Боль в сердце

Просторное складское помещение со скрипучим паркетом, в котором легким эхом разнёсся металлический лязг цепочек, висящих на черных джинсах Эдгара. Когда молодой человек подошел сюда, дверь в этот пыльный обитель мерча была открыта. Значит, Колетт уже здесь. До открытия минут сорок. Большой сувенирной лавке — больше склад. Или как там говорил Грифф? А вообще, хрен с ним. Его слова вообще лучше на шестнадцать делить, думал Эдгар. Каким бы гениальным не казалася этот размашистый склад в бизнес-плане Гриффа, по нему надо как-то надо ходить и ориентироваться своими ножками Эдгару и Колетт (молодые люди в кастомной дизайнерской форме и с бейджиками, с "отличной" перспективой карьерного роста) и ещё что-то там искать. Будто бы им больше нечего делать, кроме как заниматься легкими пробежками с утяжелением посреди рабочего дня ("ну, ты метнись кабанчиком"). Сам склад изобилует мерчем по полюбившимся народным героям, которым, по сути, просто повезло (или наоборот, не повезло) однажды пересечься с компанией Starr, подобно Джанет и Колетт. Полки богаты "incredible" изобретениями творческого отдела Starr. Люди оттуда, кажется, не заморачиваются, размышлял Эдгар. Действуют они по принципу: "если склад многа места — нада многа штуковин туда положить". Некоторые нереализованные партии товаров, конечно, отсылаются обратно к начальству на утилизацию, но отнюдь не все. Такой подход со времнем привел к тому, что у дальних стеллажей можно откопать такое, чему вроде бы на складе и не место, но спрашивать, что это нахуй такое и как нам с этим жить теперь, как-то неловко и даже страшно. Ценность склада все же нельзя свести к нулю, всё-таки именно там, в месте, свободном от стиллажей, расположился старый диван с обветшалой обивкой из кожзама и самый простой стол с чайником и микроволновкой. Именно там можно было уютненько, свободно расправив плечи на старом диване, отравиться чем-нибудь на обеденном перерыве. Или просто лампово попить чаю, наблюдая за тем, как белокурая коллега создает вихрь в пластиковом стакане. Колетт частенько можно было заметить здесь, погруженную с головой в свой пухлый дневник, из которого торчало множество закладок. Женская кисть двигалась то спокойно, то шустро, играя на колебаниях творческой жилки. Фирменная ручка от Starr рассекала листы один за другим. Воздушные белые волосы девушки потакали мельчайшим её движениям, и действовали порой подобно маятнику гипнотизира. И неизвестно, что восхищало эмо-боя сильнее в этом действии: её природная красота и необычная искренняя мимика или неподдельная преданность своему увлечению. Эдгар прошел мимо местной достопримечательности: третьего стеллжа во втором ряду. Стеллаж сам по себе обычный и от остальных ничем не отличается. Донельзя простая металлическая конструкция и незамысловатый процесс сборки. Даже аппликации на уроках труда в начальной школе было сложнее собрать, чем этот незаменимый элемент складского интерьера. Местный эмо невольно улыбнулся, вспоминая Колетт, которая в своё время щёлкала эти стеллажи, как орешки, а затем хвастливо задирала нос, и насладившись победой, отправлялась ("так уж и быть!") помогать кряхтещему Эдгару. Молодой человек с того момента, впрочем, за месяцы лазания по заброшкам чуть подкачался и получше освоил свой шарф, который можно было использовать в качестве дополнительной пары рук. Но чем же так примечателен третий стеллаж второго ряда? Именно под него со времнем запнули одну паркетную дощечку. Причём это можно рассмотреть не как конкретный поступок какого-либо сотрудника, а как исторический процесс, при котором бедная дощечка, выбившаяся из рядов своих собратьев, под воздействием Эдгара и Колетт запинывается всё дальше и дальше в сторону стиллажа, постепенно поглощаясь темнотой и пылью, которую можно было обнаружить под ним. — Утречка тебе! — жизнерадостного