Gilded lily

      На полу из обработанного дуба были расположены несколько мягких и теплых пледов, которые, хоть и не были значительным декором, делали комнату короля уютней. Что же для больного Визериса было радостью? Конечно же его дочь Рейнира, а так же ее сыновья, которых тот принял и, поскольку их родила его дочь, защищал и считал истинными Таргариенам. Плевать было в его то годы на эти белые волосы и фиалковые глаза. Дети здоровые? Рейнира была счастлива стать матерью? Это самое главное.       Другой же радостью в жизни короля стали двое малышей, которые сейчас веселились на тканях перед ним. Джейхейра и Джейхейрис росли такими же крепкими и здоровыми детьми, чему король был очень рад. Своих детей, то бишь сыновей и дочь он тоже любил. К тому же так же горевал как и Алисента, когда их младший - Дейрон, в младенчестве помер от горячки. Но мужчине мешала совесть, которая, когда он осознал как сильно навредил женитьбой Рейнире, жалила его каждый день. Он просто не мог уделять этим детям своего внимания и так же ощущал вину перед ними, никудышный из него родитель.       Вторую же дочь он лелеял больше, видел в ней продолжение Рейниры, поэтому был так же очень рад внукам от нее и вот уже этим деткам не боялся дарить свое внимание и быть настоящим дедушкой, а не формальным по родстве. Вот и сейчас они навестили его вместе с нянями, играли в догонялки и куклы, а Визерис просто за ними наблюдал, подсказывая где же прячется то брат, то сестра. Здоровье не позволяло ему играть на равных, поэтому мужчина больше уделял время чтению с детьми. А ещё он очень любил сказки и вот сейчас, затуманенный от болезни и температуры разум, пытался выдать сновидения, можно сказать предсказание, за правду.       Приказав рыцарям помочь ему дойти с кресла-качалки до кровати, он улёгся на нее и подозвал детей ближе к себе. Те не захотели обниматься с дедом, поэтому расположились рядом, у кровати, играя каменными фигурками драконов. Визерис принялся рассказывать:       "Давным-давно на земли Вестероса пришел Эйгон Первый Завоеватель. В жёнах у него были две сестры, красивые и сильные, смелые и хитрые, Висенья и Рейнис. Рассекали они вместе чистое небо, зажигали огнем своих драконов, огромных, страшных и величественных, сие земли. Сжигали до тла врагов своих, прославляя Таргариенов на все континенты. Но был дан им сон, чуть ли не божественное откровение, что придет на эти земли зима.       Страшная, ужасная зима. Холод и мороз, слякоть и скверна будут распространяться по нашим землям, по землям, что так старались очистить наши предки. Сказано было - восстанут из мертвых тела и будет армия смерти двигаться все дальше и дальше, разнося беду, которая пришла с Севера"       Свечи, горевшие ярким огнем, затрепетали, а в комнате будто похолодело от рассказа. Служанки не обращали на сказку внимания, подумаешь, старый король опять хочет восхвалить своих предков. К тому же их отвлекла вошедшая в покои королева, которая жестом руки указала тем молчать и не перебивать короля.       "Как было выковано на клинке валирийском - наследник Льда и Пламени сможет изгнать сие зло с земель. Очистит он замки, поля и леса, очистит души умерших и уничтожит врагов, что таятся там, в льдах и вечной мерзлоте. Сказано было - имя ему, защитнику и храброму воину, что должен восседать на троне, Эйгон"       Королева правда почувствовала как ее тело пробрал этот вечных холод, о котором говорил Визерис. Дети были рады послушать очередную сказку, но для нее, женщины между двух огней, это стало последней каплей. Почему-то именно сейчас, после слов мужа и предсказания, что именно названый Эйгоном станет спасителем Вестероса, ее душа перестала переживать, перестала болеть и кровоточить. Это точно знак свыше - ее сын, Эйгон Второй, станет королём, потому что так надо, надо же оправдать себя.       