Gilded lily

      Эймонд вернулся домой тем же днём, удивляясь что Вхагар может так быстро передвигаться. Сама драконица была вдоволь сыта и сейчас отдыхала, а Эймонд же поспешил отдать положительный ответ от Борроса матери и наконец-то отдохнуть хотя бы час-другой. Первой мыслью был сон, что парень попытался осуществить, но сняв с себя плащ понял, что сначала надо принять ванну, а не ложится на чистую постель грязным животным. Приказал сразу же слугам приготовить банную комнату, правда, размеры его опочивальни и расположение не позволяли построить ее рядом и приходилось обойти чуть ли не весь замок чтобы добраться туда.       Новый слуга оповестил Эймонда что все приготовления окончены и тот сразу же отправился к воде. Банная комната принца была построена позже, обновленная и закрытая, а ещё огромная. Это была большая комната из красного камня и мрамора, из декоративных элементов были колонны и вазоны с цветами, которые принесла позже Хелейна. Эймонду цветы и другие растения были тут не нужны, однако и не мешали, а женщина так старалась, выбирала какой именно вазончик поставить в том уголке, а какой тут, совсем у края воды. Саму же ванну вырезали в камне мастера скульптуры, больше бассейн, а не привычная на ножках из металла.       Вот и сейчас парень, полностью обнажившись и приказав слугам уйти, погрузился в горячую водичку, в которую сам же перед этим добавил эфирные масла. Не типичные для мужчин запахи корицы и жасмина наполнили комнату и ароматы полностью открылись из-за пара. Окунулся с головой и наконец-то почувствовал как тело расслабилось, а мышцы приятно заныли, когда принц решил проплыть, хоть и очень малую дистанцию от борта к другому бортику. Облокотившись на него, попытался очистить голову от лишних мыслей, но взамен жестоким расправам над неугодными ему лордами, пришло разыгравшийся воображение.       Закрыв глаза, повязка лежала где-то на лавке у входа, сразу стали вырисовываться пикантные сцены с объектом его обожания. Вот Рейнира плавно снимает с себя лёгкую ткань рубашки, оставаясь полностью нагой перед ним. Осторожно ступает в воду и лишь окунается. Волосы красиво бы легли на ее плечи, а капли бы стекали по телу. Вот его взгляд цепляется за капельку, которая медленно стекала с шеи на грудь, а потом вниз по животику, заставляя Эймонда рассматривать женщину, которая была крайне соблазнительна.       Чувствует как жар наполняет его всего и не планирует сдерживать себя - рука обхватывает член. Неспешно водит по нему, все так же воображая рядом любимую. Та в новой сцене уже совсем рядом, держится на против, ничего не говорит, лишь зазывает взглядом. В воображении Эймонд тянется к ней, целует мокрые щеки, оставляет легкий поцелуй на губах, спускается к шее и ловит губами несколько капель ароматной воды, которые текли к налитой груди. Руки осторожно сжимают талию, опускаются вниз. Кусает за плечо и заглядывает в глаза, хочет увидеть реакцию, а нравится ли ей.       Дыхание Эймонда сбивается, грудная клетка вздымалась все чаще и чаще, так же как и ускорялись движения руки. И вот, как казалось, тело должно ощутить разрядку и сладкую негу, как в ванну без спроса заходит Хелейна с какими-то баночками в руках. Эймонд впопыхах дёргается, весь красный и возбуждённый, а затем чуть ли не рычит на девушку. Та лишь с непониманием посмотрела на него и прошла к брату, который держался за бортик, не в состоянии выйти из воды из-за все ещё стоящего члена.       Принцесса садится на колени, мрамор был слегла влажным и отдавал холодом через ткань осеннего платья. Баночки, которые были схожи на косметику, а не на посудины с мазью, Хелейна поставила рядом, а сама же протянула руки к волосам брата. Эймонд же, стараясь сохранить спокойствие и не выдать желание, приподнимается на локтях, оголяя торс, и позволяет сестричке делать все, что захочет душа. А та лишь пытается проявить заботу и поухаживать за гордостью Таргариенов - волосами, которые явно пострадали от сильных дождей, ветров и простой грязи, поскольку сам принц, хоть и отращивал гриву, не сильно то заботился о ней.       