Человек, который очень не хотел умирать

— Привет, я... меня зовут Луновзора, но можно просто Луна. — Неуверенно начала знакомство ночная. — Приятно познакомится. Я Фриц Йозеф Гангль, но можете называть просто Фриц. — Улыбнулся человек. Луна заметила, что он повторил её формулировку, и невольно хихикнула. — А я - Вихрь, главный помощник королевы Тё... — Хотел было начать представляться песчаный, но был бесцеремонно прерван. — Мне это пока не особо интересно. — Фриц склонился над костром и посмотрел своими янтарно-жёлтыми глазами, светящимися в темноте и играющими отблесками огня, в глаза Луне. — Мне вот больше ты интересна. Луна, можно сказать, немного опешила. — Почему же я тебе интересна? — Осторожно спросила ночная, заметив, что Вихрь настороженно приподнял крылья. Однако человек не выглядел угрожающим, и взгляд был скорее любопытным, чем злобным. — Не пойми неправильно. За моё недолгое пребывание здесь я видел многих драконов разных племён. Красных небесных. Светло-жёлтых песчаных. Сине-зелёных морских. Белых ледяных. А вот чёрных я ещё не видел... — Объяснил Фриц. — Я веду дневник, как ты могла заметить. — Продолжил он, доставая уже знакомую книжку. — Первые десять страниц я отвёл на описание драконов, живущих здесь. Так вот... я хочу узнать больше о твоём виде драконов, прежде начинать нормальный разговор. Луна, конечно, могла предположить, что ему будет интересно. И она была даже не против. Всё же больше никаких секретов у ночных нет... в отличие от неё. "Рассказывать ли ему о способностях к чтению мыслей и виденью будущего? Всплывёт ведь рано или поздно, а так я нужна ему буду... Хотя хорошо ли это? А если расскажу, вдруг он испугается этого? Не каждый день узнаёшь, что твои мысли не являются секретом. Эх... ладно, буду постепенно рассказывать. — Эм... ну, мы ночные, у нас чешуя чёрная, иногда с пурпурным оттенком, внутренняя сторона крыльев с серебристыми пятнами напоминает звёздное небо. Чёрный раздвоенный язык. Мы умеем выдыхать огонь. — Угу, угу. — Кивал Фриц, записывая всю эту информацию в дневник. — А что-то особенное? Луна хотела уже открыть рот, чтобы сказать о том, что кроме незаметности в темноте у них ничего нет, как вдруг в разговор вмешался Вихрь. — Из особенного могу выделить, что некоторые ночные умеют читать мысли и видеть будущее! Над лагерем повисла напряжённая тишина. У Луны ужасно быстро забилось сердце. Но реакция Фрица была… неожиданной. — Ха-ха, да ну? — Усмехнулся человек, придвигаясь ближе и нависая над костром. — Может ты ещё скажешь, что вы тут колдовать умеете, или ещё чего получше? — Ну... вообще-то да. Фриц расхохотался. — Да я в жизни в это не поверю! Я прожил больше восьмидесяти лет! — Он сложил руки на груди. — Пока не увижу своими глазами - не поверю. Он повернулся к Луне. — Песчаный говорит, что ты можешь читать мысли? Скажи тогда на милость, где я был вчера? Луне не хотелось этого делать. Но бросок уже был сделан. Пора её было себя раскрыть. — На арене у небесных. Фриц замер над костром. Потом медленно отодвинулся и молча вытащил из кожаного набедренного мешка какую-то вещь... И направил её на Луну. Это был пистолет. Луна помнило это оружие из видения. Оно убивает на дистанции, стреляя маленькими свинцовыми шариками с огромной скоростью. Убивает с одного попадания. Ночная испуганно замерла. Человек медленно, с расстановкой ударений, спросил: — Что ещё ты знаешь? — Ничего! У меня было видение! Там я увидела тебя, как ты сражался с небесным, песчаным и морским, а потом сбежал с ледяной по имени Снежинка, которая погибла от брошенного копья! Фриц медленно убрал пистолет обратно в кобуру и сгорбился, взяв голову в руки и уперев локти в колени. — Только этого мне не хватало... После некоторого времени такого состояния, человек поднял голову и посмотрел на Луну и Вихря. — Что же вам от меня надо? — Тихо спросил он. — В видении был голос... Он говорил, что нам нужно найти тебя, и что-то про исправление ошибки... и ещё что-то. Прости что мы так тебя нагрузили. Я понимаю, какого тебе сейчас: в момент осознать, что то, что ты считал невозможным, существует... — Понимаешь, говоришь? Не