Ухихэ: История одной дружбы

***

Поздний вечер ложился на школьный двор мягкой синевой, и в спортзале оставались лишь глухие удары мяча о паркет. Пространство эхом повторяло каждый шаг, бросок, будто всё здание внимательно наблюдало за тренировкой, в которой остались только двое. Чонгук, с закатанными рукавами и уже вспотевшей чёлкой, бросал мяч снова и снова, а Уджин, с лёгкой ухмылкой, ловко пасовал, периодически пробуя атаковать. — Ты точно решил убить меня этой тренировкой? — выдохнул Уджин, после того как Чонгук с очередной скоростью прошёл под кольцо и забил. — Просто ритм поймал. — слабо улыбнулся Чонгук и остановился, опустив мяч. В зале уже выключили половину света, и на паркете остались лишь длинные тени. Уджин потянулся, сказал, что пора уходить, и, взяв рюкзак, первым направился к выходу. А Чонгук остался — как часто бывало в последнее время. Просто посидеть. Подышать. Дать телу остыть, а голове — перестроиться. Он опустился на скамейку у стены, вытер лоб, достал телефон, разблокировав, сразу увидел уведомление. Хэсу: «У меня учеба заканчивается через десять минут.» «А потом иду к Уримке на ночевку.» Чонгук невольно улыбнулся. Хэсу просто писала, как будто знала, что он захочет это услышать. Он посмотрел на часы и сразу поднялся — как раз успевал. На улице уже чувствовалась осень. Чонгук натянул худи, закинул рюкзак и вышел со школьного двора, направляясь к знакомому повороту. И как только он его обогнул, увидел, как она шла ему навстречу. Волосы чуть колыхались от ветра, в руках рюкзак, уже привычно затянутый на одно плечо. — Как твои дела, Хэсу? — мягко спросил он, сделав пару шагов ближе. — Всё лучше, чем могло бы быть. — голос у неё был спокойным. — А как твои дела, Чонгук? — Всё отлично. — ответил он, а Хэсу подняла на него взгляд. — Знаешь, какие у меня планы, помимо того, что я иду на ночевку к Урим? — она чуть склонила голову, а Чонгук, не дожидаясь, аккуратно подал руку, предлагая взять её рюкзак. Девушка медленно сняла его с плеча и передала, как будто так было всегда. — Какие? — спросил он, перекидывая рюкзак на своё плечо. — Надо пойти в магазин и накупить много сладкого. Чтобы потом Урим сама не готовила. — Урим заботливая. — заметил Чонгук с улыбкой, пока они шли рядом, медленно, будто в шаге от чего-то большего, чем просто разговор. — Ну, не говори… — Хэсу чуть поёжилась от ветра. — Хотя, по моим наблюдениям, у неё должен быть стресс. Она сейчас часто с Хиен, ещё на репетициях, ещё я на днях устроила ей нервотрёпку… скорее всего в какой-то момент она взорвётся. — она на мгновение замолчала, будто действительно переживала. — А как иначе, если она всё на себе тащит. — девушка задумалась. — На следующей неделе будут экзамены. Ты сам как? Готовишься? — Я готовлюсь активно. Наша программа реально легче, чем ваша, так что благодаря твоим урокам средний показатель оценок превысится, с учётом того, что я подготовлюсь на экзаменах — у меня обязательно будет четвёрка. Вот только под вопросом, с плюсом или с минусом. — Он сказал это с такой уверенностью, будто четвёрка уже лежала у него в кармане. — А твои дела как с учёбой? — Мама сказала, чтобы я себя не мучала и делала то, что хочу, — в голосе Хэсу не было облегчения. — Но по моим меркам… если мне реально повезёт и попадутся темы, по которым я хорошо ориентируюсь, то у меня будет четвёртое место по рейтингу. — Эти оценки и этот рейтинг, они на тебя не давят? — Конечно давят. — Она сказала это без тени сомнения. — Я бы хотела, чтобы этой системы не было. Но с другой стороны — какой смысл