A Soldier's Harmony (Солдат Гармонии)

      Несколькими часами ранее... Тёплый ветерок ласково пробежался по пустынному воздуху. Песчинки и мелкие частицы, казалось, кружились в вихре, их острые края могли бы прорезать даже самую плотную ткань. Солнце нещадно палило землю, его безжалостные лучи заставляли поверхность мерцать и колыхаться, словно мираж. За песчаной дюной виднелся небольшой городок, где по улицам сновали как четвероногие, так и двуногие существа. Сбоку от поселения располагалась густая, но небольшая яблоневая роща, а за ней начинались скалы мезы. Со стороны города, где возвышалась меза, виднелись железнодорожные пути, пролегавшие между двумя утёсами. Сами пути тянулись мимо города, но обрывались примерно в сотне метров от него, у самого края пустыни. Видите ли, это была не обычная пустыня – это были Бэдлендс. За пределами городка бесследно исчезали и пони, и эльфы. Местные пони считали это место проклятым, созданным в битве между Солнечной Принцессой и Ночной Кобылой, но эльфы знали правду. За бесчисленными дюнами, сквозь давно умерший лес, в центре кратера, который мог быть только метеоритным, возвышался улей чейнджлингов во всей своей мрачной славе. Многие обходили это место стороной, но двое путников направлялись именно сюда. Под грубыми плащами, скрывавшими доспехи, шли Демон в металле и его спутник – принц тёмных эльфов. Их следы давно замело песком, а на вопросы горожан они не реагировали. Матери прятали детей, фермеры следили за незнакомцами с опаской. Особое внимание привлекал «эльф» ростом в семь с половиной футов — мощный, как бык, с суровым лицом, по которому тянулся едва заметный шрам. Его спутник, мускулистый мужчина с всклокоченной бородой и агрессивным взглядом, с презрением окидывал город, особенно – загон с пони за проволочной оградой. Измождённые, голодные пони смотрели на проходящих мёртвым взглядом. Их шерсть, помимо обычных цветов, имела сероватый оттенок. Каждая пони имела выпирающие рёбра, а грязь, пыль и экскременты покрывали их загон. Несмотря на это, каждая из них сохраняла мечтательное выражение. Когда пара миновала город и вышла к дюнам, принц тёмных эльфов заговорил. — Твоя маскировка весьма... сомнительна, мягко говоря. — эльф ехидно усмехнулся, глядя на одежду спутника, пока Сержант хмурился. Взгляд Человека нервно метался, ловя настороженные взгляды прохожих. Многие эльфы явно испытывали подозрение. Дин размышлял, напоминает ли это место дикий запад из его мира – револьверы, перестрелки, бандиты на каждом углу. Все в городе носили грубую, практичную одежду, а у многих на поясе висели сабли. Не хватало только лошадей, привязанных к столбам... Ой, погоди. Взгляд Тригнара скользнул по загонам с пони, каждая из которых выглядела всё более измождённой. Князь стиснул кулаки, его дыхание участилось, а по лицу пробежала тень ярости. Дин, хоть и не доверял тёмному эльфу, понимал его чувства. — Игнорируй их. Мы ничего не можем сделать. — Хрипловатый голос Дина вывел князя из оцепенения. Тот покачал головой. — Не могу поверить. Я был слеп всё это время. Теперь я понимаю, почему ты ненавидишь мой народ. — его взгляд поймал движение слева: эльф в шляпе с широкими полями избивал кнутом жеребца. Кровь запеклась на шерсти пони, чьи слабые всхлипы раздавались из-под ударов. Демон и князь прошли мимо, не скрывая отвращения. — Разве тебя это