неси ерунды. Если ты умеешь читать мысли, это ещё не значит, что ты понимаешь других. Анализируешь же всё равно ты. Луна задумалась. А ведь он прав... Она умеет слышать мысли других, но оценивает их через призму собственного представления. Как, откуда он это знает? Хотя он же сказал, что живёт аж восемьдесят лет... ух, много, и опыта столько же. — Скажи, а откуда ты прибыл? — Я? Издалека. — Фриц достал из костра уголёк и стал крутить его в руке, как костяшку домино. Раскалённый уголёк. Причём на коже не оставалось никаких ожогов. — Вы что-нибудь знаете про телепортацию? — Телепортацию? — Опешила Луна, почесав за ухом. — Нет, хотя дракоманты умеют наверное. А что? — Ну вот рассказываю. Ещё недавно я взбирался по ледяным скалам Альп вместе со своей походной группой, но сорвался со скалы. НО, я не умер, не думайте. Я бы не умер бы всё равно. Но вместо того, чтобы упасть на каменистую поверхность какого-нибудь выступа, я оказался здесь. Ну, не здесь, а в камере Небесного дворца. Видимо меня каким-то мистическим способом, хоть и не верю я в него ни хрена, перенесло в этот... мир, а пока я был в отключке, меня подобрали небесные. А дальше ты и сама знаешь. Луне нередко приходилось сталкиваться с мистикой и магией, но это было в высшей степени странно. Человек переносится сюда из другого мира, и в то же время у неё случается видение про него, где говорится, что этот человек - ключ к исправлению чьей-то ошибки. Совпадение? Не думаю. — Подожди-подожди, ты только что сказал, что не умер бы, если бы упал со скалы?! — Воскликнул Вихрь. — Ты случаем не оговорился? — Нисколько. Скажу вам правду: человек я не вполне обычный. Но если я начну вам объяснять, почему я не обычный, у вас мозг закипать начнёт на секунде так на двадцатой. Поэтому позвольте мне рассказать всю свою историю от начала до конца. — Зевнул Фриц, подавая обоим дракончикам по яблоку. — Ну, рассказывай. Всё равно ещё далеко до рассвета. — Хмыкнул Вихрь, устраиваясь поудобнее. — Я родился в 1939 году от рождения Иисуса Христа, не спрашивайте, кто это, это история ещё дольше, просто от его рождения мы ведём летоисчисление. Родился в стране по имени Германия, в семье небогатого офицера. Жизнь моя проходила вполне обыденно для ребёнка того времени... хотя нет, по другому надо. У вас тут большая война как давно была? — Только пару лет назад закончилась. — Хмуро проговорил Вихрь. — А, ну тогда вам будет проще. Наш мир сильно отличается от вашего. Мы, люди, живём на пяти континентах из шести, сейчас нас уже больше восьми миллиардов. И у нас огромное количество стран с витиеватыми границами. И войнами. Постоянными. С того момента, как я начал себя осознавать, где-то в мире постоянно бушует война. И одна такая случилась незадолго до моего рождения. Её называли Первой мировой войной, из-за огромного количества стран-участниц, разрушений и смертей. — Прям уж так много их было, чтобы называть "мировой"? Фриц помрачнел. — От пятнадцати до двадцати миллионов убитых и искалеченных. У ночной и песчаного отвисла челюсть. — Двадцать?! Это почти в два раза больше количества драконов, живущих в Пиррии! Сколько же длилась эта война?! — Четыре года. — Что?! За четыре года убить двадцать миллионов? Ох... Человек достал из рюкзака бутылку тёмно-зелёного цвета, в которой плескалось... — Это вино? Фриц странно посмотрел на них. — Ну да. Хотите? Сколько вам лет? — Пять. — Одновременно ответили оба. — Хм, а во сколько у вас совершеннолетие? — В семь. — А, ну тогда не дам, фиг вам. — резко ответил Фриц, но потом поправился. — Извините, просто мало ли что. Я не знаю всех тонкостей вашей анатомии. Пока не знаю. — Так что там с войной? — Ах да, война. — Вспомнил Фриц, глотнув спиртного. — Страшная была. Окопная. Все сидели в траншеях, умирали от болезней, антисанитарии, пуль и газа. Нужно было выбить противника с какой-то позиции - командиры просто посылали солдат на пулемёты, на верную смерть, волна за волной, сотню за сотней. Пока у врагов патроны не кончатся. — Ужас какой. — Выдохнул Вихрь, потирая лапы и придвигаясь к костру. — Не понимаю.... Сложно представить... — Прошипела