В октябре

      Быстрее я сдохну, чем ваш, наш кумир. Но… Мне кажется, что я схожу с ума и думаю о том человеке, который не является мне никем. Но я думаю. И уже день третий спустя не прекращается. Сегодняшним очередным пьяным вечером я встречусь с тобой. Мне очень многое хочется узнать. Не как поклонница твоей музыки, а как лишь заинтересованный тобой человек. Хотя все песни группы я прослушала за эти несколько дней. Пришлось по душе, однако. Мне действительно важно знать, почему у тебя такие глаза. И не потому, что ты мне скажешь. А потому, что я узнаю о тебе. Я жду такси, и через чуть меньше часа я окажусь напротив тебя. А после… Посмотрим, что из этого выйдет.

***

      Вечер последующего дня кажется холоднее предыдущего. Я уже скучаю по лету, мне остро не хватает тепла. А так хочется, чтобы меня согрели. И, судя по всему, в это время года меня согреть может тепло тела. Не твоего, нет. Это уже было бы слишком нагло отбирать у мира тебя. Слишком нагло, что подстёгивает. Будто бы кричит во все горло «сделай это, или тебе слабо?». Но все бы ничего, но я не собираюсь этого делать. Ты прекрасен несомненно. Но я хочу лишь знать, почему да зачем у тебя такие глаза? Которые вновь вижу перед собой.       — Привет. — говоришь мне ты и улыбаешься. В этот раз ты не в черном. Точнее, не весь. На тебе синие джинсы и белые кеды, чёрное пальто. Я удивляюсь, как тебе не холодно здесь в Питере. Солнечный мальчик из жаркого города ангелов. Твои волосы переливаются золотом и медью на свету фонарей. Они выглядят так привлекательно, словно я пробую мед. Мед, который я не люблю. Но это совсем не важно. Мед твоих волос весьма сладкий на первый взгляд.       — Добрый вечер. — слетает с моих губ оживлённо и весело. А это значит, что я рада тебя видеть. Узна́ю, узна́ю, узна́ю!       — Хочу погулять по крышам твоего города, я ещё ни разу там не был. — ты точно крышесносный. Даже мне холодно, а у тебя взыграло озорство. Глаза заблестели, улыбка превратилась в лисью ухмылку. Стоило мне лишь моргнуть и едва ли заметить яркое перевоплощение. Из немного изнеможденного парня ты стал огненной фурией с жаждой к жизни. Безумство какое.       — Раз тебе не холодно, пойдем тогда. — пар изо рта не повод для этого парня сойти с намеченного пути. Целеустремленность заметно даже здесь.       — Холодно? — ты с широко раскрытыми глазами переспрашиваешь меня. Парень из жаркого города оказавшийся на северо-западе другой страны не боится каких-то там заморозков. Значит, мне тоже не стоит. Ты хватаешь меня за руку и тянешь куда-то за собой с озорством и ребячливостью. Взрослый мужчина, а ведёшь себя как двадцатилетний непоседа. Мне нравится это в людях, хотя на первый взгляд это не скажешь по тебе, Дэйв Мастейн. На фотографиях ты опасный и несколько грозный. А глаза-стрелы твои тому доказательство. — Пойдем уже!       Петербург с высоты птичьего полета выглядит восхитительно, я это знаю. Теперь знаешь ты. Твоему восторгу нет предела. Даже несмотря на то, что темно, старые дома выглядят с подсветками очень сказочно. Старые дома вдруг стали разноцветными, когда я оказалась на крыше с тобой. Твои эмоции поразили меня и заразили. Благодаря им я будто бы оказалась здесь впервые. Ты подарил мне давно забытое старое: как в детстве я ликовала от красоты города. И как то, что сейчас почти забыла до встречи с тобой. Вот уже я слегка начинаю подрагивать от холода. Ты снимаешь с себя пальто и накидываешь на меня, оставшись в одной светло-серой толстовке.       — Эй, ты заболеешь. С ума сошел? — ну ты точно сумасшедший. Ни при каких обстоятельствах я не позволю мёрзнуть тебе. Лучше тогда уйти в более комфортное человеческому организму место. Я снимаю с себя, но ты накидываешь снова. — Если ты заболеешь, кто будет за тебя петь?       — Не заболею. А если и заболею, то ради такой красоты не жалко. Лишь бы тебе было тепло. — улыбаешься так, что невольно улыбаюсь и я. Все ещё пытаюсь снять с себя твое пальто, которое приятно пахнет мускусом. Ты подходишь сзади и обнимаешь меня, что не позволяет двинуться. — Ещё вопросы есть?       — Но не вини меня потом, когда вспомнишь мои слова. Я тебе говорила.       — Позволь насладиться видом, который я вряд ли ещё увижу в ближайшее время. — почти шепчешь мне в ухо, а я вдыхаю морозный воздух вперемешку с сочетанием аромата твоего парфюма и естественного запаха тела. Которое абсолютно точно запомнится. И пока я думала о твоих руках, что ты обвил меня и лишил уже неохотной подвижности; совсем забыла, что ты из жаркого города ангелов. А вид замечательный и магический. Под вечернем небом Петербург не собирается спать. Позирует нам и прохожим своими колоннами, крышами, фасадами, дорогами. Меня обнимает всемирно известный музыкант, которого я толком и не знала до той ошеломляющей встречи. Казалось бы, как могли так совпасть звёзды, что я встречу именно тебя? И сколько уже может ветер щекотать мое лицо локонами цвета мёда?