Да простит Алисенту Рейнира. ....       Рейниру будто раздирают на куски, выпивают всю кровь, разрывают внутренности, ломают кости. Она воет от боли и горя, ей никогда не было так больно на родильном ложе как сейчас. Она находится в водовороте красок, комната крутится и вертится, в глазах двоится, а рядом бегают служанки принося то воду, то чистые тряпки. И наконец женщина издает последний, истошный крик, чувствует опустошение и опускает взгляд вниз. Ребенок не кричит, он не дышит вообще. Вот так, сидя на полу в луже собственной крови, Рейнира Таргариен крепко прижимает к себе свою мертворожденную дочь, которая была названа Висеньей.       Женщина широко раскрывает глаза из которых текли слезы. Дышать было очень тяжело, лёгкие будто отказались поглощать воздух. Со лба стекали капли пота, скользили по шее, скрывались под тканью ночной рубашки. Сначала в глазах правда двоилось, не давало прийти в себя, опомниться, успокоить бешено стучащее сердце. Но через несколько минут паника отступила, Рейнира смогла сесть на кровати. Подсознательно руками провела по простыне, проверяя нет ли крови на ткани. Легче от ее отсутствия не становится и принцесса в попытках успокоиться прижимает коленки к груди, обнимает сама себя. Новая волна плача скоро настигает ее и Рейнира не хочет сдерживаться - этот кошмар сильно напугал, слишком уж реальным он был.       Не помнит сколько она просидела в одной позе, но была вынуждена встать, тело уже болело, а ноги онемели. Прошла к зеркалу и грустно шмыгнула носом. Взяв гребень начала расчёсывать непослушные, чуть завитые на концах пряди. Рейнира находила этот процесс очень приятным и успокаивающим, она любила, когда мама так делала или заплетала ей косы. Потом умылась холодной водой, которую принесла на ее просьбу сонная служанка, какая-то новенькая, Маргарет на месте не нашлось, и прошла обратно к кровати. Та прогнулась под весом ее тела, будто зазывала лечь полностью и заснуть крепко-крепко, но Рейнира боялась, что как только закроет глаза - увидит опять реалистичный кошмар.       Подумав немного, накинула на плечи тонкую шаль, дабы не светится в одной сорочке, и вышла из комнаты через тайный ход. Пусть охрана думает, что она сладко спит в кровати. Тихо шагает по каменному полу, прячется за поворотами когда слышит шум доспехов.       Останавливается у окна, осматривает маленький внутренний дворик. Взгляд стремится вдаль - к безграничному горизонту, где-то туда, откуда приходят волны, туда где скрываются и сливаются в единое пятно черепица домиков.       Сзади раздаются тихие, слишком тихие шаги и Рейнира набирает воздух, да побольше, стараясь унять стучащее сердце. По спине ползают мурашки и проходит неприятный холодок. Набравшись смелости, она поворачивается к пришедшему к ней человеку, а ногти впиваются в нежную кожу ладоней. - Опять пришла пытать меня? - голос еле слышен, но эхо расходится грохотом по пустому помещению.       Силуэт матери же стоит в нескольких метров от принцессы, на лице опять та нежная и ласковая улыбка. Но Рейнира не хочет поддаваться панике и ощущать ужас ещё раз, она сыта отчаянием по горло. Кое-как развернувшись, женщина старается уйти как можно дальше от призрака, но ее тело само остановилось когда в спину заговорили. - Все будет хорошо, моя доченька. - Голос матери будто звучал в голове и Рейнира была готова поверить, что правда сошла с ума. - Ты запуталась, ты напугана.. Но все будет хорошо.       На глазах появляются слезы, она все ещё хочет вернуться в объятия матери, но из уст вылетает только: - Зачем ты..Я так скучаю по тебе.. А ты что? Зачем устроила мне эти пытки? - Шаг за шагом отдаляется, не разворачиваясь, через силу пытается убежать от призрака. - Даже не думай, что я опять пойду за тобой.. Говоришь, что все будет хорошо, называешь любимой, но в прошлый раз это чуть не закончилось смертью!       