Таблетки

Неделя пролетела быстро. Днём Жан был погружен в учёбу, а ранним утром и по вечерам тренировался. В среду он смог сдать очередной экзамен и так этому обрадовался, что чуть не проспал занятия на следующий день. Проснулся он от звонка с неизвестного номера. — Вам посылка, — голос так называемого курьера был веселым и немного уставшим. — Меня не пускают внутрь, поэтому вам необходимо спуститься к выходу. Жан лишь промычал что-то согласное в ответ, засунул ноги в тапочки и пошёл вниз. На самом деле звонки с неизвестных номеров его пугали. Не было в его жизни случаев, когда люди звонили ему просто по ошибке. То Рико, отобрав телефон у кого-то из своих дружков, выискивал его по всему Гнезду. То Хозяин или ещё кто-то от семьи Морияма звонил напомнить об истинном его положении, пока он жил у Лисов. В последний раз таким неизвестным абонентом оказался Ичиро. И пусть они в итоге прекрасно провели время наедине, это не отменяет печальной закономерности. В конце концов, ему позвонил и назначил встречу не абы кто, а глава преступного синдиката. Но в этот раз дела обстояли иначе. Внизу у входа Жана действительно ждал курьер, держащий в руках букет цветов. Моро в них разбирался плохо, и его максимум состоял в том, чтобы отличить розу от кактуса. Но он не мог не заметить, что букет был прекрасен и наверняка стоил недёшево. — Распишитесь в получении, пожалуйста, — протянул ему бланк курьер. Жан поставил свою закорючку, всё ещё не веря, что эти цветы действительно для него. — Это вам. Всего доброго. Парень быстро попрощался и вышел из здания, а Жан смотрел ему вслед, держа букет, который его чуть ли не перевешивал. Он ждал чего-то в стиле фильмов о преступниках. Пистолета, быстро вынутого из-за пазухи, или, может быть, ножа, запрятанного среди мешанины обёртки. Жан настолько привык к боли и насилию, что сейчас просто не мог поверить, что ему прислали лишь цветы. Но стоило ему вернуться к себе в комнату, как всё прояснилось. Телефон, лежащий на столе, завибрировал от входящего сообщения. «Не смогу приехать в пятницу», писал Ичиро. «В субботу вечером тебя заберут после тренировки». Теперь понятно, от кого подарок. Но непонятно, зачем Морияма прислал их. Жан не отказал бы ему во встрече в любом случае, и он не обидится, если эта встреча состоится на день позже. Не стоило Ичиро отправлять букет в качестве извинения. Он ни в чем не виноват и уж тем более не должен оправдываться перед Жаном. Найдя на кухне пустую бутылку, Моро разрезал её, набрал воды, поставил внутрь букет и убрал его в угол гостиной. До вечера, когда он сможет пойти к девчонкам и взять у них вазу, цветы не должны пострадать. А сам Жан уже опаздывает на занятия. С Лейлой он встретился сразу после пар прямо у входа в общежитие. Глаза девушки загорелись, стоило Жану рассказать ей о подарке. — Джереми, — услышал Моро её голос, когда девушка подошла к входной двери в их блок. — А Жану цветы прислали. Представляешь?! И всё-таки у него с его парнем всё серьёзно. — С чего ты взяла, что это от парня? — поникшим голосом спросил Нокс. Жан поморщился, подслушивая чужой разговор, но дверь тут же открылась, и внутрь вошли Лейла с Джереми. Тот сразу направился в спальню, даже не поздоровавшись с соседом, а девушка, проводив капитана недоумевающим взглядом, подошла к Моро и поставила перед ним вазу на стол. — Вы с Джереми поссорились? — Не знаю. Он начал говорить, что ему не нравится мой парень, — черт возьми, как же странно было говорить об Ичиро в подобном ключе. — Что он смотрит на меня странно, будто я его собственность, и Джереми этот взгляд не нравится. Я сказал, что сам разберусь со своей личной жизнью. С тех пор мы почти не разговариваем. — А это когда было? — На выходных. — Ого, — удивленно протянула Лейла. — Это на него не похоже. Жан лишь кивнул и продолжил переставлять цветок за цветком в вазу. Нокс почти с ним не разговаривал. Отвечал на все вопросы, если их ему задавали, но односложно и будто бы с усилием. Поддерживал общую беседу, но замолкал, если в неё вступал Жан. Он вёл себя так, словно это Моро его обидел и был виновником их ссоры. Тот даже