Совместные моменты

Вокруг только снег, горы и леса, Бельфегор всей грудью вдыхает холодный воздух, наслаждаясь ощущением свободы и легкости. В спину бьет набирающий силу ветер, и Бельфегор чувствует, что скоро начнется самая настоящая метель. А до горнолыжного курорта еще ехать и ехать. Придется остановиться на перевалочном пункте. Но как же здесь хорошо. Свежо и просторно, вокруг только бескрайняя природа и никаких забот. Напоминает далекое-предалекое детство и почти забытую родину в самые счастливые ее времена. — Семпай, вы там не примерзли? Давайте уже шевелиться, здесь холодно, — нудно тянет за спиной Фран, возвращая с небес на землю. Но даже Лягушонок не портит настроение, наоборот, его вид с покрасневшими от холода носом и щеками только забавляет. — Вы отсюда не увидите Санта Клауса. И йети здесь тоже не водятся. Только волки и олени. — Что ты все ноешь? Посмотри, как здесь прекрасно! — Бельфегор обводит рукой захватывающий дух вид: деревья со снежными шапками, необъятные горы, возвышающиеся над всем миром, бескрайнее белое покрывало, застилающее все вокруг. Вот по этому в солнечной и жаркой Италии он действительно скучал. — И в какой момент вы стали ценителем прекрасного? — бурчит Фран, натягивая шапку и поправляя шарф, чтобы видны остались лишь глаза, и притопывает на месте между двумя снегоходами. — Всегда им был, и-ши-ши. Просто раньше ценить было нечего, — Бельфегор улыбается, бросает еще один взгляд вниз на заснеженный склон и идет к Франу. Пора выдвигаться, если они не хотят застрять в метель посреди гор. — Ладно. Сжалюсь над тобой, Лягушка. Сегодня остановимся в шале, а завтра доберемся до курорта. — Планировать с тобой хоть что-то — это кошмар, все расписание можно сразу выкидывать, — ворчит Фран и трет ладони в перчатках друг об друга. — Надеюсь, что мы хотя бы не заблудимся. Бельфегор закатывает глаза и садится на снегоход, игнорируя лягушачье недовольство, заводит двигатель и ждет, пока Фран залезет и заведет соседний снегоход. Это оказывается не так быстро, как хотелось бы, Фран что-то возится, поправляет, раз пять снимает и вновь надевает горнолыжные очки и, судя по всему, намеренно тянет время и раздражает. Но у Бельфегора сегодня слишком хорошее настроение, он снисходительно смотрит за лягушачьей возней, спускает все язвительные комментарии и думает, что такие капризы легко простить, если учесть, что Лягушонок, которому не нравятся такие развлечения, сам предложил этот вариант отпуска. Он ведь откуда-то узнал, что Бельфегору подобное понравится, спланировал маршрут, заказал билеты в Альпы, даже арендовал снегоходы. Так что никакое напускное недовольство Бельфегора не обманет, а к врожденной вредности своего напарника он уже привык. — Мы такими темпами до метели не успеем, — все-таки подгоняет Бельфегор, натягивая на глаза горнолыжную маску. Ветер усиливается, и ледяная крошка теперь больно бьет по лицу, и даже меховая оторочка капюшона не спасает. — Какой метели? — Фран так и замирает с поднятыми руками, удерживающими концы шарфа. — Скоро начнется метель. Не чувствуешь, что погода меняется? — терпеливо объясняет Бельфегор, и только потому, что у него замерзли лицо и щеки, он не смеется над нелепостью позы. — Оу, черт, — Фран торопливо обматывается шарфом и ловко запрыгивает на снегоход, тут же заводя двигатель. — С этого и стоило начинать. У вас точно какие-то проблемы с выделением существенных деталей. — Потом закончишь свою психодиагностику. А сейчас давай уже поедем. Они трогаются с места, снег разлетается в стороны из-под лыж и гусениц, мимо мелькают деревья и сугробы. Бельфегор едет впереди и выбирает направление, изредка оглядываясь проверить Франа. Тот держится неплохо и направляет свой снегоход едва ли не след в след. И Бельфегор ухмыляется в шарф, может же Лягушка, когда захочет. А то сколько было нытья! Изначально Фран предлагал уместиться вдвоем на одном снегоходе и провести всю дорогу в объятиях друг друга как какие-то романтичные влюбленные из фильмов, но Бельфегор отверг эту идею, прежде вдоволь над ней посмеявшись. Как-то высоко в горах лучше иметь два средства передвижения на случай, если один снегоход заглохнет. И он