Галактический вор

На действия капитана Мора, Зейн не высказывал и тени страха или сомнений. Крам же в это время отключился от вещания и побежал к пушке. Всё могло решиться за считанные секунды и медлить было нельзя. — Вы этого не сделаете, капитан, — улыбка всё ещё не сходила с губ Громова, — не думаете же, что наша ионно-магнитная пушка только для красоты? Это было бы крайне обидно. Или решили, что на таком расстоянии она вас не достанет? Звучит досадно, — Громов засмеялся, — Мы ведь оба понимаем, что именно по этой причине вы сразу на нас не напали. Боитесь! — У вашего крейсера серьёзные повреждения. Может пушка тоже пострадала, — проговорил Мор, но при этом команду стрелять он так и не отдал. Смотрел на них, как лис из глубокой норы и чего-то ждал. — Не беспокойтесь, капитан, не пострадала. Хотите, чтобы мы это доказали? — Будьте добры, — Мор посмотрел в сторону, явно на кого-то из своей команды, жестом показав, чтобы не торопились и вернулся к беседе с крейсером. — Обратите внимание, слева от вашего корабля — астероид, — Громов замолчал, продолжая мило улыбаться. В это время Крам спустился вниз, настроил оружие и услышав про астероид, прицелившись в него, выстрелил, распылив его в пыль. Реакция была что надо. Его немного потрусило, напряглись руки, но за меткость Крам не переживал. Мор грустно выдохнул и недовольно растянул губы. — Впечатляет точность, да и дальность тоже, — опять посмотрев на кого-то, он отдал распоряжение выключить лазер без видимых на то колебаний, — Пушка в самом деле функциональна. Так что предлагаешь? Когда мы доставим вас на Аргус, вы действительно так просто нам отдадите крейсер? — Отдадим, — проговорил Зейн, — я даже могу подсказать в каких местах надо номера перебить, чтобы вас наверняка не остановили патрули. — Хм… Хорошо, я согласен. — Капитан Мор выпрямился и махнул рукой. Было видно, что решение он принял молниеносно, но явно лишний раз уточнил всё, чтобы себя обезопасить. Ну точно как лис, — Приятно иметь дело с деловым человеком. Мы сейчас подлетим для буксировки, не стреляйте уж. После чего Дэриен отключился. Громов тяжело вздохнул, встал с кресла и подойдя к перилам, облокотился на них, посмотрел вниз, где за ионно-магнитной пушкой, сидел Крам. Вид у него был чересчур сердитый. — По прилёту нас грохнут, — заключил Зейн. — Я удивлён, что нас сразу не убили, — усмехнулся Харис, посмотрев вверх, избегая прямого взгляда напарника. — Чувак, ну ты чего? — хмыкнул Зейн. — Им нужен богомол, и чем меньше повреждений, тем меньше затрат на ремонт. — Чувак? — расширив глаза, Крам ехидно ухмыльнулся, — Ты из какого склепа это слово достал? Так ещё кто-то говорит? — Это же классика, а классика всегда в моде, Чувак-к! — Громов протянул последнее слово, разведя руки в стороны, после чего оба засмеялись. Крам по неосторожности всё-таки посмотрел на Зейна, отмечая про себя его красоту. — Кстати, что значат твои слова, как там, есть возможность провозить груз под самым носом коалиции и НМРА? — удивлённо поинтересовался Крам, — Нас же не поймали только потому, что находимся в отдалении от обычных путей передвижения кораблей и потому, что нас фиксируют как лайнер? Да и передвигаемся мы на нём не девять месяцев, а меньше полугода. — Но им то это знать необязательно. Дано чьуанхцу, даже внимание не обратили, что первоначально нас опознали как круизник. Их при первом же сканировании опознают и схватят, — ехидно скалясь, проговорил Громов, на что Крам громко засмеялся в голос. Не смог сдержаться. Зейн смотрел на него, опуская взгляд ниже, где завис на кадыке, который при сглатывании поднимался и опускался. Развернувшись, Зейн направился к своему пульту управления, — от дрянство… У меня скоро от недотраха, и именно из-за тебя член будет круглыми сутками стоять. Кончай ломаться и завали меня уже. — Как ты можешь в такой ситуации о сексе думать? — Крам тут же перестал смеяться, опять подняв голову, но Громов уже уселся, поэтому видно его не было, но голос слышался чётко. — Меня больше интересует, как ты можешь почти год не трахаться