думал извиниться за свою несдержанность и резкие слова, но Ичиро запретил делать это, когда парень поделился с ним произошедшим. — Он делает это специально, чтобы заставить тебя чувствовать себя виноватым, — говорил ему мужчина, когда они разговаривали по телефону прямо перед самым экзаменом Жана. — Сколько я подобного от отца натерпелся. — Мне кажется, я действительно был слишком груб… — Это он был груб. Твоя личная жизнь не касается его. Ты правильно поступил, когда дал ему это понять. Это его проблемы, что тебе пришлось повысить голос, раз он не понимает обычных слов. — Да, — протянул Жан, от волнения грызя ноготь. Вся эта ситуация выводила его из равновесия. Он сам себе удивился, когда рассказал об этом Ичиро. Едва ли не больше чем, когда мужчина позвонил ему, чтобы пожелать удачи. А ведь Жан ему про этот экзамен не говорил. — Но ничего, — громко сказала Лейла, возвращая парня из воспоминаний в настоящее. — Джереми просто дуется ради приличия. Как только произойдет что-то важное, он сразу придёт на помощь. Нокс как раз в этот момент вышел из спальни и, проигнорировав их разговор и букет в вазе, вышел в коридор, громко хлопнув за собой дверью. Лейла лишь закатила глаза. — А он знает твоего парня? — Заочно знаком, если можно так сказать. — А нас ты с ним познакомишь? — с намеком спросила девушка. — Должны же мы знать, кому отдаём нашего круассанчика. — Что прости?! Лейла прикусила язык. — Круассанчик, — тихо прошептала она. — Мы так с девчонками тебя зовём. Больше никто-никто не знает. Честно! Моро не знал, смеяться ему или злиться на подобное своё прозвище. Но оно звучало мило. Прежде его называли совсем иными словами. Джереми в тот день ночевать не пришел, ровно как и в пятницу. Жан написал ему, но капитан ответил только под утро односложным «со мной всё хорошо». Он действительно был в полном порядке, раз посещал занятия и не пропустил ни одну тренировку. Только в комнате не ночевал, и почему-то Жану за это было стыдно. Он стоял на распутье, едва ли не в первый раз в жизни четко осознавая, что не виноват в произошедшей ссоре. Но та напряжённость, что повисла между ним и Джереми, выводила Жана из себя. Он готов был задвинуть свою внезапно проснувшуюся гордость и пойти навстречу, помирившись первым. Но едва он об этом думал, как сам себя одёргивал. Хватит из раза в раз примерять на себя чужую ответственность. В субботу после тренировки Жан забежал в комнату, чтобы оставить спортивную сумку и взять кое-какие вещи. Он не знал, как много времени проведёт с Ичиро в этот раз, поэтому, когда его взгляд упал на раскрытый учебник, Жан на всякий случай подхватил и его, и рабочую тетрадь. А на выходе из комнаты неожиданно нос к носу столкнулся с Джереми. — Ты уходишь к парню? — спросил капитан, окинув его взглядом. Моро кивнул, ощущая, как колотится сердце. Нокс поджал губы и кивнул в ответ, с трудом заставляя себя сделать это. Он чуть подвинулся, пропуская парня вперёд, а затем быстро вошёл в их гостиную, так хлопнув дверью, что она чудом не слетела с петель. У входа Жана ждала знакомая ему машина с водителем. Через пятнадцать минут парень уже поднимался в лифте в пентхаус с шикарным видом на город. Квартира встретила его темнотой. За спиной закрылись двери лифта, и он, зашумев, двинулся вниз, увозя с собой охранника. Парень остался стоять один посреди гостиной, завороженно глядя в окно. Ичиро не было в комнате, и он не торопился встречать его. На самом деле тихо было так, что Жан уже подумал, что встреча отменилась. Он взял телефон, чтобы проверить сообщения и звонки, как услышал чей-то сдавленный плач. — Я не хотел, господин, — голос был мужской. Его обладатель явно был доведён до края, раз, едва владея языком, продолжал упрашивать. — Я не хотел. Прошу вас. — Мне наплевать, чего ты хотел, а чего нет, — хлестко отрезал Ичиро. У Жана от этого тона и жёсткости мурашки по спине побежали. Он не видел сейчас Морияма перед собой, но был уверен, что тот подобен богу смерти. — Важно то, что в итоге произошло. — Я не хотел… Конец фразы потерялся в сдавленном крике и шорохе то ли одежды, то ещё чего-то подобного. Жан