BDream

      Этот мир был огромным и красивым… Сверкал и менялся, точно калейдоскоп…       Вот только для него этот блеск всегда оставался серым. Он знал, что сначала закончит школу, потом поступит в институт. Отучится на специальности, что родители для него выбрали. А потом будет перебиваться мелкими подработками, если не подвернётся счастливого шанса на тёплое местечко в надежном предприятии, далёком от потенциального банкротства…       Впрочем, будучи скучным клерком, можно было пойти ещё в государственные структуры… Конечно учитывая постоянное давление начальства и коллег, что за долгие годы работы с мизерными зарплатами уже давно наладили свой канал «легального» мошенничества…       На самом деле он уже не мог вспомнить, как давно перестал мечтать, хотя его почему-то всё равно называли живущим в грёзах. Интересно, с чего они взяли подобный бред? Как он, что всегда глядит на этот серый мир, видя все его недостатки, может быть мечтателем? В нём давно не осталось ни намёка на беззаботные яркие краски…       Впрочем, он может предположить, когда это началось. Он помнил, как сначала всё своё время проводил с туманными, но такими искренними и драгоценными друзьями, а потом ему сказали, что они нереальны и являются лишь плодом его больного воображения… Помнил, как ему назначили таблетки, что мгновенно лишили его любого света, любых эмоций и стремлений…       Хотя это было так давно, что он уже и не верил в тот наивный мир красок, будто марионетка выполняя один бесконечный путь день за днём…       …       Открыв глаза очередным утром, ему показалось, что что-то не так, но он не мог понять что. Рядом лежала его девушка, которую опять же привели к нему родители. Нет, он не спорил, Ники была прелестью. Но насколько такой чудесной девушке мог подходить кто-то вроде него? Да и он вовсе не был в ней заинтересован… Как, впрочем, и она в нём…       Он знал, что у неё были активные друзья и сама девушка никогда не была тихоней и домоседкой, а потому никак не мог понять, отчего она согласилась жить с ним и даже спать в одной кровати, ведь второй просто не было, как и потенциального дивана. Они не соприкасались практически ничем и никогда, даже в бытовой сфере пересекаясь едва ли пару раз за день. Он уходил на работу раньше, чем она просыпалась, а она возвращалась позже, чем он засыпал. И всё. В их сожительстве не было никакого смысла кроме разделённых на двоих счетов за коммунальные услуги…       Он как всегда тихо выбирается из кровати, заправляет свою половину, идёт на кухню. Заваривает чай, быстро готовя гречневую кашу на завтрак и ужин для себя и завтрак и обед для Ники. Чистит зубы, завтракает, проверяет содержимое рабочего портфеля, костюм. Одевается и поправляет складки, смотрит прогноз погоды, решив захватить зонт, хотя дождь должен был пойти днём, когда он безвылазно остаётся в офисе. Накидывает плащ и, не смотря в зеркало, чтобы не видеть прежний свой бледный невыразительный облик, уходит из дома не забыв закрыть дверь…       Смотрит себе под ноги, лишь изредка поднимая глаза на светофоры или номера автобусов, чтобы не пропустить свой рабочий…       Едет, растерянно всматриваясь в блокнот, где он постоянно записывал потенциальные рабочие цели, стараясь все выполнять в срок, а потому тщательно следя за собой…       Идёт в офис, утопая в бумагах на своём столе…       Зачем составлять бумажные соглашения, когда можно оставить их в электронном виде? Конечно чтобы их нельзя было отредактировать после подписания. Хочешь не хочешь, а когда подпись стоит на каждом листке из огромной стопки, переделать даже одну строчку представляется практически невозможным. Только если ты не умеешь подделывать подпись и при этом учитывать все моменты вроде чернил и времени нанесения, различия в которых в современном мире найти не так уж и сложно при условии наличия нужного специалиста и оборудования. А то, что после таким как он приходится переводить всё обратно в электронный формат, а затем относить бумаги в архив, никого никогда не волнует. Да и с чего бы должно, если в этом и заключается их работа…       Всё как всегда. Гора документов, которые нужно перевести в электронный вид, хотя всё же можно просто отсканировать, прикрепив лишь подписи, ведь поправок не было. Ещё гора как раз с поправками и тут уж придётся поднапрячься, чтобы не упустить не единой буковки, а где надо просто понять, чем не угодили условия. И наконец пока ещё отсутствующая гора того, что необходимо напечатать и разнести по соответствующим инстанциям…       Обычный рабочий день…       Короткая прогулка до столовой и быстрый обед, только бы доделать все срочные дела и не задерживаться сверхурочно…       …       Выйдя из здания он внезапно останавливается, ощущая как обтекает его со всех сторон поток коллег. Их не волнует едва заметное препятствие в виде бледного худого парня, внезапно застывшего на второй ступеньке. А он… Обращает взгляд на небеса. Чистые, голубые, чуть темнеющие ближе к востоку и постепенно окрашивающиеся красным к западу…       Красивые и красочные. Будто пробуждающие спящее сознание для чего-то нового…       Он опускает взгляд чуть ниже, зачарованно вглядываясь в яркую зелёную крону редких деревьев и красивые красноватые кирпичи новых зданий. Белые оконные рамы с самыми разными вариациями штор за чистыми стёклами. Яркие вывески, зазывающие прохожих. Фонари и бордовые ограды, ничуть не скрывающие зелёные газоны и редкие тёмно-изумрудные кусты…       А самым прекрасным были неяркие, но такие дорогие сердцу тени. Не серые или чёрные, нет. Всех оттенков, что только можно придумать…       Его глаза широко открыты, впитывая красоту мира, о которой он совсем позабыл…       Поток людей кончается, оставляя лишь немногие одинокие фигуры, что вынуждены были чуть задержаться, теперь торопливо устремляясь на остановку, чтобы не пропустить автобус, что приходил обычно через полчаса после окончания рабочего дня, позволяя успеть собраться и даже доделать какие-то мелкие дела…       Он всегда старался на него успеть, но сейчас вовсе не хотелось никуда спешить. Не хотелось идти на автобус, чтобы побыстрее оказаться дома. Хотелось остаться и наслаждаться каждым вздохом, каждой игривой искоркой на всех поверхностях. Отблесках влаги после дождя, что под вечерним солнцем, преображали мир в нечто совершенно удивительное…       Этот мир…       Наполненный красками и светом…       Наполненный тенями его драгоценных друзей детства…       Как же он…       Как же он скучал по нему…       – Клэйтон! – внезапно звонко и при этом скорее приятно, чем пугающе прозвучало над ухом, а тёплые руки обняли его за талию, пока шумный радостный смеющийся вздох угодил куда-то в район шеи.       – Карл? – чуть неловко уточняет парень, однако губы так и стремятся растянуться в улыбке. Он не может скрывать то счастье, что наполняет его от вида этого желанного яркого мира…       А вот когда коллега наконец встаёт перед его глазами, парень ошеломлённо замирает, полностью выбитый из колеи количеством цветов и света, что содержит в своём образе этот парень, что едва ли на пару лет его старше…       – Что такое, Клэй? Ты выглядишь почти испуганно. Тебе нехорошо? Ты поэтому задержался? Давай, я подвезу тебя до дома? Автобус наверняка уже ушёл.       – Нет… нет, всё в порядке, спасибо, Карл. Просто… Я… Я так давно не видел цветов…       – Цветы, где? – тут же любопытно восторженно восклицает парень, оглядываясь по сторонам. Однако из цветов здесь лишь цветочный магазин на другой стороне, где мало что разглядишь с их перспективы.       – Нет… Я имел ввиду краски. В смысле… Я… – растерянно бормочет парень, чей голос затихает всё сильнее, а нерешительность берёт своё. Легко оказалось жить в мире серого, будучи оторванным от всего и вся, так что ничто не могло тебя побеспокоить. И сложно было теперь оказаться в круговороте этого вихря жизни, особенно когда Карл был будто бы его сосредоточием…       – Хей-хей, не нужно так переживать. Прости, что так насел. Главное, что ты хорошо себя чувствуешь, – мягко успокаивает и поддерживает парня Карл, едва ощутимо касаясь руками плеч. Почти приобнимая, но не давя, а именно окутывая теплом. Обычно этот полный жизни юноша был даже излишне тактилен по поводу и без, так что его сдержанность прямо сейчас была приятным жестом, учитывая, что сам Клэйтон был известен как недотрога в прямом смысле этого слова…       – Да, спасибо. Я правда в порядке. Просто… Будто очнулся от долгого сна, – неловко, не до конца понимая свои чувства, произносит Клэй, вновь поднимая взгляд к небу. Мягкое выражение лица, будто зачарованное красотой летнего неба. Подёрнутые мечтательной дымкой яркие зелёные точно изумруды глаза…       ___       Карл слышал много историй среди коллег, большинство отзывались о Клэйтоне Дриме, как о крайне чёрством и безразличном к окружающим человеке. Кто-то упоминал, что пьяным тот становится ещё более отстранённым, но скорее мечтательным, а его глаза будто бы обретают какой-то таинственный внутренний свет, которого совершенно лишены в обычной жизни. Однако едва ли кто-то мог похвастаться долгой нерабочей беседой с ним, а уж услышать что-то такое личное, как чувства, увидев того в столь уязвимом состоянии…       И, надо признать, Карл был зачарован этим зрелищем… Дрим был настолько прекрасен в этот самый момент, что парень не мог вспомнить ни единого существа, что могло бы быть красивее… Сердце забилось громко и часто, жар подкатил к щекам, и Карл судорожно вздохнул, проглатывая внезапное чувство… он точно не мог быть влюблён. Никак нет. Он не мог с одного лишь взгляда на коллегу, которого безуспешно пытался расшевелить почти три года, влюбиться в того. Ни при каких обстоятельствах!       – Карл? – сердце стукнуло ещё более гулко, когда уже совершенно по-иному воспринимаемый голос произнёс его имя… И с таким неподдельным беспокойством…       – Прости, немного задумался о планах на вечер. Но ведь автобус и правда уехал, неужели ты будешь ждать рейсового? Или ты недалеко живёшь и решил пройтись?       – Ах, нет. Я живу неблизко. Просто… не хочу пока идти домой…       – … А может тогда пойдёшь со мной в парк?       – В парк? – растерянно уточняет Клэй, а Карл заливается яркой краской, ведь совсем не думал, когда делал это предложение. Он уж слишком привык, что Дрим его всегда до этого игнорировал или отказывался от любых приглашений.       – Д-да… Знаешь, погода сегодня хорошая, и река красиво будет смотреться на закате… Да и не только река…       – Я буду рад прогуляться, – почти ослепляюще ярко улыбается Клэй, а Карл едва сдерживается, ощущая, как начинает кружиться голова.       Эта прогулка явно будет для него не из простых…       ***       Вернулся домой он поздно. Возвращаться не хотелось. Хотелось вечно наслаждаться красками мира вокруг него, разглядывать каждую травинку, каждого жучка. Наслаждаться чистыми прекрасными тонами теней вокруг него, а не вздрагивать каждый раз, замечая мрачные отсветы жутких фигур за спинами людей…       Да, он боялся людей. Ещё когда его мир был наполнен красками, он до одури боялся людей. Практически за каждым он видел что-то иное, мрачное и будто источающее желание его убить, причинить ему боль. Поэтому он прятался в комнате или в самых нелюбимых людьми местах, только чтобы подольше побыть с оберегающими его туманными друзьями. Тогда он не мог слышать их, но мог видеть, что они писали на песке или земле, хотя он и сомневался, что другие люди смогли бы это увидеть…       – Клэй, где ты был?! – возмущённо кричит Ники, когда он наконец заходит в квартиру, снимая обувь.       – Прости, я… – едва успевает начать Дрим, как замирает, видя за спиной своей девушки ту самую мрачную фигуру. И чувство, будто та желает его прикончить, её жажда крови, просто приковывают его к одному месту. Голос пропадает, тело будто немеет… Страх сковывает и не позволяет ни о чём думать. Почему-то кажется, что он обречён… Как он мог так долго жить рядом с таким существом?       – Клэйтон!       Громкий голос не может вытащить его из кошмара, однако лишний шаг, приближение монстра… Сорвали стопора, заставив парня, рвануть в сторону ванной, запереться на замок и забиться в дальний угол комнаты, закрывая уши руками и сжимаясь в комок нервов подступающей истерики…       Ники кричала что-то, наверняка, но его уши были заполнены звоном. Возможно, она стучала по двери, в конце концов туалет у них был смежный с ванной и только один. Возможно было что-то ещё, что он просто не заметил в своей панике, что-то тёплое и родное, что укрыло его своими объятьями, согревая и успокаивая, позволяя провалиться в беспокойный, но не кошмарный сон…       __       – Чёрт, да что с ним такое? Сначала гуляет с тем парнем, который всё время строит ему глазки, а теперь бежит от меня будто я монстр какой-то?! Что с ним не так?! – возмущённо жестикулируя кричит Ники, когда её надоедает стучаться в ванную.       – Да ладно тебе. Ты ведь с самого начала знала, что он странный, – усмехается в ответ на её возмущения Джек, её лучший друг, что этим вечером решил ненадолго зайти и умудрился застать это представление. Он тоже знал парня своей подруги. Не одобрял, но и не был против, Клэй был никем в его глазах. Этакий мирный сумасшедший, за которым по идее они две должны были присматривать. Но зачем нянчиться с человеком, что едва ли отличается от овоща, только что умудряется притворяться живым существом. Хотя бы работает, а не заставляет себя обеспечивать, и то благо. Им же меньше забот, когда деньги, которые платили его родители, они могли полностью тратить на себя. Главное, чтобы это было единичным коротким обострением на фоне сбитого расписания дня, а не чем-то серьёзным…       – Ну не настолько же? Мне сказали, что он вообще мирный. Сам себя обеспечивает, сам пьёт таблетки. Кстати, он вообще их пил?       Джек лениво тянется к коробочке с лекарствами в кухонном ящике неподалёку, доставая контейнер на неделю и демонстративно помахивая им в воздухе. Сегодня был четверг и единственной утренней таблетки на месте не было, только три на оставшиеся дни. Дрим никогда не пропускал приём лекарств, даже если они ему не нравились, он слишком сильно любил своих родителей, чтобы создавать им ещё больше проблем, чем уже было. По крайней мере за их спинами он никогда не видел тех жутких монстров, что пугали его до икоты…       – Ладно, хоть на что-то он способен… – недовольно тянет девушка, наконец успокаиваясь. – Пора спать, вали давай, я устала.       – Хах, и тебе не хворать, – усмехается Джек, будто отмахиваясь от надоедливой мухи, а не махая рукой на прощание.       – Чтоб ты подавился, – в тон ему, но явно недружелюбно тянет девушка, слыша в ответ звонкий смех… – Дурак, – уже про себя теперь уже мягко бормочет девушка, тяжело вздыхая и бросая последний взгляд с сторону двери ванной прежде чем наконец пойти спать… она и правда устала…       Сегодня был длинный день…       ***       Он всегда просыпается рано, организм привык жить по расписанию. Поэтому парень поднимается, ощущая неприятную ломоту в костях от неудобной позы для сна. Умывается и чистит зубы, игнорируя помятый костюм. С тяжёлым вздохом поднимает глаза на зеркало, вглядываясь в своё отражение сквозь чуть запотевшее от почти горячей воды, льющейся из крана, зеркало. Вот только он видит не только смутные очертания своего лица, притом ещё и цветные, а ещё и пару фигур. Его драгоценный друзья-тени. Красно-оранжевая, яркая, но спокойная и заботливая. И золотая с зелёными отблесками, порывистая, активная, но явно не самая умная и крайне неуклюжая, учитывая то немногое, что помнил о своих туманных друзьях Клэй…       Он чувствует, как ласково красная фигура гладит его спину, будто стараясь утешить, и видит как нетерпеливо двигается из стороны в сторону золотая, не в силах усидеть на месте от волнения…       – Понк, Фулиш… Я так по вам скучал… – едва слышно бормочет, парень не отрывая взгляда от стекла, будто боясь, что его туманные друзья всё же окажутся лишь бредом его воспалённого воображения, а не теми самыми, добрыми и самыми дорогими друзьями детства… Взгляд цепляет ещё одну более тёмную зелёную с редкими приглушённо-золотистыми оттенками фигуру: – Асом… – ещё один его друг. Эта тень всегда была в стороне от их игр. Почти как Понк, когда Дрим и Фулиш веселились и набивали шишки вместе, но Асом никогда не приближался к Клэю, если только тому не грозила какая-нибудь опасность…       «Ты нас видишь?» – торопливо, но кривовато вырисовывается на зеркале. Чуть витиевато, а кривизна от волнения. Явно Понк, Фулиш писал либо криво до неразборчивости, либо печатными буквами, Асом не писал вообще, даже представил его золотой. А вот Понк писал витиевато, каллиграфически, очень красиво и изредка слишком непонятно, будто врач… По крайней мере Дрим часто так шутил после того как ему в руки попала его медицинская карта, исписанная кривыми врачебными каракулями, которые едва научившийся читать ребёнок никак не мог разобрать…       – Вижу… Я снова вижу и вас, и цвета… Я так по вам скучал… Да, я не видел больше монстров за людьми, но всё вокруг, включая меня самого, было совершенно серым. Ни единой краски…       «Мы тоже по тебе скучали, Дримми!» – размашистыми, но печатными буквами стремительно вырисовалось на запотевшем стекле, и парень не смог сдержать тихого смеха, понимая, что это Фулиш, самый искренний и неловкий, самый добрый и родной…       – Не хочу больше вас терять… – тоскливо тянет парень, однако он знает, что сейчас он вновь пойдёт и примет эти чёртовы таблетки. Он не сможет от них отказаться…       Чтобы не травить сердце, он торопится на кухню, чтобы принять их. Запивает, едва не давясь, ожидая что тени друзей растают, а краски померкнут, но этого не происходит, сколько бы он ни ждал…       – Значит, это не из-за таблеток? – растерянно бормочет парень, задумчиво вглядываясь в контейнер…       На самом деле думает он не так уж и долго. Единственное, чего он по-настоящему боится, это монстров за спинами людей. И если у Ники есть такой монстр, то он ни за что не останется в одном доме с ней. Поэтому он быстро упаковывает свои таблетки и контейнер с недельными ячейками, прокрадывается в комнату, едва двигаясь от ужаса, ведь монстр всё ещё там, дремлет под боком у спящей Ники. Ей ничего от такого соседства не будет, а вот Клэя эти твари никогда не любили, и это ещё мягко сказано…       Минимум вещей в спортивную сумку. Его небольшие накопления, премии, что он откладывал на подарок на день рождения своей девушки… Впрочем, уже, видимо, не девушки…       Проверить и забрать все документы и медицинские справки. Он не должен оставить ничего личного и опасного. Конечно же, квартира принадлежит ему, однако её подарили родители с условием, что он будет состоять в отношениях с этой девушкой… Он полагал, что они сами разберутся, как и что с этим делать, а он вполне