Энигма

      Он только что возбудился на Эл? Или от мысли, что Эл делал рядом с ним что-то подобное? А может быть, из-за того, что детектив игнорировал его?              Вопросов было больше, чем ответов. Возможно, на Лайта просто повлияло почти двухмесячное пребывание взаперти. Одно он знал точно — они оба только что дрочили в присутствии друг друга. В общем-то, для японской молодёжи в том не было ничего экстраординарного, тем более что Лайт был буквально прицеплен к Рьюзаки двадцать четыре часа в сутки. Всё дело могло заключаться в банальном снятии накопившегося напряжения и никак не было связано с их взаимоотношениями.              Но что-то Лайту подсказывало, что это неправда. С его стороны связь имелась. Они обсудили свои сексуальные предпочтения, и он возбудился, думая об Эл. И чтобы двигаться дальше, ему нужно разобраться в природе этих мыслей.              Хотелось бы ему повторить опыт? Эта мысль казалась унизительной. Но ведь Эл не тронул бы его. Не стал бы приставать и делать какие-либо предложения. В конце концов, он ведь главный следователь в этом деле. Даже если бы Ягами был ему симпатичен, с его стороны было бы неэтично вступать в подобные отношения.              Лайта охватило жгучее желание выяснить, привлекателен ли он для Эл. Поскольку детектив наверняка не позволит себе лишнего, то Лайту это всё равно ничем не грозит, зато может оказать положительное влияние на либидо.              Хотя, возможно, в долгосрочной перспективе всё это не имеет значения. Учитывая, как редко его тело требует своего, может статься, что к тому разу, как ему снова захочется, Лайт будет уже на свободе.       

***

      Он уже почти избавился от этих мыслей, когда ситуация повторилась. Эл снова собрался подрочить. Как часто он вообще это делает? Хотя, пожалуй, для молодого, здорового мужчины в том нет ничего необычного. Лайт усмехнулся. Это Эл-то здоровый? Он почти не спит и питается одними сладостями. И если будет продолжать в том же духе, то своими руками обрубит себе лет десять жизни. И ради чего? Чтобы гоняться за какой-то тупиковой теорией? Он просто одержимый. И не только делом Киры, с Лайтом в роли главного подозреваемого.              До определённого момента младший Ягами и сам вполне разделял логику Эл касательно своей возможной причастности. Но чем дальше, тем туманней всё становилось. Доказательств не было. И Лайт твёрдо знал, что он не Кира.              — Эй, Рьюзаки.              — Я занят, если ты не заметил, Лайт-кун.              Он совершенно обнаглел, делая это в их общей постели, причём уже второй раз за неделю.              — Ты считаешь меня привлекательным?              Эл сжал себя в кулаке и остановился.              — С твоей стороны этот вопрос неуместен, — сказал он после недолгой паузы.              — Да просто ответь. Будь это не так, ты бы всё отрицал.              — Какое это имеет значение, Лайт? Тебе никакой пользы от этой информации. Даже наоборот. Это может очень навредить делу.              — Чем моё любопытство может навредить делу?              Эл раздражённо вздохнул.              — Обязательно поднимать эту тему, когда я мастурбирую? — он поставил видео на паузу и натянул трусы.              — Незачем было останавливаться.              — Лайт-кун хочет, чтобы я описал свои чувства к нему, пока дрочу, — сделал акцент Эл.              — Ну… когда ты так говоришь, то, конечно, похоже, будто я пытаюсь вовлечь тебя в…              — А это не так? — огрызнулся Эл.              — Я просто подумал, что ты не отказался бы мне помочь. Ты же не возражал, когда я попросил показать мне порнушку.              Это детективу было нечем опровергнуть.              — И если ты узнаешь, привлекаешь ты меня или нет, то что? Тебе будет проще мастурбировать? Я не собираюсь поощрять твои фантазии обо мне, Лайт-кун.              — Что дурного в фантазиях? — спросил Лайт, стараясь, чтобы голос звучал совершенно невинно.              Эл проворчал что-то о том, почему Лайт просто не может смотреть порно, как нормальный подросток.              — Ты зациклен на мне, потому что я держу тебя под стражей и имею над тобой законную власть, — прямо указал он.              — Я на тебе не зациклен, — нахмурился Лайт. Даже для его собственных ушей это прозвучало по-детски.              — Так что ты будешь делать, если я отвечу тебе? Как ты собрался распорядиться этой информацией? — надавил на него Эл.              Ответ сформировался в голове Лайта почти мгновенно. Если бы он узнал, что привлекателен для Эл, то смог бы использовать эту информацию для мастурбации. И возможно, для того, чтобы дразнить детектива при каждом удобном случае. А если нет, то наверняка попытался бы это изменить. Но в любом случае не оставил бы его в покое. Да, возможно, Эл прав. Он зациклился.              — Так я и думал, — заключил детектив, не дождавшись ответа.       

