Dénier

      — Ты тронулся умом, Джозеф? — с черным от злости лицом сказал мистер Ричмонд, рывком освобождая свою руку.       — Выбирай выражения, Освальд, — в тон ответил король, сводя густые брови на переносице. — Давайте присядем, джентльмены. Добрый день, Элизабет.       Миссис Ричмонд почтенно кивнула, не переставая обмахиваться веером. Она тяжело дышала, ее щеки покраснели от напряжения. Герцог сел подле нее, а король — неподалеку, продолжая взирать на молодого человека. Феликс смотрел на него в ответ и не моргал, пребывая в шоковом состоянии.       — Голубушка, позови прислугу. У парня все лицо в крови. Нехило ты его, мистер Ричмонд, — мрачно хмыкнул Джозеф, удобнее устраиваясь в своем кресле.       — Я не закончил, — прошипел герцог, вновь затягиваясь.       — Джейн! — слабым голосом крикнула Элизабет, и вскоре в гостиной появилась служанка. — Помоги Феликсу и пригласи сюда Бетти.       Женщина спешно подошла к небольшому столику, на котором стоял кувшин с водой. Она достала платок из кармана своего фартука и трясущимися руками смочила ткань. Затем Джейн направилась к молодому человеку и принялась очищать его лицо от кровавых разводов, но он остановил ее, сказав, что продолжит сам. Служанка скрылась из гостиной.       Господа наблюдали за происходящим с чинным спокойствием, будто не страдали от горящих эмоций всего пару минут назад. Джозеф оторвал свой взгляд от черноволосого юноши и любовался расписными потолками, Освальд смотрел перед собой и курил сигару, и лишь Элизабет сидела точно на иголках. Когда Феликс закончил, она подала голос.       — Повтори, будь добр, Джозеф, что ты сказал?       — Перед вами мой сын, — глубоко вздохнув, ответил король, складывая руки в замок на коленях. — Сын Изабеллы и мой.       — Ты тронулся умом, — повторил мистер Ричмонд, качая головой. — Королева родила единственного сына и умерла, если ты забыл.       — Освальд, — разочарованно прошептала Элизабет, вцепляясь в руку мужа. — Приди в себя, прошу.       Мужчина выпустил едкий дым через нос и не взглянул на жену, буравя своими светлыми глазами лицо черноволосого молодого человека. Элизабет удрученно скривила губы и отвернулась.       — Моего слова должно быть достаточно, чтобы мне поверили все до единого человека в этом королевстве, потому что я его правитель, — жестко проговорил Джозеф, стреляя взором на герцога. — Но тем не менее, мои речи основаны на свидетельствах двух человек. И один из них — миссис Брикман.       — Моя мать?!       — Именно, мы поедем к ней прямо сейчас, если ты хочешь, и она повторит все еще раз, — добродушно ответил Его Величество, обращаясь к Феликсу.       — Боже, как же так, Джозеф? Как такое могло произойти? — изумленно проговорила миссис Ричмонд. — Изабелла была беременна единожды.       — Она носила двойню. Белла родила двух мальчиков, одному из которых было суждено погибнуть. Но тем не менее он сидит перед вами, — мужчина вновь посмотрел на совершенно огорошенного Феликса. — Посмотри на него, Элизабет, он же копия моей жены.       Герцогиня со страхом перевела взгляд на молодого человека, и неожиданно в ее голове сложились последние кусочки картины. Она мучила своей незаконченностью долгое время, незаметно корябала острыми углами разум Элизабет, но теперь женщина поняла, как на самом деле была слепа.       Черные глаза Феликса были точным воспроизведением глаз Изабеллы, а его манера хмурить брови и стискивать челюсти походили на повадки Джозефа, когда тот был в крайне отвратительном настроении. Элизабет не смогла не улыбнуться, и на ее душе стало тепло.       — Госпожа, — в комнату забежала Джейн, — мисс Ричмонд нигде нет.       — Как нет? — Феликс встал с места.       — Сядь, герой, — ехидно отозвался мистер Ричмонд, — уехала она.       — Уехала? — пораженно спросила Элизабет. — Что же ты молчал? Зачем уехала? Как?       — Верхом и весьма лихо для молодой девушки.       — Освальд! Ты меня доведешь! — закричала герцогиня, поднимаясь на ноги, однако тут же рухнула на софу. — У меня сердце ни к черту. И все из-за тебя!       — Джейн, успокоительных капель для госпожи, — спокойно сказал мистер Ричмонд, а через пару секунд добавил, — и для меня.       Служанка удалилась.       — Будь я мужчиной, я бы вызвала тебя на дуэль, право, — процедила Элизабет. — Будь я на твоем месте, я бы давно развелся с таким дураком, — ответил ей муж, откладывая сигару. — Поражаюсь твоей стойкости.       — Поверь, я тоже.       Герцогиня все же встала на ноги, а за ней поднялись и все мужчины. Элизабет подошла к Феликсу и встала напротив с нежной улыбкой на губах. Она взяла его лицо в свои руки и ласково погладила щеки, невольно повторяя движения своей дочери. Феликс часто заморгал, тушуясь.       — Прости, дорогой, что не разглядела раньше. Мои глаза покрывала вуаль предубеждений. Джозеф, в нем есть и твои черты, — женщина повернулась к королю.       — Теперь я это вижу, — умиротворенно проговорил тот.       — Постойте, Ваше Величество, — подал голос Феликс, — я… все же…       Он замолчал, не в силах подобрать слов. На его лице переливались эмоции, а глаза бегали от одного к другому, не замирая ни на секунду. Наконец, к нему подошел Джозеф и положил руку на его плечо, крепко сжимая.       — Поедем к Патриции.       Феликс кивнул, и они оба направились к выходу, однако молодой человек вскоре остановился и обернулся к мистеру и миссис Ричмонд. Он было открыл рот, но звуки застряли в его горле, как вязкий деготь.       — Я выясню, где Беатрис, — сказал Освальд, отвечая на немой вопрос Феликса.       Юноша с промедлением кивнул. Затем он и король покинули поместье, направляясь в город, разрезая тишину позднего вечера стройным стуком копыт своих скакунов.

