Поверь в меня

В город вернулась команда ледового дворца Снежный. Их встречали редкие поклонники у здания, вручая цветы и подарки. Лукина шла потирая уставшее, после перелета, лицо, часовые пояса убивали и отнимали все силы: — Ой, извиняюсь, — она столкнулась с кем-то, придерживая за плечо. — Ничего, — голос Маши отрезвляет и Лукина видит, довольно милую блондинку, с уложенным в пучок волосами, — С приездом, — девушка говорит негромко. — С…спасибо, — она кивнула, — Ты не уехала? — Эм, пока нет. Мы еще занимаемся делами здесь и я… Я пока катаюсь во дворце. Это не проблема? — Нет. А с кем ты катаешься? — Со мной, — по коридору шел бодрый Михаил, который не летал в Европу, — Я жду тебя на льду, — он сказал блондинке и ушел в сторону арены. — Миша тебя тренирует? — Угу, — девушка пожала плечами, — Как Мари? — Спроси, у 5-го места Чемпионата, как она, сама. — Ты злишься? Она же, явно, переволновалась в короткой, вот и не хватило. — Да. Юля у меня 4-я вообще, мне за это прилетит… — Жалко, — Маша кивнула, — Особенно, что Яна победила. — Твоя главная соперница, вовремя собралась. — Это ее хорошая черта, — Маша кивнула и посмотрела на ноги в коньках, — Единственная, хорошая черта. — Как успехи на льду? — Их нет, — Маша вздохнула, — Я пойду, а то уже опаздываю, а у нас это запрещено, — девушка развернулась и пошла вперед, очень сильно хромая на другую ногу. — Не поняла… — Сделай вид, что не заметила, — она поморщила нос. — Что с ногой? — Подвернула на вращении, два дня назад. — Тебя на минуту нельзя оставить, да? — Даже на секунду, — Маша улыбнулась, — Я нормально, катать можно. Осторожно главное. — Ну да… только ты так не умеешь. — Я постараюсь, — она кивнула и посмотрела на Мари, которая шла на тренировку, — Привет. — Привет, — девушка подошла к ним и посмотрела на блондинку, — Ты была права. — В чем? — она удивилась, что ее голос был немного обозленным. — Не так уж и легко удержать титул, облажалась, поздравляю, — девушка обошла ее и ушла. Маша проводила ее взглядом, открыв немного рот, а потом кивнула: — Спаси-и-и-и-бооо, уж что-что, а получать сегодня в мои планы не входило. — Не обижайся, она просто… — А я ей сейчас скажу, угу, — девушка развернулась и тоже пошла на каток. Мари слезла на лед, откатываясь от борта: — А я при чем, что ты облажалась? — Маша спросила у нее громко. — Ты нарочно! Это твоя психологическая атака такая была. — Моя?! — Маша тоже вышла на лед. — Да, твоя! Ты вообще всегда строишь из себя всезнайку! — Ты павлиньим хвостом махала тут, что вся такая из себя! И четверные у ТЕБЯ! И титул у ТЕБЯ! А кто я такая? Даже не прокатала сезона от и до, и ко-ко-ко! Но теперь ты видишь, что это не легко?! И я не желала тебе проиграть! — Желала! Ты завидуешь! Всегда! Чтобы у меня не было! Может в тебе проблема, что твои предки от тебя сбежали ко мне?! Маша толкнула ее в плечо: — Пошла ты! — Сама иди! Да-да, вот почему от тебя все бегут, ты же невыносима! Ты даже не видишь, как надоедаешь людям! — Мари тоже толкнула ее плечо. — Пошла ты. Просрала Яне и даже не вторая. — Да я хотя бы катаюсь! А ты только тут место занимаешь! Мне вообще с тобой на льду стыдно находиться! Смирись уже, что ты сломанная! Хватит занимать место и время других! — Лучше замолчи сейчас… — Третьякова сжала кулаки. — Да я тебя не боюсь! — Мари толкнула еще раз плечо Маши. Блондинка тут же сцепилась с ней в драке, они свалили друг друга на лед: — Девчонки, да прекратите, — к ним подъехали однокомандницы и Евгений с Михаилом. — Давай-давай, тяф-тяф, только и можешь, — Машу держал Евгений. — Пошла ты нафиг! Завидуй тому, что мы квады крутим, а твое время уже прошло! — Мари держали девочки. — Я тебе сейчас оформлю заявку в мое время! — Маша, бросилась, с ней одновременно, навстречу, снова сталкиваясь в драке. — Браво! Самое-то! Картина для вечерних новостей! — на помосте стоял Лев, а