Заноза

Санька сказала, что ей нужно отлучиться в уборную, потом она объявит семье о моем “представлении” и только после этого, мне можно будет выйти из комнаты. — А до этого, чтобы и носа отсюда не показывал! Понял? Я-то понял, а вот Светка, все продолжала хихикать в кулачок. — А вы забавная пара... — сказала девушка, когда Заноза ушла. — В каком смысле? — Аааа, ну, ...ну, вы вроде бы и подначиваете друг друга постоянно, но при этом так мило, прости за это слово, взаимодействуете. Как давно вы вместе? Помогите, мой мозг закипает! Или что-то было не так с косметикой, и после ее попадания на человека у того начинаются слуховые галлюцинации? — Вместе это, то есть вместе? — да, поздравляю с очень информативной репликой! Прям молодец! Оратор! Света, попыталась скрыть тихий смешок, но я услышал, и даже не осуждаю. — Вместе, то есть встречаетесь. Если ты имел в виду это, то да? — О, нет-нет, мы не встречаемся, просто очень давно друг друга знаем, поэтому и ведем себя так раскованно. — ну, наконец, связное предложение! — Оооо, прости, я подумала, — девушка явно растерялась, — ну, мне показалась. У меня даже сомнений не возникало. Вы просто такие... там взгляды, улыбки, а еще вы такие тактильные. Неужели мы все еще не вышли из образов с дня рождения Жанны? Да, по нам чертов Оскар плачет. — Не, мы... Санька просто выросла с нами, поэтому она легко может повиснуть на мне пару раз за вечер. — Пару раз? Если только пару десятков раз, не повиснуть, конечно, но там... — она взмахнула руками в воздухе рисуя, какой-то неопределенный контур. — Хотя, это наверное не мое дело... Светка поспешно ретировалась из Сашиной спальни, окончательно смутившись. А я не слабо так прифигел. Что значит пару десятков раз? Да не было такого! Или? Я мысленно отмотал назад события сегодняшнего вечера, пропуская часть превращения меня в барби-переростка. Начал считать: взяла под руку, уронила голову мне на плечо, растрепала волосы, пригладила волосы, повисла, легонько толкнула... Сколько часов я тут нахожусь? Неужели мы всегда так много взаимодействуем физически? Хотя, подождите, ни одна из моих бывших не ревновала меня к Саньке. Поэтому, очень вряд ли. Тогда, что за фигня творится сегодня? Что это за повышенная любвеобильность? Вроде не март на дворе, да и она не кошка. Нет, мы не боимся прикасаться друг к другу, но я ведь наверняка не все смог припомнить, да и прокрутил только часть вечера... — Эй, ты чего тут застыл статуей свободы? — А? Что? — Ничего, дозваться тебя не могу, о чем задумалась, принцесса? — Заноза пальцами пощелкала перед моим лицом. — Да, так... Погоди, что? Принцесса? — но меня явно не собирались слушать. Вместо этого девушка притворилась маленьким, но упертым буксиром. Она тянула меня вперед и остановилась у самой двери. — Дамы и господа, простите за заминку, наша звезда немного смущается. — вот жеж, “звезда смущается”. Из соседней комнаты послышались аплодисменты и я, нацепив на морду улыбку, криво-косо переставляя ноги вышел на суд публики. Небольшая пауза прервалась восклицанием моего друга. — Воу, бро, если бы не Светка, я б тебя склеил! — Сережа! — послышалось возмущенное от тети Маши. Саша же гордая своим трудом, светилась новогодней елкой. Старшие о чем то-то переговариваясь, наблюдали за тем, как молодежь делала миллион фоток со мной. И я, почти уверен в том, что в дальнейшем они будут использованы в качестве средства шантажа, добровольно дал собрать на себя компромат. Вот идиот! — Не вздумайте это выложить! — воскликнул я, находясь под очередным прицелом камеры, правда по ощущениям, винтовки с отсрочкой действия на неопределенный срок. — Ну, хватит ворчать, — попросила Заноза. Она подошла совсем близко, на секунду задержала взгляд на моем лице, а после провела большим пальцем по холмику моей правой щеки. — Ты,.. — я, если честно, опешил. — Ресничка, — пояснила девушка и показала полумесяц волосинки на подушечки своего пальца — не хочешь загадать желание? Что? Желание? Да у меня все мысли из головы, как ветром сдуло. Все, что я мог — это глупо хлопать своими накрашенными глазюками. — Ну, как хочешь, — она весело мне подмигнула, а после сдунула ресницу. Что это только что было? В моей голове вместо мыслей перекатывались игрушечные шарики для кошек. Они задорно и не мелодично бренчали ударяясь о стенки черепной коробки. Ладно, проехали, подумаем об этом потом. Смывать все ту дрянь, которой измазали мое лицо, было еще хуже, чем ее наносить. Казалось, все эти крема, вещества, зельеварения или что там еще используют девушки, забилось в такие места на моем лице, о существовании которых, я и не догадывался. На меня извели пол бутылочки минерализированной? минеральной? Короче, какой-то там мин-воды. А потом потащили в ванную и заставили умыться специальной пеной, почти как для ванной, только для лица. Издевались, как могли, дьяволицы! Когда стрелки часов приближались к одиннадцати, Света засобиралась домой. Серый, можно подумать кто-то сомневался, вызвался проводить ее до дома. Проводить, как же, с ночевкой и до кровати... Все понимающе ухмыльнулись, но промолчали. Все, кроме, Занозы. — Если не хотите заделать мне племянников, не забудьте заскочить в аптеку. Или у тебя стратегический запас имеется? — она игриво подмигнула новой знакомой, чем вогнала ее в краску и вывела из себя брата. — Эй, Мелкая, не посмотрю, что ты типа взрослая, рот намылю! — Прошу заметить, ни одного нецензурного слова произнесено не было. Так что, оставьте мыло для себя... Парень звонким шлепком уронил свою раскрытую ладонь себе на лицо, но смолчал. Хуже будет. — Кстати, — спохватилась девушка, — мне же тоже пора. — Ты-то, куда на ночь глядя собралась? — ворчливо спросил глава семейства. — Я же говорила, что мы с ребятами завтра на озеро на пару дней собрались. — И? — все еще не понимал родитель. — Ну, чтобы не пришлось утром кружить, и собирать всех из разных углов, как разбежавшихся котят, решили — котятам проще объединиться заранее. Пока я искал, запропастившийся куда-то телефон, выяснилось, что Заноза намылилась к тем самым сёстрам, что были с ней в клубе. Она уже схватила заранее собранный рюкзак, и сейчас шнуровала кроссовки. — Тебя проводить? — спросил я, смотря на то, как девушка выпрямляется и встает в полный рост. Нам было в одну сторону. Ее подруги жили чуть дальше, но лишние десять минут пути, не сделают мне погоды. Санька смотрела на меня пару мгновений, переваривая предложение, а после расплылась в довольной лыбе. — Точно, Горыныч, и как я сама не додумалась упасть тебе на хвост. Заноза подняла объемный и, надо сказать, отнюдь не лёгкий рюкзак, и всучила его мне. Вот же наглая! Нет, я конечно, не придурок какой-нибудь, и сам бы забрал этот баул, у своей спутницы. Но это — все равно наглость.