***

      Феликс отворил дверь своего дома и решительно зашел внутрь. Его Величество остался снаружи, дабы не мешать личному диалогу. Охрана, что сопровождала их от дома мистера Ричмонда, растеклась по улице, не сводя внимание с короля, который обессиленно рухнул на старую скамейку недалеко от двери, куда зашел Феликс.       Король был облачен в крестьянскую одежду, поэтому на него мало кто обращал внимание. Джозеф предался своим размышлениям. Он не мог до конца осознать происходящее, его разум бесновался, однако сердце пребывало в полнейшем спокойствии и билось так ровно, как никогда. Им еще предстояло восстановить ход событий того рокового дня почти двадцать лет назад, но даже сейчас мужчина ощущал себя невероятно счастливым.       — Батюшки, — донесся хриплый голос.       Джозеф поднял голову и увидел скрюченную фигурку пожилой женщины, которая бойкой походкой приближалась к нему. Двое охранников рядом с королем насторожились и приготовились обнажить мечи, но Джозеф остановил их коротким движением руки.       Они встречались пару дней назад, и тогда бабушка рассказала ему, что старший сын Патриции и не сын ей вовсе, а неизвестный подкидыш. Джозеф слушал ее настороженно и мало верил правдивости сказанных ею слов, однако после отправился к миссис Брикман с визитом. Мать Феликса встретила его так, будто всю жизнь ждала, когда он переступит порог ее дома, и поведала страшную тайну без утаек и ропота.       — Вот уж не ожидала увидеть тебя снова, сынок, — прошелестела бабка, со стоном усаживаясь рядом. — Подумала, опять сумасшествие одолело.       Бесцветные глаза смотрели на мужчину сквозь тонкие щелки век несколько безумно, кучерявые волосы повылезали из прически и паклями свисали вдоль иссохшего лица. Вдруг ее лик стал мечтательным, и она обратила свой взор к темному туманному небу.       — Надеюсь, попаду завтра на прием к Его Величеству.       — К Его Величеству? — переспросил Джозеф.       — Да, к королю Филиппу. Он обещался обязательно принять меня и выслушать все просьбы. Как глава района, я должна донести жалобы народа.       Король, услышав имя покойного отца, снисходительно улыбнулся. Пожилая женщина и правда была когда-то главой района, но с тех прошло уже тридцать лет или даже больше, однако память играла с ней в салочки.       — Теперь на троне его сын, бабушка, его зовут Джозеф, — поправил ее мужчина добрым голосом. — Вы, верно, запамятовали.       — Ах, точно-точно, совсем старая стала, — она стукнула себя по колену. — Я видела нынешнего короля, когда тот был совсем маленьким. Такой серьезный мальчишка был. Сидел подле отца с важным видом и что-то писал в бумагах, само очарование!       Джозеф тихо рассмеялся, а пожилая женщина — ему вслед.       — Жаль, что королева умерла прежде, чем узнала, что оба ее сына живы и здоровы.       Его Величество замер. Сперва он подумал, что женщина опять забылась во времени и говорит про его мать. Одно только не вязалось. У Джозефа не было братьев. Он взглянул на бабушку и столкнулся с ее острым взором. Она смотрела на него еще несколько мгновений прежде, чем подняться со скамейки и направиться к своему дому.       — Постойте, — мужчина в два шага нагнал ее. — Возьмите, за помощь, — он протянул ей небольшой, но тяжелый мешочек с монетами.       — Не нужны мне твои деньги, Джозеф. Мне скоро помирать, а на том свете они не пригодятся.       Она заковыляла дальше, оставляя короля в полнейшем недоумении. Женщина шла по улочке и ворчала себе под нос.       — Сколько лет понадобилось, чтобы найти сыночка. Бедная Изабелла, измучалась поди, наблюдая за всем мракобесием. И люди, то же мне! Молчали, будто рты им заштопали. Нет бы, сознаться во всем. А где же мой веер?       Она вдруг остановилась, оглядываясь, а затем ударила себя по лбу.       — Ах, у меня же его нет.