считал, что его паранойя полностью оправдана в этом случае. Фран сперва уперся, но потом оказалось, что он всего-навсего не умеет водить и вообще ни разу не ездил на снегоходах. Бельфегор в тот же момент предложил решить эту чудовищное недоразумение, и во время обучения они наобнимались вдоволь. И сейчас Фран вполне уверенно держится за рулем и не пытается съехать с ближайшей скалы. Бельфегор считает это своим личным достижением: из него выходит неплохой наставник, что бы там Скуало ни говорил. Хотя о некоторых уроках, капитану знать не стоит. Небо быстро темнеет, его застилает белое марево снега, ветер клонит деревья, и Бельфегор прибавляет скорость. Они должны успеть, иначе они застрянут здесь, в темноте и в метель мало что удастся увидеть. И тут раздается жуткий вой сзади из глубины леса, который слышно сквозь рычание мотора и набирающий силу ветер. Бельфегор морщится. Этого только не хватало. Вот и съездили в отпуск. Откуда во Франции вообще волки взялись? Он оборачивается на Франа, тот тоже вертит головой, его напряжение прослеживается во всей позе. Вой повторяется, и Бельфегор не может понять, стал звук ближе или нет. Впрочем, это не так уж и важно. Сейчас нужно быстрее добраться до дома, а там уж со всем можно будет разобраться, хоть с волками, хоть со снежным человеком. Они едут еще минут пятнадцать, и за это время еще два раза слышится волчий вой. Как все-таки чудно в горах разносятся звуки. Наконец впереди виднеется деревянный дом, и Бельфегор облегченно вздыхает. Не заблудились. Он останавливается перед входом и слезает со снегохода, рядом паркуется Фран, и Бельфегор помогает тому слезть. — Еще бы пару минут — и я бы превратился в снеговика. А потом меня бы съели волки. И все это была бы твоя вина, — стучит зубами Фран, отчаянно дрожа от холода. — Не драматизируй, и-ши-ши, — просит Бельфегор и стряхивает с плеч Лягушки налипший снег. — Никому ты здесь не нужен. Кроме меня, разумеется. Как Фран закатывает глаза, видно даже через очки. — Что это за дом, кстати? — переводит тему Фран и идет к дверям. — Я арендовал шале, пока ты возился с билетами и общался с бабулей, — объясняет Бельфегор и достает ключи из кармана. — Решил, что на курорте слишком шумно и людно, а здесь можно приятно провести время вдвоем. На пару дней, конечно. Больше с тобой в одиночестве я не продержусь. — Мило, — отмечает Фран, пока он возится с заклинившим замком. — То есть мы застряли посреди гор в каком-то домике, пока вокруг начинается метель и воют волки, а рядом никаких людей? Очаровательно. — Вверх по склону примерно через пять миль стоит такое же шале. А наш курорт в двух часах езды. Успокойся, — терпеливо говорит Бельфегор и, наконец, открывает дверь. — Я спокоен, я просто замерз, — жалуется Фран и заходит в дом. Бельфегор проходит следом, запирая дверь, и снимает шапку и перчатки. В доме тепло, включена малая подсветка, а в гостиной даже горит камин. Все, как Бельфегор и заказывал. Хороший сервис. — А тут нас ждали, да? — неуверенно спрашивает Фран, так ничего с себя и не снявший. — Или мы просто вломились к кому-то в дом и теперь на нас заявят в полицию? Вы же помните, что нам сейчас не нужны проблемы с копами? — И-ши-ши, хватит паниковать, Жаба, — смеется Бельфегор и разматывает его шарф, стягивает очки и смотрит в неспокойные зеленые глаза. — Мы в отпуске, вдали от Варии и всех проблем. Просто расслабься и отдыхай. Но сперва разуйся и переоденься. Наверху должна быть подходящая одежда. Фран, все еще дрожащий от холода, кивает и, внимательно его рассматривая, будто впервые видит, задумчиво тянет: — А вы подготовились, я смотрю. И действительно смотрит, так проницательно и глубоко, что становится не по себе, и Бельфегор спешит скрыться от этого пронзительного взгляда. — Я поставлю снегоходы в гараж и вернусь. — И чтобы это не казалось побегом, он продолжает: — И если я вернусь, а ты еще будешь в обуви и капать снегом на ковер, то спуска тебе не дам. — Ах, как страшно, — насмешливо говорит Фран и начинает расстегивать куртку. Бельфегор считает, что сейчас лучшее время для отступления, он выходит из дома на улицу, где его встречает сильный ветер и ворох снега в лицо, он отфыркивается