Хелейна открывает стеклянную банку и набирает немного какой-то мази, что безусловно приятно пахла. Эймонду лишь остаётся покорно принять заботу и жмуриться от нежных прикосновений к коже головы. Тишину разбавляла принцесса, которая рассказывала что делала эти несколько дней, что смогла сделать и связать, а что хочет вышить в будущем. Так же нажаловалась на сына, который стал слишком уж активным и достаёт сестричку, что была такая же спокойная и замкнутая как мама. И вот Хелейна обмолвилась, мол Эйгона не видно, где же он опять бродит, а Эймонд ничего не ответил, притупив взгляд. Расскажет ей о побеге мужа когда обстановка будет подходящей. Их общение прервал слуга, который и так не смог выполнить приказ и уединение принца нарушила сестра, так и теперь к ним хочет присоединиться новый лорд Стронг. - Какое интересное место он выбрал для аудиенции. - Эймонд усмехается и разрешает мужчине войти. - Хелейна, тебе надо уйти. Не думаю, что Ларис захочет обсуждать нечто приятное.       Женщина кивает, закрывает мази с настойками из овсянки и разных трав, а потом наклоняется к уху Эймонда и шепчет: "Меня опять настигло видение, брат. Паук или паутина я не поняла точно, укажет нам верный путь". После поднимается с коленей и, придерживая мокрый подол платья, идёт к выходу, где встречается с лордом Ларисом, а принц смотрит ей в след, к видениям сестры стоит прислушиваться.       Ларис склонился перед ней и все так же хромая прошел к Эймонду. Принц вообще будто не собирался проявлять хоть капли уважения и лишь с ухмылкой смотрел на собеседника, оставаясь в ванной. Благо Хелейна успела смыть настойки и принц выглядел уверенным, а не смешным с пеной на голове. - Не очень подходящее время, не считаете? - Эймонд расставляет руки по бокам на мраморном бортике, совершенно не стесняясь наготы. - Как раз подходящее. - Мужчина улыбнулся и подошёл чуть ближе. - Лорды волнуются о принце, как и об принце Эйгоне. Меня отправили лишь подтвердить что вы в безопасности и находитесь рядом. - Тогда уходи. - Эймонд вскинул подбородок вверх и смотрел с неким пренебрежением. - Благодарю, что выполняешь свою работу, королева даже доверяет вам наши жизни. - А я как благодарен ей..- лорд Стронг будто и не хотел уходить, осматривает краем глаза банную комнату. - Не подскажите где находится Эйгон? Вы ведь постоянно искали его. - А вы не знаете где? В ваши то годы не знать где находится бордель несколько позорно.       Эймонд поднимается с ванны и проходит к лавке, где лежали полотенца. В свете лучей тело молодого дракона будто светилось огнем. Будь Ларис молодой девушкой, точно бы расставил ноги перед ним, но мужчина заинтересован немного в другом. Все так же смотрит на Эймонда и опирается на трость, принц же закрепляет полотенце на бедрах и разворачивается к нему. - Что-то ещё? Разве я не сказал тебе уйти? - Не стоит злиться, - Ларис неприятно улыбается, - нам предстоит очень долгое сотрудничество, верно, будущий король?       Мужчина смеётся внутри, ожидая паники на лице принца, однако на скульптурном лице не проявляется эмоция ярости, лишь глаз темнеет, а драгоценный камень засиял ярче, будто зажёгся изнутри. Хоть Эймонд и не показал явного волнения и растерянности, однако внутри все же испытал некое смятение. Ларис узнал о побеге Эйгона? Если да, то как? Кто-то рассказал ему или они были не аккуратны и мужчина их заметил? А если не знает и просто проверяет? - Держи язык за зубами, Ларис. - Эймонд решает пойти в атаку. - Будущий король Эйгон. - Не могу согласиться, принц, но раз вам так удобнее. - Ларис пожимает плечами. - Понимаете, в портах Баратеонов сейчас не спокойно, куча разбойников развелось. Слышал, как раз в дни вашего отсутствия, группа морских грабителей напала на корабль возле залива Кораблекрушений, ну, остров Тарт. - Он выглядел расстроеным. - Меня удивило редкостное совпадение - на берег выкинуло тела и среди них был молодой парень с белыми волосами и странного цвета глаз. Конечно, нас