рядом журналистка и оператор, — Чемпионка России костыляет бывшей чемпионке России, после провального чемпионата Европы, смотреть онлайн, без регистрации! Вот такой заголовок! — мужчина громко похлопал, его аплодисменты отзывались эхом, по затихшей арене. Лаура стояла опустив взгляд, то, насколько она злилась, было сложно даже описать, но это было очевидно: — Третьякова и Буше в офис. Вы тут поснимайте девочек, с тренерами поговорите, — Лев сообщил журналистке, — Вы тоже со мной, — он коснулся несильно Лауры и ушел первый. — Я приду через 2 минуты, чтобы все были на разминке. Никаких интервью, только после тренировки. — Но у нас… — А мне плевать! — брюнетка крикнула на журналистку, — У нас тренировка по расписанию, снимайте, но к ним не лезьте! А вы, что встали?! Вам где сказали быть?! Маша сбросила с плеча руку Евгения и поехала первая на выход, немного толкаясь с Мари у борта. Девушки сидели напротив друг друга, Лукина сидела во главе стола, напротив стола Льва. Мужчина отлучился на телефонный звонок в коридор: — Если бы не ты, давно бы тренировались все, — Мари буркнула. — Завали, Буше, сейчас тебе никто не поможет, — Маша ответила, держа руку на скуле, где горел след от царапины, — Дерешься, как в детском саду. — Я и тогда тебе тумаков навешивала больше. — Чего?! — Маша возмутилась, — Я в тебя тогда кинула яблоком, прямо в лоб, поверь, я извинилась, но до сих пор, не жалею о содеянном. — А я специально вылила на тебя ту кашу, она была отвратильнной, прям, как то платье, что тебе надели в сад. — Мы были в одинаковых, дура, даже не помнишь из-за чего мы спорили, — Маша буркнула и усмехнулась, — А платье было говно на обеих. — Факт, — Буше вздохнула и посмотрела на Лукину, которая сидела скрестив руки на груди, хмуро смотря на поверхность стола, — Извините нас, пожалуйста. — Правда. Мы перегнули, — Маша кивнула. — Это вы мне разборки ваши семейные так устроили?! Да? — она была до безумия рассержена, — Вот такие ты, твою мать, работы над ошибками ведешь?! Не побежала отрабатывать косяки, а пошла виноватых искать, Буше?! А ты?! — она посмотрела на Машу, — Решила, что умная самая?! Лучше меня знаешь, что тут за ошибки у нее?! Вам это все весело, да?! Хорошо! Веселитесь. Угу! Вот сами будете отдуваться! И плевать мне, что он придумает, если выпрут вас или еще что, я даже слова не скажу. — Ну, мы виноваты и ответим сами. — Да, в любом случае, — Буше кивнула Маше. — Если меня опять уволят из-за того, что две дуры не могут решать проблемы вне дворца — я разнесу вас так, что ваши пихалки на льду, покажутся вашим детсадовским развлечением. — Ммм, яблоком было больно очень… — А каша была горячая, — Маша поджала губы, чтобы не улыбнуться. — Я пошла, пусть линчуют без меня, — Лукина махнула на них рукой, поднимаясь. — Я вернулся, извините, — в кабинет прошел Лев, усаживая за плечо обратно Лукину, что немного смутило Машу, и проходя на место, — Девочки. Завтра будет съемка рекламы для спонсора. Вы обе участвуете. — Обе? — Буше нахмурилась. — Да. Анализ рейтингов показал, что у вас одинаковые охваты. И спонсоры хотят видеть знаменитых однокомандниц в тандеме. Мы им это даем. Хорошие выплаты разумеется будут. — Куда они с лицами битыми-то? — брюнетка усмехнулась. — Замажут все. Вы тоже снимаетесь, кстати. — Чего? Нет! — Да. Это прописано в контракте. Тренер и две чемпионки. Завтра к 7 быть тут. В 9 начало. Лед будет занят нами до 12, потом штатные тренировки. Разговор окончен. Дайте там комментарии по Европе журналистке еще. Свободны. До завтра. Маша пытается кататься, но снова и снова падает. Мари пытается крутить квады и одинаково с Машей полирует лед: — Мари, да хоть один выкрути! — Лаура раздраженно бьет по борту, — Тебе что в лоб, что по лбу! — Я пытаюсь, — девушка устало прокатывается ногами, — Сил уже нет. — Отдыхай, — Лаура махнула обречённо рукой. Маша заходит