Бесплатное поварское образование

Никто его даже не поблагодарил. Не то чтобы Чарли ждал аплодисментов или медали «За геройство на ржавой вышке», но хотя бы что-нибудь было бы к месту. Вместо этого дом быстро вернулся к своему обычному состоянию — шумному, раздражённому и абсолютно равнодушному к тому, что он вполне мог не вернуться. Хотя, наверное, никто, кроме Кейт не расстроился бы. И не важно, что никто особо и не в курсе был того, что Чарли чуть не навернулся. Чарли сел у себя и попытался вспомнить дорогу к вышке. Получалось плохо. А уже когда он оказался на вышке — там вообще… Ну один сплошной лес! Без троп, без ориентиров, без намёков на выход. Просто деревья, плотные, тесные, будто они стояли ближе друг к другу, чем должны были. Чарли нахмурился. Он никогда бы не подумал, что лес, который всё это время находился рядом с ним, пока он жил у мамы, настолько густой. Будто раньше он его просто… не замечал. Или не хотел замечать. Выходом даже не пахло. Тихий час он посвятил телефону Келли. Чарли включал его снова и снова, как будто настойчивость могла заменить заряд. Экран загорался. Показывал заставку. И на этом всё. Телефон реагировал на кнопку блокировки, честно пытался проснуться и тут же сдавался, будто сил хватало только на один вдох. — Ну давай же… — пробормотал Чарли. Бесполезно. Просить зарядку было делом гиблым. Даже объяснять ничего не пришлось бы — всё и так ясно. Значит, нужно было делать самому. Чарли откинулся назад и прикрыл глаза, прокручивая в голове работу на вышке. Провода. Щиток. Питание. Логика была простой и оттого почти утешительной. По сути, если Чарли смог починить вышку, сможет и телефон зарядить. Нужно было найти провод. Скомуниздить. И зарядиться напрямую от щитка. Чарли знал, где он. В подвале. Он поднялся, убирая телефон в карман, и направился к двери. В подвале, по крайней мере, всегда было электричество. И никаких лишних людей. Почти идеальное место. Подвал встретил Чарли привычным запахом сырости и старого железа. Тут началась его история… Неприятно. Лампочка под потолком горела через раз, лениво мигая, словно ей самой было лень участвовать в происходящем. Он спустился по ступенькам и прикрыл за собой дверь, сразу чувствуя, как дом остаётся где-то сверху. Здесь было тише. И холоднее. Чарли начал шариться. Без особой системы — просто открывал ящики, заглядывал за стеллажи, отодвигал всё, что поддавалось. Он искал хоть что-то похожее на провод. Любой. Не обязательно новый — просто рабочий. Пока что удача не спешила. В одном углу что-то зашуршало. Чарли замер. Крысы. Несколько пар блестящих глаз мелькнули в темноте, и что-то быстро юркнуло между коробками. Чарли скривился, но отступать не стал. Дальше он наткнулся на старые засолы. Банки с мутной жидкостью, в которых когда-то явно были огурцы или что-то очень на них похожее. Этикетки давно облезли, содержимое выглядело так, будто могло пережить ещё один конец света. — Замечательно, — пробормотал Чарли. Остальной подвал оказался забит ненужным хламом. Сломанные стулья, коробки с неизвестно чем, куски железяк, ржавые инструменты, назначение которых давно потерялось вместе с теми, кто их сюда притащил. Он присел на корточки и вздохнул. Ни одного нормального провода. Только грязь под ногтями, крысиный шорох и ощущение, что подвал смотрит на него так же внимательно, как сегодня вышка. Чарли выпрямился и потер виски. — Ладно, — тихо сказал он в пустоту. — Значит, так. Где-то здесь должно было быть что-то полезное. И уходить с пустыми руками Чарли не собирался. Он нашёл обломок удлинителя без вилки. Потом — кусок изоляции. Потом — ржавый нож, который выглядел так, будто им в последний раз пользовались ещё до того, как кто-то решил, что подвал — хорошее место для хранения всего подряд. Бесполезная чепуха! Руки двигались сами. Медленно, осторожно, но уверенно. Он поймал себя на том, что делает это почти машинально — как на вышке. Та же сосредоточенность, то же странное спокойствие, когда вокруг всё неприятно, а внутри вдруг становится… ровно. Телефон Келли лежал в кармане, тяжёлый, как напоминание. Подвал снова зашуршал, но теперь это его почти не отвлекало. Может, вырвать провод от микроволновки?.. А что, идея! Куда лучше, чем копаться в мусоре. — Ты че тут делаешь? — голос ударил внезапно и нелицеприятно. Чарли