произнесла Колетт, которая едва выдавила это приветствие из своего невыспавшегося организма. Немного уставший взгляд выдавал её. В руках она держала коробку с морем разноцветных упаковочек, открыв одну из которых можно было получить браслет с лицом случайного бойца. Браслеты в народе прозвали "бравлы". В ответ Эдгар кивнул и спокойным тонном спросил: — Зачем мы вообще бравлов списываем? Лежали бы себе. — Ой, — оглянулась Колетт, заинтересованная вопросом, — эти браслетики выдавали вчесть временной акции. Очередной эксперимент Starr. С публикой заигрывают. Теперь всех этих замечательных деток нужно отправить обратной домой, — грустно вздохнула Колетт, смотря вниз на коробку, которую она держала в руках, — короче, переносим все коробки с бравлами в зону погрузки, заодно освободим место для новой партии мерча, — произнесла белокурая уже задорнее и растворилась среди стиллажей. Держа коробки в руках, перемещаясь по лабиринту из стиллажей, проходя мимо масок Спайка и спортивных бутылок Макс, герои заговорили вновь. Где-то недалеко послышался металлический щелчок. — Слышал? — оглянулась Колетт. — Сквозняк, наверное, я же дверь за собой не закрыл... И чего ты так не можешь с этими бравлами расстаться? — посмотрел Эдгар на коллегу. — Я же коллекционировала их! Для дневника! — в сердце что-то приятно ёкнуло от осознания того, что эмо-бой сам поднял такую тему. — Ох боже... — пробубнил себе под нос Эдгар. — В отличие от другой продукции лавки, эти штучки компактные, и они помещаются в дневник, — завароженно говорила Колетт, прижимая коробку к груди, подобному тому, как она нежилась со своей книжецой, — поэтому я решила, что к каждому бойцу, про которого есть раздел у меня в дневнике, должен быть прикреплён еще и его бравл. — Ладно, — облегчённо выдохнул Эдгар, — это по крайней мере имеет какой-то смысл. — Мне остался всего один до фулл коллекции! — произнесла Колетт, будто игнорируя ворчание Эдгара, — но он нигде не попадается, — драматично вздохнула девушка. — Скорее всего наёб, — хмыкнул эмо-бой, — чтобы мы продолжали покупать. — Скорее всего наёб, — согласилась Колетт, — даже образец твоих волос было проще достать! — Погоди, образец моих волос?! — Не стоило оставлять расчёску за прилавком! Эдгар задумчиво посмотрел куда-то наверх. Видимо, он осознал что-то важное, его глаза вдруг расширились, но тут же вернулись в привычное томное положение, и он с искажённой от досады физиономией протянул: — Меня использовали, я понял... — Волосы это важная часть твоего образа! — глянула Колетт на смущённого собеседника, — Я стараюсь делать профили максимально подробными, и с уважением к человеку. — Ага, с уважением, — цыкнул брюнет, — Покажешь хоть? — посмотрел Эдгар на свою собеседницу. — Хе-е, вот ты какой любопытный оказывается! — расплылась в ехидной улыбке девушка, — Я подумаю. Девушка глядела вперед, видя сверкающие в свете электрических ламп стеллажи, которые стеной уходили куда-то в глубь помещения. Пара прошла мимо полок с фирменными книжными закладами. Колетт приобрела одну упаковку в первый же день их запуска, и с того момента они стали часто появляться среди страниц её дневника. Всегда было приятно проходить мимо полок, на которых лежало что-то, что немного изменило их жизнь к лучшему. Эдгар, например, не мог хотя бы на мгновение не остановиться, переживая небольшой хард ресет, иной раз проходя мимо линейки мерча панк-рок группы Bad Randoms. До открытия оставалось около двадцати минут. Изрядно подустав, герои подошли к опустевшим полкам. — Хмф, — гововрила Колетт, глядя наверх, — сходишь за стремянкой? Мы не дотянемся. Глянув на цветастые картонные изделия, расположившиеся на краю самой верхней полки, Эдгар выдал фирменное "угу". Краем глаза он заметил, что вторая коробка, была голубоватого оттенка, она отличалась от тех, что так усердно сеголея растаскивали