во вращение и шлепается ладонями и коленями на лед: — Да как же ты достал! — она бьет устало по льду и поднимается, — Нет уж, я добью, — она бурчит. Третьякова уперто заходит на вращение, снова падает и плюхается устало на спину, глядя в потолок: — Ты заняла весь лед, — Мари встала над ней. — Лежу и не мешаю, скачи свой Лутц на здоровье. — Нескачится он, — девушка плюхнулась на зад, с ней рядом. — Раньше, если я падала, ты выше прыгала. — А теперь я падаю, ты больше вращаешься. — Это не одно и тоже. — Ты скорость перебарщиваешь, — Мари посмотрела на нее. — В смысле? — Ну, ты на скорости для прыжка, заходишь во вращение, это сильно. — Да? Может. А ты петлю недоделываешь, поэтому падаешь. Отталкивание идет не с того ребра. — Разве? — Да. И на Европе подвело так же. — Эй, вам может плед и зефира принести, на пикник ваш?! — Лаура крикнула на них. — Помоги с заходом, — Маша поднялась. — Давай. Мари ведет девушку взглядом: — Вот сейчас чуть медленнее, не так быстро. Маша сбавляет свою скорость, прокатывается и нормально делает вращение, останавливаясь: — Все, я поняла. Спасибо. — Теперь ты помогай. — Смотри, — Маша проехалась, — Ты идешь на лутц из крюка своего и ты как бы…— девушка скользит ногой, — Вот отсюда прыгаешь, а надо ногу, вот в это положение и тогда толчок будет с максимальной силой. — Чет не понимаю… Да я так и делаю же. — Нет, — Маша вздохнула, — Сейчас покажу. Маша проезжает через каток и делает заход, как у Мари, в виде крючка и ловко закручивает лутц: — Маша! — Михаил ей крикнул, подрываясь, когда девушка действительно решила сделать прыжок. Девушка настолько ошиблась в прыжке… Она зашла на не отработанный элемент и закрутила его, как известный. И как итог, приземлила она его на льду, практически лежа: — Третьякова, твою мать! — Лаура поморщилась от ее приземления. — Я забыла… почему я забыла? — Маша зажмурилась от резкой боли во всем теле. — Василий Геннадьевич, — Михаил позвал доктора, — Ты 4 оборота выкрутила, — он присел к ученице. — Чего? — Маша нахмурилась. — Нет, ошибается, три только, — Лаура посмотрела на мужчину и присела к блондинке, — Что болит? — Все. — Все? — Все это плохо, — доктор присел к ней и подвигал шеей девушки. — Ау-ау. — Ну, Маша… — он стиснул зубы, но злился он по-доброму, больше переживал. — Да подождите, — Маша выдохнула, — Стойте. — Надо ногу… — Да не трогайте, говорю, — Маша зажмурилась, — Подождите. — Дайте ей придти в себя, — Лаура кивает врачу, — Потихоньку. — Это не шея… нет, — Маша сглотнула, — Плечо. — Левое? — врач смотрит на нее. — Угу. — Давай, — он осторожно щупает, — Ударила просто. — Я сейчас, — Маша выдохнула и села, осторожно оценивая ощущения, — Три? — Угу. Сильная потеря угла, — Лаура кивнула. — Ничего, — Маша подвигала плечом, — Нет. Я нормально, руки точно. — Давай вставать, — Михаил поднял ее за руки. — Ой… — она уложила руку на бок. — Ребро. Это на ребро реакция, — до доктора доходит. — Нет, вряд ли, — Маша подняла край кофты. — Быстро со льда, — Василий увидел, как на глазах, краснеет и становится фиолетовым синяк. — Откаталась… — она дает себе в лоб обреченно и виновато. — Давай, аккуратно, — Лаура придерживая ее руку, скользила рядом к выходу, — Продолжаем тренировку, девочки. — Вы ещё и сняли, — Маша посмотрела на журналистку, — Только не для эфира, я запрещаю. — Конечно не для эфира, твой отец их засудит потом, — Василий достал обезболивающее в уколе. — Укол? — Ты каждый день обкалываешь ногу. — Василий Геннадьевич, — Маша смотрит на камеру. — Покиньте арену, ожидайте в коридоре фигуристок, — Лаура просит уйти, наблюдая, как Третьякова жмурится от боли вклываемого укола. Мари в это время исправляет ошибку и наконец-то приземляет прыжок: — Я поняла! — Какой ценой, ура, — Маша улыбнулась и болезненно выдохнула. — Это очень серьезно? — Буше обращается к Василию, проехав до бортика. — Если