Галактический вор

Следующие несколько дней все трое провели в закрытом лазарете в относительно информационном вакууме. К ним заходила только Лера. Капитан и сам Томи, принося минимум новостей, явно не собираясь посвящать непрофессионалов в свою работу, несмотря на всю их помощь ранее. Слух у Зейна восстановился чуть более чем за сутки, хотя немного звона в ушах ещё оставалось. Этим утром Лера не пришла к обычному времени проверить состояние Байя и принести им завтрак, и Харис забеспокоился. Он отправил сообщение с вопросом Томи, но тот не ответил, а явился сам примерно через час. Мужчина был мрачнее тучи. — Сегодня утром нашли Леру… — мужчина замолк, нижняя губа затряслась. Он подошёл к стене и со всей силы ударил её, что аж на костяшках появились капли крови. — Её убили… Харис глухо выругался, потянулся к лицу, но остановил жест, поняв, что сломает маскировку. Он подошёл к Томи и положил руку ему на плечо. — Мне очень жаль… Я понимаю, что её это не вернёт, но мы найдём ублюдка, который это сделал. — Обязательно найдём, — рыкнул Томи, уперевшись кулаком в стену, скривившись и сглотнув, произнёс: — Я ему глотку разорву. Байя сидел, зажав рот рукой, он не мог поверить, что этой девочки больше нет. Зейн тоже сглотнув, подошёл и положил сверху руку. — Мне тоже жаль, — негромко проговорил вор. Мэрэс опечаленно посмотрел на Громова и тут же схватил в объятья, Зейн еле успел чуть выставить руки вперёд и повернуть голову, чтобы не задеть лицо. — Спасибо, Гу… Крам сложил руки на груди, задумчиво хмурясь. Действия Томи не вызвало в нём отклика, он в целом не то чтобы был особенно ревнив, но этого парня как соперника не воспринимал с того самого времени, как Громов стал оставаться у него каждую ночь, дав понять, что так или иначе выбор сделан. А сейчас человеку просто было плохо, и он искал поддержки у того, кого ощущал к себе ближе, чем остальных из присутствующих. — Как я могу помочь? — Обыск ничего не дал, — нехотя выпустив из объятий вора, сказал Томи и серьёзно посмотрел на Крама. — Вся команда в шоке, что на борту уже троих убили. Обстановка очень нервная. Капитану пришлось разъяснить экипажу сложившуюся ситуацию на борту… Этот хуанчьо перешёл границу, убив Леру, — вновь рыкнул Мэрэс и ударил по стене. — Подозревают диверсанта? — спросил Корин, у которого глаза стали влажными. — Зачем ему? Хотя кто же ещё… — Лера от меня возвращалась в медицинский отдел. Он… — мужчина запнулся и с поникшей головой подошёл к кушетке и сел на неё, опустив голову. — Свернул ей шею… Мне надо было её проводить, — начал карить себя Томи. — Но поступило сообщение о саботаже в атомном отсеке, и Лера… сказала, сама дойдёт. Я должен был пойти с ней, — повторился Мэрэс. — Гай . Харис наблюдал за тем, как ведёт себя Томи, и поймал себя на мысли, что агент переигрывает. Это было слишком откровенно, тем более что из своих наблюдений капитан делал вывод, что эти двое парой не были. Но даже если она была просто напарницей и у них были хорошие отношения… — Гу, побудь с ним, Томи определённо нужно твоё внимание, а я должен кое-что проверить… — Он заговорил, задумчиво глядя в пол. Зейн вопросительно приподнял бровь, посмотрев на Хариса. Тут же поняв, что он что-то задумал. — Да, конечно, — вор подошёл к Томи и погладил ему спину. — Ты можешь на меня рассчитывать. — А Лера… — сглотнул Корин, в это время Мэрэс обхватил Громова за талию и уткнулся в грудь. Старший механик, сглотнув, продолжил: — Она в морге? Я могу её навестить? Она была замечательная и внимательная. Я хотел бы с ней попрощаться. — Не сейчас, — печально проговорил Томи, не отпуская вора, пальцами слегка поглаживая спину. — Надо вначале найти диверсанта. Извините, Байя… — после покосился на Хариса. — Что ты хочешь проверить? — Это просто смутная идея. Если выгорит, я всё расскажу, связано с видеонаблюдением… — Он поднял взгляд, но смотрел на Зейна, а потом указал ему глазами чуть ниже, намекая на руки расчувствовавшегося мужчины, и вышел. Он был согласен со старшим механиком, Лера действительно была очень милой и внимательной, а ещё очень правильной. Он не понимал этого, пока не просидел несколько дней взаперти, наблюдая за тем, как она взаимодействует со своими подопечными, и не послушав её рассуждений. Она всё это время бросала на Зейна задумчивые взгляды, но не более. Если она действительно знала, кто Гу на самом деле, то должна была кому-то сказать, и этот кто-то её заткнул. Но зачем сохранять эту тайну вообще? Тем более так? Её не могли спутать с Махо, они были слишком разными… Перебирая эти мысли в голове, Крам добрёл до рубки видеонаблюдения и привычно сел за экраны, желая просмотреть записи. Он успел заметить некоторые особенности работы системы, артефакты, мелочи… Надо было проверить. Он полез в архив и понял, что записи стёрты. Все. С самого момента взлёта.