Она надеется, что ее крик не услышать охранники, не прибегут и не увидят ее. И к счастью женщину не услышали, она все так же сама стоит в коридоре, на ватных ногах пытается вырваться из видения, но коридор, как будто в страшилке, которую рассказывают в походах у костра, отдаляется от нее и кажется бесконечным. - Я помогаю как могу, мой маленький дракончик.. - голос матери такой ласковый, такой родной. - Он ведь спас тебя.        Рейнира резко оборачивается, чтобы посмотреть на мать и попросить повторить, уж слишком большой акцент призрак сделал на ее спасителя, но коридор пуст. Эймма будто играет с ней, но теперь Рейнире не так страшно. Чем больше смотрит в пустой коридор, который опять стал нормальным, а не уходит из под ног, тем легче становилось на душе и наконец-то Рейнира почувствовала облегчение. В какой-то момент металась между продолжать прогулку или идти в свою опочивальню, но возвращаться в покои действительно не хотелось, особенно после случившегося. Бродила туда-сюда по проходам в поисках неизвестного, и сама не поняла как ноги привели к спальне Порочного Принца.       Удивляется, что охраны совсем нет, но потом хихикает и понимает, что Деймону не сильно то и нужны сторожи, он сам себя сможет защитить. Одна ладонь захватывает ажурную ручку, другая же ложиться на саму дверь из красного дерева и всем телом толкает вперёд. Без стука или вопроса, а можно ли было вообще входить, проскользнула внутрь и застыла на месте. Рейнира надеялась, что мужчина спал и у нее есть несколько минут на собраться с мыслями и отфильтровать, что же говорить дяде прежде чем будить его. Но ее маленьких надежда лопнула.       Закрыв за собой двери, она прошла к широкому креслу, которое было расположено напротив камина. Было странно зажигать камин в такую пору года, но кто она чтобы осуждать. На столике рядом расположен поднос со стеклянной бутылкой, в свете огоньков сосуд светился красным, почти что бурым цветом от вина внутри. Кубок, видимо из одного с бутылкой набора, сейчас красовался в руке у Деймона и был уже осушенным. Руки Рейниры огладили спинку кресла и плавно переместились на плечо мужчины. Тот даже не вздохнул, накрывая свободной рукой ее ладонь. - Не боишься, что я могла оказаться наемным убийцей? - Их пальцы переплетаются и Деймон поглаживает ее ладошку. - Убийцы не заходят через главные двери, - мужчина лишь улыбается, - и не стоят на входе несколько минут, перекачиваясь с ноги на ногу.       Рейнира не может сдержать ответной улыбки, глаза лукаво сияют. Деймон осматривает женское лицо и замечает, что хоть женщина и кажется веселой, в тоже время подавлена, скорее напугана чем-то. Он, сильнее сжимая их пальцы, тянет руку принцессы на себя. Рейнира со вскриком падает на мужчину, а тот ловит ее в свои крепкие объятия, прижимая к себе. - Расскажи, что беспокоит, моя королева. - Его тихий шепот успокаивает.       Устроившись на сидящем принце поудобнее, Рейнира утыкается носом в изгиб шеи, вдыхая запах Деймона. Слышит так же ноты женских духов, духов Мисарии, что конечно же злит, однако сейчас она хочет успокоиться, побыть в тишине и покое, а не ссориться с Деймоном по поводу его измен. Да и измены ли это вообще? Они не связаны браком, тем более между ними нет брака по валирийским традициям. А женщине и не хотелось такого рода свадьбы с этим мужчиной. Скорее в ней бурлило чувство гордости, да и Рейнира собственница, Деймон должен принадлежать или ей, или никому.       Раздумия привели ее к вопросам будет ли Эймонд изменять ей? Будет верен? Она надеялась, что парень будет смотреть только на нее. За этот год Рейнира, опытная и взрослая женщина, твердо решила, что питает больше романтические чувства к брату, нежели простую привязанность. Да и она была крайне благосклонна к нему, как и к Хелейне, однако если сейчас будет помогать им, зелёным, Деймон может отвернуться от нее. Вот если бы Деймона не было.. - Рейнира..