продавцы-консультанты. — В таких вроде магнитики или брелки хранят, — махнул парень в сторону верхней полки. — Ой, и вправду!... — задумалась Колетт, – по накладной еще две коробки с Бравлами остались, наверное куда-то подальше завалилась. От быстрого разворота концы чёрно-белого шарфа взмыли в воздух, непринуждённая походка берц направлась вглубь склада и куда-то за угол. Белокурая девушка вальяжно взялась одной рукой за стеллаж, ожидая складной лестницы, как вдруг до неё донеслось едва слышное побрякивание. Стеллаж шатался, или показалось? Колетт разжала руку, и заметила, что она немного трясётся. Сердце ныло всё это время. Присутствие темного паркуриста действовало как обезболивающее, но не лечило симптомы. Жужжание электрических ламп усилось, а искусственный свет наоброт, потускнел. Мрак металлического лабиринта подступал к одиночке. Забвение начинало казаться всё слаще. Там не трясутся руки, там не нужно делать бутерброды с утра. — Слушай, так может одну откроем, если тебе эти бравлы так нужны? — раздался мужской голос, вернувший девушку в рельность. — Мяфк? Прям под камерами? — настороженно отвечала Колетт, — лучше не надо! Бракованные я себе и так прикарманила. Но вот целую коробку нам точно не простят. Девушка прижала руку к груди, вроде отпустило. А Эдгар тем временем, судя по звукам, Эдгар нашёл стремянку. — Кстати, помнишь, Грифф разрешил вскрыть бравлы с бракованной упаковкой? — крикнула та в глубь темных рядов. — Ну? — глухо ответили за стеллажами. — Я только сегодня вспомнила про них, но нашла под прилавком только восемь. — Я рад? — не догонял Эдгар. — Их было десять! — эмоционировала Колетт, сделав драматичную мордашку, — Куда делись еще два? — Может просчитались? Из-за угла появился Эдгар, который на удивление лишь немного покряхтывал, держа заветное средство подъёма в руках. — Ты сам чуть ли не десять раз этих несчастных бравлов пересчитал! — Реально... Ну, знаешь, не хотелось потом со сломанными ребрами ходить, — сказал Эдгар, имея в виду жестокие корпоративные устои Starr, на что Колетт тихонько посмеялась. Колетт сделала аристократичный жест рукой (мол, "прошу") и уступила эмо-бою место возле нужного стеллажа, услышав от него сдержанную усмешку. Стремянка с металлическим лязгом развёртывалась, приближаясь к верхней полке. Где-то на высоте раздался очередной металлический щелчок. Блестя в синеватом свете ламп, какой-то болтик звонко полетел на пол. Верхняя просела под давление коробок, те неприятно зашуршали начали движение к пропасти в след за болтом, и уже спустя мгновение первая "посылка" отправилась в полёт, в за ней и вторая, голубоватого цвета. Колетт дёрнула стремянку, развернув её. Нужно было спасти не только себя, но и имущество лавки. Если резиновым браслетам высота была не страшна, то вторая коробка в которой хранились, предположительно, магнитики и брелки, не имела защиты от падения. Эдгар инстинктивно подхватил идею Колетт и довёл движение как раз тогда, когда белокурая поняла, что ей не хватает сил. Стремянка оказалась над их головам, и подобно мосту во время второй мировой, приняла бомбардировку. Приземлились коробки без хруста и треска. — Нифига ты выдала, — выдохнул Эдгар, опуская стремянку на землю вместе с Колетт. — Без тебя бы не получилось, — довольно ответила художница, разглядывая коробки. Та слегка наклонилась, положив ладони на колени, — эта не от магнитов, — подытожила она, видя, как Эдгар садится на карточки рядом с коробками. Лицо Колетт покрылось морщинками испанского стыда, когда та открыла голубоватую коробку. Внутри лежали постеры со старыми дизайнами бойцов. Некоторые из них походили на китайские подделки настоящих персонажей, на которые поведутся разве что фанатеющие дети, безразличные к "мелким" различиям. Коробку с таким содержимым хотелось оттолкнуть от себя поскорее, подобно коту, который