не бесит? Разве не хочется схватить ближайшего эльфа и душить, пока он не рухнет к твоим ногам? Как ты можешь говорить «игнорируй»? — прошипел Тригнар. Дин вздохнул, а в его глазах мелькнула тень прошлого. — Парень, хоть тут и ад кромешный, но это даже близко не сравнится с тем, что я видел. Тут хотя есть шанс кого-то спасти. А там... враги не брали пленников. Убивали всех – мужчин, женщин, детей. Я научился концентрироваться на цели, иначе погибло бы ещё больше. — Тригнар замер, широко раскрыв глаза. Дин махнул рукой, и они продолжили путь. Пока некий горожанин не решил к ним обратиться. Первая женщина-эльф, которую Дин разглядел вблизи, оказалась чертовски привлекательной. Серебристые волосы, заплетённые в косу до пояса, украшенную на конце пустынным цветком. Никакой косметики, только естественная красота с ямочками на щеках и белоснежной улыбкой. Её платье напоминало наряды пост-средневековья – простое, но элегантное. Дин фыркнул, глядя на спутника. Князь остолбенел, рот приоткрылся, взгляд прилип к девушке, приближавшейся к ним. Когда Дин остановился, заметив, что Тригнар не движется, его рука потянулась к пистолету. Если принц предаст его сейчас, будет жарко. Девушка заметила Тригнара, но проигнорировала. Вместо этого её внимание привлёк Дин. Она нарочито покачивала бёдрами, меняя курс. Князь ревниво хмыкнул, но Дин сосредоточился на ситуации. — Привет, красавчик... Что привело тебя в наш городок? Дин отметил её формы: пышная грудь, тонкая талия. Хоть многие бы потеряли голову, он лишь поднял бровь. — Проездом. У меня и моего спутника дела в... — мозг лихорадочно вспоминал карту. — ...Додж-Джанкшен. Девушка прищурилась, изучая его лицо. Её взгляд задержался на шраме. — Такой шрам не украшение... Где ты его получил? — она наклонилась, уперев руки в бока. Дин почувствовал взгляд Тригнара у себя за спиной. — Слышала о Демоне в Металле? — Мороз пробежал по спине, — девушка вздрогнула, её уши прижались. Где-то слева зловеще скрипнула дверь, а по дороге позади них прокатилось перекати-поле. Дин нахмурился, усиливая эффект — зрачки эльфийки расширились. — Д-да, слышала, — пискнула она, потеряв прежнюю уверенность. — Я сражался с ним у Рейвенфорда. Думаю, ты знаешь о той бойне, но расскажу подробнее. — рука Дина молниеносно поднялась, указав на шрам. — Это он оставил мне в схватке один на один. Помню его глаза – словно бездонные провалы, трёхдюймовые клыки с каплями крови. У меня не было времени бояться. Его клинок рассек моё лицо. — он резко взмахнул рукой, заставив девушку вздрогнуть. — Я стоял, истекая кровью, и смотрел, как этот Демон рвёт ряды моих товарищей. Он убивал всех на пути, пока не добрался до самого Кровавого Барона. Вокруг незаметно собралась толпа. Страх читался в каждом взгляде. Туча закрыла солнце, бросив тень на лицо Дина. — Бой был яростным, но Барон не имел шансов. Магия на него не действовала, мечи, стрелы и световые копья не могли пробить его металлическую кожу! Последнее, что я помню перед тем, как потерять сознание – демон, окружённый сотнями солдат. Он стоял, будто насмехаясь над смертью. Мы думали, что наконец победили... Ошибались. Он выхватил два устройства с пояса и швырнул их в толпу. Ослепительная вспышка, грохот сотни взрывов... И тьма. Дин выпрямился, окидывая толпу ледяным взглядом. Его внимание привлекли пони за оградой. В их глазах вместо