Ледяное сердце / Icy Heart

Проснувшись, я не стала сразу открывать глаза. Решила ещё немного полежать. Повернувшись на бок, я протянула руку, но наткнулась на холодную простынь. Открыв глаза, я осмотрела всю комнату, а сев на кровати, опустила голые ступни на холодный пол и прошла к ванне, но и там Андрея не было. Выйдя из комнаты, я прошла по пустому коридору и спустилась вниз по лестнице. В зале в тишине сидели Тори с Ником на разных концах дивана. В кресле сидел Гордей, оперевшись подбородком на кулак согнутой руки, и наблюдал за молча стоявшей Ульяной, которая смотрела в окно, скрестив руки на груди. Я прошла к ним, пол подо мной скрипнул, и все подняли на меня глаза. — Что случилось? Где Андрей? — осторожно спросила я. Никто не отвечал. Стало не по себе. — Алло? Мне может кто-нибудь ответить? — посмотрела на них по очереди. — Он уехал! — тяжело вздохнул Гордей. Мое тело окаменело. — Почему? Тори встала и сделала два нерешительных шага ко мне. — Он сказал, что увидел, как ты все это время обманывала его... Что тебе писал не только бывший, но и ещё какой-то парень, которого ты записала Лёшей... Он был не в себе... Сказал, что не может и не хочет с тобой разговаривать... Что если не уедет, может сделать тебе больно... Вик... Это правда ? Я просто не верю... Тело бросило в холод. Как? Как он увидел? Когда? И что именно? — Он все не так понял! Когда он уехал? Я должна ему объяснить... — мысли лихорадочно метались, пройдя мимо всех, я направилась к входной двери, как передо мной появилась Ульяна. — Ты не можешь! — чуть ли не кричала она, ее голос был твёрд и сквозил осуждением. — Куда ты собралась в одной футболке?! Я очнулась и посмотрела вниз на голые ноги. — Он ушел час назад! — продолжала она, не размыкая рук на груди. — Я никогда его таким не видел... Таким отчаянным... — пробормотал Гордей, смотря прямо перед собой. — Скажи, что он не прав и что ты ни с кем не переписывалась... — попросила Тори, смотря на меня с мольбой в глазах. Позади нее встал Ник, смотря на меня с жалостью. В глазах появились слёзы. Я открыла рот, чтобы возразить, но поняла, что ничего не могу сказать в свое оправдание, и тупо его закрыла. Если я скажу им, что это был всего лишь преподаватель, я сделаю все только хуже. У Тори безжизненно опустились руки, Гордей покачал головой, Ник устало закрыл глаза. — Боже, оказывается, мы тебя никогда и не знали, — сказала Ульяна с отвращением и, сорвав куртку с вешалки, вышла в морозное зимнее утро. Все последовали за ней, даже не взглянув на меня. И я точно знала, что потеряла их, что они не вернутся. Дверь с грохотом захлопнулась, а в груди стало нестерпимо больно. Я упала на колени и сжала руками грудную клетку, из горла послышался сдавленный крик. — Вика! Вика! Вика, зайка... Проснись. Я открыла глаза, хватая ртом воздух, сердце отбивало бешеный ритм, тело покрывал холодный, липкий пот. Горячие ладони легли мне на