там не было и мы не можем утверждать, но, - Ларис улыбнулся и слегка поклонился Эймонду, заговорив шепотом, - вы же понимаете к чему я клоню. Эймонда словно облили холодной водой,       прям с осколками льда. Словно по нему ударила молния и он сейчас умирает в конвульсиях. Словно его разрезали на сотни кусков, пробили плоть ржавыми копьями, а то что осталось сейчас выедают животные. Лорд Стронг сейчас намекнул что брат мертв? Но самое главное, как он может знать все это? Кажется, будто каждая клетка тела была в миг пронизана ненавистью и неверием в свои же догадки. - Что ты сделал, Ларис? - Голос был наполненный гневом и отдавал слабым эхом в помещении. - Лишь помог вам довести дело до конца.       Ларис был правда горд за свой поступок, он смог сделать так, чтобы наемники добрались вовремя и смогли убить ненужного уже парня без лишних вопросов. Жалко было лишь дракона в Яме, тот выл не жалея сил. А так, разве он не сделал хорошо всем? Хотя тут были сомнения - недалекая пешка лучше чем умный король, однако уже было поздно, а мертвых вернуть нельзя. В любом случае мужчина хотел убрать Эйгона потом, может через год после коронации, а тут появилась хорошая возможность. И он, успев магическим образом ликвидировать первого кронпринца, был уверен, что Эймонд обрадуется или хотя бы согласиться на такой поворот событий, однако, к его великому сожалению, парень отредактировал не по плану.       Вместо хотя бы принятия насильной смерти брата, Ларис видит как ходят желваки на лице принца, как глаза прожигали его тонной различных эмоции, будто Эймонд не мог понять, что чувствовать и делать дальше. Тут лорд был прав, Эймонд правда не знал что делать, не мог определиться. Он не хотел пачкать руки в крови слишком сильно, хотел показать лишь свою мощь, напугать, заставить признать его. Хотел осуществить задуманное хоть и быстро, но без террора и лишних жертв. Он правда хотел чтобы Эйгон жил. Да, безусловно принц презирал привычки брата, его отношение к сестре и к своим обязанностям. Но Эйгон был его семьёй, был частью его жизни и Эймонд попытался сделать тому хорошо - помочь убежать и зажить без тяжести ненужной ему короны.       Но Эймонду не дали этого сделать. Его доброе намерение стало причиной смерти Эйгона. Тогда зачем вообще сдерживать внутренние порывы и пытаться сохранить жизни таким как Ларис? Хорошо, Эймонд взойдёт на престол как Жестокий король или узурпатор. Он прольет кровь, если того так настойчиво требует судьба.       Ларис, с учётом его физиологической проблемы, не смог быстро среагировать, когда Эймонд, терпение которого уже иссякло, резко кинулся в его сторону и схватив за верхнюю одежду сбил с ног. Из-за неожиданности мужчина не успел хоть как-то среагировать и защититься. Удар об мрамор был достаточно сильным чтобы потемнело на несколько секунд в глазах от боли. Правда, опомниться ему помогла вода, в которую его окунул Эймонд. Забившись в панике, Ларис лишь сильнее провоцировал принца давить вниз, дольше придерживая голову лорда в воде.       Стронг пытается ухватиться за что-то, под руки попадается неприкрытая кожа парня, на которой утопающий оставляет кровавые полосы. Однако боль лишь раззадорила Эймонда и показала, что он движется в нужном направлении. Пусть Ларис надеется что-то сделать, но ничего ему уже не поможет, а лишние телодвижения лишь усугубят положение. Он как рыба пытается набрать такой желанный сейчас воздух, однако вместе с тем глотает все больше и больше воды, пока не чувствует резкую боль в груди, а потом тело перестаёт его слушаться.       Эймонд, увидев что тот становится все менее активным, хоть и активным утопающего назвать сложно, ослабил хватку. Сразу же после этого мужчина и вовсе перестал двигаться, а кожа стала синеватого оттенка. Принц перестал придерживать голову и туловище Стронга, и тело под собственной тяжестью упало с борта в ванну. Ларис, которого держала на поверхности лишь вода, был так и оставлен в банной комнате. Эймонд лишь на словах приказал слугам и страже не входить туда, закрывать он ее не захотел. Ну, найдут Лариса и что дальше?       