***

      Феликс очутился в теплой комнате, тусклый свет освещал лишь обеденный стол. Матери не было видно, но она появилась буквально через минуту, заслышав шум. Ее лицо тут же просветлело, и, когда Патриция взглянула в глаза Феликса, ее губы посетила неясная улыбка. Женщина подошла ближе к сыну и взяла его руки в свои.       — Мой милый мальчик, я знала, что когда-то ты займешь место, принадлежащее тебе по праву, — по ее щеке скатилась слеза, но взор темных глаз оставался радостным.       — Мама, — Феликс замотал головой, противясь тому, что слышал.       — Нет-нет, послушай. Ты мой сын, был им и останешься. Но не я тебя родила, дорогой, — женщина пригладила ворох волос на его голове. — Мы с тобой встретились в тот же день, когда ты появился на свет. Моя сестра принесла тебя такого маленького в одеяле с королевским гербом и сказала, чтобы я оберегала юного принца в его последние дни. Ты умирал, Феликс. Я плакала навзрыд, пока кормила тебя, боялась, что в любой момент ты можешь перестать дышать. Но ты дышал, и вопреки всему рос и креп.       — Но… как? Почему я оказался у тебя? Почему никто не искал пропавшего ребенка?       — Милый, теперь об этом знает только один человек. Я сказала Его Величеству, как ее найти. Поезжай к этой женщине, и она ответит на все твои вопросы. У меня нет такой возможности.       Повисло молчание. Патриция не переставала утешающе гладить юношу по голове, а Феликс не отрывал взгляда от лица матери. Все казалось ему огромной шуткой и никак не могло походить на правду. Разум разрывался на мелкие кусочки, а сердце неприятно тяготила недавняя ссора с Беатрис. Ее голубые глаза стояли в его памяти. Он обязательно вымолит у нее прощение, даже если на это потребуется вся жизнь, но сейчас ему нужно узнать правду, узнать ее до последней крупицы.       — Ты мой сын, а я твоя мама, — повторила Патриция, когда Феликс уже собирался уходить. — Я люблю тебя.       — Я знаю, мама, — ответил он и подошел к женщине, заключая ее в объятия. — Постой, мисс Ричмонд так внезапно решилась разорвать помолвку после разговора с тобой. Что ты ей сказала?       — Я просто вселила в нее надежду, — ее темные глаза окрасились озорными огоньками.       — Ты знала.       — Герцогиня мне поведала о том, что ты близок к Его Величеству. Я не сомневалась, что рано или поздно, он обо всем прознает. А у мисс Ричмонд умирала душа, я должна была заверить ее в светлом будущем. Она любит тебя, сынок. Феликс вновь крепко обнял мать.