перелом, то очень. — Я бы уже задохнулась, Василий Геннадьевич, — Маша буркнула. — Значит, все еще впереди. — Опять ворчите… — Опять тебя лечить! Только лодыжку подвернула на вращении, пошла на прыжок через два дня. Ну, где голова-то? — А вы не слышали? — Что? — Я упала на Чемпионате Мира и все мозги там отшибла, возможно, они где-то там, у бортика так и лежат. — В лоб, — он посмотрел на нее и Маша с улыбкой несильно дала себе в лоб, — В следующий раз сам дам. — Ладно, — она поджала губы с улыбкой, — Виновата, признаю. Все время забываю… — Что забываешь? — Василий накладывал тугую повязку, вокруг ее тела. — Что больше не фигуристка, — девушка зажмурилась от давления на ребра. — Угу, и Бильман твой тоже забыл значит, что только у фигуристок должен быть, — Лаура усмехнулась, наблюдая за ними с прищуром. — Все, едем в больницу, давай аккуратно, — Василий помогает девушке подняться. — Буше? — Ау, — Мари посмотрела на Машу. — Между прочим, твой лутц лучше, чем у Яны. Она его не правильно оттолкнула, но ей засчитали его из-за выезда, — Маша развела руками, — У лучших тоже бывают промахи, главное, чтобы они реже были на тренировке, и вообще не бывали на выходах, — она вздохнула, — Триксель добивай, а не лутц, — Маша забрала свой телефон, — Я на тебя ставила, между прочим, так… для справки. — Да? — Угу, — она поморщилась от покалывания в боку, — Поехали, Василий Геннадьевич, а то еще что-нибудь тут сломаю себе, на радостях, раз уж такой банкет устроила. — Тоже верно, — он кивнул. Маша приехала во дворец к 8 утра, следующего дня: — Ты? — Мари подняла брови. — 67 звонков и 74 смски, — Маша кивнула, присаживаясь на стул у визажиста, — Я только умылась. — Это даже хорошо, — девушка кивнула. — Кто тебя впустил сюда? — Лаура шла с кофе и подколотыми, чтобы завить, волосами. — Меня сюда загнали, как на убой, — Маша устало посмотрела на нее в отражение зеркала. — Что вчера в больнице сказали? — Ушиб. 1,5 недели без резких движений в стороны, только зал и никакого льда, — Маша вздохнула. — А тут-то ты, что тогда делаешь? — Она работать приехала, — Лев зашел с телефоном, — И чтобы без срывов. — Конечно, — блондинка кивнула и подставила лицо девушке, которая наносила крем. — Что за украшение такое? — мужчина заметил правую руку Маши, которой она поправила волосы от лица назад. — Какое? — Да вон, на пальце, безымянном прям. Лаура и Мари посмотрела на ее руку тоже: — Женя сделал предложение? — Буше открыла рот, — Ты была без кольца, иначе бы все лицо мне разбила им… Вчера что ли? — Пф, давно, просто теперь с кольцом, — Маша вздохнула, ей эта тема не нравилась. — Ты серьезно? Я тебя поздравляю, вас в смысле, — Буше прошлась до нее и обняла. — Ау-ау, — Маша почувствовала давление на бок, — Спасибо. — Извини, сильно, — девушка улыбнулась, — Покажи. Это что, бриллиант? — Угу, сколько-то там карат, я не запомнила, — Маша не разделяла восторга от взгляда подруги, пока та вертела ее кисть. — Красиво блестит, дорогое, наверное. — Думаешь? — Маша посмотрела на палец, ей вообще не особо нравилось кольцо, носить его на себе, но вчера вечером парень сделал подарок и она постаралась его уважить, поэтому вообще забыла о наличии его на пальце, лишь когда оно цеплялось, она хмурилась. — Определенно, — Лев тоже посмотрел поближе, — Слушай, большой, ну, тысяч 50-70. — Сколько?! — Маша дернула руку к себе и посмотрела на кольцо снова, — Что дурак совсем, за 50 тысяч кольцо дарить?! Я ненавижу дорогое и камни эти… — Видимо, сильно любит, — Мари улыбнулась, садясь на место, — Поздравляю. Что твои сказали? — Ничего… — девушка безразлично протянула, — Папа уже свое слово говорил — давно пора. Так что… следую совету. Угу. — Не по залету хоть? — Лев спросил, поправляя свои уложенные волосы. — Кхм, — Лаура усмехнулась, от чего Маша на нее посмотрела, с едва уловимым возмущением. — Нет, только по большой