Aes triplex

      Ночи на Бризе теплые и тихие. Среди ржавых металлических листов и каменных развалин растекается жаркая влажная темнота с моря, и Астра с благоговением окунается в нее, выбираясь из той пары целых комнат, где расположен их пункт. Здесь наконец-то можно посмотреть на звезды — в городе их не видно почти из-за сияющих зданий, а тут… Эфия заворожено смотрит на россыпь белых огней между облаками и улыбается. Чувство чего-то родного и близкого окутывает со всех сторон и заставляет поддаться мимолетному желанию. Девушка ложится на еще теплый песок и всматривается в бесконечное чернеющее небо, пока пальцы утопают в песчинках. — Вот ты где… — голос Сайфера, уже привычно вкрадчивый и мягкий, нарушает идеальную тишину южной ночи, но Астра, в принципе, не против, — Вайпер искала тебя. — Что она хотела? — Эфия решает не поворачиваться и просто хлопает ладонью по месту рядом с собой. — Не знаю. Наверное, еще раз убедиться, что ты поняла, что мы должны завтра провернуть. — А-а… да что я там не знаю… — ее голос расслабленно тянется, пока мужчина аккуратно усаживается рядом, — завесу туда, стяжку сюда… столько раз уже делали. — Она беспокоится за нас, — он пожимает плечами, спрятанными за легкой рубашкой, — просто потерпи немного… — Да я знаю… смотри, сейчас отлично видны все созвездия, которые можно рассмотреть отсюда в это время года… Вот, например, дракон! — А это вроде бы медведица, да? — Сайфер внимательно вглядывается в чернь неба наверху. — Да! А вот это рысь! — Астра с упоением рассказывает ему о звездах, — знаешь, я ведь работала астрофизиком, такая, казалось бы, неромантичная работа, но я все равно всегда видела в звездах нечто большее, чем просто горячую смесь веществ…       Аамир кивает, понимая, о чем она. — Мама говорила мне, что когда человек покидает нас, его душа возвращается обратно на небеса… и сияет там так же, как сиял он при жизни. — Это… должно быть, помогает, — он задумывается о чем-то, прикусив губу, но за маской этого все равно не видно, — когда… происходит что-то такое. — Она стала самой яркой звездой, Аамир, — Эфия мягко касается его предплечья и слегка сжимает пальцы в жесте поддержки.       Сайфер просто позволяет ей быть рядом в этот момент. *** — Ай, — девушка шипит, когда ее разбитой губы касается ватка, смоченная в водке (удивительно, что она действительно оказалась у Совы, когда их запасы перекиси кончились за пару дней). — Извини, — просит прощения Сайфер, — я почти закончил.       Он промакивает кровь и наносит сверху тонким слоем заживляющую мазь. Наверное, его пальцы не должны задерживаться на ее губах так долго, но Астра, кажется, не против — улыбается, когда холодный металл протеза скользит по ее коже. Сайфер вздыхает. Эта шахматная партия выходила какой-то странной — ему не хотелось делать никакие ходы, не хотелось ставить шах и мат. Ему вообще не хотелось играть ни в какие игры. А чего хотелось, он предпочитал не думать. — Спасибо, — Эфия поднимается со стула, улыбается шире (жемчуг ее зубов кажется таким ярким в полумраке лазарета), — я пойду на кухню. Там вроде оставалась еда со вчера. Если хочешь, то приходи.       Аамир кивает, но идет за ней только через несколько минут, а до этого позволяет себе выкурить украденную у Йору сигарету. Дым заполняет легкие. Нора тоже курила, правда не дешевые, а дорогие «женские» варианты. От нее всегда приятно пахло смесью табака и духов. От Астры пахло чистым телом, теплым песком и оружейной смазкой. Сайфер трясет головой, отчего его вьющиеся волосы рассыпаются по плечам (от морского климата они совсем превратились в мелкие колечки). Почему-то думать об Эфии и Норе кажется чем-то правильным и неправильным одновременно. Чтобы выкинуть прочь эти мысли, он резко встает, чуть не падает от резкого отлива крови и выходит из лазарета.       