***

      Оказавшись на улице. Феликс глубоко вдохнул прохладный и свежий воздух ночи, который в миг отрезвил его разум. Он все еще не мог поверить до конца в эту сумасшедшую историю, что происходила с ним, но в искренности матери он не смел сомневаться. Теперь его сердце горело желанием разобраться во всех подробностях.       — Переждем ночь, а с утра отправимся в путь.       Феликс обернулся на голос короля. Джозеф стоял недалеко, взирая на него светлыми глазами, а юноша никак не мог осознать, что перед ним — его родной отец. Мужчина почувствовал его смущение и решил продолжить.       — Вероятно, ты захочешь переночевать на своем обычном месте.       — Да, Ваше Величество.       Джозеф понимающе кивнул. Он еще пару мгновений потоптался на месте, а затем развернулся и направился к лошади. Феликс инстинктивно двинулся за королем. Они забрались верхом и неспешно поехали к дворцу в окружении стражи.       — Отчего герцог так разозлился на тебя? — спросил король спустя долгое молчание.       — Он посчитал возможным, что я мог обесчестить его дочь, — ответил Феликс жестким тоном, забывшись в гневных эмоциях, но после добавил более мягким голосом: — Я бы никогда так не поступил.       — У Освальда были причины так полагать, вероятно.       Феликс хотел было что-то сказать, но промолчал, не в силах раскрыть чужую правду. Все внутри полыхало от несправедливости доводов, но он не мог признаться в том, что Беатрис разорвала помолвку с Уильямом.       — Но как показывает мне моя многолетняя дружба с мистером Ричмондом, когда дело касается его семьи, он превращается в совсем другого человека. На поле боя ему нет равных в холодности рассудка и взвешенности решений, но он теряет все это, когда что-то угрожает его дочерям и жене.       — Я никогда не причиню ничего плохого семье Ричмонд, — повторил Феликс сухо.       — Охотно верю, — король откашлялся. — Осмелюсь предположить. Ты питаешь чувства к юной мисс Ричмонд.       Феликс едва ли не задохнулся от возмущения, услышав утвердительную реплику, которая не подразумевала под собой ни частицы сомнений. Он резко повернулся к Джозефу, сразу же замечая его веселящиеся глаза.       — Судя по твоему негодующему лицу, я прав. Эх, молодость.       Король рассмеялся, однако Феликс вовсе не разделял его радости. Юноша дернул поводья и сорвался с места, уносясь в темноту. За ним поехали несколько стражников, однако так и не смогли его догнать.       — Прости, если обидел, Феликс, — Джозеф вглядывался в суровый профиль молодого человека.       Когда он прибыл во дворец, то нашел юношу у конюшен, пока тот кормил свою лошадь. Мужчина долго колебался, точно неопытный боец перед первым сражением, но все же подошел к своему сыну.       — Ваше Величество, Вы скорее всего не понимаете, сколько страданий мы с мисс Ричмонд пережили, бесконечно варясь в недопустимых и противоречивых чувствах. Мы родились на разных планетах! Я отчаянно не хотел, чтобы она боролась против разницы наших положений, постоянно говорил, что оно того не стоит. Но ее храбрая душа шла наперекор, а мне не хватило смелости. И теперь я не знаю, как быть, потому что она уехала неизвестно куда, а моя жизнь вдруг перевернулась с ног на голову!       Окончив, Феликс посмотрел на Джозефа, а тот даже вздрогнул от того, насколько взгляд черных глаз напомнил ему Изабеллу.       — Ты принц, Феликс. Потомок королевской династии.       — Я не принц! — неожиданно вскрикнул юноша, а затем провел рукой по лицу, пытаясь смахнуть усталость. — Какой из меня принц, Ваше Величество? Какой представитель королевской семьи? Я грязный оборванец без манер и должного образования.       — Женщина, которая родила тебя, говорила мне похожие слова, когда я брал ее замуж. Изабелла из знатной, но разоренной семьи, и когда я сделал ей предложение, она говорила, что недостойна быть частью династии, что слишком бедна. Однако лучшей женщины для роли своей жены, я не видел. Помню, как сейчас, встретил я ее в лесу на окраине королевства, а она, представь себе, висела вверх тормашками на яблоне. Застряла ступней и никак не могла выбраться. Я, к счастью, оказался неподалеку и спустил ее с дерева. Влюбился, как мальчишка.       Джозеф улыбнулся так широко, что обнажились зубы, но в его глазах неярко блестела грусть. Феликс невольно оцепенел, когда понял, что речь идет о его родной матери. Она даровала ему жизнь ценой своей собственной, а он узнал об этом только сейчас. В его голове был лишь туманный образ королевы, который основывался на обрывках речей.       — И несмотря на то, что у нее за душой были какие-то гроши, а в гардеробе было лишь одно целое платье, ее стать и острый ум никого не заставили усомниться в благородстве крови. Это есть и в тебе, Феликс.       Джозеф сделал шаг к молодому человеку, внимательно вглядываясь в его лицо. Их окружал магический треск факелов. Свет огня падал на лицо мужчины, отбрасывая причудливые тени. Феликс всматривался в светло-синие глаза короля и ощутил, как в носу защипало. Он стиснул челюсти.       — Я не хочу заключать тебя в ловушку, пойми. Я не спешу трубить о том, что нашел сына. Хочу повременить с тем, чтобы рассказать обо всем Уильяму. Я, как и ты, не знаю, какие тайны унесла с собой Изабелла, и нам обоим предстоит разгадать их. Я не могу предположить, насколько тебе тяжело, Феликс. Для того, чтобы все принять, нужно время. И тебе, и мне.       Юноша опустил взор, справляясь с ураганом в душе. Король несколько мгновений молчал, а затем похлопал Феликса по плечу.       — Все наладится, мой друг. Ты со всем справишься.

