День 10 — Джебраил/Тирзад, пьяный секс, PG-13, Джехт лучшая девочка
8 октября 2022 г., 20:04
— Я не пьян, — говорит Тирзад, хватаясь за чужую штанину, и тщетно пытается поднять себя.
Джебраил протягивает руку. Рука учёному не слишком помогает.
— По-моему, он пьян, — заключает Джехт.
— Однозначно пьян, — соглашается с нею Паймон.
— Просто в дрова, — подтверждает Люмин.
— Бип-бип? Бип-бип, — говорит Бенбен.
— Интересно, — думает вслух Джехт, — откуда у кабинетного учёного вообще нашлось что выпить? Мы же так далеко ушли. Мне казалось, он уже на первой стоянке всё выхлебать должен был. В пустыне нельзя столько пить. Иначе — как путешественница тогда сказала?
— “Мотор встанет”? — напоминает Паймон.
— Да! Мотор встанет! Я даже не поняла сначала, что это значит, потом поняла, что это про сердце. Сердце — это как мотор или “ядро”. Тирзад говорит, Бенбен с “ядра” запитан. Люмин очень умная. Хотя мало говорит, каждое слово у неё — как сокровище.
— Пошли, — говорит Джебраил, — отведу тебя в палатку. Там уже темно. Лучше тебе лечь пораньше.
Тирзад отводиться отказывается. Джебраил берёт его на руки, как ребёнка, и уточняет:
— Отнесу.
— Не оставляй меня, пожалуйста, — бубнит учёный. — Мне очень страшно по ночам в этой пустыне…
Джебраил пропускает мимо ушей его слова. Или нет. Во всяком случае, не возвращается он довольно долго.
— Бедняга. Я перестала спать с папой, когда мне было лет пять, — проводив папину спину взглядом, говорит Джет.
— Э-э. Не думаю, что Тирзад в таком состоянии понял вообще, кому что говорит… — Паймон растерянно чешет в затылке.
— Бип. Бибибип. Би-и-и-ип, — ехидничает Бенбен.
— “Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке”, — говорит Джехт.
— Это он сказал?! — изумляется Паймон.
— Нет. Это папа однажды сказал. Вообще, я не видела в своей жизни много пьяных людей, но на Тирзада, вроде, работает.
— Да, — кивает Люмин.
— Это точно, — кивает Паймон.
— Ну, ладно. Ничего страшного, — разводит руками Джехт. — Я думаю, все эти учёные на самом деле такие: снаружи дряхлые телом, но пятилетние дети внутри. Интересно, мама моя тоже такой была?
— “О мёртвых либо хорошо, либо никак”, — цитирует Паймон. — Знаешь такую поговорку?
— Я не имела в виду ничего плохого! — говорит Джехт. — Это же моя мама. Просто… это же очевидно, этот Тирзад её папе очень напоминает. И ему приятно проводить с ним время, пусть он виду не показывает. В общем, если мне до сих пор было бы пять лет, я согласилась бы поделиться папой, если всем от этого будет хорошо.
— А сейчас? — уточняет Паймон.
— Говорю, пускай спит с кем хочет и сколько хочет, — резюмирует Джет.
— О-ой, — ойкает Паймон.
— Бип, — ойкает Бенбен.
— Я опять что-то странное сказала?