в том, что я учусь не покладая рук, если элементарно не могу по рейтингу подняться? Значит недостаточно стараюсь. — Ты уже начала быть строгой к себе, Хэсу. — Чонгук остановился, чуть замедлив шаг. — Не демонизируй знания. Мне нравится то, как ты относишься к учёбе. И я уверен, что твой подход намного лучше всех твоих одноклассников. Она посмотрела на него с мягкостью. Его слова были сказаны легко, но от них в груди стало как-то спокойнее. Знал бы он, сколько сейчас мыслей проносится у неё в голове. — Чонгук… — вдруг заговорила она, — а ты почему расстался со своей бывшей девушкой? Он на секунду сбился с шага. Кажется, такого поворота он не ожидал. — Что? — он рассмеялся, не удержавшись. — Так резко. — А что? — невинно спросила Хэсу, будто в этом вопросе не было ничего особенного. Но во взгляде читалась настороженность. — Ты только от одной мысли о ней улыбаешься? — уточнила она. — Вовсе нет. Просто… — он снова усмехнулся и почесал затылок, — просто подумал, с чего это вдруг ты так решила спросить. — Мы с ней были слишком разными, — наконец ответил он, чуть сбросив тон. — Не в смысле вкусов или привычек, а… по взгляду на отношения. Мы будто говорили на разных языках. — Так и мы с тобой не похожи вообще. — Думаешь? — он посмотрел на неё в упор. — Мне кажется, у нас с тобой много общего. Просто ты пока не заметила. Она едва заметно улыбнулась, но глаза её всё ещё блестели интересом — и чем-то похожим на вызов. — Уже строишь наше будущее совместное? — с лёгким смешком добавил Чонгук, чтобы разрядить атмосферу. — Нет. — ответила она спокойно. — Зачем мне этим заниматься, если ты уже в этом преуспел? — Да ты что? — он уже не сдерживал смеха — Или хочешь сказать что не думаешь обо мне совсем? — А мне кажется что в твоем вопросе нет правильного ответа. Скажу не думаю, ты разозлишься. А если скажу что думаю, то ты подумаешь меня помешанным. — Не глупый. Молодец. Они шли бок о бок, разговаривая на разные темы. Когда Хэсу предложила зайти в супермаркет, Чонгук только кивнул. Внутри магазина было тепло и ярко, они взяли маленькую корзинку. Хэсу уже знала что надо брать, Чонгуку просто надо было идти по следу. — Урим скорее всего уже что-то испекла, так что надо брать что-то не сладкое. — они так хорошо знали друг друга. Это было мило. Они прошли по нескольким отделам, выбирая всё, что могло пригодиться для вечера, какао, фруктовый сок, чипсы, Хэсу даже увлажняющие маски купила, со словами Хиен обязательно это забудет с собой взять и попросит ночью пойти в магазин. Пока стояли в очереди, Хэсу молчала. Не потому что думала о чём-то тревожном — просто была в той редкой тишине, когда рядом тот, с кем говорить не обязательно. Чонгук это чувствовал. Он время от времени оглядывался на неё, как бы проверяя, всё ли в порядке. И каждый раз, когда ловил её взгляд, просто улыбался. Когда они вышли из магазина, сумка была не такой лёгкой, как планировалось. Чонгук, конечно же, взял её без слов, и они снова пошли по улице, в сторону дома Урим. — Знаешь, — вдруг сказала Хэсу, — В прочем, забудь, я передумала говорить на эту тему. — Хорошо, поговорим как только будешь готова. Они подошли к дому Урим. Свет в окне уже горел, видно было, что кто-то ждёт. Возможно, и правда была та самая домашняя, уютная девичья ночёвка, о которой мечтается в прохладные вечера. — Была рада провести вечер в твоей компании. — она помахала ему, чуть ли не позабыв о продуктах — Спасибо за вечер со мной, — сказал он. — Был рад провести вечер в твоей компании. — Спокойной ночи, Чонгук. — Спокойной, Хэсу.

