vice versa

– Ты уверен, что это хорошая идея? – Ючан ходит по комнате взад-вперёд, теребит завязки на толстовке и кидает взгляд на Донхун, собирающего чемодан. – Там жарко днём, а ночью задубеть можно. А ещё насекомые прям дома, бррр. И что ты будешь есть? – Уверен, там есть нормальная еда, – Донхун укладывает пару выходных рубашек в чемодан, мало ли, и улыбается, наблюдая за другом. – Там вполне сносные условия, уверяю тебя. – Но срываться вот так, поставив меня и всех лишь перед фактом? – Ючан подходит к нему ближе, плюхается на кровать, поближе к Донхуну, и дует губы. – Там наверняка со связью проблемы, как я буду знать, что ты жив и ничем не отравился? – Спасибо за веру в меня, – Донхун треплет его по голове. – В часе езды от любого из поселений есть город, буду наведываться туда при любой возможности и звонить тебе. По видеосвязи, чтобы моё лицо тебе надоело. – Ну хён, не смешно. Донхуну, на самом деле, тоже не смешно, страшно до жути, но он решение принял и отступать уже поздно. Когда на доске объявлений в университете появился флаер, зазывающий волонтёров на исследования и работу в Тайланд, Донхун, никому не сказав, записался, как выяснилось, одним из первых. Вместе с ним, в итоговом наборе, оказалось ещё две девушки с медицинского, близнецы с педагогического и выпускница с информационных. Сидя в кабинете преподавателя, отвечавшего за набор, Донхун чувствовал себя максимально не в своей тарелке. Что он, ботаник, изучающий простую флору, забыл среди этих ребят? Для них это был способ получить практические знания, расширить кругозор; для него же скорее способ насолить отцу, решившему за него как ему жить. Вот и сейчас, сидя в самолёте, изучая всю доступную информацию о местах, куда каждого из них могут распределить по приезду, он ощущал себя не в своей тарелке. Даже допустил мысль, что, возможно, он занимает чьё-то место. Спустя почти шесть часов полёта, Донхун оказывается в Чиангмае и кажется, будто духота улиц сбивает его с ног. До финального места назначения ещё около двух часов пути на машине, но человека, который должен забрать его в местечко под названием Пхупандао, всё не видно. Донхун скупо прощается с ребятами, которые один за одним отправляются дальше, и нервно поглядывает на часы. Успеть бы затемно добраться. – Вы Ли Донхун? – за раздумьями, Донхун не замечает, как к нему подходит человек в военной форме. На вид - от силы на год-два старше самого Донхуна. - Я лейтенант Ким, буду сопровождать вас в Пхупандао. – А, да, это я, – Донхун теряется, хочет было протянуть руку, но вовремя спохватывается. – Долго нам добираться? Лейтенант Ким уже забрал чемодан Донхуна и направляется к одному из припаркованных рядом с аэропортом внедорожников. Ловко, но меж тем довольно аккуратно, перебрасывает чемодан через открытый верх и предлагает Донхуну занять пассажирское место. – Час с небольшим на этой колымаге, – улыбается лейтенант, и сев в машину, заводит двигатель. Когда они подъезжают ближе к поселению, у Донхуна потеют ладони и спирает дыхание – вокруг такая неописуемая красота. Первозданная, практически не тронутая человеком. Вдоль дороги, почти у кромки леса, тянется несколько домов с соломенными крышами. Чуть впереди, это уже Пёнкван, лейтенант Ким Пёнкван, обозначает сначала школу для местных детей, а чуть дальше, по правую сторону – военную базу, если, конечно, это можно так назвать. – Так вот, – Донхун отвлекается от созерцания вида, когда они подъезжают к школе. – Здесь ты будешь жить, позади здания есть учительский домик, как раз для людей вроде тебя. Если что-то будет нужно, в город съездить, или просто что-то