Dénier

      Адалин раскрыла книгу и пробежалась по первым строчкам. Ее брови нахмурились, а глаза обратились к еще одному учебнику, выискивая нужную информацию. Голова шумно гудела, а буквы то и дело бесстыдно пускались в пляс прямо перед ее носом. Герцогиня сделала карандашом короткую пометку в тексте и устало прикрыла веки. Матушка велела изучить новые материалы, которые ей привез известный химик из своего путешествия. Адалин нужно было прочитать все тома и затем кратко изложить всю информацию. Миссис Эттвуд особенно любила, когда длинный и извилистый текст предоставлялся емкими тезисами.       — Ваша Светлость, — раздался стук в дверь.       — Да, — ответила юная герцогиня, поднимая глаза.       — Письмо от мисс Ричмонд, — в комнату зашла молоденькая служанка, держа в руках конверт.       Адалин кивнула, расплываясь в улыбке. Когда она развернула листок, то заметила, как из него выпал еще один. Девушка удивленно подняла брови. Интерес заполнил все ее нутро, и она тут же раскрыла сложенную бумажку. Взгляд тут же зацепился за незнакомую манеру письма и искусно выведенные буквы. Беатрис не славилась опрятностью почерка, Адалин это прекрасно знала. Едва она начала читать, сердце неистово забилось в груди.       «Дорогая мисс Эттвуд,       Вы несказанно впечатлили меня своей работой. Право, я тронут до глубины души. Столь ценный подарок значит для меня очень много и нет на свете слов благодарности, которые смогут выразить мою признательность. Я считаю дни до нашей следующей встречи и надеюсь, что она случится, как можно скорее. Я даю слово, что в этот раз я покажу Вам замок во всей его красе. Окажите мне честь, милая Адалин, приезжайте с визитом. Я буду ждать Вас.

Уильям»

             Герцогиня еще раз прочла письмо, а затем еще раз и еще, не в силах принять реальность происходящего. Она отложила его, не отрывая взгляда. Прошло уже несколько месяцев с того чудесного летнего дня, когда она провела часы в обществе принца. Его волшебные глаза продолжали являться во снах, окутывая своей теплотой и искренностью. Светлый образ Его Высочества до сих пор не выходил из головы, что бы Адалин не делала. Даже в полностью загруженный день, даже когда ее голова раскалывалась от изнеможения, мысли возвращались к той счастливой, но такой короткой поре.       «Милая Адалин», — писала Беатрис в привычной поспешной манере. — «Вероятно, первым ты прочитаешь письмо от Уильяма, и я нисколь тебя не осуждаю. Спешу уверить, что принц оказался в полнейшем восторге. Жаль ты не видела его светящегося взора и широкой улыбки. Уильям упорно настаивал на твоем приезде, однако, представь себе, опасается просить тебя об этом напрямую. Моя матушка обмолвилась, что скоро объявят о грядущем бале. Пока это секрет, однако то, что он состоится совершенно точно. Душенька, ты обязана приехать. Прошу, уговори маменьку отпустить тебя. Иначе я приеду сама и буду просить ее лично. Жду ответ в кратчайшие сроки. Целую, Бетти.»       Адалин снисходительно покачала головой, в очередной раз убеждаясь в горячности нрава подруги. Она отложила письмо и, взяв в руки карандаш, нервозно застучала им по столу. Молодая герцогиня сомневалась, смилуется ли матушка. Сейчас они довольно заняты, миссис Эттвуд много времени уделяет работе с детьми и написанию уже своей второй книги по философии материализма. Ей необходима помощь, однако Адалин ясно знала, что пропустить этот бал она просто не может.

