Vалентино

–,–`–,{இ

Уехав из Найт-Сити я давила на педаль газа что есть мочи. Дорога, петляя, стелилась среди пустошей. Песок и пыль стояли вокруг. Забивая фильтры машины. Вокруг было тихо и мертво. Совсем как в моей душе. После четвертой корпоративной войны большинство мелких городов погибли. Оставались в живых только крупные мегаполисы. Таким мегаполисом была Атланта, что находилась на другом конце материка. Когда-то я слышала, что в Атланте жизнь была более-менее размеренной. Но внутри я уже не знала, чего хотела. Мне просто хотелось, чтобы дорога не кончалась. От чего и от кого я хочу убежать?! Каждый раз ловлю себя на мысли. Перед глазами постоянно стояла та картина. Воняющее сырым мясом и смертью полуподвальное помещение с тусклым светом. Круглый стол и сидящий за ним молча отец Себастьян с черными четками в руках. Он смотрел на меня своим острым, цепким взглядом. Я всегда понимала его без слов. С самого детства. И Падре знал об этом. Ты не можешь убежать от того, кто ты есть. Черт! И это так бесило! Каждый раз выбивая опору из-под моих ног. Будто он всегда знал все обо мне. Знал как лучше будет для меня. И решал мою жизнь за меня! Когда мои родители погибли, меня привели к нему и сказали: - Этот многоуважаемый человек теперь будет о тебе заботиться. Я смотрю на него снизу вверх. Задрав голову. Черны глаза Падре излучали свет. Безжалостный свет. Как у охотника, что взглядом гипнотизирует свою жертву. Я ни у кого не видела таких лучистых глаз. У большинства людей глаза были тусклыми, что говорило о их слабости. Но от Падре исходила неведомая для меня сила. Холодная ярость. Которая заставляла беспрекословно подчинятся. Мои маленькие ноги задрожали в коленях. А внутри меня что-то заметалось в желании убежать, спрятаться от него. Но быстро собравшись, я подавляю страх внутри себя. Держусь. Смотря на него. Не позволяя страху овладеть мной. Его вера выковала его. Сделав черты лица Падре жесткими, а руки грубыми. Когда он треплет меня по голове, как бездомного щенка. - Я знаю, что тебе было нелегко. – Спокойно произносит он. Смягчаясь. Делая мне одолжение. - Но теперь ты понимаешь, что жизнь твоя с этого момента изменится?! Киваю головой, соглашаясь. Тогда мое детство навсегда закончилось. И я не плакала. Ни тогда, когда Падре строго воспитывал нас. Выращивая из нас своих личных наемников. Ни тогда, когда он разлучил меня с Кармен. Ни тогда, когда отдал приказ жестоко избить меня. Пытаясь вышибить из меня все, что делало меня мной. Ни долгими ночами в исправительной колонии Найт-Сити. Слезы подкатывали, но тут же подавлялись. Все подавлялось! Но Кристиан! Правда Валери, какой смысл в жизни, если ты не можешь быть самим собой? Кристиан какой же ты дурак! И я не сдерживаю слез. Первый раз в жизни рыдаю горько и громко. Находясь здесь на пустошах. Среди Богом забытых земель.