дёрнулся так, будто его окатили холодной водой. Из рук выскользнули нож и кусок изоляции, с глухим звоном упав на бетон. Что-то ещё покатилось в сторону и исчезло в тени между ящиками. — Блять… — вырвалось у Чарли. Он обернулся. На лестнице стоял Джефф. Волосы растрёпаны, футболка помята, взгляд мутный и злой — вид у него был такой, словно его только что выдернули из постели и ещё не дали понять, зачем. Впрочем… а когда он выглядел довольным? Джефф окинул подвал быстрым, цепким взглядом: хлам, щиток, разбросанные вещи, Чарли на корточках. Чарли открыл рот. И завис. Что он тут делает? Чинит? Ковыряется? Заряжает телефон погибшей девчонки от щитка в подвале, полном крыс? Что сказать? — Я… — начал он и осёкся. Все варианты звучали либо глупо, либо подозрительно. Чарли искренне не знал, как это объяснить так, чтобы не стало хуже. Он посмотрел на щиток, потом обратно на Джеффа. — Электричество проверяю, — выдал он наконец. Неуверенно. Почти обречённо. — Ага… — Джефф недоверчиво прищурился. Он сделал шаг вниз. Доски под ногами скрипнули. Чарли напрягся, чувствуя, как холод подвала вдруг стал заметнее. Кажется, тихий идеальный план только что закончился. И продолжение обещало быть… неприятным. Джефф спустился ещё на пару ступенек и остановился, скрестив руки на груди, поежившись. Свет лампочки выхватил его лицо неровно — тени легли резко, делая выражение ещё более угрюмым. — А тебе электричество зачем? У тебя в комнате ничего нет, — вопрос логичный! Чарли не знал, как на него ответить, поэтому продолжил закапывать себя дальше. — Да я… телек хотел посмотреть. Чарли понимал, что это легко проверить. Тогда можно сказать, что телек заработал благодаря ему! Он же тут копается! Не, херня… Так, лучшая защита — это нападение! — А ты зачем вообще встал? — спросил он. — Туалет же… вроде есть и на втором этаже. Повисла пауза. Та самая, нехорошая. Джефф смотрел на него несколько секунд, не моргая. Зря он это сказал! — Тебя это, — медленно произнёс он, — вообще не касается. И если ещё раз увижу тебя здесь без причины — разговор будет другой. Джефф кивнул в сторону выхода, вполне себе ясно намекая на то, что Чарли нужно сейчас же съебаться подобру-поздорову. Чарли тяжело вздохнул и, повесив голову, поплелся за Джеффом на выход. Как только они оказались в гостиной, Чарли понял, что улыбчивый ждет, когда он послушно пойдет в свою комнату. Черт… Пришлось сделать так, как хочет маньяк, а то вдруг он еще решит обыскать его по карманам. Лучше не нарываться и попытаться отрезать провод от микроволновки и скинуть все на крыс. Джефф проследил за тем, как Чарли зашёл на второй этаж и скрылся в коридоре. Затем Джефф направился в кабинет Слендера. Без стука. За такое можно было бы получить — или по шее, или по жизни. Но Джефф этим не смущался. Он вошёл прямо, нагло, будто кабинет был его личной территорией. Сразу направился к книжным полкам, медленно водя пальцами по корешкам, переворачивая книги, заглядывая внутрь. Тонкий человек, стоявший в тени, проследил за ним, но пока молчал. Джефф пробрался к верхней полке с книгами и выудил старый том о ритуалах. Пролистал страницы, глаза бегали по символам и непонятным надписям. Оно! Не спеша, как будто это было его законное место, он прошёл к столу и уселся прямо на место Слендера. Тут Слендер промолчать не мог. Джефф это знал. И именно этого добивался. — Ранее я не замечал за тобой большую любовь к чтению. Джефф опустил взгляд на пол, потом снова поднял его, на мгновение, будто выбирая слова. — Кейт не справляется с Виллом, — сказал он спокойно, но с тёмным подтекстом. — Вот я и решил хоть как-то помочь. Слендер медленно склонил голову. — В таком случае ты мог бы выйти из Дома и пойти искать Вилла вместе с Кейт. — Бестолковое дело, — усмехнулся Джефф. — Тогда уходи. — А книжки выносить из кабинета нельзя, — спокойно сказал Джефф, будто обсуждал правила этикета. Слендер повторил, на этот раз не ожидая возражений: — Уходи. Джефф на мгновение замер, посмотрел прямо на Слендера, и в этом взгляде было всё: вызов, осторожность и лёгкая ирония. Затем он резко захлопнул пыльную книгу, которая ещё лежала на столе. Пыль поднялась к носу и Джефф старался не чихать. Треск раздался громко, от чего даже тишина кабинета напряглась. — Хорошего отдыха, — пробормотал Джефф и, не