Магопанк

Дальнейший «шоппинг» по мнению профессора был почти не примечателен. Ну, не считая круглых глаз большинства продавцов, с которыми Дэвид расплачивался горками кнатов. Сам Мартинес на странности попросту не обращал внимания, пугая Макгонагалл мечтательной улыбкой и глубокой задумчивостью. Он молча игнорировал все раздражители, начиная с презрительных взглядов некоторых прохожих на одетого в магловскую одежду подростка, заканчивая случайными уколами булавкой от новенькой помощницы Мадам Малкин, когда они зашли за одеждой. На вопросы же Дэвид отвечал односложно, иногда невпопад, вынуждая выйти на передний план профессора. Экс-киберпанк размышлял о Ребекке и Люси. Раньше он уже задумывался о том, что может оказаться не один такой, «путешественник во времени». Но годы шли, а никого знакомого Дэвид так и не встретил. Он решил, что даже если в этом мире и есть его старые друзья или хотя бы знакомые, то совсем не факт что они находятся в одной с ним стране или даже в одном с ним временном промежутке. Он не знал каким образом сюда попал и ради чего, но вопреки тому, что сам любил повторять, не верил что является неким Избранным и во всей мультивселенной такой один. И теперь он близок, чтобы найти тому подтверждение. Судя по всему, завтра он встретится с Ребеккой. А если сюда попали и он и Ребекка, то также тут может оказаться и Люси! Конечно, у них с Ребеккой теоретически больше общего, все же они умерли в один день с разницей в несколько минут, а Люси могла прожить ещё довольно долго. Ну, как долго. С двумя довольно могущественными корпорациями во врагах и не самым стабильным здоровьем после детства в лабораториях Арасаки лет… ммм, пять? Десять? Но вполне возможно что для той непонятной херни, что законектила его и Ребекку сюда, это уже критичный срок. "Но да ебись оно всё! Специалист по реинкарнациям и межмировым перемещениям херов! Механику он, блять, небесную понять и просчитать пытается! Она тут, совсем рядом и точка! По крайней мере пока не найду доказательств обратного." Дэвид в очередной раз забил на сомнения и решил что Люси где то недалеко. И он найдет её! Рано или поздно! В себя он пришел только когда рядом резко выскочил из-за шкафа неопрятный старик в причудливых механических очках и взглядом человека обдолбанного чем то очень специфическим вроде той смеси что уважают неошаманы. Дело было в лавке волшебных палочек Олливандера. Последней покупке на сегодня по списку профессора. Мир замер. Дэвид моргнул, осмотрел безобидного в целом деда без оружия в суховатых, точно настоящих руках, без следа какого либо хрома глубоко вздохнул и постарался успокоится. Старик на фоне размышлений о прошлом напомнил ему киберпсиха своим взглядом, чем до усрачки напугал чересчур расслабившегося подростка и спровоцировал выброс адреналина, маневр уклонения, а вместе с ним вбитую в рефлексы попытку активировать Сандэвистон. Естественно, никакого Сандэвистона у него не было, и быть не могло, ведь того даже в проекте ещё не существовало. Тем не менее мир послушно замер, покоряясь его воле. Сандэвистон — изначальный источник его комплекса бога в лёгкой форме. Вещь бывшая на улицах Найт-сити только у него и верхних эшелонов корпораций. Это небольшое дополнение для спинного мозга позволяло ему во много раз ускорять восприятие и время сокращения мышц, ценой угнетения нервной системы и быстрого наступления киберпсихоза. Лишь он один мог использовать Сандэвистон часто и долго без видимых особых последствий для нервной системы. Это дало ему в свое время почувствовать себя особенным, не таким как все. Да, он малость возгордился и просто проигнорировал момент когда киберпсихоз нагнал и его. Но в подобные моменты, когда все словно застыли в киселе и лишь он один способен действовать, ощутить себя всесильным весьма легко. Его личная кнопка «нагнуть всех», она не оставила его и после смерти. Каким образом? В данный момент очевидно. Всему ответ — это просто магия. Когда же это случилось впервые все было намного сложнее. Ему семь лет и на него летит кастрюля с горячим супом из рук нерасторопной поварихи, наступившей на игрушечную машинку забытую кем то на полу. Но мир вовремя замер и Дэвид отпрыгнул в сторону избежав ожогов. После этого он две недели искал в окружающей действительности какие-либо несостыковки, ведь идеального кода не бывает, а значит вирт может выдать себя любой мелочью — небольшим багом, подвисанием, сбоем или ещё чем. Ничем иным как нереальностью окружающего сработавший Сандэвистон при полном отсутствии в мире имплантов Дэвид объяснить не мог. Но программа мира вокруг работала без малейших неточностей и Мартинес скоро успокоился, убедив себя что ему показалось и от кипятка он просто быстро увернулся. А через три года Дэвид вновь увернулся, но уже от выстрела. Точнее, от выпущенной со спины пули. Отобрал пистолет, выстрелил в его бывшего владельца и лишь после осознал что произошло. Такое списать на «привиделось» уже не удалось. Мартинес попытался успокоится и забить на этот вопрос без ответа. Но окончательно сделать ему этого так и не удалось. Профессор Макгонагалл, сама того не подозревая, помогла частично вывести Дэвида из экзистенциального кризиса, дав хоть какое-то объяснение «багу с Сандэвистоном» позволившее ему зацепится за возможную реальность жизни. Сам Дэвид даже не подозревал о своих проблемах. Он не пытался как-то оформить свои мысли и чувства, просто незаметно потерял всякий смысл в дальнейшем развитии, начав сомневаться в его необходимости в иллюзорном мире и плывя по течению. Дэвид списывал это на хандру и ностальгию. Разве что свое тело не забросил, продолжая из упрямства качаться и ходя в подпольную секцию единоборств, где не сильно следили за здоровьем тренирующихся, в надежде вновь спровоцировать выброс адреналина и активировать Сандэвистон. Дэвид отпустил мир из хватки "Сандэвистона" и кувырком вышел из длинного прыжка в сторону. — Гаррик! Да сколько можно! — схватилась за сердце Макгонагалл. — И что это у тебя на лице! — Ох, Минерва, молодой человек! Прошу прощения! Совсем заработался! — покачал головой старик снимая с головы странный прибор. — Мне удалось заполучить сердечную жилу китайского огненного шара. Должны получится очень темпераментные палочки для волшебников склонных к огненной стихии. Судя по астрологическому прогнозу таких должно довольно много пойти в Хогвартс в будущем году. — Тогда тебе несомненно нужно к этому подготовится, — согласилась профессор. — Но пока будь добр, прервись ненадолго. Мистеру Мартинесу нужна его первая палочка. Вы в порядке, мистер Мартинес? — В полном, — заверил её тот отряхивая одежду после знакомства с пыльным полом. — Да-да! Конечно, Минерва. Уже приступаю. Старик достал метр. — Хм, прости меня, конечно, Гаррик, но можно как-то по укороченной процедуре? Я тороплюсь. — Ох, — разочаровано выдохнул Олливандер и убрал метр. — Тогда, мистер Мартинес, опишите пожалуйста, что вы хотите получить от палочки. — Хороший, качественный инструмент, наверное, — ответил Дэвид, желая сказать «оружие». Старик словно просканировал его своим «нездешним» взглядом и вновь покачал головой ещё более разочаровано и пробормотал: «Так я и думал». Мартинес решил, что обмануть дедка не удалось. Через несколько минут старик вернулся, неся в руках три коробки. Поставив их на стойку он открыл первую из них и протянул подростку светло-коричневую палочку покрытую прозрачным лаком. — Вот, мистер Мартинес пробуйте. Одна из этих трёх точно должна вас выбрать. Эта сделана из ивы с сердцевиной из сердечной жилы дракона. Дэвид пожал плечами и взял палочку в руку. На секунду задумался и взмахнул примерно как профа в банке, когда уменьшала вес монет и проговорил то же, что и она, указав на старое кресло в углу. — Reducere pondus. Ебануло так себе. Слабенько даже. Ну, по меркам привычного к крупным калибрам и взрывчатке киберпанка, разумеется. Волшебники тоже не особо впечатлились. Оба успели поставить прозрачные щиты от разлетевшихся во все стороны щепок потому никто не пострадал. — Мистер Мартинес, о чем вы думали?! — тут же наехала на Дэвида профессор. — Вы первый раз взяли в руки палочку! Неужели вы думали что у вас с первого раза получатся чары, которые изучают только на третьем курсе?! — Дед сказал попробовать, — невозмутимо возразил тот, кладя палочку на стойку. — А этими палками же колдуют. Ну, я попробовал. — О, Мерлин! Вам нужно было просто взмахнуть! — Макгонагалл устало потерла лоб. — Эта палочка вам не подходит, — бормотал тем временем Олливандер, убирая ту в обратно в коробку и доставая другую. Ему определенно было совсем плевать на пораскинувшее набивкой и каркасом кресло. — Попробуйте теперь эту. Новую палочку Дэвид сразу почувствовал по другому. Она не была более теплой или гладкой, но с ней он чувствовал некое удобство. Дэвид сразу осознал, что это его палочка. Стоило ему взмахнуть, как из кончика выскочили серебристые искры. — Жаль, юноша, но похоже от судьбы не уйти, — вздохнул Олливандер. — Я надеялся, что вы подойдёте ивовой палочке, но сожалению вас выбрала эта. Хотя все могло быть и хуже. Эта палочка все же несёт в себе некую надежду, в отличии от последней из трёх. В ней сердцевина из пера феникса, что символизирует не только огонь, но и возрождение. Но вот древесина… Это цербера, также известная как «древо самоубийц». Жутко ядовитая пакость! Эту, как и несколько других палочек из этого дерева я изготовил одной партией ещё подмастерьем и ни один тех кому мой отец или я продавали палочки из церберы не дожили даже до тридцати лет. Возможно вам стоит поискать что-то иное? Но должен предупредить, что сродство в таком случае будет хуже. Давно не видел чтобы волшебник подходидил палочке столь идеально! — глаза Олливандера восхищённо вспыхнули. Все же он был фанатом своего дела. А Дэвид тем временем с трудом сдерживался от того чтобы заржать в голосину. Старик и не подозревал насколько идеально подходила экс-киберпанку эта символичная деревяшка.

***

— Ну что же, мистер Мартинес. На этом я с вами прощаюсь, до встречи в учебном году, — произнесла задумчивая профессор у Дырявого Котла, куда они подошли закончив с покупкой палочки. Она очень серьезно восприняла слова Олливандера. — Вот ваш билет на Хогвартс-экспресс. Он стартует первого сентября на вокзале Кингс-Кросс с утра в 11 часов. Не опаздывайте! — Ага. До встречи, профессор, — взмахнул рукой Дэвид и ушел не оборачиваясь. Ему тоже было над чем подумать.