пока сможет пожить в мотеле или даже быстренько найти съёмную квартиру, он достаточно зарабатывал для подобного, да и зарплата должна была прийти со дня на день…       В общем, он найдёт себе место, но оставаться рядом с монстром не станет…       Дорога на работу привычная, но всё же немного нервная. Нужно на перерыве поискать подходящее место и, возможно даже, забронировать место онлайн, чтобы точно не остаться на улице…       И в любом случае… Ему было не только страшно оставаться, но и идти в неизвестность …       ___       – А-а-а, наш бедный Дримми, как он справится с такими ужасами?! – плаксиво тянет Фулиш, почти повиснув на Асоме, который выглядел как всегда спокойно и непоколебимо, будто его не пытались прямо сейчас утопить в соплях и слезах…       – Всё будет в порядке, Ной. Разве ты не помнишь, каким сильным он всегда был? Да и для чего тогда мы здесь нужны? – Понк всегда знал, какие слова и когда сказать. Когда это касалось утешения или заботы, он был лучшим из них…       – Я со всем справлюсь, Итан, – согласно кивает Асом, будто эти слова были обращены к нему одному. Нет, он конечно был сильнейшим из них, в то время как Понк совершенно не умел сражаться, прячась в тенях или заботясь о побеге их друга, однако не стоило забывать, что Фулиш также обладал невообразимой силой…       – Конечно справишься, Сэм, – мягко соглашается Понк, разве мог он сомневаться в таком надёжном и умелом воине, как Асом. Им повезло, именно их группа сумела вовремя найти сущность, именно они стали защитниками грани и именно им доверял себя и свою безопасность самый драгоценный их смертный друг, Клэйтон Дрим…       Подобных им было великое множество. Кто-то сильнее, кому удавалось даже воздействовать на мир смертных, как им троим. Кто-то послабее, так что их присутствие едва ли отпечатывалось тусклыми тенями…       Однако у всех был единый путь. Защищать грань между измерениями смертных, бессмертных и вечных. Искать и оберегать сущность, сердце их мира. Искать чувствительных к энергиям проводников среди смертных, связываться с ними и заключать контракты энергии, поддерживающие существование путей между измерениями.       Слишком давно стало известно, что разрывать связь категорически нельзя, для всех трёх измерений это подобно смерти, причём долгой и мучительной. Однако при существовании связи всегда была опасность извне или из других измерений.       Бессмертные монстры рождались вместе с людьми и следовали за ними, пускай и обитали на своём уровне, в измерении бессмертных. Для измерения смертных они были опасны лишь в определённые периоды, а вот вечным могли насолить в любой момент, так что нужно было постоянно следить за путями. Вечные были сами по себе, люди лишь крайне редко, рождаясь проводниками, могли видеть их. В отличие от существ из измерения бессмертных, что были лишь относительно разумны, вечные были развиты едва ли не сильнее, чем смертные, постоянно ищущие новые пути существования. С давних пор повелось, что жителей измерения смертных называли просто людьми, существ из измерения бессмертных называли монстрами, а их, детей измерения вечных, называли тенями…       Клэй был крайне мощным проводником, заключившим с ними контракт энергий. Поэтому они защищали его, получив также возможность запитывать и оберегать пути связи измерений, что считалось крайне почётным делом.       Впрочем, надо признать, что в измерении вечных было крайне мало интересного, особенно учитывая, что они были действительно вечными, зародившись ещё с начала времён и так и существуя сквозь всю историю существования мироздания…       А вот мир бессмертных был немного сложнее, монстры рождались вместе с некоторыми людьми, это да. Однако они не умирали с ними, они продолжали существовать и могли прицепиться к человеку, что изначально не был с ними рождён, выпивая его силы и крадя круги жизни. Однако умереть они вполне могли, так их истреблением занимались либо сами тени, если обладали достаточной мощью, что случалось крайне редко. Либо сущности… Однако чаще всего сущности лишь даровали необходимую силу, пока тени могли делать своё дело…       Вынуждать сражаться сущности… Это считалось величайшим позором для теней!       Поэтому они сражались, уничтожая монстров, у которых породившие их люди закончили свой век…       ***       – Дрим, всё в порядке? – Флорис Фанди всегда был вежлив и заботлив, напоминая в этом Понка, но ранее Дрим никогда не обращал на это внимание… Теперь же сердце невольно затрепетало от света, что излучал этот парень, бывший вообще-то его одногодкой. Они ведь даже учились вместе и в школе, и в университете… Флорис всегда уважал его личное пространство, но при этом ненавязчиво заботился. В университете он немного отдалился, будто устав от пустоты, что встречал от него в школе. Неудивительно, что теперь они общались строго в рабочих отношениях, хотя привязанность Фанди к нему ещё сохранялась…       – Просто немного неспокойно, прости за беспокойство, Фанди, – неловко улыбается он, отступая с пути коллеги, которого слишком стыдно было называть другом. Не после того, как он обращался с ним все эти годы…       – Нет, что-то точно произошло, – растерянно бормочет парень, после чего расплывается в яркой радостной улыбке. – Ты улыбаешься! Боже мой, Дрим, ты не уткнулся в своё дело, а смотришь по сторонам. Твои глаза просто сияют!       – А… это… Просто, будто проснулся, – не станет же он говорить о том, что снова видит то, что недоступно другим. Что если ему пропишут новые таблетки, и он вновь погрузится в бесцветный безэмоциональный мир? Да, там не будет монстров за спинами людей, но там не будет красок и прекрасных ярких теней! – Прости…Я не особенно обращал внимание на мир вокруг, не хотел смотреть на бесконечные оттенки серого. Мне не стоило тебя игнорировать, но…       – Нет-нет-нет! Тебе не нужно за это извиняться, правда! Это мне не стоило следить за тобой и докладывать твоим родителям обо всём.       – Докладывать? – ошеломлённо переспрашивает он, не в силах поверить. Неужели его родители решили, что он какой-то буйный сумасшедший? Ладно, таблетки. Ладно, ограничения. Ладно, единственная дорога из их ожиданий, от которой он не смел отступить. Но ещё и слежка? Он что животное? Аутист или маленький ребёнок? Он ведь взрослый ответственный человек!       – Я понимаю, что они просто беспокоились о тебе, но я ведь был в первую очередь твоим другом. Мне нужно было хотя бы рассказать, а не продолжать в тайне от тебя…       – Вот как… И всё это время ты заботился обо мне тоже из-за них?       – Что? Нет конечно! Ты всё ещё мой дорогой друг! Мне… Мне было стыдно за молчание, да и ты стал отстраняться сильнее… Ты ведь понял, да? Поэтому отдалился?       – Нет… Прости, Фанди, я не понял. Я отдалился от всех, от всего мира, не только от тебя. Для меня всё вокруг было серым и в прямом и в переносном смысле. Мои таблетки влияют либо на зрение, либо на восприятие цветов. А ещё подавляют эмоции. Поэтому я ничего не хотел и не желал. Общение не было необходимым, оно было лишним раздражителем, и я его избегал…       – Подожди, то есть… ты не знал? Правда не знал?       – Нет.       – А что насчёт Ники и Джека?       – … Они тоже?       – Насколько я знаю, твои родители наняли их для того, чтобы присматривать за тобой. И платят им немалые деньги…       – … Вот как…       – Ох, нет, прости! Ники же твоя девушка…       – Нет. Это всегда было странным. У нас не было отношений, мы даже почти не общались.       – Вот как… Кстати, почему ты говоришь в прошедшем времени? Между вами что-то произошло?       – Думаю, можно и так сказать. Мне нужно побыть одному. Либо как минимум подальше от кого-то вроде неё, – неловко, едва скрывая дрожь произносит он, вспоминая то жуткое чувство беспомощности, что он испытывал перед монстром за её спиной… Эта тварь на самом деле желала его разорвать на мелкие клочки, он просто знал это…       – Она что-то тебе сделала? – наверняка отметив его странное поведение, нахмурился Фанди. Он выглядел так, будто был готов разорвать Ники, если она действительно что-то ему сделала… Неужели Флорис всегда так сильно за него переживал? В детстве это точно так не выглядело, однако и они уже давно не дети…       – Нет, ничего такого… Мне просто немного неприятно рядом с ней находиться, это что-то внутри меня. Стоило мне вновь увидеть цвета, как появилось и это чувство, отталкивающее от некоторых людей. Прямо как в детстве, да? – неловко улыбается он. В конце концов Флорис знал его очень хорошо. Он знал, что Дрим по неизвестной для него причине боялся некоторых людей. Это было иррациональным чувством ужаса, которое ребёнок не мог сдерживать, а взрослый старался подавить или хотя бы сбежать от него…       – Подожди, но разве у тебя есть место, где бы ты мог остаться? Вы ведь живёте вместе, нет?       – Я думал пока остановиться в мотеле… – он неловко отводит взгляд.       – Нет, так не пойдёт! Просто подумай, что там тоже могут оказаться люди, что будут вызывать то чувство! Если уж решил искать безопасное место, то почему бы не остановиться у меня на какое-то время? Я сейчас живу один и как раз ищу соседа, чтобы разделять плату.       – Но разве у тебя уже нет вариантов?       – Мне звонили несколько человек, но они сомневались, так что я просто отправлю им сообщения, что нашёл соседа, чтобы они больше не рассматривали моё предложение. Оставайся со мной. Обещаю, я не стану докладывать на тебя или как-либо давить. Ты – мой дорогой друг, и я ни за что не поставлю что-либо выше этой дружбы, клянусь!       