Середина низости

Полпути до возвращения в парк, где потихоньку уже утихали развернувшиеся, яркие празднования мероприятия города, мы шли молча, пока что никто из нас не оборонял ни слова. Но я несколько раз кидала в сторону Себастьяна задумчивые, нерешительные взгляды, пока в конце концов он не спросил: — По видимому, у вас накопилось уйму вопросов ко мне? — поинтересовался он, взглянув наконец таки на меня. — Да, и один из таких, самый интересующий... Эм... Себастьян, а ты какой ориентации? — неловко поинтересовалась я, неожиданно останавливаясь посреди дороги; Себастьян что давно обогнал меня, сделал пару уверенных шагов обратно ко мне. — Сами посудите, как я могу быть связан со всеобщими людскими понятиями гендера? — склонив голову набок, как мне показалось, Себастьян посмотрел на меня с насмешкой. — А какое к этому может иметь отношение жнец? — привела я на то действительный компромат. — Когда-то жнецы тоже были людьми, и может поэтому, у них ещё остались своевременные сексуальные стремления. — То есть ты по отношению к людям ничего не чувствуешь? — поинтересовалась я, наконец сдвинувшись с места в сторону парка; Себастьян вмиг сумел подстроиться под мои торопливые шаги. — А почему это вдруг вас так заинтересовало? — поинтересовался теперь Себастьян у меня, украдкой улыбнувшись. Я потёрла затылок, и отвела взгляд в сторону; нашла выход из ситуации как не отвечать тогда, когда заметила пустующую вдали скамейку, и чуть ли не бегом устремилась к ней. Когда почти уже собиралась садиться, на всякий случай оглянулась, не замечая позади себя идущего за мной Себастьяна, поэтому в который раз пришлось вздрогнуть, когда повернувшись, заметила его сидящего на скамейке, сложившего одну ногу на другую, и наблюдающего за мной с улыбкой. Я осторожно присела рядом, сложив руки на коленях. — Что это у тебя? — поинтересовалась я, невольно поддаваясь вперёд; в руках Себастьян крутил какой-то блестящий серебрянный значок, по крайней мере, по форме на то похожее; с большим усердием приглядевшись, со своим минусовым зрением и в контактных линзах, я разглядела какие-то непонятные мне иероглифы. — Да так... Всего лишь одна очень ценная вещица, которая могла бы помочь вам в поиске большей информации о своей маме, — Себастьян представил моему взору необычную и красивую вещицу, свойства которых в его загадках мне было понять весьма сложновато. Пока он ещё недолго покрутил ее в своих руках, и вскоре убрал в карман, в моей голове всплыла фраза того красноликого жнеца: «...все благодаря сохранившимся архивам по записи в библиотеке умерших, где записана о них вся информация...» — Этот значок... Неужели он... — я выдержала паузу. — Именно. — кивнул моим невысказанным словам Себастьян, которые так и продолжили напряжённо висеть в воздухе. — Если бы беглый хотел вам помочь, он бы сразу отдал вам эту вещь. Но он скорее решил более нужным прибрать ее к своим рукам. Наше вселенски важное обсуждение, прервал появившийся из ниоткуда Артем, что пересекал парк шажок за шажком, в полнейшем одиночестве. Он был во все той же привычной для себя черной кожаной куртке, а когда он обернулся на прохожих позади него; тогда я тем более убедилась, что ни с кем не смогла его спутать. — Подожди здесь немного, ладно? Я быстро! — бросила я Себастьяну, не успев проследить за его реакцией, и быстро вскочила со скамейки; правильно, что оставила его в замешательстве, пока обдумывать будет, может и додумается, что лучше вмешиваться не надо, а то я теперь не знаю, можно ли Артема довести до обморока или нет? Раньше у меня даже такой мысли не было, а сейчас, вспоминая его шокированное лицо с той ночи, засомневаешься во всем! Даже, как казалось бы, человеке изученным тобой вдоль и поперек... Я догнала быстро идущего, понурившего голову в смартфон Артема, ибо одна могла ходить точно также быстро; осторожно