щеки, и в поле моего зрения появился Андрей. — Я рядом! Я тут! Ты не одна. В голове постепенно начало проясняться. Я перестала изворачиваться и легла спокойно, прикрыв глаза. — Тебе приснился страшный сон... — успокаивал меня он, вытирая большими пальцами дорожки от слёз. — Ты звала меня. Я открыла глаза и посмотрела на него. — Всё? — он смотрел с нежностью. Я кивнула, сделав глубокий вдох, сердце начало успокаиваться. Он поцеловал меня в лоб и лег рядом, заключая в свои объятия. Спустя три минуты он подал голос. — Что тебе приснилось? — Как ты уходишь, — ответила я честно, очерчивая кубики его пресса указательным пальцем. — Я так испугался, когда услышал как ты кричишь мое имя. Как ты зовёшь меня... Я подскочил, начал искать тебя в темноте, а потом понял, что ты рядом... — Прости, — прошептала я, переводя палец на тату. — Не извиняйся... Почему я уходил? Я растерялась, в голове стало пусто, нужно что-нибудь придумать. — Тебе нужно было уехать... Надолго, и мы не успели попрощаться. Его ладонь, лежавшая на моей талии, сжалась. — А как же отношения на расстоянии? — Это не для меня, — сказала я, очерчивая по контуру тату бабочки на его груди в свете луны. — Я не готова к этому и никогда не буду... Отпустить дорогого тебе человека без возможности контактировать длительное время... Это что-то из мазохистского. Я просто не готова отпускать дорогих мне людей. — Но сейчас можно разговаривать и видеть человека благодаря интернету... — Давай не будет об этом, мне даже думать неприятно о такой перспективе. Его грудь под моей щекой высоко поднялась и опустилась от глубоко вдоха. — Ладно, ледышка, как хочешь... Будем спать или ещё о чем-то поговорим? — спросил он, убирая с моего лица упавшие волосы, касаясь кончиками пальцев нежной кожи, от чего по телу пробежали мелкие мурашки. Я подняла голову и посмотрела ему в лицо. — Ты всё ещё куришь? Андрей поперхнулся. — Как резко ты об этом вспомнила! — удивился он. — Я не курю уже две недели, тот раз, когда ты меня видела, был последним. — Ого! Это достаточно давно. Как-то быстро ты бросил... — со скепсисом произнесла я. В тусклом свете луны я увидела его мягкую улыбку. — Я курил, потому что думал, что с каждой затяжкой моя никчемная жизнь становиться короче.. Я невольно нахмурилась. — Но потом появилась маленькая снежная буря.. — Ты про меня что-ли? — прервала его я, тыкнув в бок. — Ауч! Ладно, ладно... Потом появилась ты, и я понял, что хочу провести все то время, что осталось с тобой, и ни минутой меньше. И этой причины оказалось достаточно, чтобы бросить и даже больше не захотеть. На лице расцвела глупая улыбка. — Что ты лыбишься? — спросил он, также улыбаясь и смотря на меня. — Я стала твоим спасением! — сказала я с гордостью в голосе. — Ты стала моим смыслом, моим ледяным сердцем, — чмокнул он меня в нос. — А теперь спать, сегодня новый год. И только сейчас я поняла, что на часах 4 часа утра.