дожидаясь ответа, вышел за пределы кабинета. Джефф подошёл к своей комнате. На секунду он замер и просто посмотрел на дверь Чарли. Смотрел долго, почти оценивающе. Затем, с привычной наглостью, Джефф пнул дверь ногой. За дверью раздался приглушенный крик Чарли. Отлично, значит, он нигде не шарахается больше. Его взгляд задержался ещё на мгновение, а потом он развернулся и зашёл к себе. Закрыл дверь на защёлку. В комнате сразу включился свет, но Джефф почти мгновенно его выключил. Он бросил книгу на кровать. Затем подошёл к окну. Долго всматривался в лесную глушь за домом. Ничего. Ни звука, ни движения, только густые деревья, стоящие так плотно, что казалось, лес сам наблюдает. Джефф повернулся немного, словно проверяя, видят ли его из леса. Ничего. Пустота. Он сжал кулаки, чуть улыбнулся, занавесил плотными шторами окно, а затем снова вернулся к книге. Джефф опёрся спиной о шкаф и уселся на пол рядом с кроватью. Особо умные жители обзавелись столами, стульями, уютными углами — но Джефф сразу, когда попал в Дом в 14 лет, пообещал себе, что обживаться здесь не будет. Своеобразная стратегия выживания. Он не помнил, то ли надеялся на хоть какую-то свободу, то ли заранее понимал, что выжить здесь будет непросто. В итоге в его комнате стояла только кровать, шкаф и тумбочка. Вещей — минимум, только самое необходимое. Глаза ужасно уставали от мелкого шрифта в книге, тем более в темноте. Вечность казалась реальной, когда Джефф перелистывал страницы, стараясь вникнуть в каждую строку. Было крайне трудно, учитывая, что писание было хуй пойми на каком языке. Джеффу искренне хотелось выйти на улицу и сжечь книгу на углях. И где-то около 10 утра он наконец наткнулся на подходящую главу — о существах, которые вселяются в людей. Они так и называются — Подселенцы! Их можно убить только одним способом: обезглавить и закопать в землю. Ритуальное убийство. Любое отклонение от ритуала делает смерть временной. Их жертвы остаются опасными, пока не будут правильно устранены. Джефф напряжённо читал, проглатывая строки одну за другой, как будто это было жизненно важно — а для него так и было. И вдруг над головой раздался грохот. Он дернулся, едва не уронив книгу. Звуки из верхнего этажа — Джек буянит. Удивительно, что он от такого никогда не просыпается. Джефф сжал том, слегка прижимая его к груди, и прислушался: доски скрипят, шаги глухо топают, смех, злость и хаос переплетаются в одну зловещую какофонию. Джефф медленно перевернул страницу и заставил себя читать дальше, хотя глаза уже жгло, а буквы временами плыли. Он прищурился, приблизил книгу почти вплотную к лицу. Существо обычно не меняет носителя, но проявляет агрессию ко всему живому. Помечает будущую жертву двумя незаживающими царапками на шее и следит за ней. Жертву поедает. Джефф хмыкнул беззвучно. Это типично. Носителя Подселенец выбирает строго. У носителя должна быть слабая воля, внушаемость и плохой иммунитет. Существо не захватывает тело сразу. Сначала — лёгкие сбои: провалы в памяти, ощущение, что за тобой наблюдают, внезапная усталость, головокружение. Человек списывает всё на стресс, недосып, страх. Потом начинаются странности — привычные места ощущаются чужими, голоса звучат искажённо, а зеркала вызывают необъяснимое отвращение. На поздней стадии заражённый может сохранять видимость личности. Он помнит, кто он, но действует иначе. Существо использует его как дом. Джефф замер. Ещё одна страница. Существо не убивает носителя сразу. Ему выгоднее, чтобы тот продолжал жить, общаться, перемещаться. Оно может подталкивать — к ссорам, ошибкам, насилию. Иногда заражённый становится агрессивным. Иногда — наоборот, слишком тихим. Неприметным. Опознать их сложно. Они избегают прямого конфликта. Предпочитают знакомые маршруты и места, где уже бывали ранее. Скорее всего вы сможете понять, кто перед вами, когда на вас нападут. Вот тут Джефф закрыл книгу. Не захлопнул — просто прижал ладонь к странице, будто хотел остановить текст. Наверху снова что-то грохнуло. Джек продолжал буянить, шаги отдавались по потолку тяжёлыми ударами. Дом жил своей жизнью — шумной, кривой, опасной. Джефф медленно выдохнул. Кажется, проблема была куда ближе, чем хотелось бы. Джефф сидел на полу ещё несколько секунд, глядя на книгу, которую только что перелистал. Вилла он видел всего