Спектакль: Акт Второй / Acta est fabŭla

Журналист живет в однокомнатной квартире почти в центре города. Дом Син Цю стал последней точкой в этом затяжном «путешествии» с целью собрать как можно больше информации. С этого района проще всего добраться до здания «Ордена», где Алатус и планирует провести ночь. Квартира кажется довольно пустой и словно нежилой вовсе. На стенах совсем нет декора, все вещи разложены по полочкам, нигде ни пылинки, отчего складывается ощущение, что Син Цю бывает здесь нечасто. Уют и комфорт совсем не обитают в этом помещении, ровно так же, как и хозяин квартиры. — Проходи, — Син Цю встречает его с порога и жестом приглашает в комнату. Журналист одет в домашние черные шорты, высокие белые носки и футболку с принтом, отчего Алатус невольно вспоминает Венти и его коллекцию футболок. Минуя пустой и даже слегка давящий длиный коридор, Сяо проходит в гостинную. Она же и спальня. Помимо дивана, на котором, похоже, спит журналист, есть шкаф-купе с идеально натертыми до блеска зеркалами, письменный стол с компьютером, стопки газет и огромное количество распечаток. На стене — доска, на которой закреплено немало фотографий, вырезок из газет и личных дел, карта города, на которой стоят какие-то отметки и прочие материалы, которые Син Цю использует в своем журналистском расследовании. — Единственный декор на стене, — хмыкает Сяо, рассматривая доску. — Я так понимаю, голые стены на тебя не давят? — Я здесь практически не живу, — пожимает плечами тот. — Считай это моим рабочим местом или офисом. Я ведь уволился из редакции, так что сейчас я сам себе предоставлен. — Безработный, — подводит итог детектив. — Писатель, — поправляет его журналист. — В принципе, слова-синонимы, да. — И ты занимаешься вот этим всем просто ради книги? — недоверчиво переспрашивает Сяо, кивая головой в сторону доски. — Вы же детектив, да? — Син Цю подходит к Алатусу почти впритык, немного наклоняет голову и с интересом всматривается в янтарные глаза. — Где же Ваша наблюдательность? — На сегодня я слишком устал, чтобы пытаться разгадывать твои загадки. Буду благодарен, если ты будешь говорить все прямо. — Не вопрос, — журналист скрещивает руки на груди. — Говорю прямо: детектив из Вас так себе. — Тц… — Сяо ударяет себя ладонью в лицо. — Ладно-ладно, — Син Цю подходит к доске и постукивает пальцем по нарисованному портрету «N» в его образе. — Я занимаюсь этим, потому что я его фанат. Разве он не крут? Вообще не разделяю его взгляды в плане убийств, ибо убийство это плохо и все такое, но разве он не хорош? — И поэтому ты провел целую исследовательскую работу? Просто из-за того, что он «хорош»? — детектив приподнимает брови. — Ты либо сумасшедший, либо пиздишь. — Я просто горю своим делом, — пожимает плечами. — Написать о нем книгу было бы круто, нет? А, ну и еще, как я уже говорил ранее, но Вы, видимо, забыли, я не в восторге от того, чем занимается моя тетя, так что эта доска тут и из-за нее тоже. — Я вижу здесь фотографии и вырезки из архивных дел, — Сяо скрещивает руки на груди. — Ты знаешь, что это незаконно, и Чун Юнь за это может сесть? — А при чем тут он? — Син Цю драматично закатывает глаза. — У Вас нет доказательств, что он помогал мне, да и не будет, и закладывать его Вы не пойдете, ведь пришли ко мне за помощью, я не прав? — Прав, — Алатус глубоко вздыхает. — Я присяду? — Пожалуйста, — Син Цю машет рукой в сторону дивана. — Куда хочешь. Детектив присаживается на край углового дивана, взгляд цепляется за лежащую на столе стопку газет, и он щурится, пытаясь разглядеть черно-белое фото. — И правда, кто сейчас газеты читает? — хмыкает Син Цю, прочитав этот вопрос во взгляде Сяо. — Увидел что-то интересное? — Пожар в лаборатории? Сяо тянется рукой к газете, и, взяв за край, пытается осторожно достать ее из стопки, но вместо этого вся кипа бумаг