- шершавые пальцы с нежностью провели от скулы до подбородка, поглаживая кожу. - Приснился кошмар, - Рейнира закрывает глаза, пытаясь попробовать заснуть и надеется, что ужасы не настигнут ее хотя бы тут, - вот и не могла найти себе места. - Ты пила настойки? - пальцы провели от лица к шее, а после Деймон стал поглаживать волосы женщины. - Такое уже раньше было. - Ещё нет, надо опять сказать лекарю поухаживать за мной. - Рейнира тихо смеётся. - Верно, когда умерла мама. И потом через несколько лет, но они были не продолжительными. Я уверена, что это не симптомы, а просто.. На нервной почве? - Ведения не мучают? - Ресницы Рейниры задрожали и это не скрылось от глаз Деймона, однако она все ещё умалчивала происходящее. Мужчина отпил алкоголь и с громким звуком поставил чашу на тумбу рядом. - Мне крайне не нравится, что ты стала скрывать от меня подобные мелочи. Знаешь, может ты решила скрыть нечто большее? - Что например? - Рейнира недовольно закусила губу, сегодня явно не ее день. - Я вижу, как ты смотришь на того сопляка, любовь моя, - его глаза горели ревностью, - я уже не устраиваю тебя? - Что ты, дядя, - сердце пропустило удар и Рейниру будто облили холодной водой. Ее пальцы впились в его плечи, злость и усталость взяла верх, уже не было дела до самоконтроля, - всего лишь иду по твоим стопам. Опоздала правда на два года. - По моим стопам... - Лицо Деймона украшает довольный оскал. - Хочешь отвести его в бордель? Боюсь, мальчишка там уже бывал, тебе не удастся увидеть смесь стыда, интереса и жар огня на его лице, который узрел я с тобой.       Рейнира недовольно шипит и пытается встать с колен мужчины, но тот лишь сильнее прижимает ее к себе, не давая возможности освободиться или даже ударить его. - Ты все ещё обижена на меня за тот случай? - Спокойным голосом спрашивает, когда принцесса оставила попытки вырваться и теперь стоит более-менее спокойно. - Я обижена, что ты тогда оставил меня. - Ее грудная клетка вздымалась так, будто внутри, под кожей, набиралось пламя. - Но ведь.. - Замолчи!       Рейнира выдирает руки из хватки Деймона и наконец-то встаёт. Рука нащупывает бутылку с остатками сладко-горького напитка и женщина, которая могла позабыть с родными людьми о манерах, отпивает алкоголь с горла. Напиток обжигает все внутри, не больно, наоборот в висках начинает приятно стучать кровь и Рейнира хочет сделать ещё несколько глотков. Мысли в голове путались, но женщина сумела кое-как собраться и молвила: - Меня раздражают не видения, а то, что мы стоим на мертвой точке, а нам надо бы готовиться лучше. И в дипломатическом направления, и в военном, Деймон. Хайтауэры и Ланистеры против нас, Старки нейтральны, а Баратеоны не известно, старик был за меня, но новый лорд..Мы постараемся склонить его на нашу сторону. А ещё есть несколько великих семей, которых надо уговорить поддержать меня, но мы этого не делаем. Благо хоть на счёт Веларионов не беспокоюсь, но этот, - Рейнира вскидывает руки в стороны, активно жестикулируя, - Веймонд! Все никак не успокоится и продолжает напоминать, разнося вражду между нами, что мои дети бастарды! Я устала, Деймон, устала держать тебя в узде, устала контролировать детей, устала пытаться решить все мирно! - Я не буду лезть на рожон, Рейнира. - Мужчина смотрел прямо в ее глаза, слушая тираду. - Не в твоём стиле сидеть тихо. - Она недовольно поджимает губы. - Я уверена, у тебя есть план действий. За политиками просмотрю, не зря же училась и сейчас участвовала в собраниях, встречала дипломатов.. - Я буду ждать пока брат встретится с Эйммой, - Рейнира вся напрягась, - тогда мы уничтожим их всех. Мы не готовы нападать сейчас, хоть и есть войско, но мало союзников, которые признают твои притязания на трон. Они лишь формально признали тебя перед Визерисом, но вне зала, поверь мне, уже считают королём Эйгона. Старые псины вроде них надеяться подмять королевство из-за слабости этого щенка.       