***

На часах 7:00, а я так и не смогла нормально уснуть, в голове гудел рой мыслей. Я все никак не могла избавиться от мысли, что все рано или поздно узнают о моих переписках с Алексеем Николаевичем. Да, я понимаю, что в них ничего такого нет и я не отвечаю ему взаимностью. Но и не отказываю! Я понимаю, что все выглядит так, как-будто я издеваюсь над Андреем и его чувствами к мне. Но это не так, далеко не так.. Я посмотрела в панорамные окна, через которые был виден заснеженный лес. Внизу в долине спящая деревушка светившаяся тёплыми огнями от фонарей и гирлянд. Канатная дорога на противоположной горе, и светлая, даже прозрачная, луна в синем небе доживала свои последние часы. На ветку самой ближней ели села маленькая серая птичка, покрутила головой из стороны в сторону и через секунду к ней прилетела вторая с тёмно-синим оперением. Первая начала прыгать с ветки на ветку от второй, но та никак не отставала. Взмыв в воздух, они закрутились вместе и улетели, но первая птичка всё равно была впереди, а вторая позади. Я посмотрела на тонкую линию оранжевого на горизонте, занимался рассвет. Переведя взгляд на мирно спящего Андрея, я поняла, что мне комфортно и спокойно, как никогда ещё не было в моей жизни. Наверное это и есть любовь. Когда тебе настолько комфортно с человеком, что ты ощущаешь его как часть самого себя, что ты даже помыслить не можешь, что этот человек может сделать тебе больно, или даже допустить эту возможность извне. Я аккуратно провела ладонью по его кудрявым волосам, посмотрела на безмятежное лицо и поняла, насколько он чист в данный момент, насколько открыт этому миру и насколько беззащитен. Аккуратно разомкнув наши переплетённые пальцы, я ещё пару секунд понаблюдала за его дыханием, чтобы он не проснулся, и тихо соскользнула с кровати. Приняв ванну, я аккуратно достала из шкафа серые джинсы, черный топ и белый укороченный вязаный кардиган. Оделась, заплела волосы в свободную косу на правую сторону, закрыла чёрные шторы и выскользнула в коридор. Сначала я думала взять учебники, чтобы позаниматься, но потом плюнула, решив, что сегодня праздник и можно пропустить задание. Пройдя на цыпочках мимо комнат, я спустилась вниз и обнаружила там Гордея. Вытаращив глаза, я наблюдала за пританцовывающим парнем в черных шортах с голым торсом и мокрыми волосами, убирающимся на кухне. Обернувшись, он заметил меня и, сняв беспроводные черные наушники Sony, улыбнулся. — Доброе утро, ранняя пташка, — подмигнул он. — Доброе... Ты вообще спал? — спросила я ошарашенно, подходя к острову, с которого он убирал оставшуюся муку от приготовления пряников. — Не-а, кто-то же должен все это убрать. — Можно было это сделать и после сна... — цокнула я. — Когда? Скоро девочки проснутся и вы сразу начнёте готовить на чистой кухне! — сделал акцент он, отчего я улыбнулась и проследила, как он включает кофеварку. — А Ульяна? Что ты с ней сделал? Я не уверена в том, что она отпустила бы тебя, не поспав, убираться на кухне.. — Ну... В общем, она спит... — И..? — Я подмешал ей снотворного. — Гордей! От кого, от кого, но от тебя я такого не ожидала, — утрировала я, на что тот лишь развел руками. — Я готов на всё, лишь бы она спала каждую ночь, а не раз в три дня. — Согласна. Тебе помочь? — Нет — ответил он, ставя передо мной чашку капучино. — Спасибо, — сказала я, обхватывая её холодными ладонями. — Лучше скажи, почему сама не спишь? Неужели ты так изнасиловала Андрея, что он спит без задних ног? Я замахнулась на Гордея ладонью, но он успел отпрянуть, смеясь надо мной. Подождав, пока у него закончится истерика, я ответила сделав глоток кофе: — Плохо сплю на новом месте... Оперевшись ладонями о стол, он пронзил меня изучающим взглядом. Мышцы на его руках напряглись и я невольно залюбовалась его прозрачно-белой кожей. — Ну-ну, так я тебе и поверил. Спустя час спустилась Тори, от чего я сильно удивилась. — Сегодня что, наступит глобальное потепление? Это будет на твоей совести! — Ха-ха, очень смешно, — отозвалась подруга, садясь рядом со мной на стул. Прямо перед ней тут же появилась кружка с чаем с ароматом барбариса. — Вообще-то сегодня новый год и с учётом того, сколько эти трагладиты едят, — указала она подбородком в сторону Дея. — Нужно готовить как минимум на военный взвод. Я перевела взгляд на парня, ожидая его реакции, на что тот пожал плечами. — Я не отрицаю, мы любим поесть. Спустя ещё два часа спустилась сонная Ульяна, вокруг нее тут же засуетился Гордей, пытаясь привести ее в нормальное состояние после снотворного, но чтобы та не заметила подвоха. Работа кипела, но далеко не убегала. — Я вам помогу, — вызвался Дей. — Ещё чего не хватало! — повышая голос, чтобы ее было слышно сквозь музыку, ответила Тори. Парень нахмурился и подошёл ко мне. — Я мог бы предложить что-то неординарное из блюд... — Я жду неприличные предложения, — ответила я, не отрываясь от приготовления ингредиентов для оливье. Посмотрев вокруг на столы с продуктами и плиту с дымящимися кастрюлями и сковородками он пожал плечами. — Давай заправим оливье кетчупом? — О, боже! Да ты извращенец, —воскликнула я и мы оба засмеялись. К нам подошла Ульяна. — А если серьезно, у нас скоро закончится майонез и мы даже сами его сделать не сможем, яиц не хватит. Мы переглянулись и ухмыльнулись, переводя взгляд на парня. Тот, подняв руки, начал пятиться. — Пойду подниму парней и мы съездим вам за недостающими продуктами... — и взбежал вверх по лестнице. К нам подошла Тори. — Молодцы, — мы ударили тройную пять по ладоням и, нагнувшись к нижним ящикам в острове, Тори достала бутылку шампанского. — Чтобы работа шла быстрее и с удовольствием. Ульяна достала из шкафа три бокала и подала ей. — Ну, с наступающим, мои дорогие, —сказала тост Тори и, чокнувшись, мы сделали глоток под музыку «@ my worst - blackbear».