***

В школьном зале, где до осеннего бала оставалась всего неделя, все было слишком сумбурно. Часы тикали слишком быстро, задачи множились с каждой секундой. Декорации требовали доработки. Учителя появлялись один за другим, и каждый — с новыми требованиями. — Где корректировка конкурса пар? — строго спросила преподавательница литературы. — Жури все еще не в курсе как будет проходить голосование! И таких претензии тысяча. Хиен стояла в центре, в руках — папка со стикерами, где каждая страница уже начала выцветать от количества правок. Она открывала рот, чтобы ответить, но кто-то всегда перебивал. Один вопрос сменял другой. Каждый что-то требовал. Каждый считал, что именно его задача — приоритет. — Всё, хватит. — её голос был ровным, но в нём зазвенело что-то резкое, почти металлическое. — Я дико извиняюсь, но когда это вы все решили, что я за всё отвечаю? — В зале стихло. — Я пришла сюда в целях помочь, но вы по каким-то причинам сделали из меня главную и каждый раз требуете всё больше и больше. При этом не забыв упрекнуть, что у меня что-то не так, что у меня не получается. — она метнула взгляд в сторону стола, за которым стояли организаторы. — Вы вообще в курсе, что это всё — зона ответственности Чимина? Чимин, до этого стоявший у стены, едва не уронил телефон. Он быстро выпрямился. — Да, простите, я был ответственным. — тихо сказал он. Но Хиен впервые за долгое время заговорила. И казалось что ее теперь не остановить. — И что дальше? Что толку, что ты это признаёшь? Ответственность — это не статус, это действия. Ты взял всё на себя, и что? Проблемы остались. Всё висит, но требуется с меня. — Никто не знал, как реагировать. Тишина была такой плотной, будто школа замерла. — Я отойду. — резко сказала Хиен, схватила папку и вышла из зала, даже не оборачиваясь. Она сидела на холодной ступеньке возле заднего входа в школу, сжав пальцы в кулак. Небо затянуло тучами, и ветер бил в лицо, как будто природа вторила её внутреннему урагану. К ней подошла Мина. Осторожно, без резких движений, с теплом в голосе, которое обычно оставляла для редких моментов. — Всё, не переживай, Хиен. Чимин же сказал, что он ответственный. Можешь теперь отдыхать. — Суть не в том, что он всё взял на себя, — Хиен даже не подняла головы. — Суть в том, что он взял и ничего не сделал. И в том, что все требуют этого с меня. — Хиен, я не понимаю. А что ты от него то хочешь? Он реально старается. В отличие от многих, он хотя бы не сбежал. — Почему ты просто не можешь молча принять мою сторону? — в голосе Хиен была не злость, а что-то надломленное. — Обязательно нужно защищать Чимина? — Мина чуть дёрнула подбородком. — А почему ты решила, что ты права? Ты в последнее время расклеилась. И всё никак не можешь собраться. Да, тебе тяжело, но ты ведёшь себя так, будто только ты сейчас страдаешь. Только ты не справляешься. Только ты имеешь право на истерику. Оглянись, Хиен. Мы тоже еле держимся. Хиен подняла глаза. — Да, ты молодец. Но я не просила похвалы. Мне не нужно, чтобы ты говорила, что всё справедливо. просто поддержи меня, а не Чимина. Почему ты не можешь быть на моей стороне? Не понимаю. — А я не понимаю, — голос Мины стал жёстче, — Что значит быть на твоей стороне в твоем понимании? Я максимально поддерживаю тебя и стоило мне просто сказать, что тут нет вины Чимины, как ты сразу начинаешь истерить. Почему ты ждёшь, что все будут ходить по струнке, которую натянула ты. Мне кажется, ты вообще не слышишь других. Чимину тоже сложно, он старается, просто не так, как ты хочешь. — Не так, как я хочу? — Хиен прищурилась. — А ты вообще в курсе, что он делает? Тогда почему спрос берется с меня? Ты меня вообще слышишь? — она не успела договорить. — А ты меня сама слышишь? Ты уже не слушаешь. Ты только раздаёшь указания и жалуешься. А Чимину хотя бы можно было говорить откровенно. — Опять та же песня, — выдохнула Хиен. — Чимину сейчас хуже, чем тебе. Не надо жаловаться и говорить что он ничего не делает, хотя все что не видно тебе он решает это. Точно так же и со всеми. Все спрашивают с тебя, а в нас они видят только людей принеси-подай. Мы тоже трудимся и всякие мелочи, тоже трудоемкие, но все смотрят на одну тебя. И мы в том числе. Пытаемся делать все, чтобы ты не нервничала, чтобы ты не дай бог, не ушла