один раз — и то лет пять назад. Он едва помнил черты, голос, манеры… но понимал главное: Слендер явно не надеялся, что сможет сделать из него достойного слугу. И теперь Джефф понимал, почему. Подселенцы не подчиняются чужой воле, а Слендер уже тогда понял, что Вилла уже давно нет. Приказ его был простой и жёсткий: уничтожить. Сразу. Без компромиссов. — Жаль, что Худи и Безглазый оказались идиотами, — пробормотал Джефф себе под нос. Привычные маршруты… Он аккуратно положил том под кровать, чтобы не мешал и не привлекал внимание. Джефф встал, вышел из комнаты и пошел к чердаку. Джефф подошёл к люку на чердаке и постучался. Дверца открылась медленно. Слишком медленно, словно она сама думала, стоит ли выпускать кого-то внутрь. Из темноты показалась клоунская черно-белая голова, глаза блестели в полумраке, а улыбка была… ненастоящей. Джефф наклонил голову влево. Потом вправо. Изучал, оценивал. — Ладно, — сказал он наконец ровно, холодно, без эмоций. — Мне нужно достать анкету и карту города. Голова не шевельнулась, лишь слегка наклонилась, как будто прислушивалась, выжидая. Джефф не моргнул. Он понимал, что любое колебание или проявление страха — уже преимущество для этого… существа. — Карта и анкета, — повторил он. — Больше ничего. На чердаке стало тихо. Пыльные балки, тьма вокруг, и эта клоунская голова, выглядывающая из люка. Но Джефф стоял спокойно. Внутри — напряжение, готовность к любой реакции. Черно-белая голова снова кивнула, медленно. И почти сразу Джефф услышал скрип шагов, звук движения сверху, который говорил о том, что доступ к нужным вещам скоро будет обеспечен. Ответа не последовало. Вместо него из люка медленно высунулась рука. Длинная, слишком длинная — словно суставы в ней были необязательны. Она напоминала щупальце, обтянутое чёрно‑белой кожей, и двигалась с ленивой уверенностью существа, которое точно знает: сопротивляться бессмысленно. Джефф даже не успел сделать шаг назад. Рука обвилась вокруг его корпуса — крепко, но не болезненно — и в следующий миг мир резко перевернулся. Пол ушёл вверх, потолок — вниз, кровь прилила к голове, а желудок неприятно сжался. — Твою мать… — выдохнул Джефф сквозь зубы. Его перевернули вверх ногами и без особых церемоний потащили в люк. Ноги первыми исчезли в темноте чердака, потом всё остальное тело. Джефф задел головой балку, шикнул от боли, но клоуну было плевать. Такие покатушки были ему категорически не по нраву. Но Джефф не дёргался. Не кричал. Не пытался вырваться. Он прекрасно понимал: если это нужно пережить, чтобы достать нужные ему вещи — пусть Джек развлекается. Чердак принял его холодно. Его поставили — или, скорее, уронили — на пол, и только потом рука разжалась, скользнув назад в тень так же тихо, как появилась. Клоунская голова показалась следом, наклонилась и захихикала, будто оценивая результат. Джефф медленно выпрямился, потер шею. — Закончил? — сухо спросил он. — Или будет ещё часть программы? Ответа не было. Только тихий скрип где-то под крышей и ощущение, что за ним внимательно наблюдают. Джефф выдохнул, огляделся и направился туда, где хранились бумаги. Джефф покопался в бумагах и довольно быстро нашёл всё, что ему было нужно. Было бы неплохо перебрать их, систематизировать, привести в порядок… но ему было лень этим заниматься. К тому же, клоун всё равно, по приколу, перепутает их со временем. Джефф прищурился, заметив фотографию Вилла, прикреплённую булавкой к анкете. Медленно снял её и рассмотрел. — Ты помнишь Вилла? — спросил он Джека, не отводя взгляда. Улыбка с лица Джека мгновенно спала. Она исчезла, словно её там и не было. Тень, где раньше играла дерзкая насмешка, исчезла, а глаза стали холодными и оцепеневшими. — Что? — выдавил Джефф. — А как по мне… милый парень. Теперь всё, что ему было нужно, было с ним. Правда… странно. У Слендера есть любая информация по поводу прошлого каждого жильца. Каждого. Абсолютно. Но у Вилла… нет. Ну и не надо! И без его прошлого разберемся. Итак, эта мразь чаще всего обитает в соседнем от них городе: парк Райли, кафе у Робинсонов, автотрасса М26. Странные места. И как Джефф понял, Худи и Безглазый так и не нашли Вилла ни в одном из этих мест, а искали они долго. Значит, есть еще какое-то место, о котором никто не в курсе. И Джефф не дебил, чтобы проверять это место лично.