Сейчас Эймонд же, не оповещая ни мать, ни деда, ни совет, собрал верных ему воинов. Рыцари лишних вопросов не задавали, подготовились к походу и по первому же зову Эймонда двинулись с ним в Речные Земли. Слуги же оповестили Хайтауэра о действиях принца, однако тот ничего не предпринял, кроме как отправить гонца к принцу, которого Таргариен игнорировал весь поход. Пусть Отто сидит в замке и молится, дабы принц Деймон не напал на них, пока вся мощь зелёных куда-то улетела, прихватив добротную часть опытных воинов.       Зловещий замок Харренхолл, у которого имелась дурная слава, встретил Эймонда и его войско мертвецкой тишиной. Сейчас он принадлежал семье Стронгов, однако был все так же заброшен. В осеннем тумане, Харренхолл стоял как великан, который вот-вот раздавит тело и сравняет с землёй. Эймонд безусловно слышал о том, что замок огромен, однако не на столько чтобы войску, которое уже решило что их цель в нескольких часах езды, пришлось ехать ещё целых два дня. Пять башен крепости на фоне золотистого пейзажа выглядели как уродливые, безобразные постройки, которые своими вершинами пытались разрезать небо. Подлетев же ближе, Эймонд сравнил их со свечами, которые уже выгорели и гнили, а от былого идеального воска и следа не осталось, если эти башни хоть когда-то были красивыми.       Пока рыцари принца были в сотнях метров от Харренхолла, принц уже был над замком, а Вхагар нетерпеливо рычала, предчувствия реки крови и инстинктивно понимая настроение своего наездника. Эймонд же, который не смог выпустить пар за дни поездки в Речные Земли, сейчас разглядывал крепость и пытался увидеть людей, хотя бы понять приблизительно численность. Однако что высота, что ветер, что густой туман не давали этого сделать. Когда же рыцари начали трубить, сообщая Стронгам о своем присутствии, будто они дракона не увидели, Эймонд решил не тянуть. Вхагар полетела вниз, цепляясь длинными и острыми когтями в стены Вдовьей башни, разрушая и так потрёпанный камень. Башня не смогла полностью выдержать удар, стена на которой пыталась удержаться драконица, частично обвалилась, а сама Вхагар приземлилась на земле внутреннего двора.       Вхагар, а тем более Эймонду, который верхом на драконе был в безопасности, разрушение одной из башен вреда не принесли. Когда же пыль, куски камня, древесины и какого-то расплавленного давным-давно металла осели, принц спустился на землю и осмотрел место вокруг. Никто из жителей не пострадал, наверное к сожалению. Принц не спешил, дождался звука копыт и голосов собственных рыцарей. Оставив Вхагар саму на себя, он неспешно двинулся к ним, проходя дворы и подмечая насколько тут все гигантское. Созданное будто не для людей, а для великанов. На встречу Эймонду бежал мужчина средних лет, наверное уже даже под пятьдесят. Принц остановился в метрах от него и, сложив руки за спиной, стал ждать пока тот не подойдёт к нему. - Приветствую, принц Эймонд, - мужчина слегка дрожал, может от холода, а может от страха, - меня зовут Саймон Стронг. - Он учтиво поклонился. - Сейчас, пока глава нашего дома в столице, я занимаю место управителя. Чем же наш дом может помочь принцу? - Понимаете, у нас возникла небольшая проблема. - Эймонд ухмыльнулся и осмотрел мужчину с ног до головы. - Ларис был снят с должности в малом совете. - Как так? Даю слово, милорд, Ларис всегда все делал ради королевства и народа! Если он сделал какую-то ошибку, то это чистая случайность и он исправится!       Саймон слишком сильно разнервничался и Эймонду даже стало на секунды жаль старого человека. Вокруг уже стали собираться люди, среди них немного женщин, больше старых мужчин и детей. Сзади же стали группироваться его рыцари, ждавшие только приказ. Парень отошёл от старика и ступил на устойчивый камень, который остался от разрушенной башни и удачно упал, расколовшись, на двор. - Я, принц Эймонд Таргариен, прибыл в Речные Земли, в замок Харренхолл.       