по середине и не исчезла на час. — Нет. — Хиен качнула головой. — Я тебе вообще о другом, как же ты не можешь понять? Я что этого всего не понимаю? Для меня главное, чтобы ты просто в такие моменты поддержала меня. — В такие моменты? Какие такие моменты? Когда ты готова обвинять людей которые тебе помогают? К примеру как сейчас Чимина. — Урим не такая. — Хиен не могла не сравнивать. — Хэсу не такая. Но ты… Но ты почему-то готова перестроить свое мнение из-за одного только Чимина. — Что? Решила сравнивать меня со своими подругами? Если бы не ты, то я бросила бы эту организацию, но я все еще здесь и тебя часто пристегиваю. Да, твои подруги молодцы, в субботу пришли на помощь, но разве я не помогаю тебе каждый день? Или уже не видна моя периодическая помощь, из-за них? Что твои подруги сделали чтобы сейчас быть лучше меня? — Как минимум не упрекают в том, что я имею право думать о себе. Я понимаю, что, скорее всего, я эгоистична, я и сама их временами не слышу, но они не отворачиваются. Они терпеливо ждут, не осуждают, не критикуют и слышат. — Я хотела помогать тебе, а не скакать между коробками и слушать, как ты снова не довольна. Ты всё время чем-то не довольна. — Дорогая, не ради меня одной, там в списке еще у тебя был Чимин. Если у тебя стоял выбор помочь мне или Чимину, ты без раздумий помогла бы ему. И ни разу за все это время не подбодрила меня. Даже сейчас, когда я напрямую говорю о том, что мне не хватает твоей поддержки, ты акцентируешь внимание на другом. — А может потому что нам тоже плохо? А сама можешь нас поддержать? Ты в курсе, что нам тоже плохо. Я переживаю, Чимин переживает. Постоянно. Говорит, что у него не получается быть для тебя нужным. Что ты его игнорируешь, холодная, отталкиваешь, а потом жалуешься, что он не рядом. Он правда старается, а ты… ты будто ждёшь, что все просто будут стоять по стойке смирно и любить тебя просто потому, что ты Хиен. — У меня нет слов. — А я устала быть «просто подругой», — почти шепнула Мина, глядя куда-то в пол. — Устала быть в тени. Ты всегда говоришь, как ты важна, как тебе тяжело, как тебе плохо… а я? Я тоже выдыхаюсь. Я тоже устала, ты это не замечаешь. Наверное мне стоит сказать твою фирменную фразу: «а вот Урим заметила бы». Ты хоть сама достойна своих подруг? — Хиен не могла ответить на этот вопрос, она вообще ничего не могла ответить. — Упрекаешь меня в том, что я общаюсь с Чимином, что я на его стороне. Хиен… а ты когда-нибудь вообще была на моей? Повисла тишина. Хиен ничего не ответила. Только отвернулась. А Мина, выдохнув, тихо сказала. — Ладно. Я больше не буду мешать тебе быть главной. И ушла. Хиен чувствовала злость. Словно надо было трансформировать обиду сейчас же, наверное поэтому она взяла телефон и начала строчить сообщение Чимину. Хиен: «Можешь не общаться с моими подругами?» «Ты словно проверяешь меня и мои дружбу» «Но там где есть ты, в дружбе я уверенности не чувствую» «Не общайся с ними, потому что я уже начинаю ненавидеть тебя»

***

Дверь открылась почти сразу, как только Хэсу нажала звонок. Лицо Урим было настороженным, глаза бегло пробежались по фигуре подруги — цела ли, не грустная ли. Урим так и не ответила на сообщение и она по прежнему чувствовала вину. — Привет, — сказала Хэсу с лёгкой улыбкой. Ни злости, ни упрека — будто ничего страшного и не произошло. — Привет, — выдохнула Урим. — Заходи. Хэсу вошла в прихожую, сняла кеды и повесила куртку на крючок, будто делала это сто раз. На лице спокойствие. Ну пару дней уже прошло, естественно Хэсу не будет хранить так долго обиду, просто Урим это беспокоило, что не давало ей покоя. — Это для тебя. — Хэсу отдала ей купленное в магазине. — Спасибо. — она приоткрыла пакет и удивилась. — Ты что-то меня балуешь. — наконец она расслабилась. — Я не знаю когда придет Хиен, но была бы не против начать болтать сейчас. — Урим поставила чай и ждала пока на кухню придет Хэсу. Пока она положила свои вещи, помыла руки Урим уже раскладывала вещи по местам. — Ну… Ты знаешь что я сбежала со школы, точнее с урока истории. — Хэсу никогда не умела плавно перетекать к сути, но этого и не надо было. Урим внимательно слушала. — Просто в тот день я по всем своим «любимым» предметам получила тройку. Да… такое тоже бывает. — Хэсу глазами пробежалась по всей