страха светились изумление и надежда. Шерсть будто вернула цвет, некоторые улыбались сквозь слёзы. Не раздумывая, Дин схватил Тригнара за руку и зашагал прочь. Тёмные эльфы расступились молча. Он не оглядывался, не останавливался. Принц шёл рядом, но в груди Дина клокотала ненависть. Два года этот эльф помогал уничтожать мир. Два года наслаждался страданиями других. Почему? Жажда власти? Чувство превосходства? Или прав Страж, говоря о влиянии истинного Демона – Разрушителя? Неважно. Теперь Дин стал судьёй. Вопреки словам Стража, он был судьёй, присяжными и палачом. Дискорд привёл его сюда вершить правосудие. Его долг – защищать слабых, оберегать невинных и уничтожать тех, кто сеет хаос. Мелодраматично? Ему было всё равно. Он закончит это, чтобы вернуться к жене и ребёнку. Остановить войну. Но сначала – спасти принцессу. Император что-то замышляет. Что-то грандиозное, раз даже сына держит в неведении. Всё крутится вокруг Твайлайт Спаркл. В груди закипела ярость. Он умрёт, но не отдаст её. Даже если эльфы получат её, ничто не остановит его. Теперь он понимал – она ему дорога. Её смех, любопытство, умение слушать. Он спас её однажды. Спасёт снова. Больно будет прощаться, но у него есть долг – перед человечеством. — Это правда? — голос Тригнара прервал его мысли. — Ты действительно убил Кровавого Барона? Дин прервал свои размышления и обратил внимание на младшего принца темных эльфов. В его взгляде читалось скорее удивление, чем страх, и это не на шутку озадачило человека. Было невероятно, чтобы кто-то так быстро превратился из заклятого врага в маловероятного союзника. Если бы это произошло ещё быстрее, Дин мог бы предположить, что у принца биполярное расстройство или что-то подобное. — Да, именно это и произошло. Я убил так называемого Кровавого Барона, лучшего фехтовальщика Империи. — Дин ждал, но принц молчал. Он предпочитал оставаться в тишине, так как это позволяло ему сосредоточиться на своих мыслях и размышлениях. По какой-то причине его мысли всегда блуждали, но, как ему казалось, это никогда не отвлекало его от дела. У него всегда были отличные оценки в школе, он мог поддерживать беседу на равных с другими, и его внимание никогда не ослабевало, когда происходило что-то важное. Возможно, дело в его творческой натуре? Он всегда мечтал снимать фильмы или писать, но никогда не занимался этим. Может быть… Его мысли прервала вспышка. Он увидел, что солнце быстро падает из зенита, и пошел проверить время на такпаде. Когда он поднял руку, он вдруг вспомнил, что отдал устройство Штормфлай. Он надеялся, что с ними всё в порядке. Нападение ченджлингов застало их врасплох, и Морской Залив оказался беззащитным перед лицом возможной угрозы. Необходимо было как можно скорее вернуть принцессу, прежде чем приступить к укреплению оборонительных сооружений вокруг города. Хотя у них и были стены, Дин понимал, что у эльфов есть множество способов преодолеть их. Требовалось создать противовоздушную и противотанковую системы, но времени было в обрез. У них оставалось всего две недели до начала грандиозного плана Императора. Однако у Дина был свой план, но времени на его осуществление было мало. Если он убьет Императора, то остальные эльфийские режимы должны последовать его примеру. Если же нет... Что ж, у него были пистолеты, мечи и собственные кулаки. Он убьет их всех, если понадобится.

