Vалентино

–,–`–,{இ

Сидеть в исправительной колонии Найт-Сити оказалось не так уж и плохо. Теперь мне не приходилось постоянно выживать, платить по счетам и думать о том, что будет завтра. Тут каждый день похож на предыдущий. За тебя уже подумали и все за тебя решили. Необходимо было просто с этим смириться и принять как данность. Играть по их правилам. Быть послушной девочкой и глядишь отпустят раньше положенного срока. Восприятие своего наказания как временную передышку помогало мне окончательно не расклеиться. Единственное, что омрачало так это кормежка. На улицах города и так сложно было достать приличной еды. А здесь то, что давали и едой то сложно было назвать. - Как тебе завтрак? Он же обед, он же ужин?! - спрашивает меня одна из заключенных. Ковыряю ложкой непонятную, кашеобразную жижу. Не вызывающая никакого аппетита. Вздыхаю. - Выглядит дерьмово. - Они называют это сбалансированным питанием. Якобы тут все есть для поддержания жизнедеятельности организма. Каждая калория посчитана. И знаешь, что? Еще никто не умер от этой еды. - Хм.. это нисколько не утешает. - Еще бы! Особенно, если твой срок не пару месяцев, а пару лет. Я молча сглатываю ком образовавшейся слюны. То ли от голода, то ли от вида этой гадости на пластмассовом лотке. Но как ты не крути, есть хотелось каждый день. И с этим тоже пришлось смириться. Так прошло полгода от положенного мне срока. За примерное поведение, что поддерживать мне получилось достаточно легко. Мне позволили раз в месяц пользоваться телефоном. Зная, что я из Валентино ко мне особо никто не лез. Правда, была хорошая потасовка с одной из представительницей банды Мальстрема. Эти долбаебы на пустом месте любят создать конфликт. И хуй просышь в действительности че им всегда надо. Наверное огромное количество имплантов каким-то образом влияют на их мозг. Что они становятся неуравновешенными и очень агрессивными. Впадая в безумие очень похожее на приступ киберпсихоза. Даже не смотря на то, что эта сука была напичкана имплантами, а у меня еще пока их не было. И мне приходилось полагаться только на свои врожденные инстинкты и приобретенные в драках реакции. Отделала я ее как следует. После чего меня отправляют в карцер на три дня. А уже выйдя из него я получаю соответствующий статус среди заключенных внутри колонии. Теперь уж точно никто не решится в будущем выяснять со мной отношения. Нашлись даже те кто захотели ко мне подмазаться. Но в подобных местах друзей не бывает. Поэтому я стараюсь держаться сама по себе. Изредка общаясь с членами из своей банды, что как и я мотали свой срок.