падает на пол, разлетаясь по идеально чистому паркету. Покачав головой, журналист подходит, присаживается на корточки и принимается собирать все с пола. — Прости, — бегло извиняется Сяо. Он откладывает газету со статьей о пожаре на диван и опускается на пол, чтобы помочь собрать бумаги. Внимание привлекают знакомые лица — среди листов с тоннами текста он замечает фотокарточки и вырезки из личных дел некоторых знакомых ему людей, среди которых есть и они с Венти. — Что это? И откуда это у тебя…? — он подносит к лицу документ, на котором расписана информация о Барбатосе. — Это похоже на личное дело… только… — просматривая текст, он останавливается на диаграммах и таблицах. — Не понимаю, что это… — Как тебе вариант «меньше знаешь — крепче спишь»? — холодно переспрашивает Син Цю, поднимаясь на ровные ноги. — Это же личные дела подопытных детей, да…? — Алатус хмурится, вчитываясь в текст. Подопытный №135 Имя: Вейс Барбатос Возраст: 15 Чип: ☐☐☐☐☐ по центру грудной клетки со смещением влево Роль: «дуал» для подопытного №136 Тип: подавитель сигнала Отв-ный: Алиса ☐☐☐☐☐☐☐ Взгляд перемещается на зачеркнутую фотографию Венти. Здесь ему и правда на вид не больше шестнадцати лет, он широко и лучезарно улыбается, отчего сердце неприятно сжимается. Сяо совсем не замечает, что журналист уже стоит за его спиной, равнодушно и пусто смотря на дрожащие руки своего гостя. Подопытный №136 Имя: Чжун Алатус Возраст: 15 Чип: ☐☐☐☐☐ по центру грудной клетки со смещением влево Роль: «дуал» для подопытного №135 Тип: перехват сигнала Отв-ный: Алиса ☐☐☐☐☐☐☐ Эти файлы скреплены между собой, но никакой дополнительной информации нет. Фамилия, указанная рядом с именем Сяо — фамилия его бывшего наставника и биологического отца. Детектив откладывает бумаги в сторону и тянется рукой к файлу с фотографией Валефора. — И даже разрешения не спросишь? — с ухмылкой звучит голос Син Цю, и Сяо наконец вспоминает, что он сейчас не в архивах участка, а дома у журналиста. — Прости, увлекся… — он поднимает голову. Холодное дуло пистолета направлено Алатусу между глаз. Журналист смотрит на Сяо без единой эмоции, рука уверенно держит оружие, а губы растягиваются в кривой улыбке. Сердце детектива проваливается и разбивается на мелкие осколки. В голове всплывает больничная палата, белые стены, прозрачные занавески, запах медикаментов, лицо Венти и его холодные руки. Немая сцена на несколько секунд, после которой Син Цю поднимает оружие вверх и пожимает плечами: — Как настоящий, да? — Ч-что…? — глаз Сяо нервно дернулся. — Разве это не легкомысленно? — журналист отбрасывает пистолет на мягкую подушку на диване. — Ты подозреваешь, что Алису убил я, но при этом так легко соглашаешься на встречу у меня в квартире. Откуда столько доверия? Она ведь при тебе назвала меня третьим учеником Рэйндоттир, а ты, увидев возможность получить какую-то информацию, так легко идешь в мой дом, аха… Журналист кивает головой на разбросанные по полу бумаги: — Как думаешь, стоит ли эта информация твоей жизни? — Ты в своем уме?! — Сяо вскакивает на ноги и слабо встряхивает журналиста за плечи. — Ты нормальный вообще?! — Нет, но ведь Чун Юнь тебя предупреждал, — Син Цю лишь закатывает глаза. — Я сэкономлю ваше время. На этих бумагах, которые я, к слову, достал с большим трудом, уцелевшие после пожара документы из той лаборатории. Примечательно, что в числе подопытных детей, помимо известных мне, числились также дети самой госпожи Рэйндоттир. К слову, все трое. Лишь у одного из троих стоит довольно странная пометка около имени, но при этом у него есть номер, диагноз, особые приметы и прочее. Кстати, его фото зачеркнуто. У остальных же нет никакой информации абсолютно, кроме графы «чип», но фотографии не зачеркнуты. — Что… — Сяо жмурится от головной боли. После пережитого шока, хоть и кратковременного, но все