***

      Два путника шли в ночной темноте более трёх часов, пока не достигли леса, который казался безжизненным. Пустыня сменилась каменистым плато, и бурая трава достигала Дину колен. Вдали виднелся редкий лес с лёгким зеленоватым оттенком, но, в отличие от Эверфри, он не был таким густым. — Улей находится в двух часах ходьбы за той опушкой, но я не знаю, нет ли там дозорных. Королева Кризалис весьма самонадеянна, даже при численном превосходстве наших сил. В её троне установлено устройство, подавляющее магию, делающее практически невозможным использование чар для любого мага. Дин остановился и взглянул на эльфа, и в голове тут же возник вопрос. — Если это так, то как тогда я периодически слышал мольбы Твайлайт о помощи? Разве для такого не требуется магия? Если она в улье, такая связь невозможна. Принц на мгновение замолчал, и Дин уже собрался продолжить путь. Однако бледно-красный отблеск заставил его резко остановиться. Принц, всё ещё размышлявший над вопросом человека, прошёл мимо. Потребовалось время, чтобы эльф осознал происходящее, но, обернувшись, он не смог сдержать усмешку. Человек присел на корточки, лениво проводя рукой по зарослям, похожим на маковые. Тригнар знал, что они содержат сильнодействующий наркотик, но не понимал, почему они заинтересовали человека. — Сержант, хоть мне и не хотелось бы вас раздражать, но сейчас не время собирать цветочки. — Тригнар, всё ещё находясь в натянутых отношениях с человеком, попытался пошутить, но взгляд такой свирепости, что, казалось, мог расплавить крепчайший эскиловый сплав, заставил его отступить. Уши эльфа прижались к голове, когда он наблюдал, как тень легла на лицо человека. Дин резко поднялся и зашагал к лесу удвоенным шагом. Принц, задыхаясь, едва поспевал за его длинными шагами. Что я такого сказал? Неужели эти маки что-то для него значат? Тригнар, тяжело дыша, с ненавистью смотрел на спину человека. Он пытался быть любезным, старался улучшить отношения... но чем больше усилий прилагал, тем сильнее его отталкивали. Он ненавидел себя и свой народ за содеянное, но не мог сдаться. Нужно было исправлять ошибки... всё начнется с одного человека. Он хотел показать, что изменился, что стремится загладить вину! Ошибки? Какие ошибки? Тёмные эльфы – превосходная раса! Магия пони по праву принадлежит нам! Тёмные мысли возникли внезапно, словно чужая воля. Раскалывающаяся голова, каждый удар сердца и вздох отдавались болью, будто два сознания боролись за контроль. Он уже испытывал подобное... Руки Тригнара сами потянулись к карману, пока пот струился по его лицу. Мрачные мысли о убийстве мелькали в сознании, когда он с ненавистью смотрел на спину человека. Сможет ли сержант услышать его шаги? Можно выхватить нож с его груди и вонзить в незащищённую шею! Или... Эльф коснулся пальцами фиолетового шара, лежащего в кармане, и его охватила волна тошноты, которая едва не сбила с ног. Он моргнул и увидел, что земля стремительно приближается. Ещё раз моргнул – и заметил человека, который хмуро смотрел на него, но не мог пошевелиться. Ещё мгновение – и тьма поглотила его сознание.

***

      — Уххх... — Тригнар застонал, медленно открывая глаза. Он моргнул раз, другой, прежде чем смог разглядеть окружение. Над ним раскинулось ночное небо, усыпанное звёздами, и даже промелькнула падающая звезда. Он бы любовался этим часами, если бы не проклятие и глухой звук падения, заставивший его вздрогнуть. Эльф вскочил на ноги, мгновенно анализируя обстановку усталым, но натренированным взглядом. Демон сидел на земле, неловко опираясь на бок, пытаясь подняться. — Что с тобой? — спросил Тригнар, встретившись взглядом с Дином. Гнев в глазах человека угас, сменившись усталостью. Тот лишь мрачно покачал головой. — Не твоё чёртово дело, — проворчал Дин, наконец поднявшись. Он перекинул через плечо странное оружие – винтовку, как вспомнил Тригнар – и начал её осматривать. Эльфу это устройство всё ещё казалось чуждым. Мысль, что нечто без магии превосходит эльфийские технологии, была крамольной. За такое в его мире карали. Тригнар вспомнил уроки о «превосходстве тёмных эльфов», о «благородном завоевании» Эквестрии. Они захватили её за полтора месяца. Но среди всей резни... был он. Он отвернулся, когда принцессам Солнца и Луны перерезали глотки. Не участвовал в бегстве Принцессы Дружбы. Избегал массовых казней. Тогда он считал себя трусом. Потом пытался компенсировать это зверствами: разрушал города, мучил семьи... Тьма в нём росла. А потом появился Демон. Та ночь на холме. Что-то внутри Тригнара пыталось прорваться, предупредить. Он проигнорировал это, но в тюремной