ГЛАВА 7
11 октября 2022 г., 15:00
На какой-то из недель проходило весьма интересное и умиротворяющее занятие, которое показалось Мей какой-то отдушиной, так как в начале учебного года ей пришлось не сильно легко. Оно проходило в кабинете профессора Флитвика, который на первом курсе обучал детей левитационным чарам. На уроке изучалось заклятие «Вингардиум Левиоса».
— Одно из самых простых искусств в магии, это искусство левитации. Если проще — искусство полёта предметов. У вас есть перья? — профессор Флитвик, ростом буквально метр с парой сантиметров и с ужасно высоким голосом (который мог резать уши, если ты не привык), производил впечатление доброго волшебника. Мей же посчитала его гномом, но если бы её кто-нибудь спросил, то, скорее всего, она бы промолчала, чтобы, не дай Мерлин, он не узнал о её высказывании. По слухам, Флитвик был весьма сильным волшебником, который сдал на отлично многие экзамены в Хогвартсе, поэтому она не стала судить его силу по росту.
На вопрос профессора Гермиона Грейнджер, дождавшись взгляда в свою сторону, показала ему перо.
— Хорошо, — сказал профессор. — Вы не забыли прекрасное движение рукой? Рассечь воздух и взмахнуть. Повторите.
Хором, вместе с профессором, ученики повторили «Рассечь воздух и взмахнуть».
— Хорошо! И чётко говорите: «Вингардиум ЛевиОса». Тренируйтесь.
Дети взяли палочки в руки, и в кабинете слышались разные виды «левиос» и «вингардиумов». Мей тоже попробовала, но получилось у неё не сразу. Тем не менее через пару раз перо зашевелилось.
— Вингардиума ЛевиосА! — произнёс Рон Уизли, чтобы поднять перо в воздух. После пары неудачных попыток он решил подрыгать палочкой резче, что, конечно, ни к чему не привело.
— Так, стоп, стоп, стоп! — Гермиона, сидящая рядом, рукой остановила парня. — Будешь так делать, точно кому-нибудь выбьешь глаз. И ещё, нужно говорить: ЛевиОса, а не ЛевиосА.
— Сама говори, раз уж ты такая умная. Давай, давай.
Рон не любил, когда его поправляли, поэтому он решил, что у Гермионы может не получиться и она наконец отстанет от него. Он глазами и головой указывал ей на перо. Гермиона поняла этот жест, её берут на «слабо». Она взяла палочку и, взмахнув легче, чем кто-либо, произнесла заклинание. Перо легко, словно потоком ветра, поднялось вверх. Флитвик, как и все остальные, заметил это и похвалил Грейнджер, поставив её в пример остальным. Рон обиженно отвернулся от неё и улёгся подбородком на книги рядом. Гарри и Симус, сидящие вместе, не хотели отставать от неё, и Симус продолжил целенаправленно нарабатывать заклинание. Но что-то пошло не так, и он этим безобидным заклинанием подорвал перо и испачкал в саже всё лицо, а его волосы встали дыбом. Гарри успел лишь полюбоваться летающим пером и после, посмотрев на обугленное и немного левитирующее над столом перо, сказал:
— Кажется, нам понадобится ещё одно перо, профессор.
