ГЛАВА 12
21 октября 2022 г., 15:00
Из подземелья поднимались три брата Уизли и о чём-то громко спорили, пугая идущую позади черноволосую девушку.
— Да что на тебя нашло, Фред?! Ты хотел влезть в драку и подвергнуть факультет снижению очков! И почему это вы прогуливаете общее собрание? — ругался Перси на братьев.
— Разве ты сам не видел, что они творят? По твоим словам, они вредили не только гриффиндорцам, они обижают Мей! — махал руками из стороны в сторону Фред.
— Это их дело!
— И ты хочешь стоять в стороне, когда обижают нечистокровных? А как же принципы отца?! — тыкнул Фред пальцем в грудь Перси.
— Я не стоял в стороне! — с криком откинул он его руку.
— Фред, он прав. Он заступился за Мей, — развёл их Джордж и выразительно посмотрел на своего близнеца в попытке его вразумить. Тот взглянул на Перси в последний раз и отошёл на полшага назад.
Перси неохотно, но добавил:
— Она на Слизерине, и я не одобряю их политические взгляды. Я никогда в жизни не стал бы водиться с зелёной, но их идея чистокровности неправильная, и лишь поэтому я помог.
— Я так и знал, — огрызнулся Фред с насмешкой.
— Вам бы тоже не следовало с ней общаться…
Фред хотел возразить старшему брату, но вмешался Джордж.
— Мы сами, Перси, сами разберёмся.
На том и закончили.
***
Анджелина Джонсон, идущая сзади, была тише воды и ниже травы. Выслушав минутную ссору между Уизли и услышав несколько подробностей о дружбе близнецов со слизеринкой, она сделала вывод, что Мей и правда была не такой, как можно подумать изначально, узнав о её принадлежности к зелёному факультету. Анджелина имела к близнецам особое отношение и основания на то, чтобы доверять их выбору, поэтому она относилась к их новой подруге с почтением, хотя всё же держала в голове мысль, что не стоит делать поспешные выводы, и следует быть настороже с этой первокурсницей. Как ни странно, Анджелина уважала стойкость Мей, ведь за несколько месяцев она ни разу не услышала новости о том, что ей тяжело и она хочет перевестись либо вообще покинуть стены школы. Девушка считала, что маленькой одиннадцатилетней девочке не место на змеином факультете, а её едкость в сторону Малфоя — лишь защита, и она сама бы была не прочь поставить на место парочку слизеринцев вне игр по квиддичу, в которых она участвовала. В общем, она считала, что она прирождённая гриффиндорка, но почему-то шляпа определила её туда, несмотря на нечистокровность, которая и делала её жизнь хуже на Слизерине. Многих это удивляло, и у многих было подобное мнение. Внезапно перед входом в класс Анджелину остановили Фред и Джордж. — Анджелина, — позвал Фред. — Да? — посмотрела она на обоих. — Слушай, то, что произошло… — Не переживайте, я не стану обсуждать это с другими, — покачала та головой, догадываясь, о чём её попросят братья. Её даже слегка удивило, что те захотели её попросить о молчании, ведь обычно обоим не сильно важно мнение окружающих. Они улыбнулись и чутка похихикали. — Спасибо, — сказали те вместе. — Ох! Что же вы стоите здесь, а ну быстрее в класс, — внезапно появилась профессор Макгонагалл, которая загнала в класс оставшихся гриффиндорцев, не удивившись близнецам Уизли.***
На классном часу у слизеринцев было не сильно шумно. Все шептались между собой, обсуждали недавнюю ситуацию, судьбу Мей и поведение гриффиндорцев. Забини отсел от компашки Драко, потянув за собой его самого. Никто не стал что-то говорить им, и, усевшись в тёмный угол, Блейз повёл себя по отношению к другу злостно, чего сам от себя не ожидал. — Что с тобой происходит? — Забини недовольно посмотрел на друга. — О чём ты? — как ни в чём не бывало ответил Драко. Крылья носа задрожали в каком-то отвращении. — О чём? Ты дёргался, — уже размерено ответил Блейз. Драко отвернул голову, пытаясь найти для себя ответы, но в голове не было ничего дельного. Блейз переводил взгляд с одной черты лица Малфоя на другую, чтобы увидеть хоть что-то. Но лицо его друга сгладилось и отображало лишь бесящую вдумчивость и нечитаемость эмоций. Блейз потёр подушечками пальцев глаза, с улыбкой на лице помотал головой и, раскинув руки в стороны, показательно ушёл обратно за парту, давая другу понять, что тот больше точно не при делах. Драко всё так же стоял у стены, его нога зашевелилась в мандраже. Он злостно погримасничал губами, будто ругается с кем-то, и отошёл от стенки, вернувшись на место. Через несколько минут в класс зашла Паркинсон, быстро прошедшая к своим подругам, избегая мальчиков. Она спросила про уходящую со Снеггом Мей. На её голос отреагировали