Горячность, с которой говорил Флорис, задела что-то внутри него. Он и раньше всегда мог положиться на своего едва ли не единственного друга среди людей, а теперь точно знал, что Фанди – самый надёжный вариант. Да и как ещё? Его друг был прав, что в мотеле парень может встретить ещё монстров за спинами, какая уж тут безопасность? У Флориса точно такового не было и жить рядом с ним не должно было быть такой уж проблемой, в детстве они часто ночевали друг у друга…       – Я… Буду рад принять твоё предложение. Ты меня выручил, правда. Спасибо, Флорис…       – Рад это слышать, Клэй. Поедем тогда на моей машине, если ты не против?       – Ты уже купил?       – Да, не так давно и из подержанных, но она хорошая.       – Поздравляю, – он ярко улыбается, искренне радуясь за друга. Ох, Звёзды, неужели они и правда снова могут считаться друзьями? Надо признать, он безумно скучал по этому чувству…       ___       – Располагайся, – он не может не улыбаться до ушей, широким жестом приглашая Дрима домой. Наверняка, будь у него хвост, и он махал бы из стороны в сторону, как бешеный…       Квартирка конечно совсем небольшая, но были две раздельные комнатки, пускай одна и была спаренной с кухней. Пространства мало, но на двоих вполне должно хватить…       – Если ты не против, то предлагаю тебе остаться в отдельной комнате, я уже привык жить у кухни, безумно лень вставать по утрам, так что это хоть как-то спасает от опозданий, – неловко улыбается Флорис, приглашающе открывая дверь второй комнаты. Небольшая, простая и почти пустая, но всё же уютная. Хотя бы потому, что кровать была завалена кучей подушек, которые его прошлый сосед коллекционировал, а потом просто бросил, сказав, чтобы Фанди их выбросил, если не нужны… Повезло, что он до сих пор не сделал этого, ведь теперь мог отдать их Клэю…       – Ох, откуда тут столько… Мне точно можно?       – Да, Дэвид сказал мне выкинуть их, когда съезжал, так что теперь можешь считать их своими. Похоже ему просто надоело каждый раз потеть, утопая в подушках, – мягко усмехается парень, зная, что его другу нравятся такие маленькие истории. Слышать что-либо, даже если это разговор ни о чём… В детстве Клэйтон обожал это, будто сам звук чужого голоса, помогал ему справиться со страхами. Особенно сильно это было видно, когда они оказывались в общественных местах, где мальчика мог успокоить только кто-то из его близких, сосредотачивая всё внимание малыша на своих рассказах…       – Спасибо, Флорис. Даже не знаю, как тебе отплатить…       – Хей, не нужно! Я сам искал соседа, так что это ты сделал мне одолжение, избавив от лишних хлопот!       Право, как он может считать Клэя должником? Это он наделал столько дел, что во век не сможет искупить своей вины перед ним. Поэтому он постарается и окружит Клэя заботой. Снова станет успокаивать, если тот будет пугаться, снова будет обнимать и укачивать, спасая от кошмаров. Совсем как в детстве!       Однако он оставляет друга в его новой комнате, стараясь побыстрее подготовить лёгкий ужин. Он знает, что на ночь Клэй не ест много, даже если пропустит обед. Лёгкого овощного салата или даже просто чая будет достаточно. К счастью, Флорис как раз недавно закупился овощами, так что проблем не было. Крупный томат, нарезанный кубиками, огурец – полукругами и лук – четвертинками колец. Всё это заправлено ложкой сметаны и майонеза и немного присыпано солью и молотым перцем. Чай уже не нужен, но он всё равно погреет воды. Нельзя же ограничивать Клэя одним только вариантом…       Ужин проходит мирно и быстро, Клэй вызывается помыть посуду, сколько бы Флорис не уговаривал. Хотя настаивать слишком долго нельзя, иначе его друг расстроится. Однако Флорис может взять на себя ответственность за сушку, просто вытереть посуду и сложить на место, пока Клэй решает выглянуть в окно, полюбоваться на звёзды. По крайней мере в детстве он очень любил ночное небо…       – Клэй, всё хорошо? – мягко спрашивает Флорис, когда заканчивает и замечает, что его друг обхватил себя руками за плечи, чуть дрожа.       – А? Д-да… – запинаясь от страха тянет тот, однако Фанди прекрасно знает, что тот скрывает…       – Опять то чувство? – мягко спрашивает он, чуть приобняв за плечи. Не больше, не меньше. Поддержать, но не принести дискомфорта…       – … Да… Просто… – голос Клэя чуть срывается, сменяясь судорожным вздохом, однако он быстро приходит в себя, лишь чуть сильнее сжимая пальцы на локтях. – Их так много… Почему настолько много людей… – голос обрывается, он всегда не договаривает, но Флорис понимает и так. Так много людей пугают его, потому что что-то внутри считает их опасными. А если для Клэя они опасны, то Флорис сделает всё возможное, чтобы уберечь его от них…       – Всё будет хорошо. Они там, они не достанут до тебя. Мы дома одни, мы в безопасности. Поверь, замок на двери очень хороший. Никто не сможет пробраться и навредить тебе. И если даже что-то пойдёт не так, я помогу, обещаю.       – … Спасибо, Флорис… – после недолгой взаимной тишины благодарит Дрим, улыбаясь ему так чисто и прекрасно что он едва может дышать, восхищаясь этой красотой…       – Не за что, Клэй. Пойдём спать? Завтра, конечно, выходной, но ты вроде как брал дополнительные рабочие часы до конца месяца? Не против, если я к тебе присоединюсь? Лишняя копеечка всегда приятна…       – Правда? – это прекрасное растерянно-смущённое выражение лица… Клэй всегда чувствовал себя неловко, когда Флорис предлагал ему в чём-либо помочь или просто решал присоединиться к любому его делу. – Конечно, спасибо, я буду рад поработать вместе.       – Вот и отлично. Но ты ведь возьмёшь себе как-нибудь отпуск? Насколько я помню, ты ещё не обращался с этим к начальству. Ты вообще к ним не заходил в последнее время. Только вписывал всё новые часы сверхурочной.       – Да, наверное стоит… Я давно не брал перерыва… да и мне стоило бы немного привыкнуть снова видеть яркие краски этого мира…       Взгляд Клэя устремлён в мрачное ночное небо, но чуть рассеян, а улыбка на губах полна мягкого блаженства…       На таких прекрасных пухлых губах…       Какой же он красивый…       Если бы только Флорис не поступил так…       Если бы ни на миг не оставлял, оберегая…       Если бы только Клэй был только его…       …       Если бы…       ***       Ему не следовало удивляться, когда жить стало чуть легче? Нет, он знал, что Флорис весьма заботлив, но, похоже, слабо понимал насколько…       В один момент показалось, что все его проблемы могут быть решены одним человеком, но…       – Хей, ты уверен, что это те таблетки? – растерянно уточняет Николас Сапнап, друг Карла и теперь его друг, судя по всему.       – Конечно. Я всегда покупаю их по одному рецепту и никуда не перекладываю кроме контейнера.       С чего взялся этот разговор? Ник – врач. Какое-то время они очень неплохо общались, так что решили встретиться в выходные, устроив вечер фильмов, на которых он ещё не разу не бывал. Ну и конечно же он взял с собой таблетки, чтобы не пропустить приём, учитывая, что они собирались также устроить ночёвку…       – Слушай, приятель, боюсь, тебя кто-то нае… кхм… обманул, – всё же не использую крепкие выражения под вспыхнувшим возмущением взглядом Карла произносит Ник. – Это простое успокоительное, да к тому же крайне слабое. Это точно не может быть ***норм. Видишь, здесь на таблетке небольшой символ – это логотип ***1, а не ***2. А ***норм выпускает фирма ***2. То есть это никак не может быть то лекарство, что ты пьёшь. В коробке не те таблетки, кто-то их подменил. Да и мне вообще странно, какой идиот прописал тебе такой долгий курс ***норм не следует принимать дольше пары лет, такие препараты стоит постоянно менять, чтобы не навредить организму. Да и банальное привыкание никто не отменял, хотя здесь это больше как накопление токсинов, слишком уж мощные активные вещества.       – Что? Но кто мог? Я точно знаю, что Джек и Ники не стали бы, но кто тогда? У нас дома никого никогда не бывало. Подменять таблетки было просто некому. Да и зачем? Кому я сдался?       – Вот, чего не знаю, того не знаю, прости, приятель. Но в любом случае крайне не советую продолжать приём. Я и без обследования вижу, что у тебя есть проблемы с печенью и с нервной системой. Ещё немного и загубишь себя непоправимо. Да и ты вообще уверен, что они тебе нужны?       – … – он поджимает губы и отводит взгляд. Сам он никогда не считал эти таблетки необходимыми. Они приносили лишь короткое облегчение, скрыв от него монстров, однако в самом начале это скорее нервировало, ведь он не мог понять, откуда может исходить опасность. Он не был приспособлен к тому, что не сможет видеть проблему, а должен будет каким-то образом определить её без столь явных намёков. Это было даже более пугающе, пока он не привык и не смирился…       – Ладно, просто подумай об этом на досуге. Если захочешь заняться здоровьем, обращайся, проконсультирую и направлю к хорошим специалистам. Учитывая такие явные показатели, при полном обследовании проблем явно будет больше, так что затягивать с этим не стоит.       – … Спасибо, Ник. Мне не очень нравилась идея приёма этих таблеток, но… Видеть монстров за спинами людей или разноцветные тени, бродящие по улицам ведь явно не нормально? – он говорит с горькой иронией, знает, что это не норма. Ему вбивали это в голову слишком долго, когда он отказывался по началу от приёма таблеток…       – Кто сказал, что это проявление безумия? Это мешало жить? – внезапно усмехается Сапнап вместо того, чтобы как все врачи кивнуть и с серьёзным видом согласиться, что лечение необходимо.       – Что? – тут же теряется парень, не понимая, как может слышать такое из уст врача. В квалификации Николаса он не сомневался, сам видел и слышал рассказы некоторых его пациентов, да и сам Карл является таковым, страдая от врождённых проблем с сердцем. Из-за болезни эти двое и подружились на самом деле…       – Верно, какая разница, если ты видишь что-то не так, как остальные, – согласно кивает Карл, что до этого молча внимательно слушал их разговор, стараясь не мешать там, где он ничего не понимает. Для него медицина была глухим лесом, где он ничего не способен сделать самостоятельно, только следуя строгим инструкциям. – Разве мало врождённых особенностей? Дальтоники, люди с обострённым восприятием какого-либо из органов чувств, дислексики и прочее, и прочее… Они тоже видят мир по-иному, а это я ещё не говорил про экстрасенсов и ведьм!       – Экстрасенсов и ведьм не существует, – усмехается Николас, едва сдерживая хохот, когда Карл надувается от обиды, что ему не верят.       – А вот и нет!       – А вот и да.       – Существуют!       – Не верю.       – Да чтоб тебя…       – Ну, и что же?       – Чтоб тебе ни одна девушка не дала!       – ХА! Я – гей, девушки могут идти к чёрту!       – Ах, вот как! Тогда чтоб тебе и парни не давали!       – А мне и не нужны все подряд!       – Сапнап!       – Джейкобс!       – Дрим, – внезапно для двух спорщиков негромко, но оглушающе в кратком мгновении тишины произносит он, мило улыбаясь на растерянные ошеломлённые взгляды.       – Чёрт, точно у нас ведь вечер фильмов, а не диспут о существовании потустороннего, – наигранно драматично восклицает Николас, прикладывая руку ко рту и дуя губки, как какая-нибудь манерная фито-няшка из популярного приложения…       Ещё одна короткая пауза, что взрывается смехом трёх парней, которые не могут сдержаться от абсурдности ситуации. Так забавно притворяться идиотами, особенно зная, что это наигранно и только ради смеха… Такой и должна быть настоящая дружба, верно? Это похоже на их игры с Фулишем и Понком, хотя конечно говорить они почти не могли, ведь он их не слышал, а постоянно писать было странно и неудобно…       На самом деле этот вечер был восхитительным. Он ещё никогда не ощущал такой свободы с кем-то из людей. Флорис всё же немного душил, тогда как эти двое поддерживали, но не душили, позволяя оставаться в стороне, но увлекая, стоило ему загрустить…       С ними было тепло…       ___       – Где ты нашёл такого красавчика? – играя бровями, спрашивает Николас, когда Дрим засыпает непривычный к таким событиям. Фильм всё ещё идёт, но они с Карлом уже смотрели его однажды и просто решили освежить воспоминания, и заодно приобщить друга к классике, так сказать. Ну кто не смотрел в их время серию о мальчике, который выжил? А вот оказалось, что Клэйтон и не смотрел.       – На работе. Мы коллеги. Но на самом деле он только недавно стал общаться со мной. Хотя он вообще ни с кем не общался, будто зацикленный на работе и совершенно не чувствующий ничего. Смотрел почти насквозь, слушал внимательно, но никогда не выглядел заинтересованным, будто это в тягость ему…       – Полагаю всё из-за таблеток. Эти мощные, да и судя по всему курс у него слишком долгий. Его врач действительно идиот. Да и вообще, такие обычно выписывают при психических расстройствах типа шизофрении, причём в запущённой форме. У него я подобного не вижу, хотя он и упоминал, что видит что-то недоступное нашему глазу. Вот только кто сказал, что это делает его шизофреником? Такие заболевания проявляются совершенно по-иному.       – Бедняжка, как же сложно наверное было жить будучи под таблетками…       – Особенно под такими, – со вздохом кивает Николас. – Они воздействуют очень глубоко, отдавая не мало побочек. В том числе на зрение и эмоциональную сферу. Про токсины, поражающие пищеварительную систему, я вообще промолчу.       – Ужасно. Просто ужасно, – хмурится Карл, почти капризно протягивая слова и утыкаясь носом в плечо Клэя… он был таким милым, когда спал…       Да и к тому же Джейкобс прекрасно понимал проблемы, что могут вызвать некоторые лекарства. Хотя самой ужасной побочкой он считал сонливость, что одно время сильно мешала ему жить, заставив быстро поменять лекарства. Представить, сколько вреда уже успели нанести его другу такие серьёзные препараты было страшно…       – В любом случае, мы сможем помочь ему, верно? – решительно улыбается Карл, скорее утверждая, нежели спрашивая.       – Он сам хочет перемен, а это самое важное. Мы просто подскажем и подержим, – улыбается в ответ Николас, заключая с другом безмолвный союз.       Не увидеть в глазах друг друга одни и те же чувства в сторону блондина было сложно. Поэтому они оба будут стараться изо всех сил, пока один из них не сможет завоевать сердце этого прекрасного существа…       ***       В последнее время в городе много приезжих. Они ищут работу, снуют везде и всегда. В общем, нервируют простых жителей, действуя всем на нервы своей бесцеремонностью…       – Хей, красавчик, ну давай пойдём на свидание! – вновь нагло тянет Вилбур Сут, новый работник их конторы и самый наглый человек, которого он когда-либо знал. К кому липнет этот мужчина? Конечно же к нему самому, иначе зачем было бы вообще упоминать?!       Нет, он согласен с вздыхающими по нему девушками, Вилбур был очень красив, харизматичен и талантлив, особенно когда дело касалось музыки. Но он не заинтересован в отношениях! И к тому же с незнакомцем, с которым они впервые встретились всего пару недель назад!       – Отстаньте от него и займитесь своим делом, мистер Сут, – строго одёргивает мужчину Карл, прикрывая друга от надоедливого чужака.       – Что такое? Солнышко решило показать, что оно тоже умеешь жечь? Ты тоже очень миленький, дорогуша, но моя прелесть куда милее, уж не обессудь, – нагло отвечает Вилбур, заставляя всю столовую застыть в ожидании реакции ошеломлённых подобным обращением парней.       – Да ты… – уже готов взорваться Джейкобс, когда на его плечо опускается рука его друга, прерывая спор, готовый перерасти в рукоприкладство.       – Всё хорошо, Карл, – он мягко улыбается другу, успокаивая обоснованные, вообще-то, возмущения. Однако Сут спокоен и именно провоцирует, так что, начни Карл драку, все шишки посыпятся на него, а не на провокатора… – Возможно у мистера Сута не самая приятная пора в жизни, нам не стоит начинать споров.       Он видит, что без лишних глаз Вилбур достаточно мрачен и почему-то часто поглядывает на Флориса, что его вовсе будто не замечает. Поэтому, пускай он и может лишь предполагать, он не хочет давить. Сут – неплохой человек, просто излишне откровенный в своих высказываниях. Ему всегда кажется, что тот несёт какую-то ношу. Горе, что пожирает изнутри, пока всем вокруг он показывает лишь свет…       К тому же, мистер Сут значительно их старше, едва ли не вдвое, что делает подобные высказывания ещё более неловкими, но уж это он может стерпеть…       Однако он не ожидал, что в ответ на его слова их коллеги начнут хихикать, а Вилбур застынет статуей самому себе, явно медленно закипая…       Растерянность сразу отражается на лице, он точно это знает, ведь сдерживать эмоции, часто бьющие через край очень сложно. Особенно после долгих лет без подобных переживаний…       – Я что-то не так сказал? Простите, мистер Сут, я не хотел вас обидеть… – неловко тянет парень, неловко оглядываясь на широко улыбающегося друга. В глазах Карла светится гордость. Но почему? Разве он не поступил плохо, заставив всех смеяться над Вилбуром из-за своих неосторожных слов?       – Всё хорошо, Клэй, поверь. Он заслужил. Я знаю, что ты не имел ввиду ничего плохого. И все знают. Но мистер Сут раздражает многих, так что ты просто дал повод, даже если и не напрямую…       – Джейкобс, – угрожающе тянет вышеупомянутый, почти нависая над кудрявым шатеном, который бесстрашно глядит в ответ, пускай и снизу вверх. Вилбур был высок. Он сам тоже был высоким, отставая всего на пару сантиметров. Однако Карл был значительно ниже, сантиметров на десять или даже пятнадцать, что уже было большой разницей…       – Что такое? Разве я хоть словом солгал?       – Разве в нашем коллективе не принято принимать новичков с распростёртыми объятиями? – особенно подчеркнув их единство, отвечает Вилбур, уже не сдерживая яда.       – Не припомню такого бреда, – в тон ему отвечает Карл, пронзая оппонента своими серебристыми глазами точно клинками. – Подсиживание и доклады – помню, а вот про дружелюбие ничего не было.       …       Ох, а вот это уже камень в огород Вилбура. Все в компании знали, что тот не просто так сюда попал. Его отец был известным бизнесменом и недавно подмял их офис под себя, оставив Вилбура аудитором. И он воспользовался своим положением, чтобы выгнать всех, кого посчитал недостаточно надёжными, не дав ни единого шанса на возвращение. Естественно появилось не мало рабочих мест, что тут же заняли приезжие и сам, завершивший своё дело, мужчина…       Проще говоря, фактически Сута ненавидели все.       