любви. — Ну, он еще и богатенький. Все-таки, выплаты за травму у него хорошие прошли, на пару тройку лет хватит. Если на полную катушку жить. — Да, лечиться, вы хотели сказать, — Маша хмуро произнесла. — Ну, спорт опасная вещь, не всем везет, — он улыбнулся и пошел отвечать на звонок телефона. — Бесит меня… — Маша сжала кулаки. — Вредный, — Мари кивнула согласна. — Ваш начальник, любить его надо, — Лаура сидела между ними, пока ей красили глаза. — Вас нужно любить, а вот его не нужно, главное, дружить для виду, — Буше пожала плечами, — Да, Мах? — Наверное. — Когда в Москву-то? — Буше поморщилась от предложенных цветов помады и начала выбирать сама. — Пока отложили. — Почему? — У меня обострение травмы пошло. — В смысле? — Лаура подвинулась от кисти визажиста. — Мой врач заметил и предполагает нехватку кальция. В общем, пытается наладить. — И ты еще катаешься? — А он не запрещал, — она кивнула. — Просто, он твой четверной не видел вчера. — Четверной? Вы же сказали три оборота. Лаура посмотрела на нее и вернула лицо визажисту: — Четыре было, — Мари сказала не открывая глаз. — Да? — Маша посмотрела на них удивленно. — Это не значит, что ты в форме. Ты после него с травмой, и серьезной, — Лаура помотала головой, — И тенденция и скорость их получения, говорит о том, что ты не в форме вообще. — Это да, — Маша кивнула, — Ну, может в Москве получше получиться поработать. — Ты выбрала тренера? — Ну, я ваши варианты оценила, спасибо… Но меня позвал катать у себя Василий, с которым мы вечер в Снежном вели. — Этот посредственный всезнайка?! — Лаура от возмущения чуть не лопнула, — Ну все, Мари, может забыть, как катается Третьякова, на льду мы ее больше не увидим! — Куда уж ему, до великой Лауры Альбертовны Лукиной, да, — Маша усмехнулась. — Уж поверь, очень много и долго пешком! — брюнетка кивнула. — Что за шум, а драки нет? — в комнату пришла Яна. — А ты откуда? — все обернулись на девушку. — Снимать рекламу. — С нами? — Не с вами, а вы со мной, — девушка усмехнулась, сев на стул сбоку, к последнему визажисту, — Никакого золота, ничего красного и стрелку я нарисую сама. — Но у нас концепт и… — Либо так, либо иди катайся сама там. — Я поняла, — девушка кивает. — Че, Третьякова, поговаривают, валишь из города в Москву? Тоже тренер попросил на выход? — Тебя мои переходы волновать не должны. — Ну как, в Федерации сказали, что тебя переводят в Москву, с целью рекламной деятельности в следующие несколько лет. Добровольное рабство? Я думала ты не про деньги. — А я и не про них, — Машу задела колкость, — Но я про здоровье, а это дорогое удовольствие, как оказалось. — Что ты считаешь ее деньги? — Мари нахмурилась. — Ой, что за писк, откуда-то с 5-го места, что ли, постучались? — Яна саркастично прислушалась. — Я… — Не отвечай, — Лаура посмотрела на воспитанницу, — Тихо. — Хорошо, — девушка вернула лицо к визажисту. — Так че, Мах, когда валите? — Тебе какая разница? — Как?! Я буду встречать тебя с плакатом — добро пожаловать в клуб кинутых новым тренером. — Меня не кинули, это я кидаю, — Маша усмехнулась. — Это она тебе так сказала? Поверь… Все, явно, иначе. Дай угадаю, ты ее достала своими неумелыми телодвижениями и тебе сказали пока. — А, так вот, в чем причина, ТВОЕГО ухода? — Маша улыбнулась. — Нет, меня задвинуть попытались, кто больше на лапу дал, тот и Чемпион, да? Маша посмотрела на Мари, а потом на Яну: — А ты так Европу взяла? — Нет, тут я даже не напрягалась. Так… Сделала то, в чем профи. Раскатала двух школьниц, которые случайно попали в поток, ну как ты, в свое время. Буше ты тоже раскатывала, уверена, выкатись ты на Европу вся хромая и то залезла выше ее 5-го места, да Буше? — Может быть, — девушка кивнула, — Но ей я бы с удовольствием проиграла. А тебе так, что на Мире надеру зад, поверь, уж чья-чья, а твоя победа, была случайностью. — Не была. Это ты