***

      Беатрис увидела знакомые очертания дома Адалин и почувствовала, как ее сердце немного отпустило. Она добралась довольно быстро, совсем не останавливалась, мечтая лишь о том, чтобы слезы перестали литься из глаз. В груди нещадно саднило, точно она вот-вот разорвется от боли.       Беатрис приблизилась к главному входу, когда дверь широко раскрылась и на пороге появилась Адалин с перекошенным от волнения лицом. Она пролетела по лестнице и направилась к неожиданному гостю. В ее глазах горел немой вопрос. Беатрис спрыгнула с лошади и кинулась в объятия подруги, крепко стискивая хрупкие плечи.       — Я сделала все ради нас, а он сказал, что не готов обречься на такую жизнь, — сквозь рыдания рвано проговорила мисс Ричмонд. — Я не выхожу замуж, Адалин. Все кончено.       Герцогиня Эттвуд разорвала объятия и ошарашенно взглянула на Беатрис. Ее голубые глаза в обрамлении покрасневших и опухших век напоминали два хрусталя и пугали отсутствием прежнего живого блеска.       — Феликс сказал мне, чтобы я молила прощения у родителей и у Уильяма, но я ни за что этого не сделаю. Я искренне не хочу свадьбы, жаль только, что поняла это слишком поздно. Но теперь на мне не будет ответственности за две покалеченные души. Вы с Уильямом можете быть счастливы.       Адалин не ответила, проглатывая все горькие слова, которые ей так отчаянно хотелось произнести, чтобы вразумить Беатрис. Сейчас она мало отдавала себе отчет, посему разговоры были бесполезны. Мисс Эттвуд взяла Бетти под руку и повела к дому. Им предстояло многое обсудить.       Беатрис рассказала о нападении, о том, как Феликс ее спас, а затем разбил сердце на миллионы кусочков. Она тихо плакала, но продолжала говорить, и, когда речь зашла о Уильяме, Адалин передернуло. Она все еще тяжело переживала разлуку и каждое упоминание или воспоминание о том, кто навечно поселился в ее душе, причиняло немыслимую боль.       — Я сделала со своей стороны, что могла. Теперь все в ваших руках, — севшим голосом проговорила Беатрис, утирая платком нос.       — И стоило оно того? — хмуро спросила Адалин.       — Стоило, — упрямо ответила мисс Ричмонд.       Позже, когда Беатрис провалилась в беспокойный сон, мисс Эттвуд написала письмо мистеру и миссис Ричмонд с заверением, что их дочь в порядке. Гонец поспешно уехал, дабы прибыть до темноты. Адалин же сидела подле подруги и задумчиво наблюдала за ее ликом, который даже во сне был окутан беспросветной печалью.       — Хотела бы я, Бетти, быть такой же отважной. Забыть обо всем и подчиниться воле сердца, а не разума. Но, глядя на тебя, я боюсь последствий тех решений, которые хочу принять. Но еще больше я боюсь оставить все, как есть.       Герцогиня поднялась со стула. Она взяла со своего стола тетрадь Уильяма, которую давно перестала прятать, и вновь принялась листать. Неожиданно ее пальцы коснулись страницы, которая на ощупь казалась отличной от других. Девушка удивленно подняла брови. Адалин осторожно осмотрела ее со всех сторон и пораженно поняла, что это вовсе не одна страница, а две склеенных.       Она взяла ножичек для писем и аккуратно принялась разлеплять соединенные страницы, мысленно поражаясь тому, что не заметила их раньше. Адалин сотни раз изучала тетрадь, но две проказницы нарочно убегали от ее внимания и оставались незамеченными вплоть до этого момента. Наконец, она разъединила страницы и, отложив нож, с трепетом начала читать.