***
После урока все поспешили в столовую, но Мей нужно было пойти в свою комнату, чтобы отложить кое-какие книги из библиотеки. Войдя в комнату, она встретила Пэнси, которую она не видела вчерашней ночью. Не задавая вопросов, она просто прошла в комнату к своей кровати, и она думала, что Паркинсон никогда не заговорит с ней из гордости, но не тут-то было. — Авэнджелл, — Мей вздохнула, отошла от комода и повернулась к своей соседке. — Скажи мне, откуда у тебя мантия Слизерина такого дорогого кроя? Обычно у маглорождённых не сильно много денег на роскошь, — Паркинсон, к удивлению Мей, не говорила с ней предвзято, она действительно интересовалась насчёт этого. — Моя далёкая родственница когда-то была волшебницей, и денег в банке хватает на определённые дорогие вещи, — Мей говорила так же спокойно, не показывая свою враждебность, но выражая опаску и интерес к следующему шагу в поведении черноволосой соседки. — Оу, — Паркинсон смотрела на мантию Мей, после чего подняла глаза на неё и сказала: — Тебе и правда тут не место, ты знаешь. Скажу одно: не относись к Малфою и к другим слизеринцам как-то просто. Многие семьи очень могущественны и богаты, и я не думаю, что твоя семья, будучи маглами, сможет как-то защищать тебя. А Малфой — из самой влиятельной семьи, не зазнавайся, когда говоришь с ним. — К чему такое волнение насчёт меня? — Мей так и знала, что всё неспроста, что Пэнси не может быть доброй и что за некими повседневными вопросами (как у подруг), в случае её соседки, есть возможность поставить Авэнджелл на «своё место». Но Мей было не так просто расположить к себе. Паркинсон направлялась к двери, и после вопроса её лицо приобрело саркастичный вид. — Волнение? Ха! Это предупреждение. Береги свою мантию, она многих бесит, — Паркинсон захлопнула за собой дверь. Мей осталась стоять посреди комнаты одна. Она задумалась над словами соседки, и её кое-что насторожило: «Почему до сих пор никто из факультета, кроме лишь некоторых людей, ни разу не сказал мне плохого словца? Почему ещё никто не сделал мне ничего плохого?» Мей задалась этими вопросами и тут же растерялась, будто ей надо было чего-то ждать, опасаться. Она настолько сильно погрузилась в беззаботную жизнь, что забыла о том, что находится в логове врагов маглорождённых. Она настолько долго думала, как помогать Гарри, что забыла о своих окружении, мечтаниях и увлечениях. Она так беззаботно отвечала на все колкости одного, как она уже узнала, главного змеёныша. И ведь действительно, она осознала, что вокруг Малфоя множество слизеринцев. Вьются, общаются, смеются над его шутками, действиями. Она полностью потеряла бдительность. Мей отвлеклась от мыслей и подошла к окну, на котором лежала недавно прибывшая для неё почта, она поменяла вид из окна на более солнечный и присела на подоконник, чтобы ознакомиться с письмом от родителей. Развернув его, она погрузилась в чтение:Дочь. Тебе пишут твой отец и твоя мать, которые очень долго ждали результатов твоего распределения. Нам недавно пришло письмо-извещение о том, что ты поступила на иной факультет, хотя мы договаривались о твоём поступлении на Гриффиндор. Мы разочарованы тем, что ты оказалась на факультете Слизерин, но это не отменяет тот факт, что ты должна быть лучшей. Также, я надеюсь, при поступлении на Слизерин ты не связалась с человеком, чья фамилия Малфой. Исполни хотя бы это обещание и не разочаровывай нас более. Даём тебе новое наставление: познакомься с человеком по имени Гарри Поттер. Он будет тебе хорошей партией в будущем. Твои отец и мать.