сталкивает лапкой вазу. На позвоночники героев свалилось нечто среднего веса, предательски сбив их с ног. Продавцы распластались по полу, оказавшись лежащими друг напротив друга. Их пышные челки черного и белого цветов на мгновение переплелись, образуя лохматый Инь и Янь. Скрывали выступивший румянец, кто чем мог: Эдгар — шарфом, а Колетт — ладошкам. Установив волнительный зрительный контакт, от которого на мгновение перехватило дух у обоих, бедолаги приподнялись с земли. Таинственным предметом оказалось вторая и, по совместительству, последняя коробка с бравлами. — Что вы здесь устроили? – развергся голос директора сувенирной лавки, — Почему всё летает?! И вы чего лежите? Невысокая фигура в фиолетовом пиджаке, у которой вместо головы был позолоченный старинный кассовый аппарат, отбросила тень не встающих с пола пострадавших. Они вздрогнули и немного ударились лбами, пока вставали. И покраснели лишь сильнее, а негодующий начальник всё продолжал браниться. — Вы отвечаете за товар головой! Не будет товара — не будет и голов! — Так вот, куда твоя делась, — решил сострить Эдгар, встав на ноги. — У вас такие же будут, если товар продолжит падать, — чуть ли не кричал Грифф. — А вот не нужно свой опыт на нас проецировать, — поднялась Колетт, в затем недовольно добавила — с чего ты вообще взял, что он упал? — Ай как заговорила, — цыкнул Грифф, саркастично похлопав в ладоши, — тебя коробкой пришибло прямо на моих глазах, — начальник кивнул в сторону просевшей верхней полки и поднял с пола выскочивший болтик, и начал разглядывать его, — это большое нарушение техники безопасности. И это очень наказуемо в Starr, вы уяснили?! — прикрикнул он, — мне тоже влетит, если узнают. — Мы все починим! — невинно замахала руками Колетт. — Чтобы проверили все стеллажи, — холодно сказал начальник, — и затянули болты, если нужно будет. – Что?! — возмутилась коллекционерка, — Мы так до завтрашнего вечера будем копаться без отдыха! — Значит, сделаете за несколько вечеров, — развел руками Грифф, — мне не принципиально. И да, Колетт, ты не сможешь сегодня пораньше уйти. — Гриф! — протянула продавщица, — Мы заканчиваем поздно, я даже добраться до поликлиники не успею, не то, что поесть после работы. — Ну так перенеси на потом этого своего, — начал отмахиваться Грифф. — Я ждала записи к этому врачу полтора месяца! — жалобно воскликнула девушка. — Если бы у вас коробки не летали, я бы подумал. Лучше бы вы третью коробку ловили, вместо того, чтобы разглядывать барахло, — стиснул зубы кассовый аппарат. — Мы не виноваты, что у Starr такие болты херовые. — Ну, да, конечно, ты можешь написать официальную жалобу, давай, — деловито отвечал Грифф, — как думаешь, тебе на неё ответят, если вообще прочитают? — оскалился предприниматель, — А вот взыскать за ущерб они всегда могут, если вы что-то тут сломаете. — Воротить уже начало от твоего бубнежа, — прикрылся Эдгар своими чёрно-белым шарфом, — тебя там в офисе не заждались часом твои мудреные предпринимательские дела? Кассовый аппарат задумчиво промычал, прищурившись. А затем его зрачки резко расширились.. — Бл.. Блеск! Созвон же в девять! А сейчас... — закопошился Грифф. — Без пяти, — сказала Колетт, невинно глянув на экран смартфона. Они с Эдгаром злорадно переглянулись. — Повезло вам, — устало потер глаза начальник в фиолетом пиджаке, — открываемся уже. Я пока у себя буду, — после чего стремительно удалился. — Тебе направо! — недовольно прокричал Эдгар, увидев, как угловатая кассовая голова заворачивает не туда. — Ага!... Не ориентируюсь тут у вас совсем, — прокряхтел Грифф, спешно разворачиваясь. — Заходите почаще! — приторно добавила беловолосая художница. Герои проводили начальника взглядом, а затем и сами направились в том же направлении. — Пиздун... — промычала Колетт в след своему начальнику. — Базаришь, — подытожил её коллега по несчастью.