Мало кто говорил открыто, опасаясь увольнения, однако за глаза организовывать подлянки, покрывая своих попавшихся товарищей было теперь нормой…       – Тебя уделали, придурок, – довольно усмехается Алекс Блэйд. Он тоже был сыном того человека, но приёмным. А ещё, Блэйд ненавидел подлости, предпочитая открытое противостояние со справедливыми правилами и равными шансами на успех, за что и был уважаем. Вот только работал он не офисным планктоном, как большинство из них, а начальником отдела охраны. Отвечал за безопасность всех активов Филлипа Сута, сейчас занимаясь безопасностью их офиса, что раньше имел всего одного охранника на входе в здание и всё…       А уж про безопасность здания и его соответствие с нормами рабочего пространства и вовсе можно было молчать. Огромное ему спасибо, что уже хотя бы отопление к зиме наладили, не оставив морозить зад при температуре плюс пятнадцать максимум…       Пожарные требования могли подождать, пока не будут упорядочены основные показатели благоприятной рабочей среды для их рода деятельности…       – Ой, да идите вы все к чёрту, – зло бросает Вилбур и всё же уходит. Алекса он переспорить не мог никогда…       – Спасибо за помощь, мистер Блэйд, – он улыбается мужчине, ярко и искренне. Разве не так нужно благодарить своего спасителя? Если бы он не вмешался, то последствия могли бы быть не самыми приятными…       – Как будто я сделал это ради вас, – грубовато отвечает Алекс и уходит, однако он уверен, что тот просто смущён, уж очень ярко пламенеют его уши, хотя едва ли так много людей могут это заметить, у Блэйда длинные розовые волосы…       – И почему они оба должны быть такими грубыми, – недовольно тянет Карл.       – Они по своему милы, если задуматься. Однако грубость конечно не самая приятная черта… Впрочем, наглость, мне кажется, ещё хуже, – неловко улыбается парень, говорит негромко, чтобы коллеги не услышали и не начали распускать ещё больше слухов. Ему это конечно не так важно, однако слухи будут преследовать не только его но и других, а никого подставлять он не хочет…       – Клэй, ты – ангел! – умилённо констатирует Карл, уводя его из столовой. До конца перерыва ещё минут пять, так что они могут немного посплетничать. Вернее Карл будет болтать обо всём на свете, а он слушать и улыбаться. Только бы другу было хорошо… Да и знать всё об о всех может быть полезно, даже если ему это не очень нравится…       ___       – И какого хрена он такой… Такой… Аргх! – раздражённо выдыхает Вилбур, перебирая фото с последнего концерта. В этом городе то был первый, однако так ли это было важно на фоне всего происходящего? Много интересного, много событий и загадок. Но люди… Откуда берутся такие красавчики? Почему, чёрт подери, что не знакомый, то – символ красоты?!       Он долго искал того парня, но уж точно не ожидал, что по пути наткнётся на свой грёбаный идеал!       Как ему теперь поступить? Он искал этого несносного ребёнка почти пять лет. Пять!       И теперь всё бросать только из-за своего глупого сердца?       Впрочем…       Он ведь всегда может попытаться завоевать эту милашку, увезя того с собой, не так ли? У него дома всегда было мрачно тоскливо, особенно после ухода его жены. Не то, чтобы он не сумел её вернуть, однако даже так их отношения не продлились долго. Глупышка умудрилась умереть, будто веря, что это сможет что-то изменить…       Острый взгляд обращается к аквариуму с одной единственной аномально-долго живущей рыбкой. Аквариум большой и красивый, мало кто держит таких крупных рыб, предназначенных в основном в еду, как домашних питомцев… Нерка – рыба вкусная, из семейства лососёвых, но также и красивая, когда в своём брачном алом наряде… Ему всегда нравился этот вид…       Однако теперь хотелось заполучить ещё и милого котёнка…       Да, да, именно котёнка, самого обычного. Белого, пушистенького и мягенького точно облачко…       С такими чарующими большими зелёненькими глазками…       Теперь он очень хочет именно его…       ***       Мысль, что что-то не так, приходила к нему нечасто. Почему? Наверное потому, что он плохо понимал, как должно всё быть…       Внимание окружающих, особенно если за их спинами не было монстров, было для него скорее приятным, чем тягостным. Ему нравилось болтать обо всём на свете с Карлом и иногда Ником. Нравилось каждое утро начинать с Флорисом. Нравилось даже сталкиваться с Вилбуром и Алексом, хотя они почему-то его напрягали, несмотря на отсутствие монстров-спутников…       Впрочем, больше всего ему всё ещё нравилось проводить время с тенями. В последнее время они стали активнее – больше общались с ним, больше касались, больше показывали своё присутствие… Он даже спросил, что произошло, однако те так и не смогли ответить, только Сэм внезапно «подал голос» и написал, что у них есть какое-то дурное предчувствие, что совсем скоро случится что-то плохое…       Однако такое предостережение было недостаточным поводом, чтобы отказать друзьям, позвавшим его на прогулку. Отказаться потому, что ему грозит какая-то неопределённая опасность, что не факт, что проявится именно сегодня? Или солгать тем, кто стал для него столь дорог, ни разу не предав его доверие? Ни один из вариантов не казался приемлемым, а потому он решил рискнуть и согласиться…       Сейчас они брели по раскрашенному тенями и яркими огнями фонарей парку, смеясь над шутками Ника или забавными рассказами Карла…       Темнота вокруг не пугала, а скорее успокаивала. Его туманные друзья тоже были неподалёку, сейчас больше оберегая. По дорожкам ходили редкие прохожие, решившие тоже погулять в ночь с субботы на воскресенье по заснеженным улочкам небольшого парка…       – Хей, неужто наша принцесса тоже тут! – внезапно в их идиллию врывается голос того, кого видеть прямо сейчас точно не хотелось. У них был спокойны дружеский вечер, чёрт подери!       – И вам здравствовать, мистер Сут, – улыбается Карл, однако его тон так и намекает свалить в закат и не мешать. Умеет он сказать немного и вежливо, но при этом почти откровенно послать собеседника…       – Да ладно тебе, Карл, не чужие же люди. Работаем вместе уже… Сколько?       – Неделю? – мило подсказывает шатен, несмотря на улыбку так и источая убийственную ауру.       Сам он лучше промолчит. Едва ли он способен сказать много полезного. У него нет такого острого языка и непререкаемых манер, как у Карла, или хотя бы физической силы, как у Ника…       Стоп. Какой физической силы?!       – Ник, всё в порядке, – он мягко касается плеча друга, стараясь успокоить брюнета, который готов был идти и бить лицо надоедливому коллеге. О Вилбуре Суте он уже был наслышан благодаря Карлу…       – Разве ты не приехал сюда из-за меня? – внезапно едко слышится со стороны Флориса, который больше молчал и слушал, прибившись к ним почти по случайности. Он почти не общался с Ником и Карлом, но постоянно лип к нему… А сам он не был особо против, прекрасно понимая, что его другу детства крайне важно знать, что он в безопасности…       – Конечно да. Однако я также нашёл кое-что, что заслуживает моего внимания, – мило, но как-то по садистски улыбается Вилбур.       – Серьёзно? – раздражённо врывается в диалог Алекс, который до этого просто стоял рядом с братом, всем видом выражая неодобрение его действий.       – А почему нет?       – Тебе мало было Салли?       – Возможно…       – У тебя нет права говорить о ней! – внезапно вскидывается Флорис, едва ли не шипя на мужчину. В его глазах плескалась чистая ярость, вспыхнувшая со скоростью спички…       – Почему нет? Салли – моя любимая жёнушка…       – И где она сейчас? Если ты надеешься, что я не знаю о твоих махинациях, то ты глубоко ошибаешься!       – Салли в безопасности, – серьёзно кивает рыжеволосому парню Блэйд.       – И нужно тебе было это говорить, – тут же разочарованно тянет Вилбур. Будто не желал позволить Фанди снять напряжения от угрозы дорогому человеку…       Всё это очень странно и непонятно…       Он бы заткнул уши и закрыл глаза, полностью погрузившись в себя, только бы не слышать и не видеть, не испытывать любопытства и жажды разобраться в ситуации. Это ведь не его дело! Но Флорис – его друг…       Внезапно слышится громкий звон часов… Парк располагается рядом с филиалом городского университета и потому здесь часто играет классическая музыка, а каждый час обозначается колокольным звоном, пускай он и доносится из динамиков…       Бьёт полночь…       Он прикрывает глаза, наслаждаясь этим звуком и тут же установившейся тишине…       – Этот вечер слишком прекрасен для споров, не так ли… – последний звук обрывается слишком быстро, будто он проглотил конец фразы. Вот только это действительно так. Стоило ему открыть глаза, как улыбка с губ стёрлась в мгновение ока. Вместо Сута и Блэйда перед ним стояли два монстра. Самых настоящих полностью чёрных существа, но не за спинами людей, а во плоти. Даже казалось, что блестящие маленькие тёмные глаза продолжают сохранять какой-то разум, а не просто наполнены желанием его убить…       Время будто бы останавливается…       Прямо сейчас он чувствует, знает, что они и правда могут до него добраться. В этот раз монстры могут его коснуться, а не остаются беспомощными, не в силах выйти из-за спины человека и коснуться его… Коснуться его реальности…       И прямо сейчас они точно это могут…       А потому ужас просто парализует его. Даже сбежать не получается. Тело отказывается двигаться, а разум в панике заглушает все мысли, оставляя только звенящую обречённую пустоту…       Неужели его конец будет именно таким?       