облажалась. Завалить триксель и навернуться с лутца, пф, такая же успешная, как твой тренер. Яблоко от яблони. Видно, приложена рука профи. — Слишком много слов в сторону человека, который тебе, якобы, безразличен, — Маша обернулась, — Уже поняла, что она действительно готовит чемпионов и кусаешь локти? — Я? Милая, я Чемпионка Европы. — Я тоже и что? Теперь кидать в лицо этим фактом постоянно? — А тебе уже не получится им кидать, потому что ты бывшая Чемпионка. — Да, но заметь, у меня и тот, и другой титул, ах да, и я вас обеих раскатала в том сезоне, ммм, кажется кто-то здесь короной потолок шкрябает, но забывает, что случайно забрался в этот поезд, — девушка вздохнула, — Вы такие дуры на самом деле. Обе. Вот серьезно. Да насрать, титул не титул, вы катаетесь. И ничего не болит. И квады, и двойные, все у вас есть… Нафиг это постоянное кусание в бока? Победит та, кто соберется и все. А по рейтингам и сложности вы одинаково подкованы. Да, ты права, Ян, меня ты уделала, но это, как ребенка обкатать. У меня есть дорожка шагов второго уровня, это в 6 лет катают. Ну да, ты крутая, молодец. И Мари тоже молодец. Вы вообще все молодцы. И да, завидую очень. Только стремно, что вы тратите силы на психологические атаки, а не техникой рвете. Вот это стремно, да. Мне было бы даже стыдно заикнуться, что я победила потому что кто-то облажался, нет. Я побеждала — потому что на это тренировалась. А вы побеждаете, потому что меряетесь своей «крутостью» в остроте языка. Только и всего, — Маша кивнула и посмотрела на телефон. — Ваш жених звонит? Можете взять, — визажист увидела фотографию на заставке. — Спасибо, я перезвоню, — Маша сбросила, двигая от себя мобильный. — Скучает уже? — Мари улыбнулась. — Потом спрошу, — девушка прохладно произносит, что замечает Лаура. — Вот, держи, все, что нашел, — блондинка посмотрела на пришедшего парня с банкой йогурта и кофе в стаканчике. — Из автомата? — Обижаешь, из кофейни за углом. — Лучший, — Маша радостно сделала глоток, — Все, жизнь спасена, спасибо. — Попросили подписать коньки, у входа ждали очень сильно. — Давай, конечно, — Маша кивнула забирая маркер. — И вот, — он вручил ей рисунок рамке. — Ммм, слишком красиво опять, у меня скоро полка сломается от количества, — девушка улыбнулась, подписывая коньки небольшого размера и оставляя сердечко, — Все? — Ну… — Ты у всех собрал, да, потому что их много? — Там такой ветер, а ты еще три часа тут будешь, — он достал из кармана стопку разных фотографий. — Пока волосы уложу, — стилист поняла, что Маша будет подписывать их. — Извините, я быстро, — она улыбнулась. — Ничего, — девушка сосредоточилась на укладке. — Фу, блин, везде она, — Маша поморщила нос. — Какая? В зеленом платье? — Мари улыбнулась. — Угу, — девушка показала снимок. — Сколько тебе здесь лет? — Лаура усмехнулась, от вида девушки. — Вроде… — 11. Это она катала произвольную и делала вид, что счастливый эльф, — Буше засмеялась. — Ой, кто бы говорил, ты тогда была пчелой. — М, вторая моя любимая фотография, после твоей, — девушка поморщилась. — О, а это новая? — Маша посмотрела на парня. — Угу, с вечера во дворце, там, знаешь ли, красивых много, но эта прям везде, — он кивнул. — Покажи, — Мари было интересно. — М, — Маша показала себя в Бильмане с легкой улыбкой. — Красивая, — она кивнула. — Звонили, кстати, из благотворительного фонда, все получили, — парень был в телефоне, — Ждут в гости. — Перед отъездом, — она кивнула, продолжая подписываться, — Ты попроси у них список… — Нужного? Уже, — он кивнул. — Тогда, сразу и… — Отправить? Уже отправил. Вчера. — Ты лучший менеджер на свете, — девушка улыбнулась. — Но ждут в гости именно тебя. — Да я знаю-знаю. — Это в детский дом? — Мари посмотрела на подругу. — Угу… — Маша протянула, сосредоточенно расписываясь, — И в больницу, — девушка не отвлекалась. — В больнице, кстати, на днях будет