Смотрю на тебя под кровавой Луной

Как оказалось, пропуск был у Его Высочества Наследного Принца Се Ляня. Небольшая чайная, в которой Ши Циньсюань назначил встречу Лань Сычжую и принцу, была полна посетителей. Лань Юань занял понравившийся столик рядом с окном — Его Высочество ещё не появился. А это значит — появилась возможность ненадолго забыть о своём божественном статусе! Лань Сычжуй заказал себе чай с кучей сладостей и устроился поудобнее на солнышке, ощущая себя обычным молодым человеком, пришедшим провести здесь свободное время. Внизу вдоль улочки не спеша прогуливались прохожие, останавливаясь у небольшого магазинчика с фруктами прямо напротив чайной. Трое мальчишек за прилавком учтиво обхаживали каждого посетителя; Лань Сычжуй про себя похвалил юных торговцев — дела у них пойдут в гору. Через несколько минут появился и Его Высочество. С вежливым поклоном он присел на свободный стул и оглядел стол полный сладостей. Как и всегда, старшее божество было одето в простую одежду даоцзана, а на спине болталась потрёпанная соломенная шляпа. Но лицо с аристократическими чертами полностью рушило образ бродячего монаха. — Приветствую, Ваше Высочество. Пожалуйста, угощайтесь, — Лань Сычжуй привстал со своего стула, поклонился и принялся наливать чай старшему. — Не откажусь, большое спасибо! — с мягкой улыбкой Се Лянь принял чашу ароматного дымящегося напитка. — Что ж, давайте перейдём сразу к делу. Повелитель Ветров поведал мне о ходе расследования и попросил пропуск в Полуночный город. Я согласился его предоставить. Его Высочество протянул нефритовую дощечку с выбитым на ней именем Бога. — Честно признаться, я получил этот пропуск совсем недавно, — продолжил принц. — Как мы все знаем, обычным посетителям в любое другое время, кроме как в полночь, проход в Полуночный город заказан, но с этим жетоном, как мне сказали, можно попасть туда в любое время. — Примите мою благодарность, Ваше Высочество, — Лань Сычжуй принял пропуск и поспешил убрать его в нагрудный карман. — Я всегда готов помочь, — улыбнулся Се Лянь. — Но хочу вас предостеречь — это место довольно эксцентрично… если не сказать, опасно. Особенно для Вас, молодой господин Лань. Будьте крайне осторожны, если вы все-таки решитесь туда пойти. Лань Сычжуй кивнул, более чем серьезно воспринимая слова принца. При его таланте находить приключения это было кстати, хотя Его Высочество скорее имел ввиду отсутствие у Лань Юаня опыта в боевых искусствах. — Ваше Высочество, благодарю за ваше беспокойство. Я приму ваш совет, но я решил продолжить расследование вместе со всеми остальными. — М-м-м, в таком случае, пожалуйста, держись ближе к генералу Пею и Повелителю Ветров. Не провоцируйте никого, когда окажетесь в городе. Не участвуйте в тотализаторе. Также не стоит и покупаться на провокации тех, кто хочет заманить вас на арену боёв без правил… Лань Сычжуй с трудом представил, кому там понадобиться тащить такого, как он на арену. Если только в качестве груши для битья. Далее последовал еще немалый список того, чего делать не стоит: не провоцируйте охрану или самого Демона под Кровавой Луной, не передавайте пропуск, не знакомьтесь с местными и прочее-прочее. Наконец, Се Лянь удовлетворился и неожиданно спросил: — Могу ли я спросить, каковы сейчас ваши успехи, молодой господин Лань? Насколько я помню, у вас было нелёгкое начало на пути становления небожителем. Лань Сычжуй отпил чай, думая, что сказать. Это правда, что началась его история как бога отнюдь не под восторженные возгласы и поклонения безмерно благодарных верующих. В тот день, когда он вознёсся, его убили. Во время пира в королевском дворце, устроенном в честь заключения мира с недружественной прежде страной (Лань Сычжуй принял в этом сложном процессе непосредственное участие, за что удостоился назначения министром высшего ранга), неизвестный столкнул его с балкона. Задыхаясь в луже собственной крови, лёжа на площади, он думал только об одном — как мало он успел сделать в этой жизни. Долгие минуты длились вечность, но закрыв глаза и открыв их вновь — прежде просто молодой господин Лань обнаружил себя уже в Небесной столице небожителем. Целым и невредимым. А всё тело ломило неизвестными ощущениями — как ему объяснили, по каналам заструилась духовная энергия невероятной мощи, а в груди, словно второе сердце, забилось тёплое золотое ядро, о котором раньше Лань Сычжуй даже и не мечтал (по той причине, что он не верил в заклинателей и их фокусы). Доселе нереальный Мир и существа, описываемые в сказках и легендах, — всё это предстало перед ним. Что он мог подумать в тот момент? «Я сошёл с ума! Это бред! Я перепил?..» — и всё в таком духе мелькало в его голове. Учитывая, как рьяно Лань Сычжуй ранее отвергал все эти сказки