После прочтения Мей захлестнул гнев. Она разорвала письмо на мелкие кусочки и заклинанием «Делетриус» уничтожила каждый из них. Родители написали письмо в приказном тоне, и она понимала, что дома её ждут не просто холодный взгляд и тон отвращения, а вещи похуже. После уничтожения письма она лишь взяла свои вещи на последние занятия и пошла в Большой зал, чтобы пообедать. Она спускалась вниз по ступеням, которые ведут в Большой зал, и, подойдя к нему, не встретив ни единой души по пути, Мей даже не задумалась, почему Хогвартс опустел, а всё потому, что она думала о случившемся. Войдя в зал и, наконец, заметив, что за столами никого нет, Мей пришла в себя. Она удивлёнными глазами пробежалась по залу. Даже призраки не летали там. Она подошла к своему столу, чтобы убедиться в чём-то, но ничего так и не найдя, поспешила обратно к выходу, чтобы попытаться найти хоть какой-нибудь факультет и разузнать, где все. Она спустилась на этаж ниже, чтобы поискать там, ведь больше всего людей всегда скапливалось на этих этажах, в больших и массивных коридорах. Но не в этот раз. Мей шла по каменным коридорам Хогвартса, некоторые из которых были обвешаны картинами, и увидела на полу предмет, который заинтересовал её. Это были старинные часы. Она подняла их и заметила, что на них был выгравирован какой-то необычный рисунок, а сами часы были сделаны из чистого золота. Рассматривая их, она услышала весьма громкий топот ног, будто множество детей шло и топало. И поначалу она обрадовалась, думала, что идёт какой-либо факультет, но вскоре топот приближался и становился громче, а полы под Мей начали трястись и поднимать некоторые частички камушков и пылинок. Мей посмотрела себе под ноги и насторожено попятилась от этих шагов. Через пару секунд из угла пересечений между коридорами вылезла голова гигантского тролля, Мей почти потеряла сознание, но собралась, так как понимала, что нужно будет бежать, а не просто стоять или падать. Красные глаза тролля заметили маленькое движение сбоку, и, опустив брови, показывая своё недовольство, он полностью вылез из угла и побежал уже за улепётывающей Мей.***
В Большом зале шёо обед, и дети, как обычно, по расписанию, уже сидели за столами факультетов, пробуя новые блюда прямиком из кухни Хогвартса. Кто-то опаздывал, кто-то, кто пришёл раньше, уже наелся, а кого-то вообще не было. Гарри и Рон сидели за столом вдвоём. Тут до Гарри дошло, что нет Гермионы, и он поинтересовался у Рона, где она может быть. Рон, впихивая себе в рот всё, что казалось вкусным, ответил, что, возможно, та занимается девчачьими делами и что они ей в это время не нужны. Гарри озадачился, а потом сказал: — А ты не считаешь, что обидел её? Она была не в лучшем настроении, когда прошла мимо нас. Толкнула тебя, не поздоровалась, — Гарри серьёзно посмотрел на друга. Ну, насколько было возможно это сделать одиннадцатилетнему парню. — О-о-о, наш братец обидел девчонку? — присоединился Джордж к разговору, услышав, что его младший брат снова облажался. — Да неужели? — сказал Фред. — Заткнитесь, никого я не обижал. Я всего-то сказал, что с таким занудством неудивительно, что у неё нет друзей. — Вот именно! Мы стали ей друзьями, а ты взял и сказал, что это не так. Братья-близнецы Уизли посмеялись и хотели было пошутить, но в зал ворвался Филч, смотрящий Хогвартса. Он смешно подбежал к Дамблдору и оповестил о том, что в Хогвартсе, рядом с подземельями, со стороны женских туалетов — тролль. Паника началась в Большом зале, но Дамблдор, успокоив всех, приказал старостам отвести факультеты по комнатам, остерегаясь троллей. Гарри и Рон спрашивали о том, где Гермиона, и им сказали, что она в женском туалете, именно там, где находится сейчас тролль. Мальчики решили спасти свою подругу и помириться с ней.***