***

Громов посмотрел на обнимающего его парня и не желающий его отпускать. — Ты отпустить не собираешься? — поинтересовался вор, опустив свои руки на плечи Мэрэса. — Нет, — проговорил Томи, потеревшись головой о грудь, — я соскучился. — Мы не виделись пару дней, — прыснул Громов. — Намного дольше… — парировал Томи. — Так прекращай уже и отпусти, — нахмурился вор, пытаясь расцепить руки, — ещё не хватало, чтобы Харис пришёл и застал, как ты всё ещё меня обнимаешь… Мэрэс напрягся и крепче сжал Зейна, который подвис, осознав, что сказал. Он практически признал, что не хочет, чтобы Харис неправильно всё понял и ревновал из-за этого. Громов покраснел. Томи всё-таки разжал руки, но на лице читалось недовольство. — Он тебе настолько нравится? — сквозь зубы проговорил Мэрэс, глядя в глаза Громову. — Что в нём такого? — Не твоё, та ма да , дело, — рыкнул Громов, нахмурившись, отойдя от парня. — Ты себе стал слишком много позволять. По яйцам один раз получил, показалось мало? В глазах Мэрэса загорелся огонь, он встал, продолжая пристально глядеть в глаза вора. Томи глубоко задышал, от чего ноздри стали раздуваться, а руки сжались в кулаки. Было видно, что он сдерживает себя из последних сил. — Гу, — позвал Корин печально. — Не обижайся на Томи. Ему сейчас нелегко. — После обратился к Мэрэсу. — Томи, а ты поуспокойся, прошу тебя. Леру этим не вернуть. Как только заговорил старший механик, яростный взгляд перенаправился на него. Мэрэс про него явно забыл, и такое вмешательство ему не понравилось, но, услышав про Леру, Томи тут же сменился в лице, и уже на нём была видна боль, парень вновь уселся на койку, закрыв лицо руками. — Да что со мной вообще? Гу, прошу, прости меня, — он поднял полный страданий взгляд. — Я не хотел. Я не знаю, что произошло, только не оставляй меня сейчас. Прошу. Я больше не буду. Громов, ещё немного постояв нахмуренным, расслабился и вздохнул. — Сейчас надо сосредоточиться на поиске диверсанта, — проговорил вор, отойдя от Томи, и посмотрел искоса. — Мне надоело тут сидеть. Предлагаю сделать из меня наживку. — Наживку? — удивлённо проговорил Томи, взгляд сменился и стал спокойным. — Что ты имеешь в виду? — Я пойду в двигательный отсек, — проговорил Громов. — Какой смысл мне тут сидеть, если двигатели взорвут?

