Совместные моменты

Возле варийских гаражей тихо и безлюдно, и это кажется удачей — никто не увидит, чем он занимается. — Кс-кс-кс, — зовет Фран и подходит к мискам, доставая из рюкзака контейнер. Со стороны кустов слышится шелест, и на дорогу выпрыгивает серый кот, тут же останавливающийся и держащий дистанцию в пару метров. И Фран недовольно вздыхает: сколько бы он не приходил и не кормил этого кота, тот отказывался подпускать его к себе, а на любое резкое движение шипел и рычал. Вот и сейчас настороженный комок шерсти замирает и ждет. И Франу не остается ничего, кроме как вывалить в миску фарш из контейнера и отойти, присев на бордюр. — Кушать подано, ваше капризное высочество, — он машет в сторону еды в бесполезном жесте и наблюдает за передвижениями кота. Тот, осторожно принюхавшись, подходит к миске и принимается есть. И по его поведению нельзя даже заподозрить, что он слепой. При первой встрече это стало удивлением для Франа. Во-первых, он не ожидал, что в Варии вообще есть домашние животные помимо зверья из коробочек. Хотя откуда вообще в округе взялись именно коты, история умалчивает, а может, Франу просто никто не говорит из вредности. Во-вторых, было непривычно видеть слепого кота, который дожил до взрослого возраста среди не самых уравновешенных людей. Никто из Варии не производил впечатления хоть сколько-нибудь надежного и заботливого человека, а заподозрить их в любви к братьям меньшим тем более не получалось. Вот маленького Франа здесь точно не любили, а котов, оказывается, — да. И очень даже сильно. Иногда Франу кажется, что в гаражах только для маскировки стоят машины, и на самом деле они предназначены для создания рая для кошек и являются самым безопасным местом во всей Варии. Все автомобильные детали, канистры с бензином и маслом, инструменты спрятаны в шкафы, и без замка их не достать, неиспользуемые машины накрыты тентами и не выдаются без специального разрешения руководства. Франа это особенно расстроило, ему пришлось упрашивать Скуало, просто чтобы научиться водить. И даже врачи в медблоке больше любили котов, чем возиться с пациентами. Возможно, он несколько преувеличивает, но четвероногую живность здесь ценят явно больше людей. И Фран тоже решил следовать этой странной варийской традиции, поэтому нерадивые коллеги получали насмешки и издевки, а милым котам доставалась порция свежего отборного мяса. Фран лишь надеется, что Занзас не задается вопросом, куда девается его мраморная говядина. Но боссу, отхватившему самую крутую кису из коробочки, вообще не стоит возмущаться. Так вот, возвращаясь к кошкам. Ходить к гаражам и кормить пушистую братию становится приятной привычкой, и Фран настолько часто этим занимается, что учится отличать друг от друга пятерых почти одинаковых серых котов, но один выделяется из всех. И именно за ним Фран сейчас и наблюдает: серый с темным подшерстком, он привлекает внимание к себе блеклыми черными глазами, в которых, кажется, застыло отражение Вселенной. Эти невидящие глаза будто затянуты мутной пленкой, которую можно заметить даже с расстояния в пару метров. Возможно, где-то в этих пределах кот что-то и видит, но Фран не уверен. А проверить не может, потому что кот не подпускает к себе, животные в принципе иллюзионистов не жалуют, но этот хотя бы не убегает, как особо трусливые рыжие коты. — А ты что здесь делаешь? — вдруг раздается голос за спиной, и Фран оборачивается. Бельфегор стоит, засунув руки в карманы куртки и привалившись к дереву. Сколько он там уже стоит? И зачем? И что за глупый вопрос? — Думаю над захватом мира и порабощением человечества, — не моргнув и глазом, говорит Фран и исправляется, когда рядом впивается нож в землю: — Кормлю кота. Не видно разве? — Их