***

Не знаю, сколько времени прошло, пока я добралась до Атланты. Машина по дороге несколько раз ломалась. В итоге мне пришлось ее бросить. И продолжить дальше свой путь автостопом. Но добравшись до города, я не чувствую облегчение. Атланта - это не город, а один большой стеклопакет. Высоких витражных, стеклянных башен тут было еще больше, чем в Найт-Сити. А обстановка была практически такая же. За исключением того, что Атланта не была моим домом. Прожив тут около года, я понимаю, что тут все то же самое. Фасфуд и грязь. Корпоратские крысы сидели в своих высоких башнях. На районах заправляли банды. А обычные люди перебивались мелкими заработками и еле-еле сводили концы с концами. Лежа в своей тесной душной комнате. Обливаясь потом. Смотря в потолок на то, как крутится с шумом вентилятор. Лето тут было еще жарче, чем в Найт-Сити. Я размышляю обо всем. Мне периодически снился Кристиан. В моих снах он заходил ко мне в комнату и молча садился на кровать. - Кристиан? Но он никогда не отвечал. Он сидел бесшумно, как тень, склонив голову. Когда-то я слышала рассказы от старших, когда они переживали подобные личные трагедии. О том, что периодически им снились похожие сны. Мертвые, которых они убили, приходили к ним. Ходили за ними по пятам, как тени. И так же молчали, будто ожидая чего-то. Мы, дети, воспринимали эти байки, как страшилки на ночь. Но отец Себастьян относился серьезно к этому. Он всегда давал наставление тому, кто обращался к нему с такой проблемой. Проводил церковный обряд. Иногда заставлял нас в этом принимать участие. Кручу в руке револьвер, подаренный Падре. В нем так и оставалось пять пуль. Одна пуля была в голове у Кристиана. Смотрю на черную рукоятку с золотым распятьем. И мне становится тошно от себя. Отшвырнув его в сторону Выхожу на улицу. Вечерело. Жара немного спала. Какое-то время бесцельно брожу по улицам города. Когда совсем стемнело. Думаю перекусить. Заворачиваю на улицу с различными забегаловками. И остановившись возле одной. Изучаю меню. В этот момент ко мне подходит девушка. - Эй киска! Развлечься не хочешь? Поворачиваюсь к ней. Проститутка. Вот только этого мне не хватало! - Нет. Но она подходит ближе, заглядывая мне в лицо. - Ты такая грустная. Уверена, что не хочешь отвлечься? Когда она говорит это, мой взгляд опять возвращается к ней, внимательно ее рассматривая. Шатенка с очаровательными ямочками на щеках и озорными карими глазами. - Ну хорошо. Сколько хочешь за ночь? - Все будет зависеть от твоих фантазий. – Она касается моей груди. - А так, по стандарту, сотка. - Идет. – Коротко отвечаю ей, переведя деньги. Придя ко мне домой, я молча опускаюсь на кровать, смотря на нее. Глазами она быстро пробежала по моей скромной квартире. Смотреть тут особо не на что. Кровать, шкаф и несколько полупустых полок на стенах. Положив свою сумочку на одну из них. Она медленно подошла ко мне. Когда ее пальцы дотронулись до моего лица. Мягко поглаживая. Я закрываю глаза. Пытаясь хоть что-то почувствовать. Она будто понимает это. Продолжает нежно гладить. Спускаясь к шее, затем плечам. Слегка надавив мне на грудь, заставляя меня немного откинутся назад, упираясь руками в постель. Она садится на меня верхом. Чтобы затем стащить с меня футболку и откинуть ее в сторону. Ее ладони продолжали гладить мою грудь. Ущипнув меня за сосок и немного потянув. Я выдыхаю. Открыв глаза. Она улыбается, наклоняясь к моему лицу. Ее губы были близко. Но она не делает попытки меня поцеловать, прекрасно зная, что с проститутками не целуются. Я касаюсь пальцами ее розовых губ. Чем она хуже меня? Я совершала вещи пострашнее, чем сотни миньетов за ночь. Наклоняюсь, целуя ее. Она на секунду удивляется, но затем послушно приоткрывает рот. Мои руки начинают ласкать ее тело в обтягивающем платье. Ее ягодицы покачиваются в моих руках. Затем она встает, снимая с себя платье. Представая передо мной полностью обнаженной. Смотрю на ее пирсинг пупка. Что поблескивал в полумраке. Возвратившись ко мне. Она ставит одно колено между моих