***

Крам шагал обратно, спрятав руки в карманы. Он знал, что доступ к записям есть всего у нескольких человек, и, что характерно, ни у кого из подозреваемых в саботаже его не было. Это означало либо то, что, пока он просиживал задницу, диверсант получил этот самый доступ каким-то образом, либо, что ещё хуже, убийство Леры не связано с диверсиями, а связано либо с Зейном и его демаскировкой, либо с чем-то третьим, о чём он не знает. То, что случилось с девушкой, его расстроило, расстроило гораздо сильнее, чем он ожидал от себя, в конце концов, с его работой хороших людей видишь нечасто, а докторша таковой была. Он сам не понял, как ноги привели его к моргу. Он провёл запястьем, и дверь открылась. Харрис вошёл и, закрыв за собой дверь, подошёл к холодильнику и механическим жестом открыл дверку, выдвинув полку, где в вакуумном пакете лежало тело. Бледное, умиротворённое лицо, гематома на шее… Капитан вздохнул и переключился на профессиональный настрой. Он не стал вскрывать пакет, ограничившись визуальным осмотром, и, как ни странно, это принесло плоды. — Она защищалась… — произнёс он шёпотом, когда нашёл на правой руке тёмные красно-коричневые полоски под ногтями, один из которых был сломан. Крам закрыл холодильник и, привалившись к стене, задумался. Во всём этом бардаке он доверял только нескольким людям, и в основном человеку, который по совместительству самый скользкий тип из всех, что он знал. Он отправил Громову два сообщения: «Читай следующее, убедившись, что это видишь только ты». И сразу следом второе, где изложил свои мысли, в том числе о том, что убийца, возможно, не диверсант и что у него должны быть следы от борьбы, потому что того, кто бы таковые вылечил, он и убил. Закончив писать, он выдохнул и так, как будто за дверью его ждёт маньяк, открыл её.

***

— Я тебя не пущу, — грозно проговорил Томи, вставая. — Он тебя уже чуть не убил. — Да что ты говоришь? — хмыкнул вор, ему пришло сообщение от Хариса, и он насупился, прочтя. После вновь посмотрел на Мэрэса. — Ты меня свяжешь? — Ох… Лучше не искушай меня. — Томи посмотрел на Зейна пошлым взглядом. — Я не позволю тебе рисковать. Громов посмотрел озадаченно на Мэрэса и, хмыкнув, спрятал руки в карманы штанов. — Я тебе удивляюсь. — прищурился вор, усмехаясь. — Ты иногда так высказываешься, будто я тебе принадлежу. Милый, я тебя знать не знаю. Поэтому чи-ни-ма-да и не указывай мне. Спустя несколько минут вернулся Вэсэр, он оглядел всех троих собравшихся, и его взгляд скользнул по недовольным лицам, остановился на Байя. Старик был не просто расстроен, он был напуган. — Ничего не вышло. — Он перевёл взгляд на агента, игнорируя Зейна. — Диверсант полностью уничтожил видеоархивы. Томи, я понимаю, что тебе трудно сейчас, но, боюсь, тебе стоит посмотреть в рубке. И после, если не возражаешь, надо позвать всех вовлечённых и решить, что нам делать. Что скажешь? Этот разговор с Томи Громова выбесил, и тут он не захотел больше оставаться. Надо было занять руки, да и проверить движки в самом деле не мешало. — Вот и отлично. — рявкнул Зейн, направившись к выходу. — Я на вашей свинг-вечеринке не впишусь. Всё равно будет без содомии. — После чего, подойдя к двери, провёл запястьем по пластине и вышел из помещения. Томи проводил его взглядом, с неприятным прищуром зыркнул на Вэсэра и, бросив «Да. Ладно. Чёрт с ним», вышел следом. — Байя, я бы хотел с тобой посекретничать, — заговорил Крам мягко, подходя к старику. — Расскажешь мне, что тут сейчас произошло? Корин посматривал то на дверь, то на Вэсэра, кивнул и рассказал всё, что произошло. Взгляд у мужчины был обеспокоенный и растерянный.