едва подавил желание вскрикнуть. Ему нельзя здесь находиться. Ему нельзя слышать и видеть дела семьи Морияма. Зачем его вообще сюда позвали, когда здесь происходит такое? Чтобы он стал следующим? Стараясь не думать об этом, парень на ощупь дошёл до спальни и, кинув рюкзак у кровати, прошёл в ванную. Включил свет, воду и молча смотрел на себя минут пять, прежде чем не услышал щелчок приглушенного выстрела. Этот звук словно заставил его проснуться. «Ичиро никогда не делал больно», мысленно успокаивал себя Жан. Пальцы он опустил под кран, затем кончиками провел по лицу. «Ичиро никогда не говорил, что чем-то во мне недоволен». Можно подумать подобное когда-то останавливало Рико. И то, что мужчина не казался злым и недовольным во время последнего их разговора, не означает, что он не успел разочаровать в Жане за прошедшие три дня. «Ичиро сказал, что не сделает ничего без моего согласия… И ты ему поверил?» ехидно усмехнулся внутренний голос. Последняя попытка успокоиться была провалена с треском. Моро прикрыл лицо руками и всхлипнул. — Здравствуй, Жан, — послышался тихий голос возле уха, а чужие пальцы коснулись его боков. Парень задрожал, уже не в силах сдерживать рвущуюся наружу панику, и почти закричал, прикрывая рот ладонью. Из зеркала на него смотрел Ичиро, но его слова всё ещё отдавались в голове эхом голоса Рико. На теле ощущались фантомные прикосновения десятка чужих ладоней, а по коже бёдер заструилась несуществующая кровь. — Что с тобой? Жан лишь помотал головой, не отводя взгляда и не прекращая трястись всем телом. Он так увлекся своими переживаниями, что не услышал чужих шагов. Его невнимательность в итоге вышла ему боком. Подобное всегда выходило ему боком. — Это всегда начиналось именно так? — твердо спросил Ичиро, не разрывая зрительного контакта с отражением парня. Тот кивнул и лишь задрожал сильнее, когда мужчина обхватил его за талию, закрывая своим телом со спины, и крепко обнял. — Сейчас ты не в Гнезде. Всё хорошо. Давай снова на счёт. Один… На этот раз Жан пришел в себя лишь на пятнадцатом счёте. Очнувшись, он осознал, что утыкается носом мужчине в шею, пачкая слезами воротник его рубашки. Ичиро однако не выступал против, продолжая прижимать его к себе. Оба они всё также стояли перед зеркалом в ванной комнате. — Тебе лучше? — Жан кивнул. — Приляжешь? И снова молчаливое согласие. Ичиро уложил его в постель и укрыл одеялом. Скрылся из вида куда-то на минуту и вернулся со стаканом воды. Жан принял его, даже не подумав, что туда может быть что-то подсыпано. Вода обожгла горло и внутренности, окончательно возвращая его в сознание. — Не хотел пугать тебя, — сказал мужчина, садясь на край кровати у его ног. — Я не… — Ты напуган. Не нужно этого стыдиться, — Ичиро коснулся его колена и провел ладонью по кругу, смотря парню прямо в глаза. — Странный ты человек, Жан. То трясешься от малейшего шороха и косого взгляда, то сам на шею бросаешься. Жан смолчал, подтягивая к себе подушку и утыкаясь в неё носом. Его всё ещё немного потряхивало, но ладони Ичиро, которые касались сначала ног, а затем начали поглаживать спину и бок, словно отгоняли нервную дрожь. Минут через десять Моро впервые смог вдохнуть полной грудью. Мужчина всё ещё сидел рядом и внимательно смотрел на него, чуть улыбаясь. — Вы же сами говорили, что я удивительный, — подал голос Жан. — Я стараюсь не упускать ни одного шанса, чтобы удивить вас. «А ещё моя нервная система расшатана настолько, что я сам себя не понимаю», добавил он мысленно. Ичиро рассмеялся в голос, и его смех заставил парня улыбнуться. Отставив стакан на тумбу, Морияма касанием руки попросил юношу чуть сдвинуться и лег с ним рядом лицом к лицу. — У тебя это хорошо получается, — начал он. — В один момент ты дерзишь и бойко отвечаешь, а в следующий едва ли не задыхаешься от паники. И наоборот: едва стоишь на ногах, а через минуту уже шутки шутишь. До сих пор гадаю, как в тебе живут два настолько разных Жана. Парень, смутившись, прикрыл глаза. Эти слова напомнили ему ещё об одном человеке, в котором тоже весьма удачно уживались две диаметрально противоположные личности. Наверное, эти