Дверь

      Герман что-то мило шептал на ухо Ро, от чего её щёки становили аллее и аллее. Мавина посматривала на них и выразительно фыркала. Далан же усмехался и иногда толкал в плечо Мавину и подмигивал ей. Девушка уже давно свыклась с его намёками и двусмысленными шуточками и предпочитала просто это игнорировать. Тейген же плёлся сзади, и его не интересовало абсолютно ничего из происходящего. Он был, как всегда, молчалив и задумчив. Всей компанией они двигались к месту встречи с Каем.       — Смотрите, первый залп! — Ро указала на темнеющее небо. По нему ввысь устремилась малюсенькая блестящая точка, которая через секунду с ужасным грохотом, разрывающим барабанные перепонки, преобразовалась в разноцветный фонтан. Следом за грохотом от салюта они услышали звон стекла и какую-то возню из темноты.       — Наверное, Кай опять о собственную ногу споткнулся, — пошутил Герман, от чего словил злющий взгляд от Мавины и подбадривающий шлепок по спине от Далана.       — Эй! Эй! — Тейген быстрым рывком растолкал друзей и побежал на звук. Никто не понял, что произошло, и все начали вглядываться в темноту. Сначала дошло до Далана, потом сообразила Ро и, выкрутившись из объятий Германа, побежала за двумя братьями. Мавина с Германом, ничего не понимая, припустили ходу за друзьями. Подбегая, они увидели, как Тейген и Далан стащили одно парня с другого. Видимо первый вырубил лежащего на земле и начал рыться в его вещах. Воришки — это обычное дело среди людей. Но когда Далан и Тейген не без труда оттащили вора, то девочки вскрикнули: у него были здоровые когтистые лапы, а из-под плаща торчало что-то длинное и жилистое, напоминающее хвост. Братья держали его изо всех сил, но диморф сделал подсечку хвостом, на конце которого красовалось жало, и с невероятной скоростью скрылся в темноте квартала. Тейген уже было рванул за ним, но старший брат оттащил его и показал на парня, лежащего на земле. Это был Кай. Он распластался на спине, словно прилёг поспать. И лишь очень неудобная, неестественная поза для отдыха выдавала, что с ним что-то не так. Мавина приглушённо всхлипнула и присела. Она потрепала его за плечо.       — Кай. Кай, ты меня слышишь? Кай!       — Отвали. — Герман грубо отпихнул девушку и наклонился к лицу Кая. — Он дышит! Я чувствую дыхание!       — Его надо к знахарю. Знаю того, который работает в праздник. У него не самая лучшая репутация. Как-то продал мне просроченную настойку от ну… мужских проблем, если вы понимаете, — Далан грустно усмехнулся.       — Выбора нет. Показывай дорогу. Я возьму Кая, а вы соберите его вещи. Когда очнётся, он нам не простит, если мы растеряем его любимые побрякушки. Мавина вытерла выступившие слёзы и принялась собирать вещи и складывать их в рюкзак. Когда она закончила, Тейген закинул рюкзак на плечо, а Герман подхватил Кая. Сейчас его полукровская сила пришлась всем на руку. Он поднял друга, как пушинку, напрочь отказавшись от помощи.       — Когда дойдём, я сбегаю за родителями, — сообщила Ро. Герман вопросительно на неё посмотрел. — Они ведь легионеры. Надо доложить им, что где-то по полуострову бегает диморф и нападает на людей.       Герман немного поразмыслил и кивнул, хоть и такая встреча с родителями Ро ему вовсе не улыбалась. Всю дорогу шли молча, лишь изредка раздавались всхлипывания Мавины, от чего Герман на неё злобно косился. Тоже, блин, развела сопли! Как будто это поможет её любимому Каю.       Когда они всей процессией вошли в Рабочий Квартал, они сразу потонули в смраде заводских мест. Здесь на три шага вперёд уже ничего не видно: дым и копоть застилали улицы и переулки. На каждом углу стояли указатели, чтобы люди хоть как-то могли ориентироваться. Из труб некоторых помещений выходил розовый, фиолетовый и зелёный дым. Сыворотки и настойки здесь готовились для массовой продажи, и здоровье работников Верховных Магов в целом не особо интересовало. Наконец Далан последний раз свернул у очередной развилки, и они оказались у двухэтажного дома с крупной кладкой разномастных камней, словно разных пород. После одного звонка в колокольчик, который висел сбоку от двери, она резко распахнулась.       — Мы тут... — начал было Далан, но мужчина, открывший дверь, прервал его. Мужчина снял очки и принялся покусывать их за дужку, попутно осматривая гостей и особенно Кая, всё ещё висевшего на плече Германа вниз головой. Он подошёл к его голове, понюхал ссадину на затылке, потёр уши и проверил зубы. Выглядело это жутко, и казалось, что он не лечить его собрался, а покупать.       — Заносите. Стол справа. Положить на спину, головой не бить. Герман в точности последовал инструкциям знахаря и аккуратно уложил Кая в доме. Остальные прошли за ним. В доме, в отличие от улицы, дышалось свежо и свободно, можно было даже уловить какие-то цветочные ароматы. Было светло и чисто, и совсем не было где присесть, поэтому вся компания толпилась кучей у самого входа. Мавина перестала всхлипывать и теперь молча наблюдала, как знахарь разглядывал ссадину на голове. И вдруг произошло что-то, от чего мужчина в очках подскочил и начал пристёгивать своего больного кожаными ремнями к столу, которые до этого момента безвольно свисали до самого пола.       — Что вы делаете! — завопила Мавина. Далан попытался её успокоить, но не тут-то было. Она вырвалась и попыталась отстегнуть Кая. Но ремни упорно не поддавались. Когда до неё дошло, что на них есть магические руны, то она оставила свои попытки и ринулась к знахарю.       — Что происходит? — пропищала она.       — Да, парень. Что за дела? У него травма. Он же не зверюга какая-то. Зачем всё это?       Знахарь держался молодцом и не реагировал на нападки. Он лишь поманил их к себе и попросил их наклониться к лицу Кая поближе. Потом он двумя пальцами раздвинул одно веко парня. Мавина вскрикнула. Герман отскочил и разбил какую-то склянку. Далан прикрыл рот рукой. Тейген тяжело вздохнул, а Ро что-то пробормотала про родителей и выскочила из дома.       Зрачок Кая задвигался и замер ровно по центру. Его карих глаз как ни бывало, на их место пришли белёсые с серебристыми проблескам в радужке. Они были словно мёртвые. У них был потусторонний блеск, но они были никакие.       — Что это… — на выдохе прошептала Мавина.       — Я намажу отваром синяк, — подал голос знахарь, — но не уверен, что справлюсь с отравлением без источника яда.       — Отравление? Источника? — растерялся Герман.       — Да. Без образца, я буду лишь пробовать разные противоядия наугад и не гарантирую, что никакое из них не сделает только хуже.       Все вспомнили жало на хвосте напавшего диморфа. И их пробрал страх, а вскоре и благодарность за построенный Магами Мост, из-за которого люди были в безопасности на своём полуострове. Оставалось лишь загадкой, как диморф пробрался сюда.       — Его всегда можно убить. И тем самым закончить его страдания, — сказал знахарь таким тоном, словно решил у незнакомцев спросить дорогу. Ребята сразу поняли, что к Каю он относится лишь как к куску мяса.       — Вы с ума сошли, что ли, — подала голос Мавина. Герман иногда удивлялся, как она талантливо из милой недотроги превращаться в сущую стерву всего за мгновение.       — Не горячись, Мавина, — вмешался Далан и обратился уже к знахарю, — мы не будем никого убивать. Понятно?       И, дождавшись утвердительного кивка от мужчины, он мирно выдохнул.       — Вы ведь знаете, либо я убью человека, либо яд сам его прикончит, только он будет мучиться. Хотя недолго: он не выглядит очень уж крепким. В любом случае, выбор за вами.       Да, Кай, конечно, не был здоровенным мужланом с горой мышц, но Герман верил, что у этой истории будет благоприятный исход. Обязан быть. А в это время Мавина снова начинала заходиться рыданиями, словно Кая уже хоронят, а Далан и Тейген грустно переглядывались.       — Что думаешь? — спросил Герман у Тейгена. Тот немного дёрнулся от того, что на него в принципе обратили внимание.       — Попытаться — это не плохо, — лишь хмуро пожал плечами тот. Но, как ни странно, Герман понял его правильно. И сказал знахарю, чтобы начинал подбирать противоядие, чтобы излечить Кая.