***

Громов направился к двигателям. На глаза команде показываться не хотелось, ведь пришлось бы объясняться, почему он вдруг жив, а настроения разговаривать у него не было. Поэтому, пройдясь по отдалённым местам, где никто не ходил, вор спустился к атомнику, и сразу же лёгкая улыбка коснулась губ. Крам только утвердился в мысли, что Томи плевать хотел на Леру и то, что с ней происходит. А вот то, что он претендует на Зейна, это зацепило, он запомнил, но виду не подал виду. Сейчас не время. Он как мог успокоил старика, и, когда тот снова попросил, проводил его в морг. Просто не смог отказать, в том числе и потому, что, казалось, он был единственным, кто искренне скорбел по корабельному доктору, а каждый человек, кем бы он ни был, заслуживал, чтобы с ним попрощался кто-то из тех, кто хорошо к нему относился. Он волновался за Зейна, и, пока ждал Байя, кинул ему сообщение с просьбой дать короткий вызов, если что-то случится, потому что напряжение, которое капитан ощущал, было таким густым, что можно было его резать ножом. Громов размялся, после нахождения нескольких дней почти без движения, принялся с улыбкой проверять работу двигателя. Но чем дольше он всё просматривал, устраняя мелкие неисправности, которых не было и не могло появиться за время их с Байя отсутствия без постороннего вмешательства, тем улыбка переходила в обеспокоенность. Он уже перестал убирать неисправности и пока визуально оценивал ущерб. Немного радовало, что неполадки мелкие, но если их так оставить, то это выльется в серьёзную проблему. Вор связался с Харисом и оповестил о ситуации в двигательном отсеке, сказав, чтобы в срочном порядке тут нужны все механики. Решив пока оставить атомник, Зейн собрался в арстоковый отсек. В данный момент арсток нужно было отремонтировать в первую очередь, иначе они в лучшем случае никуда не полетят, в худшем в живых на корабле не останется никто. По дороге появился Томи, который с очень опечаленным видом извинился. Зейн его перебил, их разборки сейчас не имели никакого смысла, рассказав об неисправностях в двигателях, и они вместе побежали в арсток. Крам принял сообщение и чертыхнулся. Чутье оказалось право, и он переслал сообщение капитану. Тот, недолго думая, направил всех, уже не соблюдая их легенды. Харис двинулся к лифтам со старшим механиком, всерьёз опасаясь, что там, где поломка, должен быть и смертник, в конце концов, он мог на сей раз просто решить остаться там и перебить тех, кто помчится на помощь двигателю. Гу и Томи первым делом открыли подсобку с инструментами, которая представляла собой небольшую комнату, на стенах висели всевозможные инструменты для ремонта именно арстока, и находилась недалеко от двигателя. Взяв нужные, принялись за работу. Когда Зейн закончил ремонт одной из шлангов гэстореннии, ему пришлось вернуться за другим инструментом. Найдя кротек, услышал сзади шум. Подумал, что это Томи. Взяв в руки инструмент, развернулся и увидел, как ему в голову летит ключ. Вор в последний момент смог увернуться, и удар пришёлся по инструментам на стене. Перед Громовым был крупный мужчина в маске. По бокам стены с инструментами, сзади тоже стена, а спереди нападавший, который успел свободной рукой схватить вора, а другой вновь замахнулся. В последнюю секунду руку нападавшего кто-то схватил, заломив руку так, что он взвыл, выпустив ключ и Громова. Позади оказался Томи. Он со злостью смотрел на нападавшего. Не отпустив заломленную руку, Мэрэс схватил преступника за голову и несколько раз со всей силы впечатал его в стену с инструментами, которые посыпались. Нападавший вдруг обмяк, и из-под маски потекла кровь. — Ты в порядке? — спросил Томи, отпустив мужчину, и он грохнулся на пол. Почти в этот же самый момент в отсек вошёл Дюро, за ним капитан, Вэсэр и остальные. Они застыли в немой сцене, глядя на неподвижное тело у ног Томи, Байя издал неприятный хлюпающий звук и схватился за сердце. — Да, я в порядке, — натянуто улыбнулся Зейн, отвечая Томи. Капитан Уарил подбежал к неизвестному в маске и снял её. Глаза расширились, там лежал Сит Торков, в виске была глубокая кровоточащая рана. Замерев на секунду, тут же проверил дыхание и пульс. Сит был мёртв. — Кто бы мог подумать, — проговорил Тонкер, поджав губы. Дюро помог Байя присесть, расстегнул сверху форму, чтобы было легче дышать. — Лучше просто выведи его отсюда, — посоветовал Харис и приблизился. Он по стеночке обошёл собравшихся и оказался рядом с Зейном, пока остальные были заняты трупом. Он осторожно коснулся руки вора и заглянул в побледневшее лицо. Громов, сжав в ответ руку, погладил большим пальцем тыльную сторону. Посмотрел на Хариса, уже сумев совладать с собой и приняв беззаботный вид. — Я правда в порядке, — широко улыбнулся Зейн. — Это не первое и я уверен, не последнее нападение на меня, — звонко засмеялся вор, отпустив капитана, развернулся и подобрал инструмент, за которым сюда пришёл. — Мне надо к двигателю. Дюро помог Корину подняться, и они вместе покинули отсек. Томи молча смотрел на Гу, иногда бросая взгляд на Вэсэра. — Томи, ты тоже возвращайся к ремонту, — обратился к нему вор, пролезая к выходу, по дороге положив руку на плечо Мэрэсу. — И спасибо. После чего покинул подсобку, а Мэрэс, провожая его взглядом, улыбнулся.

