится, когда видит надпись. И Бельфегор понимает, ему тоже не понравилось требовательное «Прочитай и ответь!». Но что разочаровывает, Фран открывать не спешит, он продолжает пялиться на вычурные вензеля, будто в них сокрыт тайный смысл. И ожидание действий выматывает. — Что-нибудь важное? — пытается ненавязчиво выведать Бельфегор, ему интересно, кто шлет его Лягушке письма, вызывающие такой отклик. — Абсолютно нет, полностью бесполезное, — медленно отвечает Фран, но его пальцы напряженно стискивают плотную бумагу, а глаза не отрываются от конверта. И Бельфегора это доводит окончательно. Он обещал Скуало не устраивать сцен, он и не будет. Бельфегор разворачивается и уходит к себе в комнату, не говоря ни слова и не оборачиваясь на неуверенное «семпай», брошенное в спину.

***

Через час бессмысленного лежания на кровати Бельфегор слышит робкий стук в дверь. И так стучит только один человек. Бельфегор открывает дверь и предсказуемо видит на пороге Франа. С тем самым письмом в руке. — Было глупо вот так уходить, — оповещает он и входит в комнату как к себе домой, сразу же садясь в кресло-мешок у окна. — Было глупо держать от меня хоть что-то в тайне, — парирует Бельфегор и скрещивает руки на груди. Таких обвинений он в свой адрес не потерпит. Фран закатывает глаза и набирает воздуха в грудь, явно собираясь толкнуть длинную речь, но потом мотает головой и тяжело выдыхает, сразу становясь как-то меньше. — Хорошо. Возможно, вы правы, — говорит он, поджав губы и начиная вертеть в руках конверт. Нераспечатанный. Это сразу же привлекает внимание. — И я не собирался делать из этого тайну. — Хм-м, как же я тогда об этом не знал, а Скуало оказался в курсе? — Вот именно, это не тайна, раз Скуало знал, — возражает Фран и тут же обрывает себя: — В любом случае я говорю тебе это сейчас. Фран замолкает и переводит взгляд в окно, и только в этот раз Бельфегор решает сжалиться и не торопить. Кажется, он действительно задел что-то глубокое. — Ох, это действительно глупо. Это письмо от отца, — на одном выдохе выдает Фран, не смотря на Бельфегора. — Он откуда-то узнал, что я в Варии, и решил, что такие связи ему нужны. Да и ему в делах иллюзионист будет полезен, предлагает вернуться в семью и заняться бизнесом вместе с ним. — Действительно глупо, — отмечает Бельфегор, не зная, что еще сказать. Не совсем такого он ожидал, если честно. И к таким откровениям он не готов. — Я не скрывал, — упрямо говорит Фран, — мне просто неприятно. И это самое откровенное признание о его чувствах, которое Бельфегор слышал. Что ж, вот он и получил, что хотел. Бельфегор мнется, не понимая, как реагировать. Тут должны идти утешения? В них он не силен. Или стоит предложить способы, как разобраться с навязчивым родственником? Но Фран понимает его молчание по-своему и протягивает конверт: — Держите. Если хотите, можете прочитать. Бельфегор берет и раздумывает лишь мгновение. — Я его сожгу. И Фран наклоняет голову в недоумении, а потом, когда до него доходит смысл предложения, он скупо улыбается: — Жгите, семпай. Нераскрытое письмо тут же вспыхивает в Пламени Урагана, обращаясь в пепел, а Бельфегор думает, что некоторым разговорам нужно свое место и время и пусть лучше Фран раскрывает тайны по желанию.