про богов и заклинателей, предпочитая сосредоточиться на более бытовых и реальных вопросах, в тот момент его психика дала сбой и новоявленный небожитель начал бредить, а потом и вовсе захотел сбежать обратно. Тогда его вовремя остановил вернувшийся в Небесную столицу Цзэу-Цзюнь. Разговоры, длившиеся несколько дней, успокоили Сычжуя и спасли от потери рассудка — но и сколько нового узнал молодой человек… о богах, людях, демонах, волшебных эликсирах, заклинаниях. Легенды и сказки стали подтвержденными и реальными фактами. Разговоры дошли и до родословной Сычжуя. Лань Сичень подтвердил, что у них не просто одна фамилия! Они принадлежали одной семье. Бумаги из ведомства богини литературы, ее преосвященства Лин Вэнь, подтвердили связь Лань Юаня с главенствующей семьей одного из крупнейших орденов Поднебесной — ордена Гусу Лань. Лань Сычжуй происходил из побочной ветви семьи Лань, отделившейся и зажившей своей жизнью за некоторое время до вознесения двух нефритов именитого клана (что произошло где-то за шесть десятков лет до того, как сам Лань Сычжуй стал богом). Авторитет новоявленного предка, а также его способность убеждать и успокаивать, сыграли важную роль в том эпизоде жизни Лань Сычжуя. Он даже начал привыкать к новому статусу, хотя первое время его попросили не покидать небесных чертогов. В течение нескольких месяцев он находился под присмотром Цзэю-Цзюня и его младшего брата, Ханьгуан-Цзюня. Сычжуй позже познакомился и со многими другими небожителями, с кем-то даже сумел завести приятельские отношения, но чем дальше — тем крепче убеждался во мнении, насколько он отличается от всех этих невероятных личностей с высокими целями, идеалами и непостижимыми талантами. Каждый из них при жизни делал всё возможное, чтобы стать богом, в то время как сам Лань Юань раньше даже не верил в существование Небесного управления. Однажды Сычжуй высказал свои сомнения Цзэу-Цзюню. Тот мягко рассмеялся и сказал: — Небеса не выбирают по ошибке. Возможно, пока что ты умаляешь свои таланты и способности, но люди, которым ты помог там, на земле, будучи простым смертным, признали тебя достойным стать богом. Придя в немалое удивление, Лань Сычжуй попросил пояснений. Старший Лань с радостью и некоторой гордостью показал карту, где были построены или всё ещё строились храмы и святилища Бин Сян. Места были обозначены на юго-западе, но уже занимали немалую территорию. — Но как? — только и смог вымолвить Сычжуй. — Я ведь не сделал ничего! — Я слышал, люди считают, что именно ты внёс наибольший вклад, чтобы предотвратить войну между двумя странами. Ты спас их от того, чтобы видеть, как гибнут их дети, отцы, братья, внуки и друзья. Поэтому неудивительно, что стремясь выразить свою благодарность, они начали строить тебе храмы. Весть о том, что ты вознёсся только укрепило веру в твои способности. Надеюсь, что в один день и ты осознаешь свою истинную ценность. Воспылав духом, Лань Сычжуй как никогда сильно пожелал стать тем богом, которым его хотели видеть. И через некоторое время уже активно помогал своим верующим, отвечая на их молитвы. Сам он не знал, чем может помочь, но верующие в конце-концов между собой договорились считать новое божество ответственным за богатство, удачное заключение сделок, проворачивание интрижек. Молодой и привлекательный образ новоиспеченного небожителя привлекал и много представительниц прекрасного пола, поэтому в тайне ему стали молиться ещё и юные девы разных сословий (от крестьянок и дочерей торговцев, до принцесс и наложниц), прося помочь в удачном замужестве или рождении детей. С первыми пунктами Лань Юань готов был помочь охотно — лично брался разбираться в подробностях торговых и политических дел, ему это было правда интересно, а вот со вторыми помогал с большой неуверенностью (не имея опыта в любовных делах и… деторождении, что он мог вообще сделать?). В итоге, число верующих росло невероятно быстро. Но такое участие в делах смертных не понравилось Небесному Совету. Получив первое предупреждение, Лань Сычжуй стал думать, чем может помочь в сложившихся обстоятельствах. Посетив павильон библиотеки Небесной столицы, он пришёл к интересному решению — почему бы не написать несколько трактатов о том, как лучше вести дела, торговлю. Да даже пособие как найти себе жениха, что ли… Или невесту. Тогда ему это показалось настолько хорошей идеей, которая помогла бы ему избежать постоянного и непосредственного вмешательства в жизнь смертных, что он приступил к работе немедля. Собрав знания предыдущих поколений мудрецов, небожителей и, соединив их со своим опытом, он смог написать первый труд «37 путей к миру. Искусство переговоров». В день, когда последняя страница была написана, Лань Сычжуй явился перед своим отцом и передал