***

На корабле «Оксо» наступило затишье. Никто не мог поверить, что Сит оказался диверсантом и собирался уничтожить судно вместе со всей командой на борту. Парень который с ними ел, пил, развлекался, помогал. Экипаж с нетерпением ждал окончания их рейса, в желании быстрее обнять родных. Капитан Уарил доложил обо всех обстоятельствах руководящему составу ВГКД в Нравит. Пару раз приходилось останавливать корабль, чтобы заменить кое-какие детали. В целом, ремонт продвигался во время движения. Исправление саботажа проходило всю неделю и почти без отдыха. На этот период Громов вернулся к себе в каюту, чтобы быть ближе к двигателям. Харис же обдумывал случившееся. Он чувствовал, что что-то не так, но не мог это объяснить. Его мозг будто цеплялся за что-то необъяснимое, но это пока ускользало от него. Свои сомнения он пока хранил при себе. Единственный, с кем он мог поделиться, был Зейн, но всё это время они почти не виделись, а если виделись, то бесстыдник кидался на него, после чего сразу убегал обратно. Поэтому он просто старался разобраться сам, перепроверяя все данные по делам. То, что Леру убил Томи, он не сомневался, но доказательств не было, и ещё этот диверсант… Что-то не сходилось. Немного в нервном напряжении, корабль «Оксо» подлетал к границе спиральной галактики «Подсолнух». Её ярко-жёлтый центр выделялся во мраке космоса, а в спиральных рукавах, состоящих из большого количества пыли, были видны пылевые пятна, в которых активно происходило звездообразование. До конца путешествия оставалось семьдесят два часа. Устранение последствий саботажа продолжалось. Байя, Рокман и Люр остались для перепроверки проделанной работы и осмотра двигателей в целом, а вот Гу и Томи отправили отдыхать, так как они устранили большую часть неполадок. Громов наконец мог расслабиться в объятьях Хариса и остаться с ним после секса. Чем, собственно, и воспользовался, и сейчас Зейн с блаженной улыбкой лежал рядом со своим мужчиной и целовал его грудь, капитан расслаблено приобнимал бесстыдника. — Знаешь… — между поцелуями говорил Зейн. — Ты мог бы всё-таки и прийти в двигательный отсек. Ты не представляешь, как я хочу, чтобы ты меня там трахнул. — Знаешь… Ты такой настырный, что я уже почти готов поддаться на твои уговоры. — Мужчина мягкими прикосновениями перебирал его волосы. — Но я думаю, что, если нас застукает Байя, то это его добьёт на фоне прочего… Неделю, что Громову приходилось заниматься ремонтом, постоянно был на взводе. Поломок оказалось очень большое количество, и запасных деталей катастрофически не хватало. Всё-таки этот корабль был рассчитан на то, что ремонт делается перед отправкой, а в самом полёте расходников было по минимуму. Приходилось некоторые сгоревшие детали зачищать и ставить обратно, какие-то детали приваривать, а ещё за какие-то запчасти просто надеяться, что они дотянут до конца путешествия. Байя Кориным было собрано срочное собрание механиков, где обсуждалось, что «Оксо» может не дотянуть до конечной точки, а по дороге остановиться было негде. Своё напряжение Зейн выплёскивал только, когда прибегал к Харису потрахаться, после чего сразу убегал обратно. Вор видел, что Крам о чем-то переживает, поэтому решил ничего ему не рассказывать, чтобы не загружать лишний раз. — Оправдания, оправдания, — опечаленно вздохнул Зейн, положив голову на грудь, — наконец, можно немного с тобой побыть. Меня старик прям выгнал. У тебя как дела? — Да так себе… — Крам ласково смотрел на него и гладил по щеке. — Есть некоторые вещи, которые меня беспокоят. Всё то же самое, про убийство Леры. Оно не вписывается. Нет мотива ни у кого из тех, что я знаю. И это не мог быть Сит. Я беспокоюсь, что по прилёту эта история ещё получит продолжение… На корабле есть ещё кто-то, кроме нас, кто не тот, кем притворяется. — Типа Томи? — хихикнул Громов. — Он пока единственный, кого мы знаем, кто скрывал свою