раздумья отразились на его лице, потому что Ичиро недовольно вздохнул и твердо спросил: — Кто делал это с тобой? — Рико. Жан думал, что имя брата заставит мужчину разозлиться. Но тот лишь покачал головой и заправил ему прядь волос за ухо, поглаживая по щеке. — Я знаю, что он касался тебя, только предварительно напоив таблетками. Но кого он заставлял делать это с тобой, когда ты был в сознании? Моро сжался в комок, подтягивая колени к груди. Столько лет он отгонял эти воспоминания, открещивался от них, заставлял себя поверить, что это было не с ним. Ичиро разворошил ему душу одним коротким вопросом. — Питер Монт и Джеймс Стенвик. Они больше не играют из-за травмы, но вроде бы тренируют. Стивен Вильямс и Курк Джонсен. Они закончили учёбу этим летом, и им предложили контракт в высшей лиге. Джейкоб Аллен вылетел из университета на моём третьем курсе. Не знаю, что с ним после этого стало. А Джим Дженкинс всё ещё в Воронах. Морияма молчал, когда слушал его, а Жан под конец едва дышал, стараясь не захлебнуться в слезах. Мужчина не мешал ему, позволив выплакаться, и с готовностью раскинул руки, чтобы сжать в объятиях, когда Жан придвинулся к нему. — Ты их боишься? — Нет, — помотал парень головой, ощущая горячее дыхание на макушке. — Но мне тошно от мысли, что они делали это со мной и продолжают жить дальше, ни о чем не думая. А я пытаюсь собрать свою жизнь из осколков. — Хочешь я убью их? — с насмешкой предложил Ичиро. Это не был простой вопрос, а своего рода тест. Жан понимал это, и ему не понадобилось много времени, чтобы его пройти. — Нет, — ответил он. — Но я хочу, чтобы они помнили о том, как поступили со мной, и страдали от этого каждую минуту своей жизни. — Как кровожадно, — довольно ответил мужчина. — Не боишься, что я сделаю такое же с тобой? Жан не задумался ни на секунду и помотал головой. Чужие руки обвили его талию и крепко сжали. Ладони коснулись острых лопаток, торчащих из-под футболки, а губы оставили очередной поцелуй на макушке. — Мне нравится, что ты не боишься меня, — вдруг произнес Ичиро. — Это так… Необычно и увлекательно. — Я верю вам, — максимально спокойным голосом ответил парень. — Вы сказали, что не сделаете ничего, на что я не дам согласия. Что с вами я в безопасности. Морияма приподнялся на локте, нависая над ним. Жан смотрел на него сквозь мутную пелену высохших слёз и чувствовал прикосновения чужих пальцев к своему лицу. — Настолько безоговорочно мне доверяешь? — спросил он. Парень кивнул и тут же ответил на краткий поцелуй, подаваясь вслед за ускользнувшим касанием губ. — Я бы сказал, что ты поступаешь опрометчиво, но… Ты ведь слышал того мужчину сегодня. Ты понял, что я сделал с ним, — Жан кивнул, хотя эти слова не были вопросом. — Я думал, ты убежишь или начнешь умолять не делать с тобой подобного. А ты тихо ушёл в спальню и даже не подумал скрываться. — Не хотел мешать вам, сэр. Морияма усмехнулся и снова поцеловал его. В этот раз немного грубее, прикусывая губы, а языком исследуя глубины рта. Моро почти начал задыхаться от веса тела, что прижало его к кровати, когда его, наконец, освободили — Ты поступаешь правильно, Жан. Доверься мне, делай так, как я подсказываю, и жизнь твоя будет долгой и счастливой. Парень кивнул, не отрывая взгляда от гипнотических глаз напротив. Он податливо вытянулся всем телом и прогнулся в спине, когда Ичиро перевернулся, уложив его себе на грудь, и укрыл их одеялом. Мужчина поглаживал Жана на плечам и голове, думая о чем-то своем и молча смотря в потолок. — А мои прикосновения тебя не отталкивают? — вдруг спросил он. — Нет, — в полусне ответил Моро. — Когда вы касаетесь меня, мне спокойно. Я чувствую себя в порядке. — Как удивительно. Парень и сам так считал, но не находил этому объяснения. Ещё в первую их встречу он решительно повернулся к Ичиро спиной, не боясь получить пулю в затылок. А после чем ближе его узнавал, тем больше доверял ему. Имя Ичиро Морияма все ещё пугало его до дрожи в коленях, но и давало гарантию. Ведь такой человек своих слов не нарушает. — Да, — успел ответить Жан мужчине прежде, чем окончательно провалился в сон.