В лапах чудовищ, которых он боялся даже нематериальными, когда те наконец обрели плоть…       ___       – Клэй? – сначала нерешительно зовёт друга Фанди, когда тот застывает, резко обрывая предложение. Однако он продолжает молчать, застыв будто каменная статуя, а потому беспокойство берёт верх. В конце концов его друг всегда был пуглив по отношению к некоторым людям… – Клэй! Смотри на меня! – Флорис касается осторожно, не резко. Он знает, что Клэй легко может погрузиться в панику ещё глубже, если не быть осторожным. Поэтому он действует осторожно и ласково. Перетягивает внимание на себя, обнимая ладонями щёки парня и стараясь заставить его смотреть только на себя. Глаза в глаза. Чтобы уверенность и лёгкое беспокойство смогли побороть панику…       В детстве такое случалось часто, но не так сильно. Сейчас же казалось, что у него вот-вот остановится сердце…       – Всё будет хорошо, обещаю. Давай поскорее пойдём домой, ладно? Там до нас точно никто не достанет! Ну же, мечтатель… Да и поздновато уже… – Флорис умел играть и делал это хорошо. Окружающие не должны знать о таких особенностях его друга, Клэй и сам не любил о них распространяться. Увести его подальше от людей будет лучшим выбором, ведь обычно он относительно легко успокаивается, когда не может видеть тех чудовищ, о которых всегда говорил…       – Мы с вами, – бескомпромиссно заявляет Николас и мягко уводит их прочь, пока Карл подсознательно прикрывает спину Дрима от чужих взглядов. Почему у их друга была такая реакция и на что, они не знали, но это было не важно. Их другу было плохо. И они должны сделать всё возможное, чтобы ему стало лучше…       – Я… – Вилбур даже не успевает начать, как осекается под неожиданно тяжёлым и почти хищным взглядом вечно улыбающегося шатена, что сейчас выглядел как никогда серьёзно… Видеть Джекобса таким было откровенно жутко… Поэтому они оба застыли на месте, а когда опомнились, то четырёх друзей уже и след простыл, оставляя только вопросы без единого ответа…       – Вот и поговорили, – только и вздыхает Алекс вслед знакомым. Он не будет лгать, будто ему не хотелось узнать, что происходит. Однако также он понимал, что они недостаточно близки, чтобы получить доступ к такой информации… Да и личные дела ещё никто не отменял, а у него вообще-то есть прямой доступ…       …       – Как ты? – мягко спрашивает Флорис, укрывая друга пледом. Рядом с Дримом дымится чашка с чаем и стоят сладости в хрустальной вазочке. Сам парень всё ещё выглядит испуганным, но по крайней мере не дрожит и не глядит на мир глазами полными паники… – Что такое случилось? Ты так резко поменялся в лице…       – … – Клэю явно тяжело начать, однако Флорис знает, что сейчас нужно делать. Именно сейчас лучше надавить. Пускай он чуть испортит отношения, но хотя бы будет знать, от чего нужно оберегать друга… Конечно делиться с Ником и Карлом всё ещё не хотелось, но Клэй был дороже…       Сапнап и Джекобс тоже были здесь, у них в квартире. Не смогли оставить друга, да и всё-таки помогли убраться подальше от излишне любопытных Сута и Блэйда. Уж тех посвящать в проблемы Дрима точно не стоило…       – Флорис… За их спинами не было монстров. Там никого не было, и я не боялся их… Но когда пробила полночь… – Клэй вновь начинает паниковать, обхватывая себя руками и жмурясь, однако это всё же помогает ему немного успокоиться. – Когда пробила полночь, они сами стали этими монстрами…       …       Что? Разве Клэй всегда не говорил, что монстры прячутся за спинами людей и не могут появляться в реальности?       – Я не знаю как и почему, но они сами ими были. Они были рядом всё это время! А я даже не смог понять!       – Так, это что-то новенькое, – хмурится рыжеволосый парень, продолжая поддерживать друга, но опуская взгляд. Не верить ему он не мог, хотя и в существование того, что видел Дрим, было трудно поверить. Оставалось только слепое доверие, но по отношению к Клэю для Флориса это никогда не было проблемой… Поэтому и сейчас он верил, вспоминая все рассказы друга из детства в надежде понять, что же произошло. Почему внезапно монстры не были беспомощны, не в силах коснуться реальности, а оказались на месте живых людей… Тем более на месте Сута и Блэйда…       – Чем мы можем помочь? – просто спрашивает Николас. Очевидно, что они оба ничего не понимают в происходящем, Клэй не рассказывал им о своей «особенности». Однако они не требуют ответов и готовы подставить плечо просто так, даже не до конца понимая, зачем…       – Ник, Карл… – блондин внезапно переключается на друзей. Будто что-то щёлкнуло и ужас оказался вытеснен из его сознания. – Хах? Стало легче? – он растерянно оглядывается, а затем ошеломлённо замирает, глядя куда-то в сторону стены, а после понимающе благодарно улыбается. Тихий голос наполнен особой нежностью и привязанностью, когда он обращается к кому-то невидимому для них… – Спасибо, Понк… Всем вам спасибо…       …       Люди молчат, не понимая, но просто принимая. Удивительная ситуация на взгляд теней. Им всегда казалось, что в самой человеческое природе заложена ненависть ко всему неизведанному. Обычно все люди считали их Мечтателя сумасшедшим, стоило ему показать им, как он с ними общается. Эти же трое…       А ведь ещё эта странная ситуация с монстрами под прикрытием. Стоило признать, что тени ничего не знали о подобных случаях, так что теперь им предстояло найти способ противостоять новой опасности, и самое главное – защитить их друга!       И что и как им делать, если на реальность они могут воздействовать лишь крайне слабо?       Каким образом они смогут хотя бы оттолкнуть монстров от НЕГО?       …       Это будет долгая ночь…       Пока люди запрутся в доме, тени будут охотиться на монстров в человеческой шкуре, оставив на страже Понка, как самого слабого в бою. Сэм и Фулиш должны по крайней мере попытаться избавиться от этих тварей…       А ведь считалось, что монстры мира бессмертных не могут быть разумными. Неужели кто-то из них сумел прожить настолько долго, чтобы наконец обрести разум? Или же что-то произошло с концепцией их измерения и стали появляться совершенно иные особи? Но ведь они точно видели детей с совсем юными монстрами за спинами, а значит старая концепция всё ещё существует и работает… Так кто же такие Сут и Блэйд, если они обладают полноценным человеческим разумом и обликом, но являются существами из мира бессмертных?       ***       Он не ожидал, однако ночь прошла тихо. Стоило успокоиться, как его потянуло в сон, и, слишком устав от волнений, он поддался соблазну задремать в объятиях своих друзей, которые увели парня в его комнат, но не оставили, а остались рядом, оберегая от страхов…       Наутро нужно было на работу… Всем четверым…       Однако сборы проходили на удивление весело.       Карл был сонным и постоянно спотыкался, натыкаясь на все косяки, что только были в доме.       Николас заварил себе кофе… без кофе… Сладкой противной водой он плевался долго, сразу же проснувшись.       Флорис схватил контейнер с крабовым салатом и наблюдая за всем со стороны спокойно ел его в дальнем углу кухни.       А он сам… Сам он улыбался, пытаясь отобрать салат или хотя бы вручить другу хлеб и чай, чтобы он не набивал желудок одним только майонезом с немногими добавками… Флорис часто перебарщивал с этим соусом, но никогда не жаловался, так что контролировать его приходилось блондину…       Рабочий день тоже прошёл неплохо, не считая столкновения с Сутом в столовой, однако Флорис почти обшипел мужчину (это действительно было похоже на шипение, что было весьма забавно, поскольку Фанди почти у всех ассоциировался скорее с лисой, чем с кошкой), быстро уведя его подальше от Вилбура, который теперь воспринимался опасностью ещё большей, чем монстры.       …       Конечно парень понимал, что такая резкая смена поведения по отношению к двум братьям будет странной, но что он мог поделать? К тому же, всем в их офисе было известно, какой он странный, так что удивляться его закидонам никто не спешил, используя те лишь в качестве новых сплетен, чтобы хоть как-то скрасить наполненные цифрами и документами часы…       Однако оставаться ночью вне дома теперь было панически страшно…       А ещё он ждал, что смогут ему сказать его призрачные друзья, ведь обычно именно они разбирались с редкими бродячими монстрами или некоторыми, скрывающимися за спинами, говоря, что те уже пережили свой век…       Он не понимал, как это работает, но разве мог он не верить им?       Оставалось только ждать…       И он ждал…       …       Как-то вечером получилось так, что ему пришлось сильно задержаться на работе и Флорис с Карлом уже давно ушли. Конечно идти самому было не слишком приятно, однако он отказался от предложения друзей зайти за ним. В конце концов, сейчас был самый конец месяца, а потому все были загружены работой. Все уставали и лишний раз тревожить дорогих сердцу людей он не хотел…       Когда он вышел из здания было ещё около девяти вечера. Предостаточно времени до полуночи, которую он боялся больше всего. А потому парень решил просто прогуляться. Пройтись по наполненным людьми и машинами улицам, свернуть в пустеющий парк…       Однако сегодня было нечто необычное. В парке играла музыка. Не обычные классические мелодии университетской подборки, а что-то вроде рока, что обычно в вещание не отправляли. Потому он не смог сдержать любопытства и чуть свернул с неприметной дальней тропки в сторону главного входа в здание. По крайней мере музыка звучала не из помещения, так что наверняка кто-то устроил концерт. Интересно, это просто студенты или какая-то группа?       