***

      Прошло несколько дней, прежде чем Лайт заметил, что Эл прекратил свои ночные сеансы дрочки. Поначалу он даже решил, что детектив просто стал делать это более скрытно. Возможно, и так, но… Лайт спал очень чутко и всегда просыпался, даже если Эл пытался вести себя тихо. Да и на экране ноутбука больше не крутилось никаких горячих видео.              То, что Эл перестал мастурбировать, разумеется, не означало, что Лайт тоже должен, однако ему больше ничего такого не хотелось. Возможно, по той причине, что раньше его вдохновлял наглядный пример перед глазами. Значит, на том всё и закончится. У самого Лайта острой потребности в самоудовлетворении не было, и раз Эл больше не собирался отвлекать его своими выходками, то не было и смысла спрашивать, почему он перестал это делать. Тем более что Лайт знал, почему. Его, как выразился Эл, «зацикленность» заставляла этого чудака испытывать дискомфорт.              Что ж, его надсмотрщику давно пора было дать попробовать на вкус собственное лекарство. Лайт не был Кирой, но это не помешало детективу приковать его к себе наручниками и следить за ним днём и ночью. Даже долгое заключение не помогло снять с него подозрения, хотя всем в целевой группе было ясно, что он не мог совершить все эти убийства.              Но по какой-то причине Лайт не мог перестать думать об этом. Ему нечем было заняться, кроме как расследовать дело Киры, и, конечно, он был более чем заинтересован в его успешном закрытии. Но теперь, когда он узнал, что может заниматься самоудовлетворением даже будучи прикованным к Эл, он не мог выбросить это из головы. И его охватывал гнев от осознания того, что он перестаёт контролировать свои мысли.              Ладно ещё, что в рабочее время ему удавалось отвлекать себя поисками Киры. Эл был трудоголиком, и, по его мнению, для работы годилось любое время суток. Лайт от работы тоже не бегал, поэтому от него не отставал. За одним исключением — он всё же предпочитал ухаживать за собой. Детектива же, казалось, совершенно не волновала такая мелочь, как нормальный ночной сон, а если бы Лайт сам не предлагал принять душ, он мог по нескольку дней даже не смотреть на мыло.              Интересно, если бы Эл был увлечён Лайтом, его, наверное, можно было бы раскрутить на какие-нибудь постельные забавы? Похоже, он был более стандартен в том, что касалось сексуального возбуждения. Фантазировал ли Эл о нём? Какими могли быть эти фантазии? Минет, возможно, если учесть, что он всё тащит в рот. В голове Лайта снова всплыл образ Рьюзаки с леденцом, только на этот раз детектив стоял на коленях, с его членом во рту. И даже столь скандальное действие наверняка не помешало бы ему бесстыдно смотреть Лайту прямо в глаза. Этими тёмными, бездонными глубинами тайного знания…              Ягами мысленно отругал себя. На кой он увлёкся этими фантазиями посреди рабочего дня? Не хватало ему ещё стояка на глазах у всей команды. Это было бы ужасно непрофессионально, даже если учесть его возраст. Лайт предпочитал поддерживать более серьёзную репутацию, чем «озабоченный подросток».              Раньше такого вообще не случалось, а теперь он вынужден насильно подавлять свои реакции. И всё из-за Эл. Если бы он первым не начал мастурбировать, Лайту и в голову бы это не пришло! А теперь он не мог думать ни о чём другом. Он всё чаще фантазировал об Эл и не мог остановиться, как бы себя ни ругал. Поставить величайшего детектива на колени… не так уж плохо. Или уложить на спину. Дал бы он оттрахать себя?              Лайт определённо не собирался оставлять его в покое. И у него был план.