В сумерках прячутся звезды

      – Я ни в коей мере не умаляю талант Луффи заводить полезные знакомства и располагать к себе людей, но все же… – тянет Нами, потягивая фруктовый коктейль, приготовленный Санджи специально для нее, и заинтересованно щурится. – Как вы познакомились? Я так поняла, Йерсель начала путешествовать с Луффи раньше, чем Зоро, а ведь он номинально считается старпомом.       – Эй, рыжая ведьма, нарываешься? – угрожающе ворчит Зоро, не отрываясь от бутылки саке, но Нами от него отмахивается: ее в первую очередь интересует другое.       От Луффи ответа ждать не приходится: он утоляет голод, набивая ненасытное пузо едой, так что Нами обращает взгляд к Йерсель, которая маленькими глотками потягивает сухое белое вино и закусывает сыром и виноградом, лежащими на небольшой тарелочке рядом. Йерсель отнимает бокал от губ и склоняет голову вбок, как бы задумываясь.       Черные провалы глаз выглядят устрашающе, а лиловые узоры на висках и около век придают лицу совсем нечеловеческий вид, и к новой внешности Йерсель, не скрывающейся за повязкой, приходится привыкать. Йерсель не смущают ни визги неожиданности, ни испуганная дрожь: она сразу предупреждает, что, если кому-то неуютно, она может надеть повязку вновь.       Но никто не высказывает недовольства, наоборот, – команда только активно подбадривает и обещает не бояться.       – Луффи меня похитил, – просто отвечает Йерсель и прячет улыбку за ладонью, когда Луффи возмущенно вскидывается с набитым ртом и начинает что-то оспаривать. – Пожалуйста, прожуй сначала, а не то подавишься.       Санджи начинает вопить о похищении леди, Усопп рассказывает Чопперу страшные истории про ведьм, Зоро не отвлекается от саке. Виви молчит и наблюдает, как будто о чем-то догадывается.       Улыбка Йерсель становится практически коварной.       – Ну, для пиратов нормально похищать сокровища, – вдруг совершенно искренне говорит Луффи. Брови Нами от изумления ползут вверх. – Мы с Йерсель полетали в облаках и над океаном, вот так: ву-у-у-у-ух! И тогда я понял, что она должна стать моей накама! И вообще, она моя жежа!       – Кто? – в голос спрашивают Усопп и Чоппер.       – Жена, – спокойно поправляет Йерсель, закидывая в рот виноградинку, и улыбается теперь абсолютно ехидно.       Тишина оказывается практически удушающей, мугивары отказываются верить услышанному. Слышится неудивленный вздох Виви. А через мгновение над океаном раздается громогласное:       – ЧТО-О-О-О-О?!