***

      Встретилась она с матушкой только за ужином. Адалин пыталась подойти с разговором раньше, однако миссис Эттвуд заявила, что у нее в данный момент нет свободной секунды. Ее строгие янтарные глаза пробежались по возбужденному лику дочери, и Адалин поспешила отложить диалог на более удобное время. Отца не было, а посему за столом сидели только они вдвоем. Мистеру Эттвуду пришлось внезапно уехать, так как стало известно, что один из его складов поддался набегу разбойников. Он отсутствовал уже неделю, и весточек от него не было.       — Что ты хотела, Адалин? — поинтересовалась герцогиня, подзывая к себе служанку. — Уберите эти овощи, видно, что они испорчены. В следующий раз если такое будет допущено, последует наказание, — суровость в ее голосе заставила мисс Эттвуд невольно поежиться.       — Маменька, — несмело начала девушка, поднимая взор, — Бетти прислала письмо.       — И что же? У нее все хорошо?       — Да-да, — растерянно ответила Адалин, забывая все до единой фразы, которые усердно готовила для этого разговора. — Она просит составить ей компанию и посетить скорый бал. С Вашего позволения, разумеется.       Миссис Эттвуд не ответила, однако оторвала внимание от блюда и посмотрела на дочь. Адалин постаралась сохранить обычное выражение лица и не выдать жутчайшего волнения. Ей удавалось это весьма непросто под пристальным взглядом проницательных глаз матушки. Женщина церемонно промокнула уголки губ салфеткой и тут же сложила ее, оставляя на краю стола.       — Адалин, я уже говорила о том, что со дня на день должен вернуться мистер Лоумэн, и мы должны будем определиться с датой вашей свадьбы, — ее губы были напряжены, а светло-карие глаза выражали недовольство.       — Я помню, — юная герцогиня рвано вздохнула, ощущая прилив решимости, — однако мое присутствие не так обязательно. Вы прекрасно сможете решить все сами.       — Моветон, дорогая, — миссис Эттвуд покачала головой, начиная возмущаться. — Не говори так, будто этот брак тебя не касается.       Адалин стиснула юбки платья в своих пальцах. Ей необходимо сохранять спокойствие, чтобы отстоять свое желание. Мисс Эттвуд уверенно посмотрела в светло-карие глаза матери, едва заметно дернув подбородком.       — Матушка, быть может Вы запамятовали, но меня поставили перед фактом. Следовательно, заявлять о том, что я проявляю дерзость, в данной ситуации не совсем корректно.       — Адалин, — грозный тон женщины на секунду оглушил мисс Эттвуд, но она не была намерена отступать.       — Я никогда не позволяла себе идти против Вашего мнения, однако в этот раз будет исключение, — девушка встала со стула и, сделав короткий книксен, покинула столовую, оставляя свою еду нетронутой.       Ее колени подогнулись, как только герцогиня оказалась в своей комнате. Сердце металось в панике, запоздалое волнение оковало руки и ноги. Она рухнула на кровать, пряча лицо в подушках. Быть не может, что она позволила себе такие громкие речи, Адалин отродясь не перечила матери, только в самом страшном кошмаре. Миссис Эттвуд была очень нетерпима к непослушанию и своеволию, и воспитывала дочь в строгих рамках поведения. К сожалению, отец Адалин всегда был очень занят и постоянно находился в разъездах. По сей день он весьма редко бывает дома, но каждый его приезд мисс Эттвуд ждет, как в детстве. Герцог был менее чопорен, чем его жена, и мог изредка побаловать единственную дочь. Адалин помнила каждый такой момент с невероятным трепетом. Быть может, отец встал бы на ее сторону, однако ей ничего не оставалось, кроме как в одиночку отвоевывать саму себя у матери.       Когда наступила ночь, а Адалин уже одной ногой ступила в дремоту, донесся скрип двери. В комнату проник свет, а на полу отразилась тень статной фигуры. Мисс Эттвуд сонно заморгала, приподнимаясь в постели.       — По счастливой случайности на постоялом дворе твой отец встретил мистера Лоумэна, и теперь они оба направляются в поместье. Завтра мы обсудим с графом дату женитьбы, и далее ты можешь ехать куда угодно, юная леди.       В следующее мгновение раздался оглушительный хлопок. Герцогиня покинула покои дочери, оставляя ту в смешанных чувствах. Но прежде всего Адалин была вне себя от радости, что совсем скоро увидит того, кто не выходил у нее из головы долгое время. Однако завтра ей предстоял разговор, который горечью предвкушался на корне языка. Живот скручивало от мысли, что ей придется выйти замуж за едва знакомого человека, к которому она не испытывает даже что-то похожее на душевную теплоту. Адалин исполнится лишь 18, а вся ее жизнь уже решена. И будущее совсем не похоже на палитру красок, только если на темную кляксу.