Он не знал, почему так сильно хотел подойти. Почему остался и слушал, будто зачарованный. Он ведь даже не особенно любил рок…       Однако биение часов застало его врасплох, как и мрачные фигуры, в которые обратились некоторые люди. Вот только, похоже не его одного, поскольку кто-то почти сразу закричал. Паника накрыла всех, кто остался собой и не обратился в безликих мрачных чудовищ, пока те ловили и рвали не обратившихся…       Только он стоял в оцепенении, наблюдая за вакханалией вокруг себя…       Его призрачные друзья же исчезли вовсе. В прошлый раз это было кратким мигом, когда он перестал их видеть. Сейчас же, вокруг были только умирающие люди и убивающие их монстры…       Впрочем, его никто не трогает. Монстры смотрят, но быстро переключаются на других людей, а к нему не приближаются…       Так странно. Он… В который раз ему кажется, что он застыл точно муха в янтаре?       Да, сознание кричит от страха, бьётся, рвётся из оков тела. Да, паника накрывает его с головой, но… Но… Что-то внутри него. Подсознание или что-то вроде того. Оно абсолютно спокойно. Будто так и должно быть. Полный штиль, принимающий всё происходящее, как норму…       Такое ощущение, что он где-то в другом месте. Смотрит фильм, где и происходят все события. Кошмары, что душат его – просто кадры киноплёнки. Нет, он всё ещё чувствует, всё ещё боится, но… Будто бы не взаправду. Его паника, жажда выжить, все страхи – всё это истинно, но… Неполно…       Почему?       Перед ним падает оторванная рука молодой девушки, что восхищённо кричала слова песни всего минут десять назад…       Его бьёт дрожь, сознание поглощено страхом и парализует тело, не позволяя сбежать, но что-то внутри, это клятое подсознание, – кристально чистое и спокойное…       Да что же с ним не так?!       …       Кто-то касается его спины, будто поддерживая. Чуть толкает, увлекает, заставляя идти прочь. Он видит чёрные руки с острыми когтями, что поддерживают и ведут его. Знает, что это как минимум странно, но послушно идёт…       Крики людей оглушительны и в то же время ощущаются едва ли шёпотом. Он идёт, ведомый монстром. Идёт, пока люди вокруг умирают от рук подобных его провожатому. Идёт, отрешаясь от всего вокруг всё сильнее и сильнее. Всё глубже погружаясь в равнодушие и покой…       В один момент он, кажется, проваливается слишком глубоко в свои мысли, ведь останавливаются они неожиданно. Он спотыкается, находя перед собой красивый массивный трон. Белый точно снег, а оттого ещё более жутко смотрятся мрачные цепи, что наверняка крепко зафиксируют жертву…       А ещё капли крови на полу неподалёку и ещё один трон, к которому прикована заплаканная рыжеволосая девушка с кляпом во рту. Она, кажется, пыталась до него достучаться, привлечь внимание и спасти…       Бедняжка…       Ему ведь не нужно спасение…       – Очнулся наконец? Сам сядешь или мне придётся тебя заставить?       Знакомый голос. Вилбур Сут. Монстр рядом с ним – это Вилбур Сут. Впрочем, это было ожидаемо, не так ли?       Он поднимает голову, осматривая помещение. Оно напоминается дорогие пентхаусы из интернета. Просто мрачноватое из-за плотных штор…       – Мне просто нужно сесть? – ему всё равно на самом деле. Просто уточняет, потому что мысли текут слишком медленно, с трудом пробиваясь через пустоту, застилающую всё внутри и вокруг…       – Да, Клэй. Тебе просто нужно сесть. Не беспокойся, я позабочусь о тебе. С тобой всё будет хорошо… – голос звучит твёрдо, но чуть одержимо. Чем-то напоминает того полурослика из фильма «Хоббит»… Но, опять же, ему как-то всё равно…       – Хорошо, – только и кивает он, спокойно усаживаясь на мягкую подушку. И на этом спасибо. По крайней мере не жёсткое седалище, после которого всё будет болеть…       – Даже так… Сам решил подчиниться? – почти восторженно тянет монстр, осторожно чтобы не поранить касаясь подбородка и приподнимая голову блондина, чтобы их глаза встретились. Усталая и пустая зелень и золотисто-карие уголья – единственное, что выделяется на чёрном жутком лице монстра…       – Не вижу смысла сопротивляться. Я ненавижу боль, а сопротивление обычно ведёт к насилию, – просто пожимает плечами парень и не двигается, позволяя приковать себя к троноподобному креслу. Лишь следит странно-пустым взглядом…       ___       «Что с этим блондином не так?!» – изумлённо думает Салли, вглядываясь в новую жертву Вилбура.       Она была здесь уже так долго, что успела потерять надежду…       Когда она только познакомилась с Вилбуром, он был идеальным. Певец, красавец. Умный, харизматичный, милый, вежливый, весёлый. Всё, чего только можно желать. Неудивительно, что она влюбилась, когда их встречи стали происходить всё чаще, а знакомство плавно переросло в дружбу, а затем в нечто близкое к грани невозврата…       А затем признания и отношения, что быстро обратились в желание построить семью…       И это произошло тоже достаточно быстро. Они были молоды и горячи, но осознавали риски и подготовились. Флорис не был нежеланным ребёнком, он был пиком их отношений…       …       Пиком…       А потом пошёл спад. Нет, ребёнок был для Вилбура сокровищем, как и она сама, но…       Сложно не заметить, как с твоим малышом творится что-то необъяснимое, что упорно пытаются от тебя скрыть. Когда Флорис плакал по ночам, его голос звучал чуть грубее. И Вилбур никогда не пускал её, будто заботясь, а на самом деле продолжал хранить какую-то тайну. Однако тогда ей было не так странно, ведь она и правда уставала, почти весь день проводя рядом с малышом. Лишь редкие перерывы, которые ей давал её возлюбленный…       А вот когда он подрос, года в три, она впервые вошла в комнату своего сына после полуночи…       …       Это было началом конца. Впрочем нет. Это было началом её кошмара. Вместо ребёнка в колыбели она увидела какое-то жуткое тёмное существо, которое завидев её потянуло свои костлявые кривые ручки и голосом её рыжика протянуло мягкое «мама»…       Да, это был кошмар наяву, а также конец её беззаботной жизни. В ту же ночь она оказалась на этом троне. Скованная и беспомощная, вынужденная в прямом смысле слова жить как питомец… Как рыба… Как только часы били два ночи, монстры становились обратно людьми, а она превращалась в лосося. Рыбу в аквариуме в квартире Вилбура, которого она когда-то любила…       …       Впрочем, какой смысл так уж задумываться над прошлым. Да и о настоящем думать слишком грустно. Давайте подумаем о будущем? Например, каким животным станет этот блондинчик? Кто-то из морских обитателей, как она? Или же у него будет больше свободы в передвижениях? Она не может дождаться того момента, когда увидит это. Да, парень этот странный, однако какая ей разница, если так подумать. Наверняка просто идиот, раз даже не пытается сопротивляться. Глупый доверчивый парень, пошедший на поводу у чувств… Он ведь тоже из тех, кого очаровал её муж? Конечно обычно он просто избавлялся от влюблённых в него людей и Салли была уверена, что это она для него почему-то важна…       Внутри поднимается какая-то иррациональная ревность…       Она уже привыкла считать себя единственной особенной. Единственной, кого Вилбур не убил. О ком заботился, пускай и так извращённо…       Откуда взялся этот чудак, сам отдавший себя на милость чудовища?       ***       В очередной раз открыв глаза он растерянно осмотрелся, ведь всё вокруг внезапно стало невероятно большим… Или же это он стал маленьким?       Опять творится что-то непонятное…       Впрочем, разве он не ожидал подобного?       Что-то должно было произойти, и самые таинственные его благодетели давно предупреждали об этом. Он помнил, как сияющими глазами вглядывался в полный звёзд небосвод. Как до хрипоты спорил с Флорисом из-за яркости и цветов отдельных звёздочек. Как они пытались искать созвездия…       Взгляд опускается вниз и он зачарованно разглядывает «своё» тело. Перед ним были пушистые кошачьи лапки. Причём, судя по размеру на подушке, он был совсем котёнком…       Что ж… Теперь он хочет увидеть себя в зеркале!              Дополнительная информация (моя памятка, ведущая мысли не в ту сторону🤣):       Карл Джейкобс – яркое солнышко       Флорис Фанди – чуть одержимый, но искренний       Алекс Блэйд, Техноблэйд – цундере – монстр       Вилбур Сут – сумасшедший фанат – монстр       Сэм Асом, Асомдюд – молчаливый защитник – тень       Ной Фулиш Фулиш – не самый умный влюблённый друг – тень       Итан Понк, Понк – заботливый друг – тень       Ники и Джек – сиделки для Дрима, нанятые его родителями. Чтобы не светиться перед парнем, Ники играла роль его девушки, а Джек должен был быть другом для них обоих, но по итогу остался только другом Ники.       Салли Фанди (У Флориса фамилия матери). Вид лосося – нерка.       https://yandex.ru/images/search?from=tabbar&img_url=https%3A%2F%2Fmirribaka.ru%2Fwp-content%2Fuploads%2F0%2F6%2F7%2F0678bb7f43fb0044157426d12c6bc56e.jpeg&lr=24&pos=12&rpt=simage&text=%D0%BB%D0%BE%D1%81%D0%BE%D1%81%D1%8C%20%D1%80%D0%B0%D0%B7%D0%BC%D0%B5%D1%80%D1%8B%20%D0%BD%D0%B5%D1%80%D0%BA%D0%B0       https://yandex.ru/images/search?from=tabbar&img_url=https%3A%2F%2Fgruzarf.ru%2Fwp-content%2Fuploads%2Fb%2F5%2F0%2Fb50004058f17f707829f28c4e4ab5e31.jpeg&lr=24&pos=6&rpt=simage&text=%D0%BB%D0%BE%D1%81%D0%BE%D1%81%D1%8C%20%D1%80%D0%B0%D0%B7%D0%BC%D0%B5%D1%80%D1%8B%20%D0%BD%D0%B5%D1%80%D0%BA%D0%B0