и идет к гаражу. Завести снегоходы в гараж ничего не стоит, и он быстро справляется с задачей, за это время метель усиливается, и становится едва возможно рассмотреть дом в белесой темноте, выделяется только горящий в окнах свет, да и тот — недалеко. Как вовремя они добрались. Бельфегор считает это настоящей удачей и гениальным расчетом. Он возвращается домой, скидывает сапоги рядом с такой же парой поменьше и в теплых носках идет в гостиную. Там его уже ждет Фран, закутавшийся в одеяло и сидящий у камина в ворохе подушек. Рядом стоит столик, на нем тарелки с сырной и фруктовой нарезкой, пара бокалов и открытая бутылка вина. Ого, а Фран быстро освоился. — А ты времени зря не терял, и-ши-ши, — улыбается Бельфегор и снимает с себя верхнюю куртку. В тепле гостиной он остро чувствует, как становится жарко во всех слоях одежды. Фран оборачивается на его голос и кивает. — Радуюсь благам цивилизации, — в его голосе слышится улыбка, а после и уголки губ приподнимаются, когда он замечает: — А вы в честь чего решили порадовать меня стриптизом? — Не обольщайся, Лягушонок, — смеется Бельфегор и кидает в коридор штаны из мембранной ткани. Стриптизом это никак не назвать, язык не повернется. На Бельфегоре четыре слоя одежды, специально подобранной горной экипировки, которая прекрасно его грела и не давала замерзнуть, но сейчас снимать ее было одним мучением, и этот процесс вряд ли можно назвать соблазнением. А Фран все смотрит, и пламя камина причудливо отражается в его глазах, и Бельфегор почему-то не может оторваться от его взгляда. Жарко. Становится жарко, и отнюдь не от теплой одежды. В горле пересыхает, а Фран делает медленный глоток из чашки в руках, из которой идет пар. Вот уж кому не жарко, так это проклятой Лягушке, сводящей его с ума. Бельфегор скидывает флисовую куртку, за ней следуют штаны, оставляя его в термобелье, и он в пару широких шагов оказывается рядом с Франом. Тот гостеприимно отодвигает край одеяла, и Бельфегор ловко ныряет, чтобы тут же возмутиться: — Почему ты такой ледяной, Жаба? — Он отодвигается ближе к столу и подальше от промерзшей Лягушатины. Фран прячет смешок и делает очередной глоток, ничуть не впечатленный вопросом. — Ты же Лягушка, а не Снежная Королева! — Я иллюзионист, а не Снежная Королева, — возражает Фран и тянет к нему свои холодные лапки. Бельфегор мгновение думает и перехватывает их, забирая кружку с кофе и отставляя ее на стол. — Придется тебя греть, — решает Бельфегор и жарко дышит на бледные пальцы. — Ох и придется, — довольно щурится Фран и придвигается ближе, одеяло съезжает вниз и обнажает голое плечо. Бельфегор довольно скалится и собирается проверить, есть ли на распутной Лягушке хоть что-то из одежды. Он тянет Франа на себя и припадает к его губам, обветренным на холоде, чувствует легкий привкус крови и облизывает их. Жуткий вой раздается за окном, и они резко отстраняются друг от друга. Какое-то неподходящее звуковое сопровождение для их планов. Вот совсем как-то волки не вписываются в любовное кувыркание на ковре перед камином. — А вы когда-нибудь охотились, семпай? — раздраженно спрашивает Фран, до боли сжимая пальцы на плечах. И его нетерпение можно прочитать во всем: от взгляда до жесткой хватки. — На людей, если только, — с улыбкой отвечает Бельфегор и откидывается на мягкий ковер. Его ничего не смущает. — Это всего лишь волки, Жаба. Они нам не помешают. — Холодно просто, — игриво тянет Фран и зарывается ему в волосы. Бельфегор кожей головы чувствует холод его ладони. — Хочешь согрею? — насмешливо предлагает он и кладет Франа на себя, забираясь руками под одеяло. Под его пальцами прохладная кожа покрывается мурашками, он обводит острые лопатки и ведет по позвоночнику. От предвкушения сбивается дыхание, а прижимающееся тело будоражит фантазию. — Хочу. Можете дров подбросить в камин или обогреватель настроить для начала, — избаловано тянет Фран, специально дразня и хитро щурясь. Бельфегор усмехается на такие капризы и лишь оглаживает поясницу, а затем скользит дальше и понимает, что на Фране нет ничего, кроме одеяла. Прекрасно. К черту волков, дрова и обогреватели. Бельфегор и так справится с обнаглевшей Лягушкой.