удивлённо, но не стали упоминать это и разъяснили ситуацию. Пэнси притворилась, что ей показалось это забавным, на самом же деле её бы больше обрадовало, если бы Мей вообще не замечали. Она посмотрела в сторону грустящего Драко и решила вскоре подойти, но в класс вошёл Снегг. По его наставлению парты были раздвинуты по разным сторонам класса и образовывали для него большое пространство для разговора с ребятами. Они могли бы пойти все вместе в определённый зал для таких собраний с деканами, но зал для Слизерина как раз ремонтировали, и преподавателю пришлось ютиться в своём маленьком для такого количества студентов кабинете. Он прошёл по классу, дойдя до подъёма, развернулся к ребятам и в привычной всем манере заговорил: — Начнём собрание. По окончании его вы можете быть свободны от занятий на сегодня, — слизеринцы заликовали, но Снегг усмирил их своим пронзительным взглядом. — Однако завтра вы посетите совместные занятия. В качестве наказания за ваше непочтительное поведение по отношению к Мей Авэнджелл. Все вздохнули, и на этом можно было бы закончить, но внезапно заговорил Мэттью. — Непочтительное поведение, профессор Снегг? Но это наша суть. Салазар Слизерин не потерпел бы на факультете подобных ей, и мы просто-напросто даём понять ей это, — дипломатично ответил Меттью. Снегг выслушал смельчака и был согласен с подобным высказыванием, но не на все сто процентов. — Мистер Годерик. Мне нравится ваша преданность факультету, однако прошу понять, что некоторые методы весьма плохо скажутся в вашем личном деле и на самом факультете. Я прошу перестать учинять расправы за моей спиной, а точнее, вовсе их прекратить, — серьёзным тоном сказал Снегг. Мэттью удивлённо вздохнул, будто оскорбился ответом Снегга. После короткой паузы Снегг начал общее собрание.***
Мей вышла из кабинета директора буквально несколько минут назад. В голове крутилось миллион мыслей. Её не собираются выгонять с факультета и менять что-то без её усмотрения, но надвигалось кое-что более ужасающее для её дальнейшей деятельности. Раздумывая об этом, она случайно врезалась в кого-то. Это была Гермиона, стоявшая около входа в Большой зал. Наступило время обеда, и ученики направлялись за накрытые столы Хогвартса. Гермиона развернулась к Мей лицом и от неожиданности потеряла дар речи. Мей же было не до Грейнджер и не до раздумий о том, как же неловко снова увидеть ту, что её отвергла. Поэтому Мей кротко попросила прощения за столкновение и пошла в зал. Но не тут-то было! Гермиона не стала упускать такой великолепный шанс попросить прощения за своё поведение. Она схватила за руку уходившую Мей. — Стой! Мей рефлекторно от резких движений выхватила руку обратно. Она посмотрела на девочку с недоумением, и будто бы Гермиона сделала ей больно, она болезненно скривилась, хоть это было не так. Скорее всего, Мей проснулась от своих мыслей, и ей стало немного не по себе от её действий. Грейнджер замешкалась от такой реакции, и поэтому её прервал голос Фреда: — О Мерлин! Мей, ты в порядке? — подбежал тот к девочке вместе с братом. — Да, Джордж, — с сарказмом ответила Мей, посмеявшись над Фредом. — Эй! — ответил тот. — Она тебя подловила, — высказался Джордж, подходя к ним. — Всё в порядке. Если бы вы не пришли, было бы просто ужасно. В это время Грейнджер встретила Гарри и Рона. — О, и наше трио здесь! — поздоровались близнецы с ними. — Ну да, мы же все в столовую ходим, — логично пролепетал Рон и потянул за собой друзей в зал, как-то не по-доброму взглянув на Мей. Грейнджер и Мей странно друг на друга посмотрели, так и не поговорив. — Мей, что случилось? — с состраданием спросил Джордж, отходя в бок от двери. Фред промолчал, ожидая ответа. — Ничего особенного! — Как же, — саркастично издал смешок Фред. — Слушай, мы не злые люди и хотим помочь. Не из жалости, а из чувства справедливости! — Ты попала туда, и им стоило бы смириться, — добавил Джордж. — Они не имеют право тебя обижать. — Я расскажу, но позже, мне ещё нужно успокоиться. Спасибо ещё раз, вы пришли вовремя, — девушка подарила парням улыбку. — Что ж, мы тебя поняли, — сказали они вместе с грустью в голосах. — Мы тебе сейчас такое расскажем! — решил разрядить сложившуюся обстановку Фред, направляясь к входу в зал. — Да! Она же не знает! — подхватил Джордж, подталкивая Мей туда тоже. Но Мей понимала, что их нынешний энтузиазм быстро испарится. Мальчики уже начинали что-то бурно рассказывать, и, пройдя пару шагов за свои столы, до них дошло, что Мей сидит за другим. Они повернулись назад и увидели