Его хриплый и тихий от природы голос достигал людей возле стен с лёгкостью и казался очень громким. Перепуганные люди, которые явно не были в состоянии шуметь, явно облегчали работу. Парень стоял гордо, ровная осанка и уверенный взгляд на людей, которые надеялись на приятное послание. Руки он сложил в своей привычной манере, за спиной в замок. - У меня для всех вас две вести и обе, - он улыбнулся, - не очень радостные. Первой из них, о которой уже услышал Саймон, стал ваш лорд. Ларис Стронг был обвинён в покушении на правящую семью.       Женщины в переднем ряду охнули, а мужчины смотрели на принца с неверием в глазах. Где-то сзади послышались выкрики: "Не верю! Ложь!". Эймонд же поднял руку, дабы народ успокоился и дослушал. Рыцари принца начали быть по щитам призывая людей к тишине, им же было не важно что там говорит их лидер, главное исполнить его волю. Эймонд продолжил: - Ларис Стронг, забыв свое предназначение и обязательства, убил первого сына покойного короля Визериса, моего старшего брата - Эйгона Второго Таргариена. - Эймонд видел страх в глазах людей, а побледневший Саймон, который чуть на колени не упал, его развеселил. - Властью данной мне, как члену королевской семьи, я вынес приговор для предателя - казнь, которая уже была совершена.       Одна женщина упала в обморок и двоим рыцарям пришлось оттащить ее в здание рядом, другие же не сдерживали слезы. Они понимали, что покушение на монарха тяжёлый грех, но почему принц и войско тут? Как для посыльного слишком уж важная персона, да и с приличной охраной. Эймонд спустился и наклонился к Саймону, который уже еле-еле держался на ногах. - Мне насолил что старший Стронг, что младший. И сейчас я более чем уверен - предал один, предаст и другой. Кто же из вашей общины решит поднять меч против меня в дальнейшем? - Никто, милорд, никто! - мужчина уже правда упал на колени перед Эймондом и почти что бился лбом об землю. - Помилуйте нас, это все Харренхолл! Точно вам говорю, замок проклят и он наложил на Лариса злые чары! - из толпы долетел женский крик: "Это все та ведьма!". - Можете винить кого угодно в ошибках. Хоть крепость, хоть меня, хоть злую судьбу, но вы - предатели короны и заплатите поголовно. - Эймонд достает из ножен меч и голова старого рыцаря летит в сторону, а тело падает и окрашивает землю под собой кровью. - Казнить всех! От стариков до новорожденных мальчиков!       Рыцари Таргариена сделали своё дело и даже больше: они нашли мужчин семьи Стронгов в деревнях рядом. Сам же Эймонд казнил пленников в замке, оставляя в живых лишь девочек и женщин, а так же тех, кто к Стронгам не принадлежал. Череда смертей закончилась через несколько дней, а гора из отрубленных голов была больше метра в высоту. Тела же людей принц скормил Вхагар, не позволяя женам или дочерям провести религиозные обряды.       Такая жестокость помогла ему сбросить накопившиеся эмоции. Пропал гнев, ненависть и жажда битв. Взамен пришло осознание что казнь всех мужчин из древнего рода была слишком яркой, заметной и жестокой чтобы пролететь мимо народа за пределами Речных Земель. Поэтому он предположил, что чёрные скоро узнают местонахождение принца. Поэтому, когда воины вдоволь напировались, он отдал приказ провести последний пир и собираться обратно, в гавань. Остаться тут должен лишь один генерал, который под видом слуги в будущем доложил бы о прибытии черных, если они решат сюда прилететь и сразиться с Эймондом.       Рыцари и слуги, которые обслуживали гостей все это время праздновали в малом зале Харренхолла, однако он был даже больше чем главный зал Красного Замка. Пиры не были шикарными, но еда вкусная, а алкоголь не дешёвый, хоть и быстро кружил голову. В стакан Эймонда все подливали вино и парень уже устал надпивать его, дабы не вылилось.       