камере начал понимать. Фиолетовая сфера – возможно, магия Принцессы, слившаяся с человеком в тот момент объятия. Если это магия дружбы... Эльф тяжело вздохнул, опустившись на землю напротив Дина. Всё это могли быть лишь догадки. Главная загадка – сама Твайлайт. Кризалис не станет её щадить. Тригнар слышал, что с Принцессой Каденцой сделали чудовищное. И хотя методы чейнджлингов отвратительны, его народ превзошёл их в жестокости. Он наблюдал, как сержант нервно проверял оружие, доспехи, шлем – движения резкие, но глаза выдавали страх. История Дина – потеря семьи, семь лет войны, попадание в чужой мир – даже эльфу стало жаль. Я сам бы сломался, подумал он. Внезапно Тригнар наклонил голову, и в разуме зародился вопрос... — Что заставляет тебя продолжать, Демон? — он решил, что обращение «Сержант» или «Демон» было достаточно уважительным. Они еще не перешли на имена, в конце концов. Человек на мгновение отвел взгляд, на его лице мелькнула гримаса раздражения, прежде чем оно вновь стало нейтральным. — Разве ты не задавал этот вопрос еще в городе? — парировал Дин, позволив нотке досады прокрасться в голос. Сейчас у него и без того хватало забот. Тригнар покачал головой и сложил руки. — Нет, тот вопрос был другим. Я говорю о другом. — он жестом указал на Дина и фыркнул. — Ты сражался с инопланетной угрозой, видел, как гибнут бесчисленные люди, тебя вырвали из твоего мира, заставили лицезреть зверства моих сородичей и воевать в новой войне. Меньший... человек давно бы сломался. Но ты продолжаешь. Повторяю: что тебя заставляет? — Эльф намеренно избежал упоминания о семье Дина – это была опасная тема, и повторения истории с едва не сорванной головой ему не хотелось. Он ждал, пока Демон, устремив взгляд вдаль, наконец заговорит сквозь маску бесстрастия. — Помнишь те маки, что видели раньше? — голос Дина звучал тихо. Эльф кивнул, внимая каждому слову. Человек, должно быть, уловил движение, потому что продолжил: — На моем мире была война. Жестокая. Она принесла смерть и разрушения, каких наша история не знала. Когда пыль осела, а орудия умолкли, мы осознали, какие чудовищные реалии создали... и сколько юнцов шагнуло в то, что считали благородной битвой за историю. Она стала их ранней могилой. — Тригнар молчал, пораженный. История человечества завораживала его. — Кто-то написал поэму — «На полях Фландрии». Вот ее строки: Вновь маки алые в полях цветут Во Фландрии. Мы воевали тут. Теперь кресты стоят тут ряд за рядом. А в небе, не пугаясь канонады, Вновь жаворонки звонкие поют. Мы – Мёртвые, в земле нашли приют. А ведь могли бы жить, как все живут, Любить и любоваться на закаты… Но на войне убили нас когда-то В полях во Фландрии. В наступившей тишине Человек опустил голову, и Тригнару почудился тихий шёпот, похожий на молитву. Когда мгновение прошло, Человек выпрямился и продолжил. — Война за войной мак стал символом, важной частью культуры. Он олицетворяет тех, кто сражался за общее благо, за свободу, кто погиб, чтобы мы могли жить. — Дин повернулся к Тригнару. — Ответ на ваш вопрос, принц Тригнар: я продолжаю идти, потому что это мой долг. Долг солдата – сражаться с врагом и защищать невинных. Долг отца – биться за безопасность жены и сына. И наконец, долг – знать, что если я остановлюсь, те, кого люблю, могут погибнуть. Я не могу этого допустить. Я продолжаю, потому что люди нуждаются во мне – будь то люди, пони или другие. Я иду, потому что друзья, семья и мой народ в опасности. Я иду, потому что, когда звучит крик о помощи, когда угнетённые зовут спасителя, кто ещё откликнется? Вот почему я не останавливаюсь. Вот почему сражаюсь. — человек медленно поднялся на ноги, тяжело вздохнул и устремил взгляд в сторону улья, лицо его омрачилось. — Отдохни, спрячься под одеялом за тем валуном. Я исследую лес и найду путь в улей. Вернусь – и ты поможешь мне спасти Принцессу. — лицо Дина исказила гримаса ярости, его кулаки сжались, дрожа от едва сдерживаемого гнева. Следующие слова прозвучали с такой ядовитой злобой, что, казалось, могли парализовать даже Урсу Майор: — Через несколько часов эти выродки-оборотни узнают, почему человечество считается высшим хищником. Не добавив ни слова, Человек перекинул оружие за спину и надел шлем. Звук его шагов постепенно затих, растворившись в ночи вместе с любым намёком на его присутствие. Многое было сказано, но вместо страха Тригнар ощутил решимость. Слова Дина будто зажгли огонь в его сердце – и он понял: пока этот Демон жив, в этом мире остаётся надежда. С этой мыслью принц нашёл одеяло, укрылся за каменным выступом, как велел Дин, и погрузился в сон без сновидений.