***

Привет, милая. - Нет не так!- Как дела? Я скучаю! Да блин! Это тупо! - Чешу затылок, сидя на скамейке спортивной площадки колонии. В итоге просто пишу: Привет. Это я. Смотрю в телефон в ожидании сообщения. Нервно кусая губы. Прошло уже столько времени, а я ничего не знаю о Кармен. Как она? Все ли с ней хорошо? Я постоянно думала о ней. О том, что произошло в последний наш вечер. Корила себя за безрассудный поступок. Если бы я тогда не была такой дурой ничего из этого бы не произошло. В душе надеясь, что это все временно. Что Кармен скучает так же сильно как и я. Что ее окно открыто и ждет меня. И когда меня отпустят, мы сможем снова быть вместе. Сможем убежать из этого проклятого города. Далеко, туда где нас не достанут. Где мы сможем начать новую жизнь. Счастливую жизнь. Эти мысли утешали меня долгими ночами. Время тут тянулось мучительно медленно. Привет. Как ты? Приходит сообщение, что заставляет мое сердце учащенно забиться внутри груди. Не умираю и это уже хорошо. Я скучаю по тебе! Постоянно о тебе думаю! Прости, что раньше не могла связаться. Мне только сейчас разрешили пользоваться телефоном. Ты как? Какие новости? Я тоже по тебе скучаю! Прочитав это, мне хочется расцеловать экран телефона. Я закрываю глаза и вспоминаю губы Кармен. Когда я выйду отсюда, то мы снова сможем быть вместе. Давай уедем из города?! Далеко. Например в Атланту. Валери, я не знаю как тебе сказать. Что случилось? Я теперь не знаю, что в действительности чувствую. Я поняла, что мои чувства к тебе были неправильными! Я много раз разговаривала с отцом Себастьяном он смог мне все объяснить. Да уж, я представляю, что он там тебе наговорил. – Думаю про себя, но в ответ пишу: К черту отца Себастьяна! Я люблю тебя Кармен! А ты любишь меня! Прошу, не говори мне что это неправильно! Прости!!! Но я больше не хочу расстраивать своего отца. В моей жизни только все начало налаживаться. И я так боюсь все опять разрушить. Я скучаю по тебе. Правда! Но теперь больше как по подруге. То что между нами было, пойми, это неправильно. В чем неправильность? В том, что мы любим друг друга? Сама любовь неправильна? Или что? Ты хочешь сказать мне, что все кончено? Долгое время я не получаю ответ. Мучаясь в томительном ожидание, прежде чем экран телефона снова загорелся, получив новое сообщение. Отец Себастьян предупреждал меня, что этот разговор состоится. И что мне придется сделать выбор. Либо жить опять во лжи и грехе, либо отринуть от себя все это. Я выбираю второе. Так будет лучше для нас обеих. Я сжимаю руки в кулаки. Чертов Падре! Он и в Кармен запустил свои когти! Блять! Прости меня, Валери. Мне очень жаль, что все так получилось. Но я не смогу. Я не буду больше никогда никого обманывать. Лучше будет если мы все забудем. Как-будто ничего не было. Кармен! Прошу тебя, не делай этого с нами! Я люблю тебя! Как я могу это забыть? Но мое сообщение не доходит. Она заблокировала мой номер. Беспомощность и боль овладели мной. То, что держало меня на плаву. Давало хоть какую-то надежду. Предавало смысл моего существования. Все это рухнуло. На какое-то время ощущаю как становлюсь глуха и слепа ко всему миру, захлебываясь от своих чувств. На глазах навернулись слезы, которые я быстро подавляю. Внутри груди образовался жар, что заставляет меня задышать чаще. Захотелось разъебать телефон об асфальт. Разъебать хоть что-нибудь! Что бы не было так нестерпимо, несправедливо больно. - Да, что вам от меня надо? Восклик какой-то девчонки находящейся на другом конце площадки, вырывает меня из моего состояния. Я вижу группу малолеток, что окружили ее. Исправительная колония Найт-Сити была настолько переполнена, что малолетние преступники жили среди нас. Обычно они кучковались небольшими группами стараясь держаться подальше от старших. А взрослые же в свою очередь, не обращали на них никакого внимания. Да и пересекались мы с ними крайне редко. По большей части в общественных местах, такие как площадка для выгула заключенных. Или в образовательном здание. Все несовершеннолетние учились еще в школах. Поэтому здесь их продолжали обучать. Если тебе восемнадцать, но еще не стукнуло двадцать пять можно было подать заявку на обучение по специальной программе профессиональной ориентации. Или послушать лекции трудностей адаптации при выходе на свободу. Для этого надо было не иметь никаких нарушений и получить рекомендацию от начальства колонии. Быть очень убедительной, что ты действительно хочешь исправиться, перевоспитаться и получить образование, а не тупо отлынуть от работы в колонии. Конечно, все эти программы чушь собачья. Адаптация блять! Никто не хочет брать на работу бывшего заключенного. И этим выдаваемым сертификатом по окончанию программы работодатель просто подотрется. Попасть сюда в глазах общественности это как вытянуть билет в один конец. Поэтому на эту херню никто не тратил свое время. Группа малолеток уже утаскивают эту девчонку с открытого места в более тихое. Такие ситуации здесь происходили почти каждый день. Особенно среди молодняка у которых бушевали гормоны. Им хотелось выглядеть в глаза своих же недомерок крутышками. А как иначе происходит самоутверждение и выстраивание иерархической лестницы?! Только за счет унижения другого. Если это произошло значит девчонка скорее всего тут недавно. Сейчас ее познакомят с правилами жизни в подобных местах и определят ее место. Но выглядела она конечно печально. Бледная, худощавая, небольшого роста. Непохоже, что она сможет за себя постоять. Какое мне до этого дела? – ловлю себя на мысли. Но какая-то необъяснимая сила все же заставляет меня подняться и направится к ним. Как-никак мне же хотелось выпустить пар. Сами напросились! Подойдя к ним ближе я уже вижу, что девчонка сидит на заднице. Видать уже приложили. Она держалась рукой за щеку и мне показалось, что она вот-вот заплачет. Но нет. Она смотрела на своих обидчиков твердо и уверенно. В ее глазах не было страха. Уважаю! Хотя драться она все же не умеет. А на одной смелости и решимости далеко не уедешь. И прежде чем группа малолетних преступниц начали ее пинать. Я быстро оказываюсь рядом с ними. Делаю одной из них подсечку ногой, а потом влепляю звонкую оплеуху. Кувыркнувшись и взвизгнув она отлетает в сторону. Две другие обернулись и посмотрели на меня. - Трое на одного как это некрасиво и подло! Округлив в ужасе глаза они попятились. Шуточно дернувшись всем телом и напугав их до усрачки. Они уже со всех ног дали деру. - Бежать тут особо некуда – кричу им в след. – При следующей нашей встрече я вас так отделаю, что вам мало не покажется. Подхожу к их подружке, что никак не могла прийти в себя от оплеухи. - Передай своим, что бы больше не лезли. Иначе будете иметь дело со мной!- Произнеся это, я даю той пендель для ускорения. Настроение мое немного улучшилось. Обернувшись, вижу, что девчонка уже поднялась на ноги и отряхнула тюремную робу. В ее взгляде читалось удивление. Ничего не сказав я уже хочу уйти, но она останавливает меня ловя за руку. Подобные жесты здесь были неприняты. Осознав это, она быстро отпускает мою руку и отступает на шаг назад. - Спасибо – тихо произносит она. Я молча киваю, принимая благодарность и оставляю ее одну. В конце концов, нянчиться мне ни с кем не хотелось.