Взяв в руку бокал, он вышел из зала, оставив рыцарей одних. Неспешно решил вернуться в свою комнату, которую ему подготовили в Королевском Костре. Из окна, в четыре раза больше чем он сам, осмотрел крепость. Вид был все такой же мрачный и унылый, а деревья хоть и были оранжевого и жёлтого цветов, но не предавали пейзажу осенних, теплых нот. К тому же сейчас ночь и свет факелов не сильно освещал что помещения, что дворы, усиливая тьму в замке, которая, как казалось, въелась в каждый уголок Харренхолла. А птицы и летучие мыши, что появлялись изредка и кряхтели на ветвях уюта не доставляли. - Идеальный выбор для темной магии. - Эймонд отпивает алкоголь и наслаждается фруктовым послевкусием. - Вы правы, тут и правда потусторонние силы ощущаются ярче.       Женский голос раздался сзади и Эймонд резко развернулся в сторону, которая была предположительно верной. В темноте коридора Харренхолла тонкий стан был едва заметен, но женщина шагнула вперёд и он смог увидеть ее лицо. Худое с острыми чертами лицо, об эти скулы можно было порезать губы при ласковых поцелуях, Эймонд уверен. Черные, как крылья ворона волосы были слегка взъерошенными и распущенными, а глаза смотрели сквозь парня, куда-то в глубины его души.       Стройная фигура была обтянута красивым, хоть и достаточно простым платьем. Черная ткань струилась по ее телу, которое было максимально закрытым. Кружево, тонкое и искусное, обрамляло воротник и края рукавов, а так же было на подоле длинной юбки. Тугой корсет на талии, твёрдая и блестящая ткань юбки, укрытая слоем того же кружева. Женщина выглядела словно тень замка, сливаясь с ним и даря необычную смесь спокойствия и опасности. - Ты та ведьма, - Эймонд, которого застали врасплох не позволил себе направить на женщину клинок, - о которой говорили обители замка. - Верно. Меня зовут Алис Риверс, мой принц. - Женщина склонила голову. - Мне нет дела до твоего имени, - Эймонд пожал плечами и допил вино из бокала, - возвращайся к себе и не пугай народ появлениями из ниоткуда. - Не злитесь, мой дракон, - Алис улыбнулась и подошла ближе к Эймонду, ее рука провела по лицу принца и тот почувствовал приятный холодок, - грядут великие перемены и вы - центр. Я хочу помочь вам и в знак дружбы так же помогу с принцессой Рейнирой.       Глаза Эймонда сверкнули огнем и Алис поняла, что взяла того на крючок. Его рука легла на шею и слегла сдавила, заставляя женщину охнуть. О, принц, таким ее точно не напугаешь. - Королевой Рейнирой. - Хрыплый шёпот был почти что довольным урчанием. Алкоголь дурманил разум и о том, как Алис узнала о его любви к сестре он подумает завтра. - И как же ты собралась мне помогать с ней, м? - Женщины понимают друг друга. Уверена, ей нужна будет подруга, которая подтолкнет в нужный момент если принцесса побоится. - Рука Эймонда сжалась сильнее и Алис не сдержала стон. - Я много чего умею, можете назвать меня ведьмой, а потом сжечь на костре. - О, обязательно. Однако какой тебе прок помогать мне? Что же ты потом будешь просить как плату, женщина? - Я буду с вами до конца, милорд, - глаз Эймонда хищно прищурился, - в ответ на мою помощь прошу немного. Оставьте мне Харренхолл и пока я жива, не вмешивайтесь в происходящее в замке. Идёт? - Твое слова не внушают доверия. - Он тяжело вздохнул и спросил. - Умеешь трактовать видения? - Алис кивнула. - Хорошо, но запомни - сделаешь ошибку и я казню тебя, как бастардку Леонеля. - Для меня будет честью погибнуть от вашего меча.       Она засмеялась, а Эймонд отпустил ее, не желая более ни причинять вред, ни угрожать, а тем более убивать. Сегодня он все же хочет отдохнуть, как и все рыцари в Харренхолл. Странное предчувствие в груди давало некий намёк, что даже если она не поможет, так точно не навредит. Да и Алис была в его вкусе, а он не смог отказать такой странной дамочке, которая явилась и сразу же предложила сотрудничество и помощь взамен на эти мрачные развалины. А может она уже околдовала его и теперь Эймонд ее марионетка. Алис же загадочно улыбаясь, развернулась и жестом руки позвала Таргариена за собой. Взгляд Эймонда скользнул по ее спине и он не сдержал смех.       Столь закрытое платье спереди было украшено вырезом на спине. На тонком, почти что прозрачном кружеве красовалась паутина из бусин и сам хозяин - паук с красным пятном на брюхе.