Мучительно даётся мне решенье, Оставить все как есть и не менять. Исправить может все в одно мгновенье? И жизни наши в пепел растоптать.

Дорогая Адалин, жаль, что я никогда не смогу прочесть Вам эти строки вслух, они навсегда останутся погребены на этих страницах. Признаюсь, я не влюбился в Вас с первого взгляда, мне понадобилось время, чтобы осознать тот неведанный мне ранее ветер, захлестнувший разум и сердце. Однако, когда мы встретились на балу, мои глаза, прежде ослепленные обществом прекрасных барышень, открылись. Я был поражен той диаметральностью, которой обладает Ваш образ. В одно мгновение Вы предстаете неприступной крепостью, а в другое — парите в небе, как птица. Одно Ваше слово, и я отрекусь от всего, что мне предначертано, однако в глубине души я знаю, что Вы никогда и ни о чем меня не попросите.

***

      Уильям чувствовал себя птицей, замкнутой в клетку, вынужденной ждать момента, когда появится кто-то, кто выпустит ее на волю. Молодой человек не мог ни на чем сконцентрироваться уже долгие часы.       С той минуты, как Беатрис покинула переговорную, ему не было покоя. Принц хотел остановить излишне своенравную девушку, но быстро понял, что все будет бесполезно. Уговоры не помогут. Она непременно добьется желаемого, даже если это разрушит ее жизнь.       Когда Уильяму сообщили, что отец вернулся в замок, он рванул в его кабинет. Юноша пробежал весь путь от своих покоев и совершенно запыхавшийся зашел к королю. Тот с задумчивым лицом сидел напротив портрета жены и пил чай.       — Добрый вечер, папа, — Уильям склонил голову, пытаясь привести дыхание в норму.       — Как прошел день, сынок? — отозвался мужчина, взглянув на юношу. — Мой — весьма насыщенно.       — Отец, — негромко произнес Уильям, сокращая расстояние между ним и королем, — я, право, не знаю, как сказать.       — Говори, как есть, сынок, — добродушно отозвался Джозеф, вновь обращая свое внимание к изображению королевы. — Нет ничего лучше правды, так ведь?       — Беатрис приезжала сегодня и… — принц изнеможенно прикрыл глаза, — и она…       — Что? Хочет разорвать помолвку?       Уильям пораженно посмотрел на отца, который откровенно довольствовался приятным отдыхом в мягком кресле и чашечкой чая, словно только что родной сын не сказал ему о том, что его свадьба отменяется.       — Тогда стоит остановить приготовления, я думаю, — спокойно добавил Джозеф. — Желания женщин для нас закон. Когда женщина говорит, мужчина слушает и делает то, о чем она просит. Секрет счастливой жизни прост.       — Откуда Вы знаете? — глухим голосом проговорил Уильям, едва держась на ногах. — Я хочу дать Бетти время прийти в себя и все же настоять на том, чтобы оставить все на своих местах.       — Не стоит, — король махнул ладонью. — Все очарование мисс Ричмонд кроется в том, что она абсолютно несгибаема. Я много раз это говорил.       — Отец, почему Вы столь хладнокровно восприняли эту новость? — Уильям скрыл в голосе недовольные нотки, но раздраженность сквозила во взгляде его синих глаз. — Я сошел с ума, пока дожидался Вас. Бетти непредсказуема, кто знает, что может случится.       Джозеф посмотрел на юношу и, виновато поджав губы, поднялся с кресла.       — Прости, Уилл, я нынче не разборчив в словах, — принц ощутил трепет, когда король обратился к нему так, как обычно звал в детстве. — Всего за один день умудрился задеть сразу двух своих близких людей. Заверяю тебя, все будет хорошо. Пока я не могу сказать то, что сможет утешить тебя, однако скоро ты сможешь вздохнуть безмятежно. А пока, может стоит последовать примеру юной герцогини и отважиться на что-то невозможное?