и при этом отказываться от моего предложения, — усевшись, Громов стал наблюдать, как приближался корабль, — это вообще-то по самолюбию бьёт. Я же не отношения предлагаю, а чисто физическое удовлетворение плотских потребностей, — Зейн мечтательно заговорил, — Ты мог бы подойти ко мне сзади, резко стянуть штаны, одной рукой ухватиться за задницу, другой сжать член, при этом обжигая дыханием шею, а после неистово, с напором войти в меня… Снова, и снова, и снова… А-а-а… — громко взревел Зейн, что Крам аж вздрогнул. — Ти ти я точно скоро свихнусь… — Вози с собой дилдо, — покраснев, пробурчал Крам стараясь не реагировать на откровенные домогательства, которые возбуждали, доводили до безумства. В голове всплывали самые смешные шутки Громова. Опять промелькнули слова про перекодировку крейсера в лайнер, из-за чего следующих прокатившихся на «Богомоле», ждёт лишение свободы от десяти лет. За кражу военного транспорта, что означало, этим транспортом пользоваться, нарушая закон будут недолго и причина тому — Громов, тот самый чертовски харизматичный вор. От данного факта улыбка на губах Хариса никак не могла сойти с лица. «Как же бесит, что он больше не бесит, несмотря на свою озабоченность…» — он вёл внутренний, раздражающий монолог. «Чисто физическое удовлетворение… Почему я не соглашаюсь?» — Харис тяжело выдохнул, прекрасно понимая почему. «Да потому и не соглашаюсь, что для меня это будет не так просто, как для него. Постараюсь выкинуть всё из головы», — с этим Крам негласно согласился и сосредоточился на пушке. После приближения на расстояние пятидесяти метров, воровайка остановилась. Из корпуса появился трос, который без затруднений и задержек пристыковался к «Богомолу». На панели возникла голограмма, Громов нажал кнопку передатчика, не решая оставлять капитана без сопроводительных комментариев. — Мы готовы. Стартуем? — проговорил капитан Мор. — Конечно, — ответил Громов, после чего отключился. Воровайка завела мотор и молниеносно помчалась к Аргусу. От мощного рывка Крам и Громов вдавились в кресла. Пролетев пару минут, Зейн обратился к Харису. — Нам надо обсудить план, как выбираться будем. — Учитывая, что ты в этом мастер, слушаю твоё предложение, — ответил капитан. — А если для этого плана понадобится, чтобы ты меня трахнул? — улыбаясь, спросил Громов. — А это понадобится? — переспросив вопросом на вопрос, Крам продолжал краснеть и радоваться, что Зейн его не видел в этот момент. — Всенепременно, — не выдержав, засмеялся Громов на, что Харис рыкнул. — Ладно, — просмеявшись, пошляк уже серьёзно продолжил: — Надо подготовить ИАСА. — Что? — не понял капитан. — Зачем? — Покинем судно немного раньше, — усмехнулся Зейн, а глаза Хариса расширились. Он понял задуманное и не стал переспрашивать. — Ты уверен, что хочешь этого? — прикрыв глаза, пробормотал Крам, покачивая головой из стороны в сторону, как болванчик в старых земных машинах. — Фан… Этот час полёта прошёл в молчании. Крам пробыв около получаса за ионно-магнитной пушкой, от скуки поднялся на мостик и не проронив ни слово, быстрым шагом сошел с него. Громов же во время всего полёта стоял перед панелью управления, поглядывая на данные и путь по которому на буксире передвигались к цели. Всё шло по договорённости — летели к Аргусу. Из-за жёсткой сцепки на крейсере чувствовалась небольшая вибрация. Через гезелевую поверхность просматривались небесные тела из-за скорости, визуально казавшиеся длинными линиями. От чего создавалось ощущение полёта в тоннеле. Остаток времени Громов провел в одиночестве. Крама не было ни видно, ни слышно. Движение их замедлилось, воровайка с прицепом подлетела к солнечной системе с голубым карликом. Эта звезда внушала трепет своим гигантским размером и красивым синим свечением. Маленькая планета Аргус казалась темным пятнышком на его фоне. Чем ближе приближались к планете, тем больше становилось это пятно, в конце концом заполнив всё видимое пространство перед кораблями. Аргус представлял собой, одну из немногих тераформированных планет с необычной, даже для повидавшего