личность. — Зейн потянулся и уселся на кровать. — Блин, из головы не выходит, поменял ли я прокладку у коллектора. Надо сходить проверить, а то точно не усну. Пойдёшь со мной? — Вор отвёл взгляд и встряхнул волосы. — Просто в последнее время не видимся толком… Ну или подожди тут, я быстро. Зейн встал и начал одеваться. Харис поднялся следом и потянулся. Он приобнял вора со спины и потёрся щекой о висок, чмокнув его в голову. Очень хотелось прокомментировать что-то о том, что Громов фактически признал, что скучает, но он сдержался, чтобы не портить момент, а просто стал тоже одеваться. — Пойдём вместе, я тут один не хочу оставаться. Неуютно. — Громов мимолётно улыбнулся и, одевшись, изменил внешний вид. — Не обещаю, что не буду тебя за интимные места лапать, — проговорил вор, проведя запястьем по панели и выходя из каюты. — Точнее, обещаю, что наверняка буду. — Да кто бы сомневался, — тихо пробормотал Харис и, поправив внешность, отправился следом, спрятав руку в карман. — За этот год я уже примерно понял, как оно у тебя работает вне зависимости от того, что я тебе позволяю, а что нет. — Год? — удивился Громов, до него только сейчас дошло, что с их совместного путешествия прошло уже почти год. Он уже год трахается только с Харисом, и не то, чтобы вор не мог с кем-то перепихнуться. Зейну просто нравилось быть именно с этим мужчиной. «После Тэссила Харис единственный, с кем я так долго трахаюсь и взаимодействую…» Громов боялся называть то, что между ними происходит, отношениями. Это смущало. Чуть покраснев, губ коснулась мимолётная улыбка. И, чтобы убрать смущение, залез рукой под ремень брюк капитана и сжал задницу. — Тьеа ла задница, — облизнулся вор. — А как она аппетитно напрягается, когда член в меня вдалбливается. Миен да . Крам поймал Громова за руку, вытащил из-за пояса и сжал его ладонь в своей. — Не распускай руки, — он усмехнулся. — Гай , ты вообще в состоянии вести себя прилично, а? — его голос смеялся, эти перепалки давно потеряли остроту, так же, как и сальности бесстыдника не вызывали злости или раздражения, но капитан не оставлял попыток его урезонить. — Я? Прилично? — засмеялся Громов, подходя к атомному двигателю. — А кто же тебе тогда отсасывать будет? И лапать? И говорить, насколько ты тьеа ла уичини ? — Вор махнул рукой, проходя через атомный отсек. — Глупости всякие говоришь. Нам в проксионный отсек надо. — Такие вещи происходят в спальне, только и всего, — он мягко улыбнулся, шагая следом, чуть отстал, отпустив руку, и легонько шлёпнул мужчину по заднице. — Я в целом не очень люблю афишировать личные дела… Это могут использовать для манипуляции, угрожая близкому, например. Хотя не только поэтому… — Да, да, да, — хихикнул Громов. — Никому не нравится. Не повезло тебе со мной. Можешь за это меня выпороть, — подмигнул вор. Они прошли через атомник и зашли в проксионный отсек. — Я сейчас наверх сбегаю быстренько, — показал Зейн на верхушку двигателя. — Хорошо. Капитан кивнул. Он проследил взглядом, как Громов забрался наверх, прикрыл дверь в отсек и походил туда-сюда, праздно рассматривая трубки и узлы, чтобы скоротать время. Понимание, что тут и где у него было исключительно теоретическое, некоторые вещи были и вовсе непонятными, и его, откровенно говоря, восхищал талант его любовника, который, казалось, чувствовал, как должно это работать, и разбирается с лету со всеми этими сложными устройствами. Поднявшись наверх, Громов убедился, что поменял прокладку у коллектора. Спустился вниз и увидел Крама, стоящего спиной. Вор улыбнулся и, подойдя, положил руки на поясницу, проскользнул ими вперёд, опустив одну из них на пах. — И кто тут по мне соскучился? Крам бросил короткий взгляд на закрытую дверь и положил ладони Зейну на запястья. — Полагаю, что это взаимно? — Он прикрыл глаза, позволяя себе немного поддаться игривости партнёра. Мелькнула мысль, что его попросту