комнате. — Ну… Четырех троек подряд моя психика не выдержала. — Послушай, то что в твоем классе тройка, в нашем классе пятерка, не бери в голову. — Урим пыталась успокоить подругу, но казалось что она все делала не правильно. — Не могу, для меня важно. Да, я не прилагаю усилия, как некоторые мои одноклассники, но я устала каждый раз выкладываться на все сто. При этом я знаю, что без этой учебы смысла моих будней не будет. — Прости, я не могу понять к чему ты сейчас клонишь. Тебе нужна помощь с учебой? Ты знаешь, я могу подтянуть с историей, да и с биологией если постараться. Или ты переживаешь из-за мамы? — Мама? Нет, она нормально ко всему отнеслась. — казалось на этом моменте Урим сильно удивилась. — Она подняла шум, потому что я ранее жаловалась на то, что учителя унижают если ты не справляешься. Она испугалась, что я из-за этого сбежала и была без связи. — Практически так и было. — стоило Урим вспомнить тот день, как напряжение вспоминается параллельно. — Да, благодаря тебе не было скандала и психика моей мамы была спокойной. Не суть, я это к тому, что на тот момент мне было просто стрессово, вот и написала. Я предполагала что вы заняты, просто решила попытать удачу… — Хэсу… Не надо так, звучит так словно ты обесцениваешь свои проблемы. — Но вы так и не ответили на то сообщения. Оно осталось без ответа, а после ты сказала чтобы мы в пятницу встретились, но сообщение без ответа было… — Хэсу действительно не собиралась ругаться. Что уж, она планировала сегодня повеселиться, только вот не до смеха. Наверное этот вопрос крутился у нее долго. Урим замерла с кружкой в руке. Не потому что не знала, что сказать — просто слова, которые она готовила заранее, казались вдруг недостаточными. Не такими, какие Хэсу заслуживает. — Я… — начала она, но выдохнула и поставила кружку на стол. — Я не знала, что ты так ждала ответа. Точнее… ты не отвечала о том где ты, я думала что ты не хочешь говорить об этом. Испугалась, что будет хуже, если напишу глупость. Всё, что приходило в голову, казалось неуместным. Хэсу слушала молча. — Я не злилась, — сказала она тихо. — Но мне стало очень одиноко. Знаешь, я не люблю просить. Ни помощи, ни поддержки. Но в тот день… — она чуть усмехнулась, — я вдруг почувствовала, что могу. Только вот не получилось. — на глазах Урим появились слезы. — Прости, — прошептала Урим, и её голос чуть дрогнул. — Наверное, я привыкла думать, что ты сильная. — Не проси прощения, ты не обязана нас каждый раз спасать. — Тогда для чего нужна дружба? — Не знаю. — Хэсу снова улыбнулась, на этот раз чуть грустнее. — Наверное, чтобы просто веселиться? — Урим в тот день впервые почувствовала холод между ними. — Я не хочу чтобы ты каждый раз переживала обо мне, не хочу чтобы кто-то из вас гадал о том, что происходит в моей голове. Не переживай что я замкнусь в себе, я еще раз сообщу тебе, если вдруг такое случится. — к сожалению, Урим уже не верила ее словам. Она же врала. Но Урим все равно кивнула и, не говоря ни слова, подошла и крепко обняла подругу. Они постояли так несколько секунд. Потом Хэсу чуть отстранилась. — Мы странные. Всё боимся сказать, боимся нарушить баланс. А потом сидим с комом в горле и притворяемся, что всё нормально. — Больше не будем, ладно? — попросила Урим. — Я все равно рядом, даже если вдруг не отвечу. Просто подожди, я понимаю, что тут я ошиблась, но я все равно готова слушать тебя. — Давай не об этом, — Хэсу подняла бровь, — Попьем чай? Поговорим что было на этой неделе? Могу рассказать что у меня происходит с Чонгуком. — Её голос был спокойным, чуть тише обычного — таким он становился, когда она говорила о чём-то, что ещё не до конца поняла сама. Мы с ним кажется встречаемся. — как-то сухо начала Хэсу, словно делилась потому что надо. — Мы не договаривались ни о чём. Не было тех странных разговоров в духе «а мы теперь кто?», но он дал понять, что серьезен. Надеюсь что я не выдумываю. — Чонгук надежный, я верю что все будет хорошо, — мягко сказала Урим, садясь напротив. — Ты влюблена? — Не знаю. — Хэсу не отвела взгляда от своей чашки. — Это не как в фильмах. У меня нет бабочек. Нет бешеного сердцебиения. Просто, когда я думаю о нём — внутри будто что-то прорастает. Как будто это не вспышка, а… тёплый мед. Не знаю, как объяснить. Урим улыбнулась, но