На кухне верхний свет давно уже не горит, помогает только свисающая со стены старая лампочка. Астра сидит за небольшим столом, который на самом деле был положенной на пустую бочку фанерой, и устало жует бутерброды, сделанные Сейдж сразу на несколько дней. — Будешь? — она протягивает ему половинку «уставшего» сэндвича. — Эм… если это шутка, то я посмеялся, — он показательно проводит по кромке маски. — Может, снимешь? — стараясь скрыть волнение в голосе, приподнимает уголки губ Эфия, — ты можешь мне довериться, Аамир.       Сайфер медлит некоторое время, а потом со вздохом стягивает с себя тугой материал, подставляя свое испещренное шрамами лицо под моргающий свет. — Прости, на твоем фоне я выгляжу совсем ужасно, — он смущенно смеется, прикрывая рукой свои щеки, разделенные пополам имплантом. — Вообще-то… ты выглядишь довольно мило! Твои родинки похожи на звезды. — Не стоит меня успокаивать. — Я не вру! — в подтверждение своим словам Астра кладет ладони на его щеки и притягивает к себе, чтобы, видимо, до него лучше доходило, — ты правда кажешься мне очень красивым…       Она шепчет, и Аамир чувствует ее дыхание на своих губах, отчего на смуглой коже, той, которая еще была его собственной, проступает румянец. Эфия слишком близко, она говорит такие вещи и… он рвано втягивает воздух, отчего Астра тоже замирает, осознавая их положение. — Ой… — говорит она, резко отстраняясь, потом бормочет что-то на своем родном языке и начинает усиленно жевать сэндвич. *** — Может, отпустишь меня? — Нора сидит на плетеном кресле, покачивает ногой и курит. — Что? — Аамир вздрагивает. Они, кажется, находятся в Мирлефте. Да, точно, он может заметить знакомый силуэт гор и услышать шепоток волн, врезающихся в них где-то вдалеке, — почему? Нет, нет, Нора, как я могу? — Я умерла, милый, — женщина стучит пальцем по сигарете, пепел падает на доски, присыпанные пляжным песком, — а ты живешь. И должен жить дальше. Не только ради меня, понимаешь? — Нора! — он бросается за ней, пытается ухватить хотя бы край кружевной юбки, но пальцы проходят и сквозь ткань, и сквозь стул.       Мужчина вцепляется в скомканную простынь. Сон. Просто сон. Аамир падает обратно на подушку и пытается отдышаться. В комнате темно, жарко, раскаленный за день металл контейнеров, в которых они разместились, совсем не успевал охлаждаться. Сайфер вздыхает. — Нора, — он всхлипывает. Тяжело. Хочется к ней. Ближе. Снова почувствовать ласку ее рук, увидеть ее улыбку. Этого ему так не хватало: чтобы кто-то просто обнял, пока вокруг рушатся вселенные, льется кровь и звучат взрывы.       Аамир жмурит глаза, и по желобкам протезов текут слезы усталости. Из-за влаги кибернетические глаза мутнеют. Надо бы уснуть, тем более что сегодня был сложный день, они несколько раз чуть не умерли, но Сайфер не может. Устал настолько, что не спится. Он со стоном встает, разминая затекшую спину, и выходит из своей «комнаты». Вот так, без маски, в одних штанах, просто надеясь, что никого не встретит.       Конечно же, встречает. Астра снова сидит на песке перед входом. — Сайфер? — она всегда зовет его по прозвищу, и себя просит называть Астрой, — ты чего не спишь? — Сон приснился. Не смог уснуть, — уклончиво отвечает. — Она? — девушка видит его так же ясно, как и вновь сияющие на небе звезды. — Она.       Какое-то время они молчат, пока Эфия не обнимает его. Просто прижимается, грея собой даже сквозь синтетическую кожу. Аамир чувствует, как ее пальцы сжимаются в его кудрявых волосах. Почему-то… почему-то ему становится легче.