Факультет Слизерин вели обходными путями, так как им может быть хуже всего — они могут попасть на путь тролля. Драко, который очень сильно паниковал, шёл посередине толпы, чтобы, если что, скорее убежать. Забини и Пэнси шли впереди, а Крэбб и Гойл в конце, так как брали с собой всякие угощения, которые не успели поесть. Вдруг Драко решил полазать по карманам и, к своему несчастью, осознал, что потерял старинные часы, которые подарила ему мама. Он проверил все карманы: и в мантии, и в брюках, и на рубашке, но их нигде не было. Он посмотрел назад и подумал о том, чтобы вернуться и быстро найти их. Всё равно тролль в другой стороне замка. Он отошёл в сторону от толпы и всем проходящим говорил, что ищет Крэбба и Гойла. Найдя их, он строго дал им наставление, чтобы те сказали, что он скорее всего заблудился и что его срочно нужно искать, если что. Убедившись, что эти оболтусы всё поняли, он побежал в сторону пересечений, где его факультет проходил пару минут назад.***
Прибежав на место, Драко начал искать, но всё было тщетно, он не видел часы, сделанные из чистейшего золота и подаренные матерью, которые точно должны были сверкать. Но внезапно из угла на другом конце коридора выбежала Мей. Драко прищурил глаза, недоумевающе смотря на то, как та бежит. «Авэнджелл совсем сдурела. Бежит с таким испугом, даже забавно. Чего она так?» — Драко положил руки на пояс, чтобы сказать что-то едкое в таком положении, но после слов: «Беги!» он лишь удивился, подняв брови, потом они съехались между переносицей, и он попросил её повторить, что она сказала. Но повторять не пришлось: из того же угла длинного коридора выбежал одноглазый тролль с большим молотом. Тормозя, он врезался в стену и потом, встав, покачал головой, чтобы прийти в себя и снова бежать за целью. Драко закричал и начал прыжками поворачиваться, чтобы бежать, к нему уже подлетела Мей: — Ну привет, Малфой. Что? Нервишки? — Мей уже изрядно запыхалась, было слышно по её дыханию, что скоро она не сможет бежать, но несмотря на это, она смогла сказать пару слов, потому что хотела немного посмеяться с ситуации перед гибелью. Так она планировала на фоне своих нервов. Вот ирония. — Что за фигня?! Какого чёрта ты не предупредила?! — бежал Драко чуть дальше Мей и кричал ей через спину. — Вообще-то, Малфой, я тебя предупреждала, не надо на меня срываться, лучше беги, — Мей посмотрела назад. — Чёрт, я не смогу. Мей уже была без сил. Тут её схватил Драко за руку, чего Мей никак не ожидала. — Бегом! Если нас догонят, идиотка, будут большие проблемы! — Драко не стал ничего говорить, а Мей — спрашивать. Они бежали дальше, в то время как тролль не собирался сбавлять темп. К девушке пришла идея. — Драко, туда! — прокричала Мей. — Там тупик! — Но Мей не слушала, она отпустила руку и побежала в ту сторону. — Ты из ума выжила, Авэнджелл?! — Но ты же побежал за мной! Значит, мы оба сумасшедшие, — Мей посмеялась над Малфоем. — Я клянусь, если мы погибнем, я тебя убью! — Второй раз? Попробуй! А сейчас не кричи и доставай палочку! Ты же знаешь заклинание связывания? Малфой достал свою палочку и, секунду подумав, ответил: — Да, знаю, что ты задумала? Скоро будет стена! — Отлично, когда подбежим, колдуй со своей стороны верёвки на ноги, я буду колдовать на руки, а после переходи к туловищу. Потом нужно оттолкнуть его Флиппендо. — Что?! Это глупо, заклинание откидывания слишком сложное! — Доверься мне! Ты хочешь жить или нет?! Времени думать не было. Дети подбегали к стене, и как только они подошли к ней, то начали пулять в тролля заклинаниями «Инкарцеро», которое у обоих получалось неплохо, кроме некоторых узлов. У тролля упал молот, и его полностью окутали верёвки, после чего Мей произнесла: «Флиппендо!», и тролля достаточно мощно откинуло назад. Драко и Мей на несколько секунд замолкли и