равно прийти в себя тяжело. За секунду перед глазами успела пронестись вся жизнь и тонны переживания о том, что же будет с Венти. Усваивать информацию, которую выдает Син Цю теперь слишком сложно. — Здесь есть дела на весь полицейский участок. Стоит обратить внимание, что строка «чип» бывает двух видов. Полагаю, связано это с разделением людей на «персонал» и «подопытных». Уцелело, увы, не так много бумаг, и я нахожу странным, что при обыске их не нашли. — П-подожди, — Алатус наконец выдыхает, понимая, что это была лишь глупая шутка от журналиста. — Откуда у тебя это вообще? Мы не имеем никакого отношения к этой лаборатории… она была не то, чтобы в другом городе, она была в другой стране. У тебя есть связи и там? — Не нужно недооценивать третьего ученика Рэйндоттир, аха, — Син Цю пожимает плечами. — Так это и правда ты? — Я не сказал, что это я, — подмечает Син Цю, — я лишь попросил его не недооценивать. — То есть, тебе известно, кто это? — Алатус присаживается на диван, потому что ноги ощущаются ватными и кажется, что вот-вот и просто сложатся. — Ну, этого я тоже не сказал, аха, — он присаживается на пол, принимаясь перебирать разбросанные бумаги. — Я просто чуть более внимателен, чем ты, детектив. — Ох, я же просил сегодня без загадок… — Сяо прикладывает холодную ладонь к горящей от волнения щеке. — За годы работы журналистом я понял неписаную истину, — Син Цю собирает в кучу несколько листов и протягивает их детективу. — Лучше выражаться так, чтобы тебя нельзя было понять однозначно, ведь тогда любые слова можно будет выкрутить в свою пользу. — Звучит манипулятивно, ехидно и нечестно, — Алатус принимает бумаги и опускает взгляд. — Что это? — Уцелевшие после пожара бумаги, — тот ведет плечами. — Из интересного хочу отметить, что зачеркнутых фото здесь всего два — Венти и Альбедо. А, ну и, думаю, это очевидно, но все же проговорю это вслух, а то я привык сомневаться в детективных способностях нашей полиции: фотографии были зачеркнуты задолго после того, как сделаны эти бумаги. — Да, я вижу… — Сяо всматривается в четкий цвет маркера, который совсем не выцвел по сравнению с текстом и фото. — А на фотографии Альбедо маркер совсем свежий. Думаю, ему не больше года. — То есть эти бумаги ты взял у кого-то, совсем недавно, — подытоживает Сяо. — Ну и где? — Не догадываешься? — Е Лань? — предполагает, смотря в ехидные глаза журналиста. — Звучит логично, — Син Цю кивает. — Ох… — очередной обреченный вздох от Сяо. Манера общения этого человека порядком раздражает детектива, но с другой стороны в Син Цю он по-прежнему не видит угрозы, и даже это представление с пистолетом, хоть и заставило Алатуса понервничать, но он легко поверил парню на слово о том, что это все несерьезно. — Ты знаешь что-то про Вейса? — Был такой среди сотрудников «Ордена», — Син Цю кивает головой в сторону компьютера. — Информация из открытого источника, кстати. — Черт, — Сяо ударяет себя ладонью. — Опять на те же грабли… — «Орден» ведь известная компания, — журналист усаживается на диван рядом с Сяо, закинув ногу на ногу. — У них есть сайт, про них много статей, начиная с времен, когда руководителем была Гуй Чжун, и заканчивая нынешними событиями. Перечень сотрудников и некоторые интервью с ними можно найти прямо у них на сайте. К слову, господин Вейс там тоже упоминается. — Даже не подумал поискать у них на сайте… Прямо как и три года назад… — Знаешь, в чем ваша проблема? — Син Цю упирается ладонями в мягкую подушку за своей спиной и отклоняется назад. — Вы, детективы, привыкли приходить к людям, махать своими удостоверениями перед их лицами и принудительно вытягивать из них информацию. Вам не нужно изощряться, не нужно искать подход и прочее, у вас есть «бумажки», которые заставляют человека говорить. А вот мы, журналисты, адвокаты и прочие «простые смертные» должны