***

      — Ты не могла надеть более изысканное платье? — недовольно проговорила миссис Эттвуд, придирчиво оглядев наряд дочери.       — Его выбрали Вы, матушка, — на выдохе сказала Адалин, не моргнув и глазом.       — Прекратите грубить, мисс Эттвуд, в последнее время Вы забываетесь, — янтарные глаза сверкнули из-под темных бровей. — Вы должны быть благодарны, что я была благосклонна.       — Я благодарна, матушка, — ровным тоном проговорила Адалин, гипнотизируя точку перед собой.       После ухода герцогини она еще несколько часов не могла уснуть. Мысли одолевали ее несчастную голову все больше и больше, и в конце концов Адалин в панике поднялась с кровати, задыхаясь. Никак не получалось сделать полный вдох, будто грудную клетку в своих огромных руках стискивает великан. Она ходила по комнате и в попытке успокоиться настежь открыла окно, впуская ледяной воздух. Он обдал ее разгоряченные щеки колючими снежинками. Адалин почувствовала, как ее трясет, но она была уверена, что холод тут не причем. Эмоции подступали к горлу, но она не могла выдавить из себя даже крохотную слезинку.       Когда пальцы совсем окоченели, она подрагивающими руками закрыла окно и направилась обратно в постель. В груди будто зияла дыра. Беспросветная и чудовищная, она затягивала все без разбора, оставляя после себя лишь пустоту. В тот день, который теперь казался совсем эфемерным, когда Уильям смотрел на нее своими яркими глазами, напоминающие сказочное море, Адалин видела в них жизнь. Она коснулась ее огненным крылом и озарила, а герцогиня вдруг поняла, что до этого все вокруг было погружено во тьму.       — Миссис Эттвуд, мисс Эттвуд, добрый вечер.       В гостиной появились двое мужчин. Все обменялись приветствиями, и затем расселись по диванам, дабы дождаться ужина. Адалин держалась беспристрастно, как это от нее и требовалось. Она оглядела отца. На его лице поселилась усталость, морщины всего за неделю стали глубже, и ей страшно было представить, что же с ним происходило в поездке.       Чарльз Эттвуд два десятка лет занимался успешной торговлей, и обеспечивал поставки мебели и тканей в их королевство, а также в некоторые соседние. Недавно он начал решил расширить бизнес, а посему забот навалилось в разы больше, чем было до этого. Герцог мог не появляться дома месяцами, постоянно пребывая в разъездах, которые, казалось, никогда не закончатся. Адалин гадала, появится ли отец на ее свадьбе или опять предпочтет ей работу.       Рядом с мистером Эттвудом восседал ее будущий муж. Граф Маркус Лоумэн был лишь на пару лет младше Поллин, но это нисколько не смущало родителей Адалин, которые считали его самой выгодной партией для дочери, несмотря на его титул. Да, граф был ниже их по сословию, однако являлся самым богатым человеком в королевстве.       С мистером Эттвудом он познакомился в одной из поездок, еще лет десять назад, и с тех пор между ними водились хорошие отношения. Граф нередко заезжал к ним с визитами, и когда Адалин было, кажется, около десяти лет, он ей преподнес миленькую фарфоровую куклу. Матушка, правда, ее почти сразу забрала, заявив, что не следует тратить время на бесполезные занятия. Мисс Эттвуд с добротой вспоминала этот благородный жест, однако более ничего приятного, связанного с графом, не было.       Это был лицемерный и продуманный человек, который был напрочь лишен сострадания и милосердия. Он был нацелен лишь на заработок денег, однако не кичился своим достатком, что, конечно, делало ему честь. Его глаза непонятного цвета, который менялся в зависимости от освещения, были холодны. Улыбка на губах никогда не выражала искренности, а только вежливую участливость. Быть может причиной тому послужило его горе, а возможно то была его натура. Мистер Лоумэн рано потерял жену. Она скончалась в родах, как и их малыш, который не успел даже сделать первого вздоха. С тех пор граф не женился и лишь теперь — к сорока трем годам — дошел до второго брака.       Адалин не знала, каким образом родители решили, что он станет ее мужем, но в один прекрасный день ее просто известили об этом. Ее мнения не спрашивали, разумеется, и только лишь уверили в том, что граф благородный человек и в его достоинстве нет никаких сомнений. Тогда юной герцогине было лишь пятнадцать, и она не до конца понимала смысл сказанных слов. Теперь же Адалин с дрожью представляла, что ее ждет дальше.       — У меня есть для Вас безрадостные новости, уважаемая миссис Эттвуд, — до ушей юной герцогини донесся низкий голос мистера Лоумэна, и она вынырнула из своих мыслей. — Свадьбу удастся сыграть лишь ближе к маю, потому что я срочно уезжаю на переговоры. Мне предстоит долгий путь через море, посему это займет приличное количество времени.       — Ну что же, нечего поделать, мы должны развивать наше королевство, — Поллин деловито сложила ладони, — брак не горит, мы спокойно можем подождать, верно, милая?       Адалин запоздало поняла, что мать обращается к ней, и натянула на лицо вежливую улыбку.       — Разумеется, — ее зеленые глаза пробежались по всем сидящим.       Граф одарил ее коротким кивком головы, выражая свое удовлетворение. Он не был как-либо заинтересован в ней, сказывалась ощутимая разница в возрасте. Маркус видел перед собой девочку, которая выросла на его глазах, а не женщину, на которой он женится. Адалин его совсем не винила, но все же ей хотелось более сердечного к себе отношения или хотя бы уважения к ее мнению.       — Мистер Эттвуд, наша дочь изъявила желания посетить бал в соседнем королевстве, — сказала вдруг герцогиня, — вразумите ее, будьте добры.       Адалин почувствовала, как все внутренности сдавило. Миссис Эттвуд бросила на нее взгляд и не отрывала его, дожидаясь реакции. Девушка сохранила самообладание и крепче стиснула в руках бокал. Матушка пыталась застыдить ее перед отцом, прекрасно зная, что Адалин очень дорожит его мнением. Но юная герцогиня не понимала, отчего ей настолько не по душе пришелся этот несчастный бал.       — Милая, ты же знаешь, что ужасно грубо заявляться куда-либо без приглашения, даже если твое положение это позволяет, — несмотря на утомленность, Чарльз ласково посмотрел на дочь, едва заметно улыбнувшись.       — Меня пригласили, — лаконично ответила Адалин и опустила глаза, но тут же подняла их, так как это был жест слабости.       — Мисс Эттвуд, предложение Беатрис не считается при… — голос ее матери повысился на полтона.       — Прошу прощения, маман, — Адалин прервала герцогиню, встречаясь с острым взглядом карих глаз. — Его Высочество изъявил желания меня видеть.       В комнате повисла тишина. Мисс Эттвуд подозвала служанку и попросила еще сока. Она не смотрела ни на кого, понимая, что скорее всего на их лицах застыло изумление. Адалин не говорила, что в прошлый раз встречалась с принцем. Она решила сохранить эту приятную тайну. Реакция матери могла быть любой, и больше всего юная герцогиня боялась негативной, и поэтому она решила, что умолчит о личной встрече с Уильямом. Но теперь ситуация вынудила ее изменить план действий.       — Вы знакомы? — от холода, которым разил вопрос миссис Эттвуд, по рукам девушки побежали мурашки.       — Да, — коротко ответила Адалин.       — Ну что ж, раз так, — герцогиня нахмурила брови, однако тут же улыбнулась. — Не каждый день на бал приглашает сам принц, так ведь, господа?       Мужчины вяло кивнули. Граф витал в своих раздумьях, а потому мало обращал внимания на происходящее вокруг, а мистер Эттвуд был слишком утомлен, посему разговор продолжился между двумя госпожами.       — И каким человеком тебе показался Его Высочество? Ходят слухи, что он легкомыслен.       — Уильям прекрасен, матушка, а слухами мир полнится. Да, он очень привлекательный молодой человек, не лишенный обаяния и юношеского запала, однако это никаким образом не дает усомниться в серьезности и сосредоточенности Его Высочества на делах его народа.       Миссис Эттвуд пораженно молчала. Адалин чувствовала, как под ее ногами горит земля, и прекрасно осознавала, что такая дерзость обойдется ей боком. Но непонятно откуда взялось желание продолжить свое хулиганство.       — Я весьма польщена, что принц по достоинству оценил мою работу, — девушка отпила немного сока, замечая в глазах матери уже неприкрытый гнев.       — Какую работу, дорогая? — учтиво спросила герцогиня, нервно дернув бровью.       — Портрет, матушка, — со сверкающим лицом ответила Адалин.       Гостиная вновь погрузилась в звенящую тишину. Лишь дрова мирно потрескивали в камине, и часы кропотливо продолжали свою работу. Мисс Эттвуд увлеченно разглядывала свои ногти, ощущая кожей грозный взгляд матери. Через несколько минут мистер Лоумэн поспешил откланяться и принес извинения, что не может остаться на ужин. Графа благополучно проводили, и едва за ним затворилась дверь, миссис Эттвуд обратилась к Адалин.       — Своим поведением ты поставила меня в неловкое положение, юная леди. Ты это осознаешь? В каком свете я предстала перед Маркусом.       — Ваше положение не изменилось в его глазах, я уверена, матушка.       — Адалин, я не потерплю в свой адрес дерзости, — процедила герцогиня.       — Милая, она не грубила, полно, — донесся голос мистера Эттвуда. — Давайте просто мирно насладимся трапезой.       Мужчина коснулся плеча жены, однако она тут же скинула его руку и быстрым шагом скрылась из прихожей. Герцог проследил за миссис Эттвуд и шумно выдохнул.       — Папенька, Вы выглядите изнуренным.       — Были проблемы, дорогая, — ответил Чарльз и поцеловал кисть дочери. — Не расстраивайся и со спокойной душой езжай к Беатрис. Твоя мама остынет рано или поздно.       — Я знаю, — Адалин улыбнулась. — Я действительно позволила себе наглость, папа?       — Если только самую чуточку, но я насладился этим зрелищем, — он тихо рассмеялся. — Миссис Эттвуд иногда перегибает палку, но она тебя любит. Мы оба желаем тебе только самого лучшего.       — Но почему Вы не спрашиваете, чего хочу я? — герцогиня поджала губы. — Простите, я пропущу ужин. Пойду спать.       Она склонилась в реверансе и стремительно поднялась на второй этаж. Оказавшись в своих покоях, Адалин тут же села за стол и начала строчить ответное письмо подруге.       «Моя душенька,       Я однозначно прибуду в ближайшие дни. Ожидай меня. Сквозь чащу неодобрения и колких замечаний в свой адрес я добилась того, чего хотела. Прошу, держи мой приезд в тайне от Его Высочества. Я хочу сделать сюрприз. Я заранее вижу твою противную ухмылочку и потому сразу скажу, что это ничего не значит. Я лишь желаю эффектного появления, вот и все. Надеюсь увидеть тебя в хорошем настроении и добром здравии.