тому своё творение, попросив распространить в мире людей за авторством Лао Ци. Его родитель был несказанно шокирован появлением сына, однако исполнил его просьбу. Но кто знал, что даже изменив имя, молодой бог все равно не сможет избежать кары Небесного Совета? Небесная канцелярия откуда-то прознало о поступке Сычжуя, и ему назначили наказание. Вспоминая всё это, Лань Юань улыбнулся и начал говорить начистоту: — Мне удалось разобраться с терзавшими меня сомнениями благодаря Цзэу-Цзюну. Сейчас у меня больше нет ощущения, что я нахожусь, м-м, в мире иллюзий… Оба небожителя рассмеялись. — Через это проходят все, но далеко не многие просят вернуть их назад спустя всего одну палочку благовоний, — Се Лянь отвернулся, заглядывая в окно. — Честно говоря, — продолжил Сычжуй, наливая себе ещё чай, — у меня всё ещё осталась привязанность к моей семье и друзьям, я не совсем понимаю… Когда он поднял глаза то увидел в руках Се Ляня не пойми откуда взявшуюся сливу. Старший небожитель только улыбнулся шире, глядя на младшего, и откусил кусочек, призывая Сычжуя продолжить рассказ. — Я сказал, что я не совсем понимаю, как себя вести с ними, — Лань Сычжуй вновь отвернулся. Смотреть постоянно в глаза такому уважаемому чиновнику, как Его Высочество, было тяжело, поэтому его взгляд блуждал по залу. — Если я буду их избегать или попытаюсь забыть, то стану плохим сыном и братом. Услышав негромкий хлопок, он снова взглянул на Се Ляня и обнаружил, что тот недовольно смотрит в окно. В руках он держал уже дыню. Рядом на столе лежало ещё и яблоко. «Он это всё из карманов достаёт, что ли?», — подумал Сычжуй, оглядывая одежду принца. — Продолжай-продолжай, — как ни в чем не бывало, сказал Его Высочество. Лань Сычжуй посмотрел в окно — те трое мальчишек напротив шептались рядом за прилавком, поглядывая в сторону небожителей, пока к ним не подошёл молодой господин в зелёных одеждах. — Я… я говорил, что не знаю, как вести себя со своей семьёй и хотел спросить совета… — В желании помогать своим близким нет ничего плохого, — Его Высочество сидел в пол оборота к молодому небожителю. Дыня легла рядом с яблоком. — Но в один момент тебе придётся сделать выбор, который делает каждый, кто становится небожителем: готов ли ты поставить благополучие всей нации выше счастья своей семьи? Лань Сычжуй собрался задать вопрос, как на всю улицу разнеслись грязные ругательства. Вперемешку: «Ах ты грязный ублюдок», «подлый трус», «мерзкий чёрт» и боги знают что ещё… Сычжуй не выдержал и потянулся к окну, как в его лицо полетело… кажется, это было сырое мясо! Его Высочество одним движением отбил кусок, полупривстав на стол, заслоняя младшего коллегу. — Господин Лань, кажется, нам придётся прервать нашу встречу! — уже совершенно серьезно произнёс принц. — А-а-а, э-э-э… — только и успел произнести молодой бог, как новая волна ругательств обрушилась на улицу: — А-ну отпусти! Мерзкий ублюдок… — Заткнись уже и вали отсюда! — новый грозный голос заглушил первый под аккомпанемент оглушительных шлепков и оханье прохожих. Лань Сычжуй заглянул через плечо Се Ляня и успел заметить, как две фигуры — в красном и зелёном — вцепились друг в друга и клубком носились по улочке. За ними следовали те трое мальчишек, но что они пытались сделать — осталось непонятным. — Увидимся, — кинул Его Высочество через плечо и сиганул из окна. Через мгновение он присоединился к этой «веселой» компании, и клубок уже из зелёного, красного и белого пронёсся куда-то в закоулок. — Вот чудаки, — только и сказал Лань Сычжуй. Когда молодой бог вернулся на Небеса, Ши Циньсюань и Пей Су уже подготовились и обсуждали собранную информацию о Полуночном городе. — Лань-сюн, должен тебя спросить ещё раз, уверен ли ты, что готов пойти в Полуночный город? Это может оказаться опасно, — серьёзно спросил Ши Цинюсань. — Да, я способен защитить себя, — почти уверенно сказал Лань Сычжуй, хоть внутренний голос и шептал обратное. — Цзэу-Цзюнь научил меня паре приемов. Пей Су с сомнением глянул на молодого небожителя. — Что ж, ловим тебя на слове. Я нашёл карту, — генерал вытащил из нагрудного кармана свиток и развернул его. — По этому пути мы быстро попадём в Полуночный город, но понадобится маскировка. Никаких ярких одежд, украшений и… — он многозначительно посмотрел на Повелителя Ветров, — вееров с метёлками. — П-ф-ф, — фыркнул Циньсюань. — Из моих источников известно, что сегодняшним вечером весь Полуночный город собирается гулять и праздновать, там все непревзойдённые собираются, вроде как… так что мой наряд не должен вызвать ни у кого вопросов… — Повелитель Ветров, я всё сказал, — отрезал Пей Су. Тон генерала не предполагал возражений. Возможно, Сычжую просто показалось, но младший Пей стал немного жёстче… или прямолинейнее…