Рейнира была вынуждена согласиться, но не могла признаться в слух, что ещё на начале своего пути отказалась становиться королевой без короля. Уже тогда, будучи наивной девицей, понимала, что для их общества слишком рано видеть женщину на троне. Для людей надо вводить подобное постепенно, иначе черные получат не только зелёных во враги, но ещё и озлобленный народ, который наречет Рейниру захватчиком и все усилия будут напрасны.       Сначала нужно найти поддержку для них в виде королевы-консорта, но на ее первенца, Джейкериса, уже наложен негативный след в виде слухов о нечистой крови и рождении вне брака. Им, черным, надо стараться вдвое больше чтобы показать себя с лучшей стороны и уничтожить зелёных на всех фронтах, а не только тыкать всем в лица словами Визериса о наследнике. - Старки и Баратеоны наша первая цель, Рейнира. Я могу отправить Бейлу и Рейену к Старкам, девочки прижмут их и те, кто вырос в песнях о чести, не смогут предать тебя, законного и утвержденного королём наследника. А Баратеоны.. - Мои дети. - Рейнира перебила мужчину и, сделав последний глоток из бутылки, продолжила. - Можно отправить туда мальчиков, пока мы будем готовиться к битвам, если те будут в будущем. Так сможем показать и умения сыновей к дипломатическими переговорам. Если все пройдет успешно, их могут признать на арене и смотреть всерьез. - Стоит вернуться на Драконий Камень вместе с Веларионами, - Деймон откинулся на спинку кресла и закрыл глаза, - там уже с ними обсудить план, взвесить все за и против. Мысль Рейнис особенно важна, нам нужна Мейлис. - Да и глава дома больше она, - женщина тихо хихикает, - хоть и неформально. Что нам делать с Лейнором? - Я решу этот вопрос. - Голос Деймона звучит крайне уверенно и надменно. - Он был бы отличным новым лордом Веларионов, но, к его же сожалению, пока он твой муж, он станет королём. - Он ласково улыбается и именно это, в контексте разговора, Рейнире не нравится. - Ты же понимаешь, конкурент мне не нужен. - Веларионы могут предать нас если ты убьешь его.       Деймон на это лишь слабо улыбнулся, чувствуя усталость и сонливость, глубокая ночь давала о себе знать. - Кто сказал, что я убью его? Скажем, какие шансы что недовольный его действиями слуга решит отомстить господину? - Рейнис не поверит, особенно после потери Лейны, - Рейнира недоверчиво смотрит на любовника, - ты знаешь насколько Лейнор ей важен. Так же как мне мои сыновья. - Корлис будет десницей и он, ослеплённый этим титулом, сможет уговорить жену.       Рейнира ничего не отвечает, Деймон же считает это молчание за согласие, а после слышит тихие шаги женщины, которая проходит вглубь комнаты. Посидев ещё немного, принц поднимается со своего места и идёт за Рейнирой, по пути успевая снять рубашку. Откинув занавес кровати, его глаза впиваются в принцессу, которая успела уже удобно расположиться на его постели и сейчас, игнорируя все, пыталась наконец-то заснуть.       Штаны падают где-то недалеко от кровати и мужчина, оставшись в одном белье, ложится рядом, пытаясь отвоевать у своей леди одеяло. Та смеётся и разворачивается к нему. Вот так, лежат в тишине и просто наслаждаются друг другом, будто вообще не ссорились. Порочный Принц укутывает их, обнимая Рейниру, а после их объединяет достаточно страстный поцелуй со вкусом алкоголя и Деймон, увидев возможность снять напряжение, распускает руки. Но Рейнира не отвечает ему сейчас взаимностью, лишь дарит ещё несколько поцелуев, говоря что устала. А мужчина, не желая брать свою леди насильно, отступает, а потом довольно урчит, когда женщина сопит, погрузившись в приятный ей сон. Деймон будут беречь сладкие сны, а потом убьет мальца, который осмелился позарится на его сокровище.