ног, а рукой теребит застежку ремня на моих брюках. Мои пальцы гладят ее по ноге, подымаясь выше. Дотронувшись до ее промежности. Чувствую, что у нее все сухо. - Ты не хочешь меня? - Я здесь не для себя, а для тебя. – Мягко отвечает она. - Расслабься. Ты напряжена. Ослабив ремень моих брюк, она обходит кровать и садится сзади меня. На миг ничего не происходит. Затем я чувствую, как она почти невесомо касается моей спины. - Болит? – Неожиданно спрашивает она. Я сначала не понимаю о чем речь. Ее пальцы стали выписывать узоры на местах, где были мои шрамы. - Тело давно не болит. Вот только... - Запинаюсь. Тяжело вздыхая. Она обнимает меня сильнее. Прижимаясь к моему телу. Принуждая откинутся назад на нее. Я чувствую спиной ее соски. Одна ее рука скользит от моей груди к шее. А вторая скрывается под тканью моих брюк. Немного повернув голову, опять целую ее. А ее рука продолжает ласкать меня. Я опять смотрю на нее. Остановившись, она произносит: - У тебя очень красивые глаза. А твои губы хищные и чувственные. Ты не похожа на тех, с кем мне приходилось проводить ночь. - Знаю. - Перехватываю ее руку. - Я не уверена, что это мне сейчас надо. - Окей. Тогда чего ты хочешь? - Просто поспи со мной. - Хорошо.- Мягко улыбается она, ложась на кровать. И приглашая меня в свои объятья. Уснув у нее на груди. Мне снится Кристиан. Он снова сидит у моих ног. Увидев его, начинаю плакать. - Кристиан! Прости меня! Мне так жаль! Он первый раз поворачивается ко мне. И молча с тоскую смотрит на меня. - Валери. – Наконец произносит он. - Я знаю мне нет прощения. Прости меня! - Не вини себя. Это я был дураком. - Нет! – Беру его за руку. Продолжая плакать. - Валери! – Снова обращается он ко мне. - Не делай моих ошибок. Что бы ни говорил Падре. Оставайся собой. Я крепко обнимаю его до тех пор, пока не чувствую, как он начинает растворяться в моих руках. Пытаюсь его удержать, но просыпаюсь. А в моих объятьях была эта девушка. Светало. Она открыла глаза. - А ты все же странная – говорит она мне. - Но зато я не плохо выспалась. У тебя очень уютно. Девушка переворачивается на бок и касается меня между ног. - Могу отблагодарить тебя за это. Хочешь? – Она игриво улыбается. Но я опять перехватываю ее руку. Сморгнув слезы. - Нет. Может в другой раз. Удивленно пожав плечами. Она встает с кровати, собираясь. - Ну ладно. Если что. Ты знаешь, где меня найти. – На прощанье говорит она. Покидая мою квартиру. Я же продолжаю лежать и смотреть в потолок. Что я здесь делаю? Чего я хочу найти? Или кого? Какой во всем смысл? Поворачиваюсь и смотрю на револьвер, что так и лежал на полу в углу комнаты. Может, там вторая пуля как раз предназначена для меня? Размышляя об этом, что-то внутри меня все же сопротивляется. Мои мысли тут давно забродили. Скиснув. Отдать должное Падре, он все же смог меня хоть чему-то хорошему научить. Самоубийство - признак слабости. И станет ли мне после этого легче? Или я превращусь в такую же тень, что будет безвольно и безутешно слоняться по мрачным мирам. Кристиану больше не помочь. Его жизненный путь окончен. Моя же жизнь, какой бы горькой не была, все продолжается. И мне ничего не остается, как досмотреть это блядское представление до конца. Встав и умывшись. Смотрю на себя в зеркало. У меня нет никого кроме себя. И только я могу помочь себе. Я могу продолжать лежать тут дальше, опускаясь на самое дно. Либо попробовать, хоть и верилось в это слабо, изменить свою жизнь. Остаться собой и играть по своим правилам. Мне надо вернутся в Найт-Сити. Этот город был молод по сравнению с другими городами. Но глубоко внутри он был уже болен. Точно так же, как и все вокруг. Но, по крайней мере, я знала, как выжить в нем. Я знала каждый квартал и каждую улицу. Знала его правила и возможности. И не только это звало меня назад. Непонятная сила тянула меня вернуться. Словно не оконченные дела или люди, которые ждали меня там. Уходя. Я оставляю револьвер подаренный мне отцом Себастьяном на одной из полок. Револьвер, который связывал тонкой нитью меня с ним.