***

Дорога вела от леса к первым домам — узкая, потрескавшаяся, давно не ремонтированная. Обычно по ней ездили редко, и потому соседка с дома у поворота сразу заметила фигуру, вышедшую из-за деревьев. Сначала показалось, что это животное. У нее были плохие отношения со зрением. Девушка шла медленно, почти не поднимая ног, оставляя за собой тёмные следы на пыльном асфальте. Куртка на ней была разорвана, рукава висели клочьями, а под ними — засохшая и свежая кровь, впитавшаяся в ткань. Волосы слиплись, лицо было перепачкано грязью и чем-то тёмным, подсохшим, будто ржавчина. Она не оглядывалась, не искала помощи — просто шла, упрямо, как заводная игрушка, которую забыли выключить. — Господи… — выдохнула соседка и потянулась к телефону. Остановившись посреди дороги, девушка подняла голову. Глаза были широко раскрыты, но взгляд скользил мимо домов, мимо людей, будто она всё ещё видела перед собой лес. Губы зашевелились. Соседка не слышала, что бедняжка там бормочет. Она и не хотела. — Эй? — неуверенно окликнула она. Соседка подошла ещё на пару шагов — и вдруг узнала лицо, несмотря на синяки и царапины. — Келли?.. Господи, Келли Харпер? Она выронила сумочку. Руки задрожали так сильно, что телефон едва не выскользнул из пальцев. Келли стояла, пошатываясь, будто не до конца понимала, где находится. — Это я, — быстро заговорила женщина, делая шаг вперёд. — Ты меня узнаешь? Ты мне помогала с пакетами. Келли медленно повернула голову. Взгляд скользнул по лицу соседки, но не зацепился. Губы зашевелились. Соседка судорожно набрала номер 911, прижала телефон к уху, не сводя глаз с девушки. — Да, здравствуйте, — сказала она, стараясь говорить ровно. — У нас на Пайн-роуд девушка… да, вся в крови. Это Келли Харпер, она пропала два дня назад. Она жива, но… кажется, не в себе. Келли покачнулась. Женщина тут же подхватила её под локоть — осторожно, будто боялась сломать. — Сядь, хорошо? Просто сядь на землю, — уговаривала она. — Помощь уже едет. Келли резко вцепилась в её рукав. — Не пускайте их в дом, — выдохнула она. — Если они войдут… он проснётся. — Какой дом, милая? — почти плача спросила соседка. Келли посмотрела на лес. Глаза расширились, будто она увидела что-то между деревьев. — Тот, который ждёт. Соседка почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она прижала телефон к уху крепче и сказала диспетчеру адрес. Когда подъехала полицейская машина, Келли даже не вздрогнула от сирены. Два офицера вышли осторожно, как выходят к раненому зверю. — Эй, мисс. Вы нас слышите? Как вас зовут? Келли моргнула. Улыбка вдруг растянула её лицо — неправильная, дерганая. — Доски скрипят, — сказала она. — Он дышит через стены. Считает шаги. Раз… два… нечетные… — Что с вами случилось? — голос стал жёстче. — Кто это сделал? Она резко зажала уши ладонями. — Не спрашивайте! — выкрикнула Келли. — Если он узнает, что я вышла… он придёт за вами. За всеми. Она рассмеялась — коротко, истерично, и тут же заплакала. Слова сыпались обрывками, не связываясь друг с другом: про окна, которые смотрят, про двери, что закрываются сами, про дом, который «не любит гостей». Полицейские переглянулись. — Ладно, — тихо сказал один. — Всё, поехали. Когда её усаживали в машину, Келли вцепилась пальцами в дверцу и вдруг посмотрела прямо на лес. Дверь захлопнулась. Соседка вслед прокричала, что сообщит матери Келли о том, что она жива.