ничего не сказала. — Когда я сбежала из школы, он меня нашёл. Не спрашивал, не лез в душу. Просто сел рядом. Но как-то всё стало… легче. — А ты? Ты готова к чему-то серьёзному? — Я не знаю. Решила эту часть полностью доверить ему. — Больше она не добавила. Ни как долго они были вместе в тот день, ни про его пиджак, ни про гитару, ни про то, как её пальцы едва касались его руки. Скорее потому что обиду она так и не могла скрыть для себя. Спустя время вернулась Хиен. Когда она вошла в комнату, где уже пахло чаем и сладким, её лицо не выдавало ничего, кроме усталости. В руках были пакеты с угощением, будто она всё ещё старалась быть частью их уюта, даже когда внутри у неё всё давно трещало по швам. — Я купила всякого, — бросила она с порога. — Не знаю, что именно, просто… то, что, кажется, должно радовать. Она скинула куртку и прошла к ним. Села рядом, не дожидаясь, пока кто-то что-то скажет. — Вы ведь знаете, да? — начала она вдруг. — Что я вечно громкая. Что я вечно требую. Что я будто командую всеми. И, наверное, вам тоже иногда хочется от меня сбежать. Наверное, вы думаете, что я делаю это всё из-за гордости или потому что люблю контролировать. Но, честно? Я так устала. Устала, что если я не скажу — никто не сделает. Если я не напомню — все забудут. А если я сломаюсь — никто даже не заметит. — Она усмехнулась, но в голосе было столько горечи, что Урим сжала руки. — Сегодня я в очередной раз поняла, что, видимо, сама и виновата. Раз все решили, что я за всё в ответе. И если что-то не так — это моя ошибка. Урим встала и подошла ближе, обняв её за плечи. В её объятии не было силы, но в нём была честность — та, что даётся тяжело, когда ты и сама на исходе. — Мы рядом. — прошептала она. — Я знаю, вы всегда рядом и я боюсь что могу все испортить. Знаю, вы заботливые. А я… Я просто эгоистка. — она вытерла лицо тыльной стороной ладони. — И самое страшное — я боюсь, что не смогу измениться. Вот что, если я останусь такой? Иногда мне кажется что я слишком ослеплена собой, чтобы заметить ваши проблемы и оглушена собой, чтобы услышать вашу помощь. Я знаю, что недавно могла бы вам помочь, но у меня не хватило сил. Не хватило сил ответить, от чего мне до сих пор стыдно. — от услышанного было молчание. Урим не могла нарушить тишину, потому что в данном случае говорилось про Хэсу. — Я хочу поблагодарить вас за все и попросить прощения, я постараюсь включиться в это все. Тишина заполнила комнату. Хэсу так и сидела с чашкой в руках, не перебивая. Она не вмешивалась, не спешила подбадривать. Просто слушала, взгляд её был спокойным, но неравнодушным. Именно в эту секунду зазвонил телефон. Имя на экране мигало раздражающе — Чимин. Хиен, не задумываясь, отклонила. — Может, по делу звонит? — спокойно, но с нажимом сказала Хэсу. — Не может же быть, что между вами есть секреты, а ты делаешь вид, что это нормально. Возьми. Наверняка что-то важное. — когда Хэсу договорила то сердце Хиен пропустило удар. Хиен не хотела. Но под взглядом подруги молча нажала на «принять». — Алло? На другом конце — голос Чимина. Тихий, будто с трудом сдерживающий себя: — Я хочу все объяснить, пожалуйста дослушай. Прости, что сегодня такое случилось. Да, я стараюсь… не достаточно. Прости, что на словах взвалил всё на себя, но ровным счётом ничего не решил. Я… Я не совсем понял, что произошло сегодня. Но хочу, чтобы ты знала — с Миной мы не обсуждали тебя, тем более не осуждали. Мне бы в голову такое не пришло. Поверь, я восхищаюсь тобой. Твоим упорством. — он запнулся, и только потом продолжил, — Да, ты права. Не стоит мне общаться с твоими подругами. Прости, что вообще так говорю. Я просто… наверное, заигрался. Я несу чушь. Ты права. Ты просила и не раз прекратить общение с Миной, прости, это я идиот. И в правду, я только голову морочил, играл в любовь, словно это мне что-то даст. ты права, мною двигали чувства и я понял, что это были мои чувства к тебе. — дальше она сбросила звонок. Тишина. Она знала — Урим и Хэсу услышали каждое слово. И это делало всё только хуже. Она чувствовала их присутствие — не как поддержку, а как обнажение. Телефон остался на столе. Никто не проронил ни слова. Комната будто выдохлась. Было слышно, как тикают часы на кухне, как с улицы доносится скрип тормозов велосипеда. И как