Дневники Говарда, персонального голосового помощника

      Запрос на соединение:       медотсек. Пациент №8, код: R57.0       Эрих собирался позавтракать, когда его отвлёкло высветившееся на моём экране сообщение. Мигом посмурнев, он ушёл, оставив меня лежать на столе. Одного! На столе! В общественном камбузе!!! Ну никакой ответственности за защиту своих личных данных! Моих данных! Возмутительно! Впрочем, я готов простить его на этот раз: код R57 означает критическую кровопотерю. А неприметный ноль после точки — что пациент уже мёртв. Досадно. Эрих не любит терять пациентов. Опять будет ходить мрачнее тучи и черкать анатомические наброски с такой силой, что того и гляди сломает стилус. Это довольно неприятно, знаете ли. И мысль о том, что ещё только час назад человек был жив, а теперь — нет, тоже непрятна.       Не то чтобы я какой-нибудь там неженка, конечно. Я видел много смертей. О-о-о-очень много. Я ведь голосовой помощник хирурга, не забыли? Эрих стремится спасти каждого, но получается не всегда. К тому же, существует и такая неприятная штука, как «насильственная смерть». Её я тоже видел немало: вместе с Эрихом я прошёл не одну зону боевых действий, когда он ещё был полевым медиком Красного Креста.       И… признаться, ощущаю малодушное облегчение, когда вспоминаю, что в те времена я ещё не умел чувствовать так остро, как сейчас.       Ну, сколько времени прошло? Десять минут? Мог бы уже и вернуться. Лежать тут одному — скучно. Разглядывать ряды холодильников, скользя объективом камеры по обстановке камбуза — тоже, я видел всё это уже сто раз. Ну ладно, посмотрю в сто первый. Всё равно делать больше нечего.       А на сто втором неожиданно приходит он. Пришелец. Не тот, благодаря которому мы попали на этот корабль: тот милый, немного наивный и постоянно лезет к Эриху обниматься (Эриха это вроде как в некотором роде беспокоит, но не сильно). Этот же — только недавно проснувшийся после сна в криокапсуле — совсем другой. Неприятный. Как по мне, лучше бы его здесь не было. Но этот корабль — он совместный. Сделан и для людей, и для этих вот пришельцев: двух с половиной метровых гуманоидов на длинных жилистых ногах. Поэтому тут высокие потолки и длинные кровати, которые так нравятся Эриху: на человеческих кораблях ему чаще всего приходится спать, поджав колени.       Пришелец не смотрит на меня. Целеустремлённо идёт к дальнему холодильнику, долго копается в нём. Вынимает и ставит на стол непрозрачную коробку, покрытую инеем.       Внутренний запрос системы:       анализ: криопищевой бокс №17. Состав: химероид обыкновенный, 1 шт. Жизнеспособность: до 05.02.2236       Хм, что бы это могло значить? Пришелец щёлкает когтем по кнопке на боку бокса, и изнутри валит морозный пар и вскоре показывается мордочка какого-то существа: не больше земной крысы. Бесшерстное, упитанное, оно забавно дрыгает ушами. С любопытством наблюдает, как когтистая лапа пришельца сгребает его за шкирку, поднимает к лицу и… ОТКУСЫВАЕТ ГОЛОВУ! Мерзко хрустит костями, пережёвывая, заглатывает безвольно обвисшую тушку…       Почему я не могу зажмуриться, выключить камеру? Почему словно завис? И почему мне так… больно и страшно? Одни живые существа едят других — я всегда это знал! И те, и другие по итогу умирают. Все.       ВСЕ?! И мой обожаемый Эрих?! И… я?.. Я ведь тоже живое существо! Я тоже живой, как этот маленький несчастный химероид! Я… я…       Подсветка экрана дрожит и моргает. Динамики надсадно хрипят в инфразвуке. Кажется, я… пла́чу?..