тут и так кормят, — недоуменно замечает Бельфегор, кивая в сторону мисок с сухим кормом, и Фран закатывает глаза. Ну, что за эгоистичный придурок. Впрочем, нечему удивляться. — А мне хочется самому, — заунывно тянет Фран. — Понимаете, семпай, у нормальных людей есть такая потребность — заботиться о ком-то и быть нужным. — О-о, ясно, — Бельфегор садится рядом, вытаскивая нож из земли, и скалится: — А ты тут причем? — Смешно-смешно. Бельфегор улыбается еще шире и игриво пихает в плечо, словно он действительно остроумно пошутил и победил в какой-то негласной игре. И вот это уже Франа и правда забавляет. — А вы тут что забыли, кстати? Не просто же так принц притащился сюда. И не за Франом уж точно, ему он может просто позвонить. — Очевидно же, и-ши-ши. За котами, — Бельфегор пожимает плечами и убирает нож в рукав неуловимым движением. — Какое плохое зло вам сделали эти шерстяные комочки? — спрашивает Фран и вздрагивает от неожиданности, когда замечает слепого кота в паре шагов от них, медленно подходящего к вытянутым ногам в высоких черных сапогах. И почему Бельфегор всегда такой везучий и всем нравится? И Бельфегор весело смеется, будто прочитав его мысли. — И-ши-ши, иди сюда, Оскар. Кс-кс, — зовет наглый принц, и кот доверчиво тычется головой в подставленную ладонь. — Да как так? — удивляется Фран, которого оцарапали до крови при первой же попытке погладить. — Вы что, кошачьей мятой обмазались? — Это природное обаяние, — самодовольно говорит Бельфегор и продолжает наглаживать кота, чешет у ушей, проводит всей ладонью по телу. А Фран наблюдает за этой картиной и не знает, кому завидовать: Бельфегору, которого так любят коты, или Оскару, которого так ласково гладят. Но потом решает, что это попросту глупо, погладить он может и другого кота, поймать их при желании не сложно, а Бельфегор бывает с ним и более нежным. Восстановив странное равновесие в душе, он спрашивает более тривиальное: — Что это за имя такое «Оскар»? У вас какие-то странные проблемы с наименованием, вы не замечали? Один «Минк» чего стоит. — Имя как имя. Обычное, — Бельфегор на подколку не реагирует, продолжая гладить взобравшегося на колени кота, свернувшегося пушистым клубочком. — А вот твое странное. — Если только в твоей голове, — рассеянно отвечает Фран, отмечая, как двигаются уши Оскара при звуке его голоса. Кот даже не поворачивается к нему спиной, позволяя рассмотреть его странные слепые глаза вблизи. — А это не вы, случайно, беднягу без зрения оставили? Бельфегор фыркает и продолжает гладить тихо мурчащего кота. — Тогда бы он вообще без глаз был. На удивление самокритично. Даже и не возразить. — И то верно, — соглашается Франа и тихо бубнит под нос: — Живодер. — А вот с лягушками у меня другой разговор, — Бельфегор многозначительно машет ножом, но с трущимся о его ноги котом он выглядит совсем не угрожающим. И Франу очень даже нравится такой вид. — О, я помню наши разговоры, — он понимающе кивает, вспоминая прошлую ночь и оставшиеся после нее засосы. В последнее время характер их отношений изменился в приятную сторону, и Фран наслаждался каждой такой минутой. И у него столько планов на Бельфегора, что… Но с мысли его сбивает ставшее громче кошачье мурчание, тот словно недоволен, что не он в центре внимания, и Фран решает еще раз рискнуть и на пробу тянет руку, и в последний момент успевает ее отдернуть — лапа с острыми когтями промахивается на жалкий дюйм. Бельфегор заливисто смеется, хвалит кота, говоря, какой тот умный и способный, усердно чешет его за ухом, он выглядит таким довольным и расслабленным, что Фран даже не злится и не обижается. Пусть веселится. А общение с кошками — дело времени и привыкания. Фран приручил Бельфегора, приручит и какого-то кота.