На грани

В скором времени стала слышаться сигнализация полицейской машины. До этого момента я продолжала стоять на своем, никак не выпуская из рук окровавленный нож. А этот… псих, пристально, своими яркими голубыми глазами, посмеиваясь, смотрел на мое затрудненное лицо. Не понимание как реагировать, забило мне всю голову. Вроде как страх брал надо мной верх, от его устрашающего вида, а вроде и я пыталась настоять на том, что сейчас важнее не его уродская внешность, а сама ситуация, но вот только этими мыслями я и сбивала себя. Тем не менее, стук в дверь вывел меня из облака над головой, а вскоре и послышался голос. — Открывайте, полиция! — Мурашки пробежали по телу. Хорошее настроение психа сразу куда-то исчезло. Он то смотрела в сторону прихожей, то вновь на меня. Может он бы мог просто выбежать из дома и сбежать? На вряд ли. Вполне возможно там был не один полицейский, возможно они могут пустить в ход оружие, все может быть… Но и убить меня парень не может. Если он попробует напасть на меня, я могу и закричать, тогда ему точно каюк. Так что, именно в этот момент все зависело от меня. Опять послышался стук в дверь, но громче. — Открывайте! Я собралась духом. — может я идиотка, если делаю это, и потом буду жалеть, но если ты убьешь меня после того как я спасу твою жирную жопу, я буду преследовать тебя как полтергейст до конца твоей жизни… — Подойдя к входной двери, я сразу открыла дверь мужчине который уже давно заждался меня, держа нож за спиной. — Прошу прощения за то что прервал вас в эту ночь, но нам поступил вызов от анонима, который поведал нас о том, что видел какую-то подозрительную личность на вашем участке. По его словам, он залез к вам в окно, и возможно у него присутствовало холодное оружие. — И что? — Ну, эм, мы хотели убедиться что у вас все хорошо, и может, с вашего согласия, проверить дом на наличие посторонних лиц? — Нет, спасибо. — Возможно, мне следовало поступить иначе, сказать что да, у меня в доме есть постороннее лицо. Но вот, этот псих стоял за моей спиной, давно вырвав нож из моей руки. — Тогда, прошу прощения что потревожили вас. Доброй ночи. — Я закрыла дверь. Как только я защелкнула дверь, псих тут же схватив меня за шиворот синей кофты, потащил к окну, выходящему на проезжую часть. Полицейская машина принялась уезжать дальше по улице. — Все? Теперь вали из моего дома. Не ослабевая хватки, парень продолжал смотреть в окно, пока машина не удалилась из виду. Псих медленно начал опускать глаза вниз, сводя брови. Что он, блять, творит? Не ожидая резкого взгляда в свою сторону, я дёрнулась. Было ощутимо, как рука державшая мою кофту сжималась все сильнее и сильнее, приподнималась вверх заставляя меня почти вставать на носочки. — Где ванна? — … — Подходящий вопрос, учитывая то, что парень и правда был довольно грязный и потрепанный. — На втором этаже, самая первая дверь. — Не успев договорить, псих до сих пор не отпуская меня, потащил за собой. Если он решил принять ванну, то зачем тащит и меня за собой? Да и зачем ему сейчас это надо, почему я до сих пор не убита и какого фига именно в моем доме ошивается этот псих? Вопросов было много, и не единого ответа. Может и жизнь моя не из лучших, но умирать пока что я не особо хотела бы. Зайдя в ванну, парень наконец отпустил меня. Подойдя к раковине, он облокотившись об нее, пристально принялся смотреть зеркало. Стоя сбоку от психа, я могла увидеть лучше его очертания, пока был момент. На почти белой коже была размазана кровь в перемешку с грязью и дождевой водой. Черные, неаккуратно постриженные волосы немного не дотягивали до плеч. Большие, ярко-голубые глаза с лопнувшими капилярами неотрывно смотрели на свое отражение в зеркале, а длинные израненные пальцы рук блуждали по небрежным разрезам идущим от углов рта почти до ушей вверх. Даже словом «урод» нельзя было описать этого парня. Может быть, сквозь всю эту небрежность и грязь вполне возможно уловить что-то человеческое, но врать я не стану, выглядит со стороны очень больно и страшно. Что уж говорить о его внешности, поведение психа мечтает желать лучшего. За все время как мы тут стоим, я могла бы уже свистнуть от сюда, вызвать копов, или быть убитой при возможности сделать эту попытку. Но нож находившийся в руках психа заставлял меня не издавать лишних звуков, движений и стараться не отводить взгляда, опасаясь каждого движения со стороны этого мистера ходулькина. Да, был он довольно высокий, но над осанкой стоило бы ему поработать. — мое тело так болит от стольких лет погони за насыщением моей бесконечной жажды к виду страданий и боли недостойных жизни людей. — Обронив нож в раковину, псих положил обе руки на свои щеки. — Я не хочу верить что это зависимость. — Медленно с щек, парень перешёл к глазам, прикрыв их начал массировать подушечками пальцев. — Это как потребность туберкулёзника от табака, понимаешь, что нужно бросать, но не можешь. Нету никаких сил. — Выпрямив позвонки и изогнувшись в спине, псих запрокинул голову, обратно опираясь на, уже изляпаную, раковину. Повисло недолгое молчание, сквозь которое слышался стук ливня по крыше дома. — иногда так хочется прийти домой, увидеть мать готовящую брауни, зануду Лью, смотрящего такие же занудные научные каналы для батанов, и папаню, поедающего свою утреннюю яичницу с кофе, читая новости из газеты. — Неужели психбольной решил выговориться своей жертве? — разве такой обаяшка как я, был достоин шляться по грязным улицам Висконсина? — Будто ждя от меня ответа на вопрос, парень повернулся ко мне. — Я достоин хоть чего-то? Мой рот будто склеился. Сказать было не чего, и вообще, было страшно просто пискнуть. Так и не дождавшись момента когда я открою рот, парень опустил голову, и хихикая мотал ей. Все это было как из фильма ужасов. Больной смех, уродливый высокий псих в окровавленных тряпках, и героиня, которую ждет скоропостижная смерть. Ничего разумного в голову не приходило. Мысли были потоком в урагане, и ничего стоящего. Хотя… Может это идея глупая. Но. — У меня еще осталось брауни… в холодильнике. — Перестав судорожно смеяться, псих, не поднимая головы, направил взгляд на меня. — Его не много, но если захочешь, я могу приготовить еще. — Если до этого момента он не убьет меня. Вновь в ванне повисла тишина, которую мигом прервал парень. — Давай.