положила руку ему на плечо, он вздрогнул и резко развернулся. М-да... Сразу видно, плохи дела... Он теперь ещё и вздрагивает при неожиданной встрече... — Артем, привет! Я тут сидела на скамейке неподалёку, а тут увидела тебя, даже не узнала сначала... — за спиной я обхватила одну руку другой, выше локтя, изо всех сил пыталась скрыть смущение в голосе. — Как ты? Чем занимаешься в последнее время? — и как тут можно было не смущаться, когда человек буквально смотрит на тебя, как-будто ты маньяк какой-то? Я сдержала порыв помахать рукой перед его лицом, как он вдруг ожил от некоего транса. — Ааа... Настя, привет... — он потер затылок. — Дела нормально, ничем особенным не занимаюсь. Мне уже писала твоя подруга эта... «Моя подруга?» — Ты про Катю? Да, она мне говорила... А ты... Ты точно нормально себя чувствуешь? — с сомнением поинтересовалась я. — После всего этого? — Эм... А ты гуляешь здесь не одна? — поинтересовался в ответ Артем, кидая странные косые взгляды мне за спину. — Как не одна? Одна, коне... — я прервалась, когда услышала его голос в паре метрах от меня: — Ох, прошу прощения, если как-то прерываю ваш разговор. Я просто ненароком потерял вас, — невинно начал Себастьян, посмотрев на Артёмыча. — О, ничего страшного! — протянула я, пытаясь скрыть внутреннее раздражение; он же наверняка понял, с каким уж явно я сильным желанием, ужасно хотела чтобы он вмешался в наш с Артёмом разговор. При том что Артем в откровенном замешательстве, и ничего не понимает... Если бы Себастьяна можно было убить, когда-нибудь я бы это точно сделала! — Я... Я бы хотела познакомить тебя с Себастьяном... Только недавно это произошло... И мне не пришлось уезжать к друзьям моих крёстных, — пробормотала я, натянуто улыбнувшись. — Аа... Так вот почему ты не уехала из города? Вы... Типа...Ее опекаете теперь? — предположил Артем, как-будто как-то нехотя протягивая Себастьяну руку. — Да, с недавнего времени. — спокойно ответил он. — А ты же вроде говорила, что ты одна гуляешь, Насть? — поинтересовался у меня тихо Артём. — Ээ... Гуляла... Пока мы разговаривали здесь с тобой, я гуляла одна, а когда появился Себастьян, получается, теперь и не одна! — я никогда не любила продолжительное молчание, из-за моих тупых отговорок. — В общем, пришла то я в парк с Себастьяном... — Понятно... — сказал Артем, хотя по его виду можно было сказать совсем обратное. Видимо, не находя тему для разговора получше, он продолжил: — Интересное у вас имя... Иностранное, — сказал он, странно улыбнувшись. — Родители такое предпочли. А так то я по сути из Москвы, — ответил на его улыбку своей Себастьян. — А о вас мне Настя много рассказывала. — в этот момент, мне захотелось поскорее заткнуть демону рот. — Как например, вы хорошо умеете водить байк, и насколько быстро вы бегаете, — последнее слово он произнес на тон ниже. — Как что́? Я быстро бегаю? — Артем нервно усмехнулся, бегло посмотрев на меня. — Может, нам лучше переговорить в каком-нибудь кафе, и может быть наедине, Насть? — А о чем ты хочешь со мной поговорить? Обо всем что хочешь, говори здесь! — с невинным, незнающим видом сказала я. — Хорошо, как скажешь! — уже более дерзким тоном ответил Артем: каким он обычно вел разговоры только с местной гопотой, или если задевают его самолюбие. На самом деле, о нем я так хорошо знаю только по многочисленным рассказам его компашки... Которой сейчас с ним не было. — Это, конечно, не мое дело, но давно вы приехали из Москвы? — Артем переглянулся со мной, и Себастьяном. — А ещё, с каких пор ты стала носить перчатки? Сейчас ведь даже абсолютно не холодно! Я закусила губу, пару раз поглядела на не отзывающегося Себастьяна, пытаясь подобрать слова; почему-то когда тебя застают врасплох, подобрать слова не похожие на оправдание очень сложно. — С таких пор! Только сегодня... Потому что мне