Цикл "Игрушки богов". Часть 1. Призрак

Гай при первом удобном случае уходил в таверну и напивался там, от глаз и ора шерифа подальше. Так прошла почти вся осень и половина зимы, а он не особо и заметил. Он вообще на очень многое перестал обращать внимание и придавать значение… или, скорее, важными стали для него совсем другие вещи. Особенно если они так или иначе были связаны с одной очень конкретной и весьма специфичной персоной… После… так сказать исчезновения Локсли (тела-то нету, а шериф и соврать мог) Гай часто ощущал нечто, что назвал для себя «присутствием». Ему иногда казалось, что Локсли все время где-то недалеко, но по большей части предпочитает молчать и не показываться — как такового привидения или духа Локсли Гай не видел, а задавать глупый вопрос: «Ты здесь?» не хотелось самому. Поэтому большей частью ориентиром служил запах, тот самый, который почувствовал в первый раз. И еще время от времени были сны… Вот в них Гай видел Локсли как наяву, и они даже разговаривали. Правда это были немного странные беседы практически на одну и туже тему, с одними и теми же вопросами и такими же ответами, но тем не менее. А на следующий день от запаха ягод, травы и дыма от костра, который был с Гаем повсюду, тоскливо сжималось сердце и казалось, что даже эль в кружке пахнет лесом и земляникой. — Локсли, зачем ты приходишь? — Меня зовут Робин… Ты же знаешь! — Да, но ты так и не ответил. — Но ведь и ты тоже… На мой вопрос… Ты знаешь какой. — Зачем тебе мой ответ, Локсли, ты же мертв! Гай сам себя в этом пытался убедить, только вот, никак не получалось. Да еще и вопрос этот: — Для тебя это что-то меняет? В том-то и дело, что не меняло. Ничего. Но для Локсли это что-то значило, только что именно Гай понять не мог. Добиться от него большего тоже не получалось. Вообще их так называемые разговоры были довольно короткими, словно Локсли не хватало сил, не то чтобы на длительную беседу, даже на сложные фразы… Хотя было пару раз, но не более. Вот так оно и шло ни шатко ни валко, пока в середине февраля не случилось нечто весьма… Ну да, странное. Не то чтобы все происходящее до было в таком уж порядке вещей и само собой разумеющееся, но даже на этом фоне событие было из ряда вон выходящее. А в ночь перед этим опять приснился сон… исключительно яркий и четкий, и очень болезненный — сердце ныло сильнее обычного. Гораздо сильнее. В тот день Гай сидел за грязным столом в таверне и пялился на полупустую пинтовую кружку эля. Какую по счету уже, он сказать затруднялся, да ему было все равно… Дело шло к вечеру, тащиться в замок не хотелось, воспользоваться услугами местных шлюх и заночевать в одной из комнат наверху тоже. Но решать что-то было надо… — Добрый день, сэр Гай! — вдруг услышал он знакомый женский голос С удивлением поднял глаза и обнаружил стоящую в двух шагах от него леди Анну Саутвелл, кутающуюся в красную меховую накидку. Гай хотел было подняться, как того требует этикет, но леди остановила его и уселась напротив. Он же произнес слегка заплетающимся языком: — А… это… вы тут… что делаете? Сие злачное местечко было абсолютно неподходящим для благородной леди, особенно нормандки, но это ее, видимо, ничуть не смущало. Она произнесла с улыбкой: — Вас искала. По очень важному делу. И лично, и как помощника шерифа. — А почему… это… в замок не пришли? То есть, там же… того… удобнее. А то тут… всякие… — Эти люди нам не помешают. А в замке… я не хочу видеть де Рено. — Ну так… это меняет дело. — Гай и сам бы с большим удовольствием больше не видел бы ту рожу, да только не получалось. А она вдруг коснулась его руки и произнесла: — Вы плохо выглядите. Гай некоторое время не знал как реагировать. Если бы на ее месте был мужчина, то… наверное, получил бы в зубы. Да точно получил бы! Но это была леди, и поэтому Гай только дернул плечом — дескать, ничего не поделаешь, как получается так и выгляжу. Даже попытался улыбнуться, и вроде вышло, хоть и криво. Сам понимал, что в его нынешнем состоянии производит он довольно отвратное впечатление. И ему вдруг стало стыдно перед ней, за то что пьян как последний сакс и за свой, наверняка весьма жалкий и потрепанный внешний вид… Но ведь она его зачем-то искала! — Вы сказали, что вы… то есть у вас… Вам нужна помощь? Она кивнула и тихо произнесла: — Меня пытались ограбить. Гай некоторое время оторопело смотрел на нее, а потом вдруг его осенило: — Этот ваш… стюард? — и не удержавшись добавил: — Вот скотина! Хотя управляющий леди Анны и считался порядочным и честным человеком, но при этом был местным, что называется, до мозга костей. И это для Гая только добавляло подозрений, а не снимало их. Он считал, что если где-то имеется сакс с хорошей репутацией, то это значит только одно: на самом деле ничего такого там нет, не было и не будет, а мерзавец ловко прикидывается. Вот этот тоже не исключение — изобразил чувства, втерся в доверие, улучил момент и… — Поймаю козла и с живого шкуру спущу, — мрачно пообещал Гай и тут же опомнился: — Простите, леди, я грубо выразился… — Он тут ни при чем. «И она его выгораживает!» — А вот это еще доказать надо! — буркнул Гай в ответ. — И если при чем, то… Она неожиданно встала, обошла стол, наклонилась к нему и посмотрела прямо в глаза. Гаю стало очень не по себе — он уже видел точно такой же взгляд, только глаза были другого цвета, но вот тоска и отчаяние — теми же самыми… В собственное сердце как чьи-то когти вонзились. Внутри все сжалось от боли и холода, и внезапно он почувствовал сильный запах прелой листвы, грибов и во рту был горько-терпкий вкус каких-то ягод… А она тихо произнесла: — Найдите меня. Пожалуйста. Он смотрел на нее в недоумении и растерянности: — Но зачем вас искать, когда?.. Вот же вы! В ответ она только очень грустно улыбнулась. И тут ее оттолкнул какой-то пьяный йомен, который тут же и полетел кубарем от удара в челюсть… Но драки за этим не последовало, потому что с Гаем тут никто связываться не хотел — себе дороже. — С вами все в… — он повернулся, чтобы узнать не случилось ли с его собеседницей чего нехорошего, да так и умолк на полуслове. Ее не было. Минуту назад она стояла перед ним, а теперь — нет. Подумал, что она испугалась и ушла. И правильно сделала: эта забегаловка — неподходящее место для леди. Но они так и не договорили этого странного разговора, да и проводить ее не помешает — не самая безопасная часть города, мягко выражаясь… Гай бросил трактирщику плату за выпивку и покачиваясь пошел к выходу в надежде догнать леди Анну. Но снаружи ее тоже не было. Какой-то менестрель, подпирающий стену и тренькавший на лютне, в ответ на вопрос в какую сторону пошла леди в красной меховой накидке, покосился как на сумасшедшего. — Допился… — буркнул Гай самому себе, помотав головой. И решил, что надо вернуться в замок, как-то привести себя в порядок… А ночью сон пришел опять, и до рассвета тоскливо ныло сердце. — Локсли, что происходит? — Робин… меня зовут Робин!