добывать информацию иным путем. Нас могут открыто послать куда подальше, ведь «не обязаны». Когда журналист, адвокат или еще какой-нибудь «простой смертный» добывает информацию, то это целое искусство. Мы цепляемся за любой источник, мы ищем индивидуальный подход, тратим нерабочее время на посиделки в вонючих барах, которые нам не нужны, и все это ради возможного куска информации, который по итогу может оказаться ненужным. — К чему это? Жалуешься мне на тяжкий труд журналистов? — хмыкает Сяо. — К тому, что полиция разленилась. Чуть что — запросить записи с камер, выписать ордер, вызвать на допрос… по сути, вам самим мало что делать нужно. — Ты сейчас обесцениваешь чужую работу, — Алатус скрещивает руки на груди. — Причем, я не понимаю, к чему вообще этот разговор. — К тому, что имея столько инструментов, вы в своем расследовании продвинулись ровно на «ноль». Показательно, не правда ли? — он указывает ладонью в сторону доски с записями. — Решил просто высказать свое «фи» о том, как плохо работает полиция? — Что ж ты такой глупый-то, а? — Син Цю тяжело вздыхает и опускает голову. — А, впрочем, да, полиция у вас так себе. Что сейчас детективы тупые, что тринадцать лет назад. Вы в каком ВУЗе учились? Подойдет за антирекламу. — Только время зря потратил, — Алатус опускает взгляд на наручные часы. — Ничего полезного из общения не узнал, стресс словил, словесный понос выслушал, хейт получил. Если твой план-минимум выполнен, то я пойду. — Конечно, рад был встрече, — журналист улыбается, провожая Сяо взглядом. — До скорого. — Пх… не намерен больше общаться с тобой. — Намерен или нет, но до скорого, хех. Цокнув, Алатус уходит, оставляя журналиста наедине с собой. Нет ни малейшего желания находиться в его квартире ещё хоть секунду. Сяо садится в авто и довольно быстро покидает стоянку около дома Син Цю. Общение вышло слегка напряженным и нервным, хоть для себя детектив должен признать, что не бесполезным. Его в который раз тыкнули носом в одну и ту же ошибку — он постоянно забывает проверить информацию из открытых источников. «Ладно… — думает, направляясь в сторону «Ордена». — Подведем итог. Вейс работал на «Орден». В то время главой была, кажется, Рэйндоттир. Наивно было полагать, но я все же надеялся, что подопытных было всего пятеро, но, как оказалось, их было как минимум сто тридцать шесть. Кроме этого у каждого ребенка и сотрудника в анкете есть графа «чип»… Из знакомых мне я заметил Венти, Скара, ту четверку из приюта, Амос, Ави, Альбедо, Нигредо и Дурина, но я не просмотрел все дела, что зря, конечно…» Автомобиль сворачивает на трассу, Сяо постукивает пальцем по рулю, взгляд сосредоточен на дороге, пока мысленно он погружен в переваривание всей полученной за этот бесконечный день информации. «Если предположить, что все опрошенные люди говорят правду, а все просмотренные мною личные дела и дела из архива — тоже правда, то Вейс не был хорошим человеком. Точно так же, как и Сэм, из-за которого Скар взялся за оружие. Вирус был создан Рэйн, а Тигнари просто стал инструментом, который этот вирус нашел, но был уверен, что именно он виноват, и он создал. Отлично, конечно… Она использовала Нари, использовала Скара, использовала Итэра… если Амос тоже действовала под её давлением, то третьим учеником вполне может быть Тигнари. Он умный, холодный, расчетливый и сдержанный…» Сяо останавливает машину под зданием «Ордена». «Хотя, искать схожесть между учениками, основываясь на том, что Рэйн их использовала — так себе вариант… кого она только не использовала… — он вздыхает и неспешно выходит из авто. — Вейс лично отдал ей своего сына, как сказала Алиса. Не вижу смысла лгать… тогда, может, учеником на самом деле был Валефор? Ави младше Скара… Скару она сказала, что у неё до него был только один ученик, вполне возможно, что она взяла Ави позже… А если вся