***

Хлопнула входная дверь и через секунду открылись чёрные шторы, впуская яркий солнечный свет в комнату. Андрей поморщился и накрыл голову подушкой. — Выйди! — Проснись и пой, — громко сказал Гордей, падая на кровать рядом с другом. — Заткнись и спи, — прозвучал глухой ответ из-под подушки. — Смотри, какое хорошее утро, нужно встать пораньше... — Утром хорошо просыпается только сахар мимо чашки. Зачем ты припёрся? — Я пришёл к тебе с расчётом показать, что утром встало! В лицо Гордея полетела подушка, но тот успел закрыться руками. — Ты гей, — злобно прорычал Анде. — Обоснуй, — сквозь смех сказал Дей. — То есть в целом ты согласен, но хочешь обсудить детали? — спросил тот сиплым голосом. Теперь в него полетела подушка. — Ну, а если серьезно, девчонки уже во всю готовят внизу и им нужны яйца и ещё всякая дребедень. Надо съездить в магазин. Ника я уже поднял. Остался только ты. — В чем проблема? Съездите вдвоем. — Ты тогда что делать будешь? Андрей перевернулся, собрал подушки и положил под голову. — Схожу в душ, — устало потер глаза Андрей. — Я смотрю, не только у Вики была тяжёлая ночка... Резко повернув голову, Анде спросил: — О чем ты? — Она пришла вниз в семь утра. Андрей тупо уставился в потолок, через минуту молчания Гордей подал голос. — И как она тебе ? — Маленькая, вредная, язва... — И что? У вас это несерьезно? — Нет, друг... Я на ней женюсь.

***

Чокнувшись вторым бокалом шампанского, я вспомнила. — Сегодня же финал «Битвы экстрасенсов»! — О, точно! — отозвалась Тори. — Надо будет посмотреть, — сказала Ульяна, обжаривая шампиньоны на сливочном масле в салат «Рафаэло». И только я повернулась обратно к столу, чтобы открыть икру для корзиночек, как по другую сторону стола с бокалом в руках выросла Тори. — Как прошла ночь? — Нормально. Она закатила глаза. — И всё? Я непонимающе уставилась на нее. — Ладно, что ты скажешь насчёт Анде? У вас есть продвижения? — Все также. — Подруга, у него есть все для того, чтобы стать твоим парнем. — Что «всё»? — Он милый, высокий, кудрявый, накачанный, у него красивые глаза, «прям как у меня», красивая улыбка... — начала перечислять она, загибая пальцы на одной руке. — Правда, юмор у него немного не дотягивает, но это ничего, главное — не тупой... — Всё-всё, я поняла! — вовремя прервала ее я, как с лестницы начали спускаться пацаны. — Я разбудил этих спящих красавиц! — отозвался Дей. — И это говорит нам храпящий монстр из «Красавицы и чудовища», — подколола его Ульяна. Парни откровенно заржали. — Я не храплю, мне сняться мотоциклы... — сделал жалкую попытку оправдаться он. Ко мне подошёл Андрей, крепко обнимая. — Что пьешь? — Сок. — А что глаза так блестят? — Он с блёстками. Выпустив меня, он подошёл к Тори. — Алло, это телефон помощи алкоголикам? Она толкнула его в плечо. — Да. Как делать Апероль Шприц? — Я тебя потом научу, а сейчас это вам, — сказал Гордей, протягивая нам небольшие крафтовые свёртки, перевязанные красной лентой. — Это не основные подарки на новый год, так, закуска. Я с предвкушением развязала ленту и открыла упаковку. Внутри оказались мягкие тапочки в виде мультяшных оленей. Я тут же их надела и, подойдя к мальчикам, обняла их. — Спасибо большое! — отозвалась Тори, ходя туда и обратно по кухне. Ульяна сидела на стуле, вытянув перед собой ноги и рассматривала тапочки. Мальчики ещё немного посидели и поехали в магазин.

***

Спустя час парни вернулись. Зайдя в кухню, застыли на пороге, наблюдая за девочками. Они готовили праздничный обед, пели и танцевали одновременно. — Такие домашние, — тихо сказал Гордей, держа в руках мешки с продуктами. — Всё бы отдал, чтобы видеть такую картину почаще... Чем мы их заслужили? — смотрел как завораженный Андрей. — Давайте меньше косячить, чтобы не испортить все, — предложил Ник и все трое кивнули.