Луна, силясь понять, что такое пулемёт, а что - окоп. Фриц встал и направился к ней. — Ты же мысли читаешь. Проберись в мой разум и посмотри. Луна сделала так, как сказал человек. Как обычно, когда хотела посмотреть чьи-то воспоминания или мысли, приложила коготь к виску Фрица. И она увидела. Увидела то, что невозможно описать словами представителя столь первобытного народа. Она видит деревню. Низенькие домики, дорожки, каменная часовня. Потом грохот. Снаряды. Порох в стальной оболочке. Миллионы снарядов рвут и разрывают на куски землю, дома и людей. И теперь на месте посёлка только серое израненное поле. Оно всё изрыто траншеями и воронками от взрывов. Никаких следов деревьев, зелени или какой-либо жизни. Всюду кровь, грязь и слякоть. Отовсюду дым и огонь. Люди в касках с шипом на макушке выходят из траншей под команду свистка. Бегут вперёд и падают, скошенные пулями винтовок, очередями пулемётов или пробитые осколками гранат. Теперь Луна понимала значение всех этих слов. Они умирают без боя. Они даже пока не добрались до окопов врага и не вступили в бой, а уже мертвы. Когда первая волна наступления захлебнулась, идёт вторая. За ней третья. В небе летят причудливые стальные конструкции - самолёты. Люди придумали их, потому что сами летать не умеют. Эти самолёты сбрасывают бомбы на траншеи врага, и гремят взрывы. Боль. Смерть. Страх. Ужас, не имеющий конца. — А-а-а-а, нет, не хочу, хватит! — Вскрикнула Луна, отрывая коготь от виска Фрица и, потеряв равновесие, опрокинулась на спину. Когда она пришла в себя, над ней уже нависал Фриц, смотрящий на неё своими немигающими светящимися янтарными глазами, в которых впервые читалось... сочувствие? — Ты слишком много увидела. Я не хотел. Прости. Ночная мотнула головой и перевернулась на живот. — Т-ты не виноват.... Фриц, ты п-правда был там ? Фриц отошёл от неё и присел обратно. — Нет. Меня тогда не было. А вот дед был. И он рассказывал нам, детям, как он воевал в Первой мировой. Ах да, совсем забыл... Вихрь, знаешь, Первую мировую войну современники называли Великой войной. Догадаешься, почему перестали? Луна с силой поднялась на лапы и подошла к Вихрю. Сначала он хотел ответить на вроде вполне простой вопрос, но через несколько секунд его глаза вдруг расширились, а лапы начали подрагивать. — Да, вижу что понял. Была и вторая. Вторая мировая война. Она началась через месяц после моего рождения, когда моя страна совершила казус белли - провокацию на германо-польской границе, что послужило поводом напасть на Польшу. А затем покатилось. Та война для меня была... тяжелее других. — В каком смысле? Тебе же было всего месяц на начало войны, повоевать-то не успел наверное... — Я в другом смысле. Мой отец, Йозеф Гангль... он был майором, старшим офицером армии Германии. И с первого дня он был призван и отправился на войну. Там и погиб. — Мне жаль. — Сказала Луна, подходя ближе и кладя лапу на колено Фрицу. Странно, но от него не исходило никакого запаха. — Как... как он умер? — В 1945 году, — Начал человек. — мой отец был на западном фронте, в Австрии. Все понимали, что войну мы проиграли, что фюрер вёл нас в могилу. И отец с его солдатами засомневались в его идеях. И в один момент отец объединился с армией США, что были противниками Германии, чтобы защитить от войск СС замок Иттер, где находились французские военнопленные. И мой отец спас одного высокопоставленного французского политика. Я даже имя его помню - Жан Поль Рейно, бывшей премьер-министр Франции. Так вот мой отец увидел, что Жан Поль подставился под огонь снайпера, и отец оттолкнул того, но сам был убит его пулей. Был посмертно удостоен звания героя австрийского сопротивления. В Вёргле, городе в близи места его смерти, его именем названа улица . Над лагерем повисла напряжённая тишина. Фриц закидывался алкоголем, а Луна и Вихрь переваривали информацию. Луне не были понятны многие термины, такие как фюрер, СС, снайпер. Но суть она поняла: его отец воевал за тех, кто был явно плохими, а потом понял и стал героем. Жаль только погиб, сыну было явно не легко без отца... Первой не выдержала ночная. — Фриц, слушай, а