Хиен — сидит, не в силах поднять глаз. — Слишком эгоистична, чтобы слышать наш голос, говоришь? — впервые молчание разрушила Хэсу, ровным и тихим голосом. В нём не было гнева — только усталость и… интерес. Очень специфический интерес. — Мне вот что интересно: где ты была, когда опаздывала на ночевку к Урим? Более того — с кем? Скажи, пожалуйста. — Хэсу… — Урим почти прошептала, но её интонация звучала, как сигнал бедствия. Она поняла, к чему всё идёт, и ей это совсем не нравилось. Хиен молчала, Урим тоже. Тут уже понятно, она не отвечает потому что была с Чимином. Но Хэсу надо было слышать это, но как сейчас разговаривать если оба молчат? Опять. И всё же, несмотря на очевидность, Хэсу нужно было не догадываться, а знать. Услышать. Потому что знание — это финал. Это то, что ставит точку. Она достала телефон. — Хэсу, не надо, — голос Урим дрогнул, но было поздно. Хэсу уже набрала номер. Гудок. Один. Второй. Ответ. — Да? — Тэхен был спокоен, когда поднимал трубку, в целом, как всегда. — Можно спросить? — голос Хэсу звучал предельно вежливо. Почти отстранённо. — В среду, что вы делали? Наверное ты и Чимин делали что-то или были где-то. В среду перед осенним балом. Вы же были с Хиен, верно? — по глазам Хиен покатились слезы, то ли от стыда, то ли от весьма гадкого поступка Хэсу. Было очень неприятно. Пауза. Долгая, глухая, как после взрыва. — Да, — наконец ответил он. — Она была с нами. — Вы были в кино? — уточнила Хэсу, не убирая телефон от уха, и взгляд её был прикован к лицу Хиен. — Угу… — Тэхен будто сглотнул. — Мы позвали её спонтанно, на самом деле изначально мы хотели пойти с Миной. Она говорила что надо спешить к Урим… Я думал, вы в курсе. — Нет, Урим в курсе, если ты об этом. — тихо сказала Хэсу, она по одному только взгляду видела, что Урим все знала. — Но как ты понял в курсе была не я. Спасибо, Тэхен, что ответил. Она отключила звонок. Хиен сидела молча. Смотрела в одну точку. И она знала: теперь они обе знают. Знают, и не от неё. Она могла бы объяснить, могла бы оправдаться. Но не сделала этого. Ни тогда, ни сейчас. Тишина в комнате снова была тяжёлой, но теперь — другой. Густой. Холодной. — Что вы устроили? — голос Урим был едва слышным, но в нём прозвучала едва уловимая дрожь. — Это неуважительно по отношению ко мне. И как мы теперь… Что теперь дальше? Постарайтесь поговорить, вы сможете решить эту проблему. Хиен чуть качнула головой. Глаза всё так же были опущены, пальцы слабо сжимали подол толстовки. Она попыталась выдавить что-то — фразу, объяснение, хотя бы извинение — но внутри всё было заклинившим. Ни одного слова не проходило сквозь грудь. — Мне очень стыдно. — наконец прошептала она. — Я не знаю что сказать, это сложно. Это не было свиданием, как было ранее сказано Тэхеном. Это просто поход в кино. — она запнулась и впервые посмотрела на Хэсу. — Мне стыдно, но клянусь, ничего не было. Особенно что касается меня и Чимина. — Ты выбрала быть с ними, зная, что тебе здесь ждет Урим. Но осталась там и всё равно опоздала. Ты же знала что она боится темноты, боится оставаться одна, так почему ты не предусмотрела этот случай заранее? — Мне не нравится ссора и то в какое русло оно течет. Если вы переживаете обо мне, то не стоит… — Урим хотела сгладить углы, все что угодно, чтобы близкие люди не ссорились. — Ладно, не будем игнорировать слона в комнате. — Хэсу сделала тяжелый вдох. — Вы позабыли о моих чувствах к Чимину? — кажется глаза Хэсу стали мокрыми. — Я с вами поделилась только двумя вещами, о своих чувствах к Чимину и о том случае с сообщением моим, когда я хотела поговорить. Но почему?.. — она не смогла договорить. — Ты же на тот момент общалась с Чонгуком. Милая, Хэсенок, скажи что ты не восприняла это близко к сердцу. — Урим переживала, при чем сильно. Она не знала что сделать и как сказать. — Но на тот момент даже если я и была увлечена Чонгуком, вы же не знали об этом, для вас я все еще была увлечена Чимином. Вы вообще уважаете мои чувства? Почему не сказали? Знаете как я зла? Не потому что Чимин, а потому что вы не заботитесь о моих чувствах. Хиен, ты и в правду эгоистка, честное слово. Так эгоистично со мной еще никто не обращался. Думаешь я бы выбрала Чимина, если у меня был выбор? Я бы его тебе уступила и не один раз, просто… Просто почему