вечер кино. — Блин, — они втроем протянули, даже Яна. — Надо значит поехать, — блондинка подписывалась дальше, — Спроси точно, когда. — И мне напиши тоже, — Яна кивнула парню. — И мне, — Мари поправила немного волосы, щекочущие нос. — Значит, скажу, что вы втроем приедете, да? — Угу, как всегда, — Маша подписала последнюю фотографию, — Скажи большое спасибо, что ждали, извинись, угу? — девушка передала ему все. — Историю выложи и я отстану, — он передал ей ее телефон. — Ой, ненавижу это, уже лучше сама схожу до них. — Времени нет. — Хорошо, ладно, — Маша сфотографировала подписанные фото и выложило отдельный привет и благодарность, — Доволен? — Более чем, — он кивнул, — Женёк просил передать, что по квартире перезвонили и с залогом в 100К согласны сдать на полтора года сразу. — Охереть… 100К? — Это он тоже сказал, — парень улыбнулся, — Что-то передать? — Нет, сама перезвоню, — Маша вздохнула. — Все, удачи, — он ушел и Третьякова набрала парня, — Еще 3 минуты, и я не мешаюсь, правда, — она шепнула девушке, которая ее заплетала. — Поставьте только громкую, а то я волосы не могу захватить. — Конечно, — она передвинула телефон. — Маша, 100К это трындец, — Женя начал сразу с проблемы, только она переключила громкость. — Ну да… — девушка поджала губы. — Ну да? Ну да? То есть… Ты так не думаешь? — Да думаю. Но просто… Кхм, там же такой вид. На парк. И… панорамное окно. А ремонт. Ну, может… — Сто, котенок, не 20-30, а сто! — Это я поняла, — она вздохнула, — А твой вариант? — Бесплатно. Просто подвинем Борьку в зал и будем жить в его комнате. — Ммм, — она поморщилась, — Я не хочу в общаге жить. — Ну, это же только на первое время. К тому же, если играть свадьбу, это тоже деньги и 100К будут полезными в этом деле. — Зачем еще нам свадьбу-то играть? Обсудили вчера с твоими, что достаточно… — Я хочу гульнуть. Вообще, созовем всех, команду, ты девчонок, плюс… — Нет, все, давай про это потом. На счет квартиры… Смотри сам. — Я не против жить с Борей, но ты нет, да? — Я ненавижу делить территорию с кем-то. — Ну, я же там буду. — Это твой друг! Мы там будем гостями, я хочу дом. Ну приходить домой, а не в гости. — Но 100к! Две крайности, либо 0, либо 100, какой-то дисбаланс. Давай еще посмотрю что-то. — С твоим вкусом, мы поселимся в подвале. — А с твоим, в лепнине и золоте. — Это нормально, стремиться к комфорту, — блондинка протянула, покрутив стаканчик с кофе. — Мы прогуляем остатки призовых за несколько месяцев, а дальше что? Не думаю, что с моим плечом или твоим… всем, нас возьмут на высокие зарплаты катать что-то. — Ну может тогда и ехать не надо? — Не понял? Опять 25? — Все пока. — Маша… — У меня съемка, все люблю-целую, пока, — девушка наспех сбросила и вздохнула, — Почему просто нельзя жить одним? — Он же командный игрок, ему подавай большую команду, — Яна усмехнулась. — Ну не с другом же? Да бред, — Маша махнула рукой, — И 100К всего лишь залог. — Многовато, — Мари помотала головой. — Роди ему, он сразу свалит от Бори и начнет тебя обхаживать. Вот тебе 100К, а вот свадьба за 5 лимонов, — Яна улыбалась. — Че вы мне все рожать предлагаете? Как будто брак подразумевает сразу пополнение в семье. Не хочу я рожать. — А чего нет, самое оно, раз уже в семью долбанулась? — Яна подняла брови. — Никуда я не долбанулась… — А, ты выходишь за Женю, потому что… Кризис? — Буше подняла брови. — Вы че ко мне пристали?! Выхожу и выхожу, — Маша возмутилась, — Я же не спрашиваю, почему твой придурок перестал с тобой мелькать? — Маша сказала Яне. — Мой придурок больше не мой. Поэтому, — девушка поправила уложенный хвост. — В смысле? Вы же 4 года вместе. — Ну, а на пятый я поняла, что он придурок. А зачем мне придурок? Я миллионера хочу. И если его не будет — стану сама, — девушка развела руками, — Какая у меня одежда? — Голубое платье. — Тогда розовый блеск, — она указала визажисту, — Лаура