Крама, природой. Вся планета представляла собой большой тропический остров с повышенным влажным климатом. Больших городов тут не было ввиду особенностей ландшафта. Тут скорее были небольшие деревушки рассчитанные на две-три тысячи человек. Эти города находились на выдолбленных в скале ровных пространствах. Самая маленькая гора на этой планете была в высоту двенадцать тысяч метров — впечатляющий размер. Почему строили города на горах? Всё очень просто. Это самые безопасные места на Аргусе. Вся планета — это большое болото, в прямом смысле этого слова, там где нет болота — плотные джунгли с опасными хищниками, такими как, например, Кабон. Он представлял собой двухметрового хищника с двумя рядами острых клыков, четырьмя глазами, спокойно видящими и в темноте, и в тумане. С длинными заостренными ушами, слышащие раненую жертву на расстоянии шести километров, чутким обонянием и острыми полуметровыми когтями на шести лапах. Или Дроги — это стайные животные, внешне напоминающие крысу, но размером с овчарку. Растения тоже были не особо дружелюбны. Много хищников, как например «Неэико красный». Это лианы, оплетающие деревья Локто со съедобной радужной корой и красными листьями. Когда кто-то из животных пытался полакомиться корой Локто, «Неэико красный» выпускал острую колючку размером в двадцать сантиметров в тело проголодавшегося и обвивался вокруг жертвы как удав. Когда было понятно, что жертва никуда не денется, то из колючки, находящийся внутри тела, выпускались тонкие жгутики, медленно поедающие жертву изнутри. Именно по этой причине, те четыре города, которые построили на планете, находились высоко на горе и закрывались силовыми полями со смертоносным потоком плазменно-фотонного заряда. Ни одно животное или растение близко к городам не приближалось. Почему же всё же тут создали города? В этом не было никакой загадки. На периферии все планеты промышленные и Аргус не исключение. В болотах этой планеты находилось большое скопление торфа, извести, мергели, железной руды, а также бурого и каменного угля. Кроме богатств, которыми наделены болота, горы одаряли человечество многочисленными полезными ископаемыми и драгоценными металлами. Всё это помогло Аргусу выйти на первое место среди всех промышленных планет по экспорту добычи. Но, к сожалению, все эти довольно экстремальные условия окружающей среды создавали сложности и отрицательно влияли на безопасность при путешествии к планете и при попытке её покинуть, поэтому проксионные туннели для выхода на около земную орбиту, а также для посещения космическим транспортом Аргуса, были усиленно защищены, ограничивая передвижение по нему и через него. Это всё Крам знал не понаслышке. Чтобы летать по проксионным туннелям на Аргусе, пилот должен быть ассом в своём деле. Если корабль приближался к энергетическим стенкам туннеля на расстоянии меньше полуметров, то через корабль проходил очень мощный изменённый заряженный квант электромагнитного излучения в виде усиленных поперечных электромагнитных волн, а также переносчик электромагнитного взаимодействия ионизированного газа. Это всё могло просто уничтожить корабль, что неоднократно происходило, когда на планету пытались приземлиться новички с небольшой практикой и большим самомнением. К своим родным они уже возвращались в маленькой стальной коробке в виде пепла. Увидев, что воровайка летит вдоль планеты к месту, где находился проксионной туннель, Громов встал с места и спустился к шлюзу. Его как раз ждал Крам с двумя массивными индивидуальными аварийно-спасательными аппаратами. ИАСА представлял собой что-то вроде объёмного скафандра, выдерживающего температуры до трех тысяч градусов и поддерживающий оптимальное давление внутри себя. Они были созданы на случай чрезвычайной ситуации, если корабль ломался или по иной причине не мог спуститься на землю, в таком случае ИАСА выступал спасательной шлюпкой с помощью которой можно спокойно оказаться на земле, не боясь подвергнуться абляции и аэродинамическому нагреву. Этот аппарат был костюмом весом в сто семьдесят