Каждую ночь полёт мне снится

Стань моей душою, птица, Дай на время ветер в крылья, Каждую ночь полет мне снится - Холодные фьорды, миля за милей. Шелком - твои рукава, королевна, Белым вереском - вышиты горы, Знаю, что там никогда я не был, А если и был, то себе на горе.

Минхо жадно ловит каждый звук, который слетает с небольших пухлых губ незнакомца. Его тонкие пальцы скользят по струнам инструмента, пока блики от свеч танцуют на его чёрных волосах и ресницах, тёмно-синих пуговицах атласной рубашки, пробегаются по массивным кольцам в ушах и оголённым ключицам. Украшения иногда звенят и сливаются с остальными звуками, рождая невероятную мелодию. Принц никогда не встречал таких сказочных людей, никогда не слышал таких голосов. Он видит в этом юноше искусство, хочет прикоснуться, стать его частью. Люди за столом пьют вина из королевской подсобки, набивают животы жирным жареным мясом и сладкими фруктами, галдят, хохочут. Песня для них - лишь развлечение, хороший фоновый шум для трапезы. Странник смотрит на сидящих в большом зале людей и ищет хотя бы внимание, понимание, наслаждение. Минхо смотрит, не притрагиваясь к еде. Их глаза встречаются где-то в середине песни, и никто не может отвести взгляда. Король замечает, что принцу, кажется, приглянулся его подарок, привезённый издалека: - Сын мой, доволен ли ты подарком? - Да, отец. Вы не представляете, как поёт моя душа, когда я слышу звуки инструментов и пения, и как отрадно мне слышать новые истории. Глаза паренька наполняются блеском, когда он может вот так рассказать всегда серьёзному и строгому королю о своих чувствах. - Пожалуй, можно будет оставить певчую птичку в замке, — истерзанное морщинами и редкими шрамами лицо старого короля искажается усмешкой — Он будет петь для тебя, когда захочешь. Что-то внутри Минхо вспыхивает, вызывает пожар, он искрится злостью и возмущением. Люди - не птицы, и, тем более, не вещи, чтобы так о них говорить! Никто не может решать за них, где им оставаться и чем заниматься. Но он не может перечить королю. В каком-то смысле он сам - пленник обстоятельств и вековых традиций. Поэтому ему приходится проглотить всё, что он чувствует. Странствующий музыкант по имени Чанбин остаётся в королевстве на несколько недель. Кто-то из придворных сторонится громкого простолюдина с дурными манерами, кто-то считает его забавным. Повара иногда даже балуют его кусочками чего-то вкусного, уж больно он голоден, оттого худощав. Минхо долго и внимательно наблюдает за Чанбином из своего окна, пытаясь запечатлеть в голове каждую деталь. Они не говорят, лишь выполняют свои роли - один терзает души своими историями через песни, другой - внимает каждому звуку. Но в один день Минхо осмеливается совершить дерзость. Он находит погружённого в свои мысли Чанбина в королевском саду рядом с клумбой экзотических цветов и нарушает тишину. - О чём вы думаете, господин? - нерешительно роняет он. - О том, что в городах небо не такое широкое и чистое. Здесь совсем не видно звёзд по ночам, вы не замечали, ваше высочество?

Мне бы вспомнить, что случилось Не с тобой и не со мною, Я мечусь, как палый лист, И нет моей душе покоя. Ты платишь за песню полной луною, Как иные платят звонкой монетой. В дальней стране, укрытой зимою, ты краше весны. Ты краше весны, ты краше весны и пьянее лета.