тебе такое количество алкоголя плохо не станет? Вместо ответа Фриц достал крупных размеров тесак, закатал рукав куртки и.... с размаху отрубил себе левую руку. Драконята закричали в ужасе, ночная даже подумала о том, чтобы попробовать остановить кровь, что полила, но тут же вытаращила глаза. Место, откуда лилась река крови, начала стремительно вырастать заново. Сначала блеснули белым новенькие кости, после них наросла плоть, а потом и кожа. Рука была как новая. — Понимаешь? — Спросил Фриц у ночной. — Рука отросла за четырнадцать секунд, а это, если что, мой рекорд. Мне не то что алкоголь, мне яд кобры ничего не сделает, чихну разве что. — Так может расскажешь, как ты таким стал? — Хитро прищурился Вихрь. — Просто если все люди такие, то странно, что при таких регенеративных способностях у вас были такие потери в войнах. Просто свою жизнь давай потом? — Ла-адно. — Зевнул Фриц. — Как я уже сказал, я родился давно, восемьдесят лет назад. Так вот... под конец моей человеческой жизни у меня обнаружили рак крови. Жуткое заболевание, летальность тогда от него была запредельная. Лечить-то тогда не умели. И вот я уже прощался с жизнью, как вдруг какой-то человек из одного советского научно-исследовательского института генетики предложил мне стать подопытным в одном их эксперименте.... Стоп, вы же не знаете, что такое генетика? Ох бл#.... ладно, если в двух словах: наша наука продвинулась куда дальше, чем ваша, и мы научились... м, как же сказать... а, научились изменять живой организм на очень маленьком уровне - генетическом. Гены - это части клетки организма, отвечающие за наследование признаков. Поняли? Ну блин, нет? Ладно. От генов зависит, какой будет у организма цвет кожи, глаз, в принципе форма тела и так далее. Теперь понятно? Чудно, далее. Учёные эти взяли и проверили мою кровь на совпадение, и я оказался одним из единственных, кто подошёл им, якобы у меня "идеальное сочетание генов".... Ну а я что? Я не хотел умирать! И я согласился. Через три часа адской боли и мутаций... я уже другой человек, если человек вообще. И теперь меня очень, ОЧЕНЬ, сложно убить, хе-хе. — Какая-то магия... — Прошептала Луна. — "Это просто невероятно! Как они смогли так развиться? Неужели настолько древний вид, что обогнали нас на тысячи лет?" — Третий закон Кларка в действии... что ж, я не сомневался... — Задумчиво пробормотал Фриц. — Какой такой закон? — Удивлённо спросила Луна. В мыслях у него ничего нельзя было нормально разобрать, слишком много было мыслей. — А? Да, законы Кларка были сформулированы известным английским изобретателем, писателем-фантастом и футурологом Артуром Кларком: 1)Когда уважаемый, но пожилой учёный утверждает, что что-то возможно, то он почти наверняка прав. Когда он утверждает, что что-то невозможно, — он, весьма вероятно, ошибается. 2)Единственный способ обнаружения пределов возможного состоит в том, чтобы отважиться сделать шаг в невозможное. 3)Любая достаточно развитая технология неотличима от магии. Сейчас мы наблюдаем третий закон. Ты сказала, что генетика - это магия, хотя у нас каждый школьник старше пятого года обучения знает это. — То есть... вы знали? — О чём знали? — Ну, о том, что существуют другие миры и цивилизации, как наша, с более низким технологическим развитием? Чтобы можно было составить закон этот. — Луна уже мало что соображала, слишком устала. — Нет конечно, мы не знали, с чего ты взяла? Просто мы... давно существуем как общество. Почти тридцать тысяч лет назад появились наши первые государства. И в определённые моменты истории они были на разных ступенях развития. У нас есть подтверждения законов Кларка. Но мы изобрели нечто куда более сложное, чем пример. Эмпирика - познание в процессе моделирования и с помощью формальной логики. Вот так и поняли, как будет... Луну уже клонило в сон. Она, прекратив слушать Фрица, улеглась на камень и положила голову на лапы. Но, уже проваливаясь в царство Морфея, Луна почувствовала лёгкое прикосновение пальцев ко лбу. Она услышала тихий голос, звучавший прямо над её головой. — Спишь? Ну что-ж, спи... Завтра вас... нас ждёт очень много дел.