медленно начали подходить к монстру, чтобы убедиться, что он неподвижен. Тролль немного подвигался, от чего Малфой выпустил заклинание «Иммобилус!», которое обездвижило его. Мей посмотрела на тролля, потом, улыбнувшись, взглянула на Драко, который так же с улыбкой посмотрел на неё. Но Мей заметила, как за ним, чуть дальше, стояли профессора Дамблдор, Снегг и Макгонагалл, которые видели, как тот виртуозно использовал это заклятие. Они подошли к детям; те быстро убрали палочки и молча стояли. — Ох, какой ужас, что случилось? Сейчас же объяснитесь! — потребовала профессор Макгонагалл, которая подбежала к ребятам вместе с другими учителями. — Он преследовал нас, — сказала Мей, но Драко ничего не ответил. Он мельком глянул на профессора Снегга, но тут же отвёл взгляд. — Что ж такое, у одних учеников, теперь у других, — Макгонагалл посмотрела на Драко, которого она недавно видела колдующим. — Весьма похвальное использование заклинания Иммобилус, мистер Малфой. Мисс Мей, я так понимаю, вы тоже колдовали? — профессор говорила это не с целью похвалы, а чтобы дать понять, что они поступили всё же неправильно. Малфой сжался изнутри. — Да, мадам. — Что же? — Флиппендо и Инкарцерро, профессор. — Невозможно, вас ещё не учили подобным заклинаниям! — подметил Северус, который не поверил ученикам. — Но, друг мой, смотри, судя по троллю, они не врут. — К ним подошёл Дамблдор, который с интересом рассмотрел тролля. — Применение весьма опасной боевой магии в пределах Хогвартса запрещено, если ничего не угрожает жизни ученика. Но как вы видите, — Дамблдор указал на молот, лежащий на полу, — им угрожала опасность. Но также была тревога и вы должны были идти по комнатам, — Дамблдор повернулся к детям, одарив их при этом многозначительным добрым взглядом. — Извините, я не знала о тревоге. После урока я посетила комнату и пошла в Большой зал по обычному пути, но, никого не встретив, решила пойти обратно и наткнулась на тролля. — Дамблдор кивнул Мей и повернулся к Малфою. Тот не решался ответить, потому что ему не хотелось говорить истинную причину того, почему он здесь, но времени придумать что-то не было. — Я искал часы, которые потерял, извините, — извинения звучали неискренне, но были правдой, и Северус знал об этом, поэтому он подтвердил слова Драко. Тролль лежал неподвижно, весь перевязанный верёвками, а вмятина на стене говорила сама за себя, что в неё что-то прилетело. — Идите в комнаты, мы тут дальше сами разберёмся. И больше попытайтесь не натыкаться на троллей, — Дамблдор улыбнулся ребятам. Они пошли в подземелья, провожаемые профессором Снеггом и Квирреллом.***
Когда дети ушли, Макгонагалл сказала Дамблдору: — Дамблдор, эти дети не должны знать такие заклинания на первом курсе обучения, — в голосе женщины звучала тревога. Она с испуганными глазами посмотрела в сторону директора, прикрыв рот рукой. — Должно быть, их родители заставляли их много читать, чтобы те знали пару хороших заклинаний, — старик не показал удивления, лишь пожал плечами и спокойно ответил. — Но они не должны были у них получиться так скоро, для этого нужна практика! — женщина убрала от лица руку и обошла директора. Её слова звучали резко, чётко и давали понять, что это не шутки. — В моменты страха, отчаяния, радости, злости и любви получаются самые невероятные вещи, моя дорогая, — Дамблдор взял руку Макгонагалл и погладил её, чтобы та успокоилась. Та лишь больше разволновалась, тихо вздохнула и погладила его руку в ответ, дав понять, что всё хорошо, но тем не менее она высказалась: — Так же, как и за Гарри, стоит беспокоиться о других, весьма значимых для школы учениках, Дамблдор. Приглядывайте за всеми, и мы будем делать так же, — сказала она, на что Дамблдор кивнул пару раз, смотря в сторону тролля, который всё так же лежал неподвижно.
