Последний шаг

Такой умиротворяюще тихий шелест бумаг в кабинетах, гулкие шаги по коридорам после бессонной ночи легко усыпляют, не правда ли? Почему ночь была бессонной? Балу сам не знал, ведь после того, как он уложил спать друга, сразу уснул. За столом на кухне. Сейчас же он ждал его возле кабинета. Ну, как ждал... Его разбудил громкий хлопок двери. Саша подскочил и уставился на взъерошенного Мишу. В глазах играли злобные огоньки, а в руках он сжимал небрежно сложенную бумагу. -Сань... Я его убью... - сквозь зубы процедил Горшок -Успеешь еще. - спокойно ответил Балу и указал на документ в руках. - Это что? Миша отвернулся и с раздражением сунул бумагу в руки другу. -Подписка... О невыезде... Придется все концерты переносить, понимаешь? И сейчас... В этот момент в кабинет завели бородатого мужчину с руками за спиной. Поймав взглядом Горшка, он гневно оскалился и скрылся за дверью. -Это его допрашивать будут? - почти закричал Горшок, вскочил на ноги. -Он сдохнет раньше, чем успеет сказать слово "мама"... Балу хотел схватить Горшка за руку, но тот вырвался я залетел в кабинет. Саша махнул рукой и сел, в ожидании продолжения. За дверью послышалось крики, глухие удары и через несколько минут дверь резко распахнулась и в стену влетел побитый Миша. Ну, как побитый... Разбит нос, губа и кулак. Ударившись головой об стену, он завалился на бок, выкрикивая ругательства. -Я сделаю вид, что ничего не было! - сказал конвоир, который привел заключенного. - Идите домой! Дверь захлопнулась и только тогда Балу стал поднимать друга. -Миша, кулаками здесь не поможешь. - с укором сказал он, ведя Горшка к выходу- На какой лят, спрашивается, ты полез туда? Они вышли на улицу и сели на лавку напротив милиции. -Этот человек меня крупно подставил... - он взял у друга платок и приложил к разбитому носу. - Ему тогда поставили большую дозу. А я тогда не... не употреблял, в общем, понимаешь, да? А в этот день пришли менты. И вся эта доза волшебным образом оказалась у меня к сумке. А я был пьян и совсем не сорбражал... Ну повязали меня, его и всех остальных, в качестве трофея. Только потом меня оправдали, отец доказал мою невиновность... А этого и ещё троих закрыли на десять лет. Двоих выпустили по УДО... - Миша поджег сигарету и сделал большую затяжку, с облегчением выпустив густой дым. - Меня потом отец ох как нахреначил, за то, что я тусуюсь в такой компании... До сих пор на спине рубец от провода... Балу внимательно посмотрел на Горшка. Он сказал это с легкой улыбкой, будто бы вспомнил лучший момент своей жизни и усмехнулся. Раздался протяжный гул машины и к лавочке подкатил черный "москвич" -Мужики, мы думали, вас посадили обоих- весело сказал Поручик, опустив стекло- Поехали, репетировать будем... Даже не буду спрашивать, что с лицом, не буду! Садитесь, Князь с ребятами ждет. -А с каких пор Князь командует? - поднял брови Горшок, вытирая кровь с губы. -Так тебя же нет... Поехали, поехали! Садясь в машину, Миша оглянулся на прокуротуру и остановился. На пороге с небольшим мешком стоял Гвоздь* и курил сигарету. Увидев знакомого, он сделал последнюю затяжку, плюнул на бетонные ступени и, выкинув бычок, с кривой улыбкой помахал Горшку. -Увидимся, дружище! - крикнул он и пошёл в переулок. Миша злобно сплюнул кровь и сел в машину. -Горшок- откликнулся его Балу- Все в порядке? Он замолчал. Машина тронулась и свернула с улицы. Посидев пару минут молча, Горшок стал дергать дверь машины, будто хотел выпрыгнуть на ходу. -Останови машину! - крикнул он, нервно ударив по водительскому креслу- Поручик, останови машину! -Мих, ты чего? - удивленно спросил Балу -Потом, Балу. - небрежно бросил Миша и, выскочил из машины, помчался назад. -Князю скажите что-нибудь!.. В машине повисла тишина. -Дурдом... - вздохнул Поручик и нажал на газ. Промочив ноги насквозь, Горшок несся по лужам. Сердце бешено ухало в груди, дыхание совсем сбилось. Единственная мысль- успеть перехватить Гвоздя. Оббежав прокуротуру, Миша кинулся в переулок, в который пошел Гвоздь. Свернув за угол, он остановился и ,глубоко дыша, навалился на забор. Не успел. Опоздал. Горшок в отчаянии сел на мокрую траву и закричал в небо. Он просидел так минуты три, как в голову пришло осознание. "Какой же ты дебил, Горшок! " , подумал Миша, вскочил на ноги и помчался обратно, на знакомую улицу, туда, где прошло три года счастливой жизни. И в голове волком грызла мысль " Надо успеть. "