Твоя Адалин.»

      Герцогиня аккуратно упаковала листок в конверт и поставила печать с гербом ее семьи. Девушка поднялась со стула и вдруг закружилась по комнате, прибывая в радостном предвкушении. В какой-то момент она запнулась и неловко упала на кровать. Адалин счастливо расхохоталась. Необходимо выбрать самое шикарное из всех ее нарядов. Новое платье сшить никак не успеть, но в шкафу достаточно еще не надетых. Сердце трепетало в груди.       — Полно, хватит, — мисс Эттвуд резко села, хватаясь за голову. — Вдох-выдох, — она активно жестикулировала, помогая себе в дыхании. — Если я такая взвинченная дома, что же будет, когда я встречу Уильяма. Стыд какой.       Адалин вновь упала на кровать, раскинув руки и закрыв глаза. «Я считаю дни до нашей следующей встречи и надеюсь, что она случится, как можно скорее. Я буду ждать Вас». Казалось, она запомнила все до единой запятой. В голове строки звучали его мелодичным голосом. Невольно Адалин представила, как Уильям писал ей это письмо. Может быть улыбался или даже с нежностью вспоминал ее лик. Девушка резко раскрыла веки. Беатрис станет женой принца. Не она. Уже все решено. Адалин это знала, но неуемное желание погреться в тепле, которое она чувствовала рядом с Уильямом, изъедало ее разум. Она решила, что ничего страшного в ее визите нет, ведь ей оказал милость принц и пригласил в свой замок. Отказывать никак нельзя. Быть может Адалин позволит себе даже пококетничать. Но только в меру, разумеется.