заманили сюда, как только он признался, что готов дать слабину. — Целоваться нельзя, манипуляции с лицом нарушим, — говоря, Громов одновременно с этим стал расстёгивать ширинку. — Но члена и задницы же это не касается? — Так это была уловка, да? И как я сразу не понял?.. — Харис усмехнулся, но признал поражение и решил, что Зейн действительно заслуживает выполнения этой его навязчивой фантазии. — Я понимаю, что видеонаблюдение у нас мертво, но ты уверен, что мы тут точно одни? Я не готов к компании. — Слегка, — улыбнулся вор, освободив от штанов член капитана и облизав руку, сжав ею орган, стал водить вдоль ствола. — Сейчас все отдыхают, и тут никого быть не должно. — Хах… Ладно. — Он блаженно прикрыл глаза, наслаждаясь действиями партнёра. — Никогда бы не подумал, что у тебя фетиш на двигатели… У него в жизни не было столько секса, как стало после того, как пустил Громова в свою постель. Даже в юности. И надо сказать, он не жалел, хотя казалось, что всё же слишком расслабился. Громов продолжал двигать рукой, а нахождение в двигательном отсеке обостряли ощущения. Из-за чего вор возбуждался всё сильнее, и его орган, налившись, упёрся в ширинку. Дыхание стало тяжёлым. Было очень сложно себя контролировать и не уткнуться головой в спину, но в этом случае маскировка деактивируется. Поэтому, томно застонав, потёрся пахом. — Я тебя жутко хочу… — Иди ко мне… — выдохнул мужчина горячим шёпотом, завёл руку за спину и повернулся так, что они оказались лицом к лицу. — Только я не уверен, что меня хватит надолго после того, что мы уже сделали сегодня, — добавил он негромко и стал расстёгивать на любовнике комбез. Безумно хотелось поцеловать Зейна, но оставалось только смотреть на его губы и кусать свои. Громов посмотрел на член затуманенным взглядом, закусив губу. Было огромное желание опуститься на колени и взять его в рот, но нельзя. Зейн жалобно застонал. — Невозможность тебе отсосать — убивает, — вор поднял глаза, посмотрев в глаза Хариса, — но я надеюсь когда ты будешь долбить этим членом мою задницу, мне станет легче. — Намэнзы ?! — около входной двери, весь красный от гнева стоял Томи и учащённо дышал. Рефлекторно Харис повернулся на голос и одновременно сделал шаг в сторону, загораживая собой Зейна, и только потом застегнул штаны. Он сделал это совершенно автоматически, даже не задумываясь. Неразделённые эмоции, которые Томи испытывал к Гу, для него секретом не были. Капитан напрягся, ожидая продолжения, у парня на лице было написано, что так просто он сейчас не уйдёт. — Ничего не происходит. Иди мимо. Мэрэс глубоко дышал через нос, отчего раздувались ноздри, губы поджал, а руки сжались в кулаки. — Мальчик мой, твоя задница такая, чи ни , — яростный взгляд был направлен на Хариса, но обращался Томи явно к Гу. При этом приближаясь к паре, — никак без члена жить не может. На любой прыгает. Громов замер, нахмурившись. Слова его не задели, но манера речи и слова очень напоминали кое-кого. Он выглянул из-за Хариса, задумавшись, рассматривая парня. Черты лица другие, и визуализатором Мэрэс точно не пользуется, он спокойно к нему прикасается. Показалось?.. — Чего уж там… — хмыкнул Громов, придя в себя. — Не только задница, рот тоже, но упс, — застегнувшись, вор вышел из-за широкой спины капитана. — Твой член в пролёте. Не успел Зейн договорить, как ответил Харис. Его как раз слова задели ещё как. Быстро, как на занятиях, но шагнул вперёд и ударил с разворота, расквасив агенту нос и разбил верхнюю губу о его же собственные зубы. По габаритам они были очень близки, и от пушечной силы удара мужчину немного отбросило назад, но он устоял на ногах, кровь потекла по лицу и закапала на грудь, окрашивая одежду. Но казалось, что Томи это только ещё больше разозлило. Он сплюнул на пол кровь и, зловеще улыбаясь, в глазах появился нездоровый огонёк. Мэрэс молниеносно приблизился к Харису, и также быстро