привезти, можешь смело обращаться ко мне или к капитану Паку. Он здесь главный, среди военных, разумеется, всё и всех знает, если что. Донхун кивает, ожидая встретить вполне взрослого мужчину, лет эдак сорока, который, возможно, положил жизнь на защиту этого места. Пёнкван, пока они ехали, много и долго рассказывал, чем занимаются здесь люди (собирают и продают чай, вооооон там плантация, вкусный, отвечаю), как обучают детей (раз в год на полгода приезжает кто-то из города или из Сеула, как ты и учит их по кругу), на каком языке говорят (на нашем, само собой, но с примесью тайского, умора, знаешь ли, но ты привыкнешь) и что в лес на севере поселения лучше не соваться (бандиты на границе, ну ты понимаешь). Когда машина останавливается и он выходит, Донхуну кажется, что земля уходит из под ног в буквальном смысле – то ли от нервов, то ли от жары, коленки сами собой подкашиваются, и краем сознания Донхун уже готов встретиться лицом с землёй и опозориться в первый же день. Но вот проходит минута, проходит две, а он всё ещё стоит на ногах, а кто-то рядом придерживает за талию, не давая упасть. Он поворачивает голову и, кажется, вот сейчас он точно упадёт – перед ним очень красивый молодой мужчина в такой же форме, как у Пёнквана, только погоны немного другие. – Капитан Пак, – краем уха слышит Донхун, но взгляда не отводит. – Ли Донхун доставлен в целости и сохранности! Капитан Пак, а держит Донхуна за талию никто иной как он, не то улыбается, не то ухмыляется одним уголком губ, и помогает Донхуну наконец точно встать на ноги. Донхун чувствует на себе оценивающий взгляд капитана и не упускает возможности рассмотреть его в ответ. Донхун знал, что условия проживания будут не самыми лучшими, но учительский домик превзошёл все его ожидания – вполне мягкий матрас в углу комнаты с пологом от насекомых, небольшой письменный стол и стул, тумба для одежды и даже керосиновая лампа на столе. Такой 'роскоши' Донхун, конечно, не ожидал, но и этому был по честному рад. В этих стенах ему предстояло провести ближайшие два месяца и, что ж, придётся привыкнуть ходить умываться за дом. Стук в дверь вырывает его из мыслей. Он поворачивается – в дверном проёме, облокотившись на косяк, стоит капитан Пак, и в этот раз Донхун точно уверен – ухмыляется. Наверняка думает, что такой как Донхун здесь вообще забыл. Донхун лишь закатывает глаза и демонстративно начинает разбирать вещи. Да уж, рубашки, которые он сложил, ему здесь вряд ли понадобятся. – Так и будете стоять? – не поворачиваясь к капитану, спрашивает Донхун. Чужой взгляд ощущается не то, чтобы неприятно – Донхун не из тех, кто не любит внимания, а ещё знает, что достаточно симпатичный, чтоб на него смотрели. Этот взгляд просто ощущается. – Да вот думаю, нужна тебе помощь или сам сумеешь справиться, – непринуждённо отвечает капитан, и Донхуну нравится этот голос. С насмешкой, с лёгкой хрипотцой, но нравится. – Пффф, конечно, я справлюсь, – с этими словами Донхун тянется к пологу, чтоб проверить его крепления и, как специально, спотыкается об свою же собственную ногу. Вот сейчас то он точно встретит пол лицом. Но этого снова не происходит – капитан удерживает его за талию и смотрит почему-то сердито. – Я сам, спасибо. Капитан Пак отпускает его сразу же, и Донхун летит лицом в матрас. Вот и повод убедиться в мягкости. Он краем уха слышит удаляющиеся шаги и думает, что это всё больше похоже на вызов. "Что ж, капитан Пак, мы ещё посмотрим, кто кого", думает Донхун и переворачивается на спину. Ему нужен план. Как проучить капитана и выжить в Пхупандао в ближайшие шестьдесят дней.

to be continued...