нравится... — пробормотала я. — Хах, как странно, а я почему-то помню, как ты без перчаток даже зимой ходила, потому что рукам было тесно... «Он все помнит...» — Откуда тебе это помнить? Мы ведь познакомились с тобой два месяца назад! «И очень хорошо, иначе зачем ему прикапываться к такой мелочи?» — А вот так! Катя рассказывала, а о тебе она ни о чем не врёт... Она сама не знает, что было в ту ночь... И явно не... — Артем запнулся, поймав на себе взгляд Себастьяна; на лице и следа от дерзости и детской заносчивости не осталось, он уже и забыл, что здесь находился ещё кто-то, кроме нас, наверное потому, что на время Себастьян замолчал, не мешая нам друг с другом спорить; зато сейчас когда он вновь подал голос, в Артеме снова что-то переменилось: — Простите, мистер Балабанов, а почему же вы теперь гуляете в таких местах без своей привычной компании? Быть может, что-то стряслось? Артем засунул руки в карманы, поджал губы. На шее его можно было увидеть уже едва проглядываемые следы синяков, тянущихся вдоль по всей шее; он пытался изо всех сил скрыть последствия той ночи, выше поднимая ворот куртки, но скудно получалось. — Откуда тебе... То есть, вам это может быть известно? Это вам тоже все рассказала Настя? — Не совсем, — Себастьян качнул головой влево, приложив указательный палец к губам. — Я сам мог быть свидетелем. — Свидетелем? — Артем оглядел его с ног до головы. — Но это была частная вечеринка подростков... — он мотнул головой, и вновь с укоризной посмотрел на меня. — Если снова хочешь заслужить мое доверие, тогда покажи свою руку, — Артем скрестил руки на груди. — Руку? Какую руку? — Правую, только без перчатки... — я прикусила губу, непонимающей дурочкой получалось прикидываться только тогда, когда я по настоящему ей была. Сейчас же был совершенно иной случай. — Я не должна тебе ничего показывать. У меня она ещё не зажила. — Лучше скажи мне, как... — Это лучше вы мне скажите, — перебил его Себастьян, подходя к парню на один шаг ближе: положив руку на его плечо, и посмотрев прямо тому в глаза, он тихо произнес, чтобы было слышно только Балабанову: — Если внутренне вы считали себя настолько смелым, и самоуверенным, чтобы явно показывать это госпоже, зачем тогда сбежали? — Артем внимательно навострил уши, не в силах отвести взгляда в сторону, от этих пробирающих до глубины души глаз; пока он в них всматривался, и вдумывался в настолько поразившие его слова, да так что он было готов уже ответить и поставить этого так называемого дерзкого опекуна на место, он мог поклясться, что глаза этого типа на одно мгновение сверкнули красным, а зрачок сузился... Артем быстро отпрянул в сторону, и только тогда ещё раз взглянув на Настю, до него дошло: — ..Госпоже?... — пробормотал он вслух, явно пытаясь додуматься, почему он назвал Настю именно так. И тогда до него неожиданно дошло, настолько неожиданно, что самой безумности этой мысли было поверить сложно; но после того, как он стал свидетелем этого, все сомнения вмиг рассеялись. — Послушай мне... Мне очень жаль, что я тогда сбежал... Я поступил неправильно и... И трусливо, — Артем быстро переглянулся на них, не находя никакого отклика. — Я, наверное, пойду... — и уже было развернулся, как Настя снова его окликнула: — Стой, погоди, Артём! — он замер на месте, робко обернувшись: и что же будет теперь? — Ты тогда просто очень сильно испугался, тебя можно понять... Я тоже... Мы все пытались как-то выжить... Внутри он облегчённо выдохнул, и на этот раз постарался произнести это с максимальной искренностью: — Ты права, прости и за это, я был слишком нервный... А сейчас мне правда уже пора бежать. Как нибудь, до скорого! — он махнул им рукой, развернувшись, быстрым шагом устремился в ту же сторону, куда шел до этого. Оглянуться он силы в себе не нашел, но был откуда-то точно уверен, что Себастьян смотрит ему вслед.