растерянную Мей, на которую смотрят несколько однокурсников близнецов, сидящих на ближайшем конце к выходу. Да и не только они. Мей развела руками и приподняла плечи, говоря парням, что «не судьба». Парни лишь посмеялись на это и сквозь столы сказали ей, что расскажут всё после обеденного перерыва. Мей пошла на своё место с улыбкой на лице. Парни уже и забывают, что она не их человек, и её это несказанно радовало, но улыбка быстро пропала, как только она вспомнила навалившиеся на неё проблемы, с которыми она должна была начинать разбираться сегодня. Она решила, что стоит отказаться от долгих посиделок с братьями и что-то делать, но нужна какая-то весомая причина, при которой ей не надо будет рассказывать про свой дар и разговоры с Дамблдором. Тем не менее только с кем-то она могла осуществить те планы, которые уже пришли ей в голову. В одиночку решать свои проблемы — глупость! Но это были не единственные трудности, которые ожидали её. Лицо стало ещё более грустным, когда она вспомнила недавнюю стычку. Слизеринцы снова смотрели на неё как-то не по-доброму. И вроде бы она уже привыкла к подобному, но всё же уже не могла держаться так стойко, как раньше. Она подошла к столу и достала палочку, еле натягивая маску безразличия. Слизерин резко насторожился, а декан факультета, сидевший очень далеко от входа, вовсе съёжился от чего-то и достал палочку из своих широких и длинных рукавов мантии, дабы избежать чего-то немыслимого. Мей же всего-навсего сколдовала заклинание сбора еды со стола и направилась к выходу, проигнорировав взгляды, направленные на неё. Близнецы посмеялись, а после до них дошло, что Мей их просто-напросто покинула на сегодня.***
Пэнси Паркинсон сидела в комнате одна и не знала, чем себя занять. Она пару раз прочитала строки из книги, которые свидетельствовали о наличии родственников у Мей, и опечалено думала о провалившимся плане её издевательств. Вскоре её голову посетила мысль: «Почему вообще в книгах написано о подобном?» Она вновь перечитала отрывок и недоумённо всмотрелась в буквы. «Да это же бред! Кому нужно было писать в книге о таких событиях?» — сделала она акцент на «таких». Она помотала головой и отбросила книгу, раскинув руки в стороны и сказав в пустоту: «Они не столь значительны. Блейз был прав, я поторопилась», — она вновь посмотрела на книгу и подумала о том, что данная информация могла бы быть вписана в конец страниц от руки, ведь они были последними. Она встала с кровати и подняла палочку со своего рабочего стола, направив её на книгу. — Как же там… О! Апарекиум! — произнесла та, прописав палочкой по воздуху и черканув ею. На книге начали проявляться буквы, светящиеся синим цветом. Она с интересом, но осторожно придвинулась к надписям. — «…Арлоэ запомнилась всем как волшебница, разоблачившая «корень всех зол», но тем не менее она пыталась успокоить всех своими глупыми речами. Она уговаривала всех поверить в то, что шляпа определяет лишь сгусток сущности детей в начале, и что впоследствии ребенок может вырасти героем, несмотря на факультетские принадлежности. Я предупреждал её! Я говорил ей, что в её россказни не поверят, и что идея примирения не сработает! Мы не враждовали, всего-навсего соперничали, но теперь от нашего факультета шарахаются так, будто бы мы станем самой смертью, закончив Хогвартс. Будто бы все забыли о уже закончивших его людях, которые были не такими уж и «плохими». Но она уже смирилась, она не хочет решать эту проблему, ибо окончательно потеряла веру в себя и в свои силы. А я ведь любил её… Теперь нам точно не суждено быть вместе». Боже мой, что же натворила твоя родственница, Мей? — Пэнси действительно была взволнована и не чувствовала восторг от того, что узнала. В комнату вошла Мей, и девочка живо убрала книгу в портфель. Черноволосую девочку тут же привлекли летающие тарелки с едой, которые следовали за Мей. Она была в удивлении от того, что её соседка приволокла их в комнату и села кушать, но держала выражение безразличия. С одной стороны, она понимала такое поведение, ведь совсем недавно её очень сильно обидели на факультете, а с другой, возникал вопрос: «Как тебя вообще пропустили с летающими тарелками по воздуху по всему Хогвартсу от Большого зала?» Естественно, девочка задала вопрос лишь мысленно, ведь она чётко держала позицию, что Мей ей чужда и она её не воспринимает как кого-то ей равного. Но почему-то девочка помаленьку, потихоньку начала относиться к ней со спокойствием, будто принимала её, но, естественно, этого ещё не замечала.