его история — это ложь? Может, он вообще ничего не забывал и работает в паре с Амос?» Детектив проходит через парадную дверь, берет со стола, за которым обычно сидит сотрудник клиники, защитный костюм, надевает и неспешно направляется к палате Венти. «А если Хэйдзо прав, и это на самом деле Сайно? Нари может его покрывать, по возрасту Сайно тоже подходит, а образ человека, который вообще боится зайти в здание «Ордена», хорошо сбрасывает Сайно из числа подозреваемых… Хм… с другой стороны, третий не обязательно продолжает дело Рэйн… может, виной всему Амос, а третий не имеет никакого отношения к происходящему? — детектив останавливается около палаты девушки. — Я до сих пор ни разу ничего у неё не спрашивал, но она тоже может что-то знать… Хотя, Син Цю уже преподал мне урок о том, что не стоит идти и спрашивать в лоб… Тем более у тех, кого ты подозреваешь…» Мотнув головой, Сяо быстрым шагом добирается до палаты Венти. Адвокат не спит, и как только в дверях показывается Алатус, в глазах Барбатоса появляется жизнь. Время — почти полночь, и он уже думал, что Сяо не придёт, хоть и обещал. — Прости, я задержался по работе, — Сяо присаживается на краю кровати Венти, берет его руку в свою и слабо поглаживает. — Как ты тут? Смотрю, мистер Пин охраняет, — он переводит взгляд на сидящую в углу подушки игрушку. — Молодец. Как себя чувствуешь? Адвокат быстро и часто моргает, его глаза сияют и блестят, отчего на душе Сяо сразу становится спокойно и тепло. — Завтра придёт свадебный регистратор, и мы распишемся… — тихо проговаривает Сяо. — Конечно, я бы хотел, чтобы это было более романтично и торжественно, но… Адвокат слабо поглаживает Алатуса по ладони и смотрит на него сквозь полузакрытые веки. Он выглядит расслабленным и умиротворенным, несмотря на грусть от того, что придётся заключать брак в больнице. — Да, ты прав, — Алатус улыбается под маской. — Неважно, в каких условиях… главное, что мы друг друга любим, да? Хех… — он сползает с кровати, усаживается на корточки и кладёт голову Венти на руку. Хочется почувствовать его, но защитный костюм не позволяет, а снять его Сяо не может. Он должен подавлять в себе эмоции и беречь себя от заражения, иначе ему запретят быть донором.

***

Амос расхаживает по палате, игнорируя то, что Тигнари приказал ей лежать в кровати. Лис раздраженно виляет хвостом, прослеживая каждый шаг пациентки. Он меняет фильтры в очистителе воздуха, проверяет капельницу, которая должна была бы быть поставлена девушке, затем хлопает себя по карманам белого халата, выискивая вакцину, которой там не оказалось. Он вздыхает и поворачивает голову на неё. — Суицидница, да? — он скрещивает руки на груди и испепеляет ее взглядом. — А Вам не все равно, доктор? — она усаживается на подоконник, подтянув одно колено к груди. — Мне не нужно лечение. Как и эта жизнь. Я уже сделала все, что хотела… — Ясно, — фенек недовольно цокает и направляется к двери. — Мне нет дела до твоих желаний. Если хочешь умереть, то сделай это за пределами палаты, пожалуйста. — Я не хочу умирать, — она вопросительно смотрит лису в спину. — С чего Вы решили, что я хочу? Я просто не стремлюсь жить, вот и всё. — Я не учился на психиатра, — Тигнари поворачивается к ней и постукивает указательным пальцем по своему виску, — и с сумасшедшими не имею желания общаться. — Потому что Вами легко манипулировать? — она расплывается в ехидной улыбке. — А «сумасшедшие» иногда не знают границ. — Не стоит вести себя так, будто Вы хоть что-то обо мне знаете, — шипит на неё лис. — Да я вижу тебя насквозь, — она встаёт с подоконника и подходит к нему ближе. Смотрит в глаза, пока губы растягиваются в высокомерной улыбке. — Я не намерен вести этот бессмысленный диалог. — И что она только в тебе нашла? — Амос всматривается в зеленые глаза фенека. — Ты ведь слабый и жалкий… Как и Скар… Как