нанёс удар в корпус, и тут же сделал шаг вбок и другой рукой попал по лицу хуком. Харис попытался увернуться, и хук прошёл по касательной. Он поднял руки в защитной стойке и немного присел, двигаясь по кругу. Он провёл несколько коротких быстрых ударов в корпус, чтобы Томи на них отвлёкся, быстро сократил расстояние и ударил коленом в живот. Мэрэс стоял в стойке, и при ударе коленом шагнул ногой на Вэсэра, разворачиваясь фронтально, и принял удар на предплечья обеих рук. Воспользовавшись тем, что Юстор оказался близко, заехал ему локтем в лицо, и когда он на два шага отпрянул назад, шагнул навстречу, развернул корпус и нанёс удар по дуге сбоку, целясь в голову. Крам присел и ударил снизу, пользуясь тем, что соперник открылся для удара. Кулак пришёлся в солнечное сплетение, вызвав спазм диафрагмы. Приём нечестный, но честный бой бывает только на татами. Пока Томи хватал ртом воздух, Вэсер тряхнул головой, ловя равновесие. Удар локтём немного оглушил, и Крам почувствовал во рту вкус крови. Громов, нахмурившись, посмотрел на происходящее. Увидев недалеко трубу, похоже кто-то не убрал. Незаметно отошёл и взяв её в руки, подошёл позади Томи и ударил того по затылку. Мужчина упал. Харис остановился и опустил руки, взглянув на Зейна, улыбнулся, не показывая зубов. Он присел у бессознательного тела, пощупал пульс, а потом переступил через него и, взяв Громова под локоть, потянул прочь. — Пойдём отсюда. Секс в отсеке двигателя придётся перенести… — он бросил ещё один взгляд на Томи. — Что ж… С другой стороны, теперь в паре вещей я удостоверился… — Откуда этото орту сти вообще взялся? — риторически спросил Громов, понимая, что Томи хоть и агент, но на борту он механик и также чинил корабль, как остальные. Его вспышка никак не выходила из головы… Зейн освободил руку и присел рядом с Мэрэсом, положив ладонь на щеку. Не изменилось. Громов нахмурился и недовольно хмыкнул, после поднявшись, направился за Харисом. Было неприятное и гнетущее ощущение, на душе стало тяжело. Хотя внешне это заметно не было. Надо отвлечься, вор обратил внимание на мужчину рядом. — А я так был возбужден… Уверен, что как только ты бы вставил, я сразу бы кончил. Как ты? — Картинка сошлась. Это точно наш клиент, он не тот, за кого себя выдаёт, и знает тебя. И, скорее всего, это он убил Леру, потому что она или узнала его, или узнала тебя, или вас обоих. — Харис смотрел перед собой, проговаривая мысли вслух. — И это точно кто-то из бывших… И если ты его не узнал, то он использовал пластическую хирургию или какое-то иное серьёзное вмешательство для смены внешности… Мне кажется, он не агент, а кто-то, занявший его место. — Он посмотрел на Зейна. — Для агента он слишком грубо ведёт дела и вообще больше выёбывается, чем работает. — Милый, чтобы появился бывший, я должен был с кем-то встречаться, а этого не было, — хихикнул Громов, понимая, что врёт Харису. Про своего первого и единственного, кого он считал своим парнем, вор говорить не собирался, хотя Томи напоминал именно его. Тут в голове почему-то вновь всплыл образ с серыми глазами. «Мы не встречались, почему ты опять у меня в голове…» Сердце предательски сжалось. Зейн отогнал ненужные мысли, вновь улыбнувшись. — Следов от пластики не видно, — продолжил говорить Громов, — а его лицо мне незнакомо, но вполне возможно, что я с ним трахался. Лица всех я не помню, а вот манера держаться и правда знакома. — Извини, я не так выразился, значит, но в целом ты меня понял… Мужчина потёр место удара ладонью, маскировка всё равно уже была нарушена. Он поймал себя на том, что возбуждён произошедшим. Такая дикость, как набить кому-то лицо из-за своего партнёра и одержать верх, хоть и не без помощи, подняла настроение. Он покосился на Зейна. — Сколько у тебя ещё времени свободно? — Достаточно, чтобы ты меня успел трахнуть, — широко улыбнувшись, проговорил Громов, посмотрев на Крама.