килограмм. Толщина специальных слоев, из которого состоял ИАСА, был десять сантиметров. Шлем же казался немного удлиненным с обтекаемой формой с неотъемлемой и не снимаемой частью точно из такого же материала, как и сам аппарат — непрозрачного. Данные пассажир получал только за счёт определённых приборов внутри шлема. Основной вес занимал рюкзак, в котором находился внушительный запас бутилированной воды и кислород, рассчитанный максимум на двадцать четыре часа. В виду специального назначения ИАСА и условий, при которых он должен эксплуатироваться, невозможно было использовать стандартное силовое поле, имитирующее атмосферу пригодную для существования, поэтому использовали довольно старый, но проверенный, метод — баллоны с кислородом. Кстати, прототипом внешнего вида ИАСА был весьма древним, один из самых первых изобретённых скафандров, изображения которого остались только в некоторых библиотеках по «Утерянной цивилизации». Такие ИАСА находились только на малых крейсерах, так как занимали не так много места, в отличие от групповых спасательных капсульных шлюпок, присутствующих на более крупных судах. — Иди сюда, я помогу тебе принарядиться, — произнес Крам, стараясь не глядеть на Громова голодным взглядом. Он подошёл, но с нескрываемым сомнением посмотрел на аппарат и громко сглотнул. Капитан обратился к Зейну, увидав плотно сжатые губы и расширенные глаза, как у напуганного кота, он усмехнулся собственной мысли: «как же соблазнительно волнуется», глубоко вдохнув и отведя взгляд, проговорил, — ИАСА надёжный аппарат. Всегда таким был. — Я знаю, — ответил Громов, не торопясь забираться внутрь скафандра. — И идея была твоя, — продолжил Крам. — Тоже в курсе, — тяжело выдохнул Зейн, не шелохнувшись с места. — Так чего медлишь? — нахмурился Харис. — Время не ждёт. — Перспектива входа в атмосферу со скоростью около шестидесяти километров в секунду, — Громов всё же зашевелился и полез внутрь аппарата, при этом продолжая бурчать, — с последующим падением на поверхность планеты и приземлением во враждебной среде, как-то не воодушевляет… — удобно устроившись внутри, он стал настраивать программы для получения нужных данных. — Ну как я уже сказал, ИАСА исправно работают, а идея была твоя, — Харис перепроверил аппарат. — И всё же… Страшновато, долетим ли до поверхности, — сглотнул Зейн, мельком посмотрев на капитана, помогающий ему одеться. Можно было бы немного вылезти из скафандра и впиться в такие соблазнительные губы, но времени действительно было в обрез и Громов сглотнув, вернулся к экрану внутри шлема, пытаясь восстановить свое дыхание. — Не волнуйся, — улыбнулся Крам, посмотрев на заднюю часть шеи Зейна, соблазнительно оголенную как будто бы специально для него. Капитан поправляя крепление немного наклонился вперёд, вдохнув запах Зейна, от чего почувствовал, как в ширинку стал упираться член. Прикрыв глаза, быстро приводя мысли в порядок, вынужденно отодвинулся. Решив успокоить тело и душу, завершая последние манипуляции со скафандром, шутливо произнёс, — Уж что-что, а приземлимся мы точно. После чего закрыл скафандр, оставив Громова один на один с несказанными в его адрес матами, так как он искал кнопку включения передатчика. За это время Крам залез в свой скафандр, закрыл его и включил приборы. — … Шагуа, — первое, что услышал капитан, когда вышел на связь с вором. Время не терпело и Зейн попытался оторвать ногу с места, но ничего не получилось, — тяжёлый. — Конечно, — проговорил Харис, медленно подходя к двери выхода с крейсера, — ты хоть двинуться можешь? Как-никак сто семьдесят кило. — Не-а, не могу. Пока, — пробурчал Зейн, посмотрев на время, улыбнулся, — это не надолго. Вдруг ИАСА стали легче и не ожидая этого, Крам даже подпрыгнул, сразу же очутившись около выхода. Это было нечто необычное, ощущение было словно в нём кричал ребенок, испуганный и на пороге к пропасти. — Ту, ты хоть предупредил бы, что собирался гравитацию отключить. Громов хотел, что-то сказать в ответ, когда капитан открыл дверь и их мгновенно вытянуло в открытый космос, но не успел.