Альбертовна? — Яна посмотрела на тренера. — М? — брюнетка обернулась. — А вот вы, замужем? — А что? — Вы миллионерша? — Эм, а что? — Когда есть миллион, мужа еще хочется или уже нафиг? — Милая моя, деньги вообще не зависят от этого, — Лаура усмехнулась, — Но, признать свою привычку придурком, это сильно. — Во, точно, он привычка был. А вы ничего так, хоть в житействе шарите, раз уж в тренерстве… — Яна! — Мари и Маша сказали одновременно. — Какие у вас одинаковые собачки появились, — девушка улыбнулась, — И опять я первая, — она готовая поднялась и пошла переодеваться. — Или просто нихрена не дала сделать, — визажистка буркнула, от чего Маша немного улыбнулась ей, опуская взгляд, потому что задумалась о переезде и свадьбе. Рекламировать банк девочки выехали в красивых нарядах. Лукиной выдали костюм, идеально подчеркивающий ее внешность. Маша недовольно ехала по льду, держа руку на боку: — Почему у вас без шлейфа, а я словно спутала показ мод и каток? — Красивое, капец, — Буше потрогала расшитое черное платье, идеально подчеркивающее фигуру, — Блин, тебе очень идет. — Спасибо, — она вздохнула. — Незапутайся коньком в шлейфе, опять что-нибудь сломаешь, — Лаура указала на разлетающуюся ткань у ног. — Легко сказать, — она подняла немного его к себе. Они долго слушали концепцию и идеи. Девушки катались по очереди, Мари делала тройной флип. Яна ойлер и выход на Лутц-Риттбергер. Маша слушала предложенные варианты прыжков: — Я вообще не прыгаю, — девушка развела руками. — А как бы нам обыграть тогда? — режиссер задумался. — Она отлично вращается, Бильман тоже красиво, — Лаура смотрела за их размышлениями. — В этом? — Маша посмотрела на наряд. — Аккуратно если, то осилишь, — брюнетка кивнула. — Значит делаем, что сказал тренер, — режиссер кивнул соглашаясь с брюнеткой. Маша ловко зашла на вращение и хорошо его проделала, выезжая: — Отлично, так, это мы еще пару раз снимем, сперва, всех вместе только добьем. — Добьем, ключевое, — Мари шепнула Маше, от чего та улыбнулась. Лукина выезжала вперед и говорила слова, а девушки красиво вставали позади. Как бы за ее плечами, как поддержка и команда. Выглядело очень красиво. Свет добавлял важности моменту. Картинка была идеальной. Час они катались вместе, а дальше начались съемки поочерёдно. Маша заметно устала из-за травмы, но прокататься надо было еще раз 10. Блондинка болезненно делала разгоны, но в кадре была воздушной и с улыбкой: — 4 минуты перерыв, переставим свет и еще разочек подснимем вращение, — режиссёр сообщил Маше. — А этого не хватит? — Нет, нужно еще пару вариантов, у меня тут задание от заказчика конкретное. — Угу, — она кивает и прокатывается по кругу, немного согнувшись к коленям, от боли в боку. Лаура наблюдает за ее движениями и подъезжает: — Тебе надо посидеть. — Не. Не, я если сяду, уже обратно не встану, — Маша махнула рукой, — Красивая реклама будет, надеюсь… Ну если лицо мое не снимать. — Ты очень хорошо держишься в кадре, — брюнетка помотала головой. — Спасибо, — она вздохнула и посмотрела на часы, — Уже третий час катаем, значит закончат скоро. — До 12 лед. — Считаю минуты, — Маша улыбнулась. — Не выходи замуж за Женю из-за кризиса, — Лукина говорит то, о чем думала уже много часов. — М? — Маша подняла брови, удивляясь, — Я его люблю. — Или он тоже привычка? Как прыгать четверные и делать заходы, словно, ты в форме? Девушка задумалась и улыбнулась: — Я уеду и ты перестанешь думать о моей персоне, правда. Потерпи. — Нет. Буду переживать, в каком подвале ты поселилась и какого бомжа с психу убьешь первым. — Ха, это я могу. Спасибо конечно, за совет. Но у меня уже кольцо и сумки собраны. Мне пора. А вы тут работайте спокойно, без меня. Правда. — Мда, ты безнадёжна. Чувство вины страшная вещь… — Это верно, — Маша кивнула и объехала ее, чтобы поправили макияж визажисты, которые ее все подзывали.