С тех пор они гуляют по саду каждый вечер, пока принц не обременён занятиями, или пока его не начинает искать прислуга. Он рассказывает Чанбину об огромной библиотеке, в которой он прочитал практически все книги (даже на иностранных языках, потому что ему всегда мало слов для выражения собственных мыслей на родном языке), о конюшне, о любимом черногривом жеребце, который обладает тяжёлым характером и мало кого подпускает к себе, о своих мечтах, о том, что он боится войн, в которых участвует его отец, о зарождающейся науке и поэтах. И он задаёт много вопросов о жизни за пределами каменной стены, о той настоящей и вольной. Чанбин слушает, отвечает, спрашивает, любуется чужой улыбкой, открывающей вид на милые передние кроличьи зубы, теряется в кошачьих глазах и звонком высоком смехе. Он чувствует, что всё больше погружается во что-то волнующее и сложное, но приятное и вдохновляющее. Он чаще сочиняет песни о любви и счастье. Но иногда он чувствует, что его грудную клетку неприятно тянет. Хочется поделиться этим с Минхо во время очередной прогулки. - Ваш отец хочет, чтобы я остался здесь, позабыв о новых землях и чистом небе, чтобы развлекать вас, пока вам не надоест, - говорит Чанбин совсем тихо, не смотря на принца - но, не сочтите за хамство, никакие богатства и пышные столы с яствами не заменят мне свободы. «И каким бы прекрасным ни был принц» - добавляет он мысленно. Сердце Минхо болезненно сжимается от вида такого разбитого и печального музыканта. Он не хочет причинять боль этому юноше, не хочет держать его душу в заточении. Он осторожно, словно боясь спугнуть, подходит к Чанбину и кладёт ладони тому на скулы. Встречаясь с шокированным взглядом, он слегка посмеивается и шепчет: - Я никогда бы не стал держать вас против вашей воли, ведь вы — не соловей в золотой клетке, — принц мягко оглаживает плавные черты лица, его губы трогает лёгкая улыбка — вы больше похожи на вольного сокола. Ваши песни и голос очаровывают и исцеляют меня, но они не могут принадлежать кому-то одному. Весь свет обязан услышать вас. Чанбин испытывает слишком много для простого человека. Его разрывает от ощущений и мыслей, маленькие тёплые ладони нежат его кожу, пока трогательные слова ласкают уши. Ему страшно покидать чудесного принца, ему кажется, что он погибнет от разлуки, разобьётся на кусочки, как фарфор. - Что же тогда угодно вашему королевскому высочеству? - спрашивает Чанбин с какой-то необъяснимой надеждой. Он пытается найти хоть какой-то ответ на все свои вопросы в тёмных глазах, которые вместили в себе, кажется, всю звёздную карту неба, о которой судачат звездочёты. - Боюсь, я желаю слишком многого от вас. Я был бы эгоистом и тираном, попросив вас остаться. Но я хотел бы отправиться куда угодно, лишь бы иметь возможность быть с вами, смотреть на вас… Это было бы самой большой наградой, — он убирает руки от чанбинова лица, теряясь взглядом где-то в кустах белой розы. Странник задерживает дыхание, ему всё это кажется лихорадочным, но приятным сном. Ещё немного и он точно проснётся в какой-нибудь тёмной крохотной комнате при трактире, которую он снял за несколько золотых монет. Но Минхо кажется таким реальным, таким беззащитным и хрупким. Одинокий и жаждущий свободы, он живёт в этом огромном мрачном замке слишком долго. Он слишком добр для того, чтобы жить среди всех этих жестоких людей, чтобы видеть войны, голод, нищету, болезни. Он знает о них только из книг и рассказов учителей, из городских легенд, которые рассказывала старая няня. Он слишком чист и невинен для того, чтобы сталкиваться с суровой судьбой. Но он так хочет увидеть всё собственными глазами и почувствовать ветер перемен нежной персиковой кожей. Последней каплей становится еле слышное: «Я не посмею вас обременять». Чанбин берёт ладони принца в свои, бережно гладит костяшки мозолистыми пальцами. Он касается губами карамельной макушки и добавляет: «Это было бы самой большой наградой и для меня». - Нужен ли вам такой беспомощный и бесталанный принц, который ничего не имеет без поддержки отца? - спрашивает Минхо. В его глазах столько печали и боли, он боится отрицательного ответа, но хочет быть честным и откровенным. - Думаю, я мечтал и пел о вас всё это время. И вы совсем не такой, каким себя представляете. Вы многое знаете и на многое способны, — он приподнимает лицо принца так, чтобы тот смотрел ему в глаза — к тому же, нужна ли мне любая другая причина, чтобы любить вас, если вы просто видите меня таким, каким не видят другие? - Любить? Сначала Минхо ощущает горячее дыхание и слышит рядом с ухом «вы позволите мне?». А после собственного кивка чувствует лёгкое и трепетное прикосновение губ. Свет Луны создаёт тихую колыбельную, баюкает и окутывает в холодное серебро цветущий сад и жителей дворца. На рассвете юный принц и странствующий музыкант покидают стены мрачного и затухающего во тьме королевства.

О тебе моя радость я мечтал ночами, но ты печали плащом одет. Я, конечно, ещё спою на прощанье, Но покину твой дом Но покину твой дом Но покину твой дом Я с лучом рассвета.