бы и не сказать? А ты, Урим, ты же все знала, к чему такие секреты от меня? — Пожалуйста, не втягивай Урим. — Хиен впервые за долгое время решила что либо сказать. Даже сердце Хэсу невольно дрогнуло. Хиен так героический держала молчание, когда разговор был о чувствах Хэсу, но решила стать на защиту Урим. — Она все это время пыталась быть для нас опорой, прошу, давай только чтобы ее не касалось. — Хорошо, тебе есть что сказать? — Я правда не знала, что делать. Прости меня. Я знала, что тебе нравился Чимин. Знала. Но он нравился и Мине тоже. Я честно, не при чем, и его чувства ко мне… Я узнала об этом только сейчас. — Хочу прояснить… Узнала и догадывалась в этом есть разница. Узнала сейчас, но когда догадывалась? — Хэсу и Хиен разговаривали спокойно, без криков, но на душе Урим было неспокойно. — Когда догадалась что Чимин все это время испытывал чувства к тебе? — Не знаю. — Не знаю? — Хэсу кажется сильно разочаровывалась. Она взяла свой телефон и начала что-то печатать, — Ладно, пока помню, я должна кое что сказать тебе, Хиен. Прости что не помогла тебе с организацией, мне учителя запретили, потому что я не справлялась с учебой. А, кстати, я забыла сказать, точнее хотела, но вы забыли послушать, кажется у меня в четверти будет тройка. Удивительно правда, я же ведь хорошистка. А еще на меня учитель по истории пишет докладную, точнее, она даже написала, но моя мама решила проблему. — Прости что не ответила на твое сообщение. — Хиен и не знала как реагировать. Ей было по прежнему стыдно. — Как остальные предметы? Хочешь я помогу тебе с литературой, с историей? — Да нет, ты лучше скажи что с тобой было все это время? Почему ты так в последнее время стала эгоистична? — Хэсу была сама не своя. — Прости, это из-за осеннего бала. Это не оправдание, я знаю, но все взвалилось на мои плечи. — Помню, Чимин только что про это сказал же… Ты можешь поподробнее? — Хэсу словно издевалась, она вовсе не была настроена решать проблему. — Хэсу, довольно, ты же вовсе не хочешь помириться? — Урим уже не могла смотреть на это. — Хватит называть ее эгоисткой, разве сама сейчас не такая? Просто рушишь то, что не смогла сделать Хиен. Имейте ввиду, наша дружба, это единственное что есть у меня, вы не можете так поступить. — Урим никогда не плакала, но сейчас она не могла сдерживаться. — Урим, не надо… — Хиен выпрямилась и наконец посмотрела в глаза Хэсу. — Прости что так вышло. Мне стыдно. Догадывалась? Я кажется догадывалась с первой наши встречи, словно Чимину всегда нравилась я, но мне так же нравилось то, какой ты стала открытой из-за чувств к нему. Раньше тебя не увлекало ничего кроме учебы, а с приходом Чимина ты стала общаться с парнями, почаще гулять. Я не могла разрушить эту картину. А потом он начал общаться с Миной и он ей нравился, при чем сильно. Я и не знала что надо делать в такие моменты. Не могла оставить Мину, потому что она моя подруга тоже. Но со своей стороны я была чиста, я не общалась с ним… — Хиен и дальше хотела продолжить говорить, но Хэсу ее перебила. — Прости, кажется мне поставили еще одну тройку, пойду с мамой разбираться. — Хэсу стала собираться вещи, полностью игнорируя всех вокруг. — Ты решила проигнорировать все и оставить? Это грубо что ты даже не дослушала меня. — Хиен начинала злиться. — Хэсу, не избегай пожалуйста. Пусть она как минимум договорит. Не портьте дружбу. Ты же врешь, ты недавно написала маме, она никогда тебя не забирала с ночевок. — казалось никто не слышал Урим на тот момент. Хэсу продолжала одеваться, а после и обуваться. — Я не выдержу, если потеряю вас. — её голос был не громким, но каждая фраза будто резала воздух. — Эта дружба то, что держит меня. Я знаю, у всех своя жизнь, чувства, симпатии, обиды, усталость. Но если вы сейчас окончательно отдалитесь — тогда всё, что мы пережили, — просто исчезнет. И я останусь одна. Я не знаю, как с этим жить. — Прости, что сейчас звучит так, будто я рушу. Я не хочу. Просто… если говорить правду — я не уверена, что мы вообще дружим. Что в себе вообще носит понятие дружба? А может это я из-за учебы перестала ее понимать? Мне казалось что это бережное отношение к чувствам. Не думаю что проблема только в вас. Наверное я тоже много кого не слышу. В любом случае, простите меня, но я не хочу вас прощать.