ярмарка твоих неоправдавшихся ожиданий

Зависть —

порок, который состоит в том,

что человек испытывает чувство досады,

вызванное желанием обладать имуществом, способностями,

успехом предмета своего порока,

его счастьем.

      ///       Киммоти ничего не может поделать.       Он смотрит, как Таро с ничего заводит себе новых друзей, берётся за новые дела, часами сидит над книгами и за-ви-ду-ет.       Завидует его упорству. Его целеустрёмлённости. Его целям в принципе — Кацура работает О-Ч-Е-Н-Ь много, это видно невооружённым глазом, это видно по полоске света от его полуприкрытой двери в темноте почти пустого здания по вечерам, далеко позже конца рабочего дня.       Потому что хочется так же. Чтобы не просили, а приходилось убеждать, что чего-то стоишь, чтобы действительно заставлять себя чего-то стоить, а не плыть по течению (потому что выбраться не дают). Хочется каждый день выбирать работать. Не выбирать работу.       Ладно. Хочется просто выбирать. Хотя бы.       Киммоти завидует его внешности. Что он не прячется от солнца в страхе, что обгорит за одну секунду ультрафиолетового воздействия. Завидует его светлым волосам, за которыми тот не следит и даже не всегда утруждается подровнять концы. Их мягкости. Тому, что он не понимает, зачем Сайондзи в ванной комнате бастионы из флакончиков и бутыльков.       Завидует его лицу. Правильному, взрослому. Смотрит в зеркало и тянет себя за щёку, пока не вспоминает, что может остаться след. Завидует, что ему не нужно замазывать синяки под глазами (и в целом кожа под его веками не такая тонкая, что сказывается любой недосып).       Завидует его собранности и скорости, его непривередливости и высоких стандартах в отношении себя самого. Его непосредственности в подборе одежды.       Его улыбке, когда он пытается не хвастаться, когда рассказывает о чём-то, чем очень гордится.       Тому, как он совершенно не подаёт виду, даже если знает, что кому-то не нравится. Тому, что он делает выводы и старается исправить это, если считает нужным. Тому, как он очаровывает людей.       Киммоти хочет так же. Киммоти хочет такого же — у него интересное прошлое и воинственные предки, нёсшие свою службу все эти годы. Киммоти хочет этого всего, всего, что у него есть, хочет быть хотя бы похожим, если не точно таким же, хочет потерять себя окончательно, чтобы переродиться лучшей своей версией.       Даже когда со временем дымный совершенный образ развеивается, обличая самого обычного человека, которым Сайондзи всегда боялся стать, даже когда Кацура остаётся чем-то недосягаемым-непостижимым. Но.       Киммоти разливает саке и краем глаза смотрит, как он закатывает рукава рубашки, думает, что не всем, вообще-то, позволено видеть в нём человека,       и завидует сам себе.