и те двое… Вы все недостойны даже стоять рядом с ней. Тигнари закатывает глаза и выходит из палаты, захлопнув за собой дверь. Эта девушка легко выводит на эмоции и, похоже, она считает себя лучше других, чем порядком раздражает. Мотнув головой, он направляется дальше по коридору, намереваясь прийти в комнату для персонала и просто упасть на диван без сил. Стоит подумать об этом, он вспоминает, что должен для начала осмотреть Альбедо, ведь на ранних стадиях за вирусом и его развитием нужно пристально следить. Раньше все решалось двумя уколами, но, как показала ситуация с Венти, все изменилось. Хвост безвольно падает, и его кончик волочется по полу. Уши опущены, а тяжелые ноги еле-еле идут, шаркая тапками по полу. Хочется уже скорее вернуться домой. К Сайно, которого он не видел два месяца. К работе, которую любит и по которой скучает. Возня с тяжелобольными отнимает слишком много сил и энергии. «Завтра сделаю все анализы… Сайно вряд ли одобрит мой выбор, но… если я могу помочь Венти, то почему нет? — лис смотрит в пол, медленно двигаясь вдоль коридора. — Я не спортсмен, никаких тяжелых нагрузок у меня нет, я не курю и почти не пью… думаю, отсутствие куска одного лёгкого вряд ли сильно скажется на моей жизни… правда, придётся некоторое время проваляться в палате, зато увижусь с Сайно…» Фенек слышит осторожные шаги за своей спиной и останавливается. Он не поворачивает голову, а просто стоит, смотря в пол. Он и без того знает, кому они принадлежат. Чувствительный слух уже давно уловил преследователя, но хотелось отойти как можно дальше от палат пациентов. — Ты вколол Амос вакцину? — звучит прямо над ухом шепот, заставляющий тело фенека дрожать. — Нет… я забыл её в кабинете. — Пусть она станет «статистикой смертности». — …. В его карман опускается рука, чужая ладонь проходится по бедру, и хвост нервно вздрагивает. Уши разъезжаются в стороны, а в глазах застывают слёзы бессилия. Тигнари стоит, словно статуя, потупив взгляд в пол. С тихим кашлем, который эхом разносится по помещению, на этаж поднимается Альбедо. Стоило стороннему звуку донестись до Тигнари, преследователь словно испарился. Ощущение давления и страха постепенно отступают, но запустить руку в карман и посмотреть, что именно тот ему подложил, не хватает смелости. — О, Нари, не спится? — Альбедо зевает, прикрыв рот ладонью. — Иду к Венти… хочу проверить, пришел ли Сяо, а то Итэр дал ему карту, так что теперь детектив не сообщает, о своих визитах, хотя мог бы. — А… да… — Ты в порядке? Выглядишь бледным. — В порядке, да, — Тигнари качает головой. — Пойду, наверное, посплю, а то что-то я без сил. — Понимаю, да… эта «дама», как энергетический вампир, — он кивает головой в сторону палаты Амос. — Ты от неё? — Да… суицидница какая-то… — Тигнари вздыхает. Сердцебиение постепенно выравнивается, и температура тела понижается. Присутствие Альбедо как-то помогает успокоиться и взять себя в руки. — Ладно, неважно… не стоит тратить на неё силы и время. Вышел из палаты и забыл, лучше так и делать. — Да… лучше… — пальцы невольно поглаживают карман, в котором лежит что-то, что ощущается тяжелым и давящим. — Хм… тебя провести? — Альбедо вопросительно наклоняет голову. — Думаю, не стоит… — Ты уверен? Белый, как стена. Ты сам-то не заразился? — … — Тигнари отрицательно качает головой. — Просто… просто вспомнил Сайно, вот и словил хандру. Соскучился по нему уже… — А он прийти не может, да? — …нет. — Грустно… — Альбедо опускает взгляд, вспомнив Нигредо, по которому тоже уже успел соскучиться. — Ну, не вечно же этот вирус бушевать будет. Тем более Вы уже и вакцину сделали… теперь это просто вопрос времени, пока… — Пока все оставшиеся больные умрут вместе с вирусом, — слегка истерично проговаривает фенек. — Оптимист, конечно, — Альбедо слабо хлопает его по плечу. — Выше нос, у нас все получится.