***

      — Ваше величество, входящая проекция! — крикнул капитан Киоти у двери в комнату планирования принцессы Мии. Темная эльфийка кивнула и начала готовить заклинание для приема передачи. — Благодарю, капитан! — отозвалась она, сосредоточившись на магии. Мгновенно перед ней материализовалась фигура в плаще. Она выглядела реалистично, но, попытайся кто-то коснуться её, рука прошла бы сквозь пустоту. Заклинание работало благодаря устройству, созданному темными эльфами и усиленному магией эльфов. Эта связь позволяла видеть друг друга на расстоянии. Устройство всегда висело на поясе принцессы, и без него такая коммуникация была бы невозможна. — Ваше высочество, — фигура склонила голову, затем выпрямилась. Миа чувствовала взгляд мага, хотя его глаз и не видела. Эта группа всегда вызывала у неё дрожь, и сегодня было не иначе. — В чем дело? — надменно потребовала она. Её отряд успешно продвигался к улью оборотней, и до цели оставались часы пути. Отвлекаться сейчас она не желала. — Принцесса, ваш отец приказал остановиться в Эпплузе и дождаться подкрепления – сорок первого отряда, только что вернувшегося с войны в Гриффонии, — маг вновь поклонился, но Миа проигнорировала жест. Её щёки пылали от ярости. — Какого хрена ждать в Эпплузе?! Если замедлимся, Сопротивление может атаковать! — она почти завизжала. Маг остался невозмутим. — Император предвидел ваш ответ, но его решение окончательно. Не мне говорить это, но Демон в Металле теперь признан угрозой высшего уровня. Он опасается, что Демон появится улья оборотней, и хочет убить двух пегасов одним камнем: Демон ослабит оборотней, а мы уничтожим обе угрозы и захватим принцессу. Миа задумалась, постукивая пальцем по подбородку. Как и сильные маги, она знала: аликорн была в улье. Волны её коммуникационной магии, доступной лишь таким существам, накрыли принцессу ранее. Миа удивило, что трон Кризалис не заблокировал магию, но это не имело значения. Технологии эльфов уже обходили такие чары. Наконец, она ответила: — Хорошо, я жду отряд в Эпплузе. Как тебя зовут, маг? — Ди’Этруэс, ваше величество, — поклон. — Ди’Этруэс, за информацию я сообщу королевскому распорядителю. Сегодня твою постель согреет один из Элементов Гармонии. — маг дрогнул, пробормотав что-то о пегасе, но Миа проигнорировала это. — Если всё, мне нужно продолжить планирование. Маг поклонился в последний раз, не поднимая головы даже при исчезновении проекции. — На этом всё, принцесса. Удачи, и да направит Разрушитель ваш путь к спасению. Голограмма бесшумно растворилась. Миа вернулась к размышлениям. Так или иначе, она заполучит надоедливую лиловую принцессу. Дьявольская улыбка тронула её губы, а в глазах мелькнул алый отсвет. Скоро начнётся игра, и план Императора, вынашиваемый так долго, наконец свершится.